Розовый мед – 5

Глава 13 Чему только учат в этих модельных агентствах!

— У меня есть связанный с этим фетишь, — потянуло меня на откровения.

— Расскажешь?

— Пошли в ванную. Я почищу тебе зубки и расскажу.

— Твой фетишь это чистый мятный рот?

— Нет, — нервно отреагировал я и отчего-то грубо взял её за руку. — Мятный рот это для поцелуев.

Кристина многозначительно посмотрела на сомкнувшийся обруч из моих пальцев, но послушно проследовала куда тяну.

— А ты собрался целовать меня до секса или после?

— Уже теплеет. Знаешь же такую игру тепло/холодно?

— Ого, становится всё интересней. Хочешь в рот или на лицо?

— Так! Открывай ротик…

Я выдавил пасты на половину щётки и медленно завёл её в открытый и зовущий рот. Обмазал часть пасты о левый ряд, а растирать и чистить стал о правый.

— Если получится, я хочу в самое горлышко… — голос, конечно, словно у робота, хотя я постарался добавить мягкости. — Чтобы всё не испортить, предупрежу заранее. У тебя красивые зубки.

— А-а, — оповестила Кристина, для верности слегка кивнув.

— Но пока я не представляю, как мы сделаем это. У меня ведь такой большой. Если подумать, можно и просто в ротик, на язык или даже губы. Наверное противно…

Когда Кристина прополаскала рот, а я сам взялся начищать свой, решила прокомментировать последнее:

— У тебя красивый член. Настоящий идол для поклонения. Мне не будет противно. Сама ситуация, твоё желание так поступить со мной очень сильно возбуждают. Представь торговый зал, где треть рекламы это я в разных нарядах. И тут же фотография с потёкшей тушью, каплями слюны и спермы, давлюсь твоим членом на коленях. Разве это не апогей?

Под конец этого признания я закашлялся и устроил настоящий камшот на раковину из пены.

— Ну чего же ты так?

— Не… ожидал, — всё ещё борясь с кашлем, ответил я.

— И теперь?

— Хочу это увидеть. Хотя бы.

Она сняла полотенчико с крючка и стала промакивать капли воды.

— Фото или в реале?

— Разве я достоин реала?

— Укушу! — погрозила Кристина. — Да и как снять такое фото без твоего члена.

Я быстро перебрал варианты и решил не портить момента, поэтому сказал:

— Видеть это могу только я. И делать. Потому что ты…

— Что? — красиво усмехнулась Кристина. — Твоя шлюшка?

Теперь уже я решил проучить. Притянул словно для поцелуя, а сам укусил за нижнюю губу.

— Не говори так. Моя девочка!

И потом в Кристину словно демон похоти вселился: она толкнула меня, прижимая к кафелю, опустилась вниз, сдёргивая шорты сразу с трусами, а стоило члену увесисто расправится вниз — сжала ручками. С головки была медленно стянута кожа, Кристина некоторое время полюбовалась на неё, затем на член целиком, покачивая его движением руки. Сжала яйца второй рукой, словно бы готовя их к самому обильному извержению.

Я загипнотизированно смотрел на самое потрясающее зрелище. Безусловно это было в фантазиях. В них член проникал в тугое горло Кристины очень глубоко! Но любая фантазия ничто даже просто с тем, как влажный горячий язык скользит снизу вверх, а потом головка оказывается в полыхающих объятиях рта. Вот самая сильная и прекрасная, в случае с Кристиной, мышца напряглась и прижала член к ребристому, гладкому верху ротика. Зубы приятно давят на твёрдую плоть. Я толкнулся вперёд, а Кристина даже пустить и зубки проскользили по члену. В теле прошли волну скручивающего удовольствия. Пресс сжался, выпирая всеми кубиками. От пупка в выбритому паху идёт кучерявая полоска тёмных, вздыбившихся волос.

Кристина то зажмурится, то смотрит, словно проверяя, внимательно ли я слежу за процессом. Конечно же! Я должен как самый въедливый порнограф, как самая совершенная камера для хоум-видео запечатлеть каждую капельку, венку и оттенки красного. И обязательно звук: причмокивания, постанывания и хрипы, те самые, которые в комиксах прописывают как *глык-глык-глык*…

Хотя мне и хочется двигать бёдрами, наталкиваясь на быстрое сопротивление внутри ротика, стою без движения, позволяя Кристине руководить. Она играет с членом, ласкает и ласкается, словно нежная кошка с котёнком. Потом череда фрикций и даже попытки запустить глубже. По стволу начала стекать слюнка. Я собрал пальцами первую пенную капельку и запустил себе в рот.

— Ты вкусная, Кристиночка.

Тут уже демон похоти набросился и на меня. Я прихватил платиновую головочку обеими ладонями и стал настойчиво стараться проникнуть глубже. Мне в ноги упёрлись ручки с острыми ноготками. Язычок под членом вытянулся, обнял ствол и, вдруг, я действительно ощутил, как проникаю дальше. В тугие объятья! Такие тесные, что глазки Кристины закатываются и она вся вытягивает навстречу линии члена.

Возбуждение седлает уже меня! Бьёт плетью, пришпоривает, свистит на самым ухом — нужен ещё рывок, ещё и ещё!

Хрипло шепчу:

— Сейчас… уже!

Я не смог увидеть это. Глаза невозможно открыть! Разум заволокло невыразимым наслаждением. А выбило из этого состояние то, что от очередной струйки в горло Кристина закашлялась. Я мгновенно убрал член и трезвеющим взглядом нашёл обладательницу всех званий мира в плане красоты и великолепия. Всё как и говорила: слёзы на глазах, лицо и рот измазанные моей спермой и её слюной. Пытается отдышаться. Сглатывает.

Я присел рядом и говорю:

— Будет наш секретик с тобой…

Сегодня смешалось всё: земля и небо, мои фантазии и реальности, а ещё наши вкусы.

— Так смотришь, словно влюбился.

Я пью кофе, а она сок. Сидим в зале в креслах, напротив друг друга.

— Ну допустим.

— И Сонетту бросишь? — тут же пробила она в «душу».

— Нельзя бросит то, что не может упасть. Она же милый воздушный шарик.

— Так и пусть летит.

— Хех! Она привязана ко мне.

— Отвяжи.

Хорошо отпарировала она, но и я неплох:

— Узел сложный, только резать.

— И что тебя останавливает от этого? — лукаво посмотрела Кристина.

— Ну что я маньяк какой по живому резать. Отвяжется сам. Как-нибудь.

— Ах-хах! Давай выпьем за твою изворотливость и чтобы уже трахнул Нетточку как следует.

Меня разобрал хохот. Так и встретилась чашка кофе и бокал с соком.