Секс клуб

Глава 17

«Слабая. Глупая. Никому не нужная. Незаметная. Никчёмная», — крутились в голове слова мужа, которые он часто повторял.

И я была полностью с ним согласна. Умудрилась потерять единственный источник заработка, третий раз в жизни проявив характер. А должна была просить, умолять оставить меня на работе. Что же теперь делать?

Света конечно обещала попробовать поговорить с Марианной Святославовной, и советовала дождаться возвращения Елизарова. Но, я даже не надеялась на милость младшего Алёхина. Этот жестокий человек, после всего, что я высказала ему сегодня утром и на несколько метров не подпустит меня к офису. Спасибо, что подписал мой расчёт. И даже компенсацию за два месяца выписал.

Усмехаюсь. И на сколько этого хватит? Мне ещё предстояло каким-то образом сообщить об увольнении Валере. И я понятия не имела, как муж отреагирует.

Потому уже битый час сидела на лавочке во дворе дома. Замёрзла, проголодалась, но всё равно не шла домой. Было боязно.

Когда совсем стемнело, на улице снова начался снегопад, а мой капюшон уже знатно припорошило снегом, пришлось собраться с духом и всё же решиться подняться в квартиру.

— Пап! А кто сильнее, Тиранозавр или Спинозавр? — интересуется наш сынок, у Валеры.

Они сидят в комнате Павла, на ковре и играют в «Лего Юрского периода». Всё-таки в плане отношений с сыном, мой благоверный неплохой отец. Улыбаюсь, увидев эту картину.

— Конечно Тиранозавр. Видишь какие у него челюсти? — поясняет муж.

— Тогда Тиранозавр сейчас нападёт на тебя, защищайся! — предупреждает малыш, и с громким «ррр», прыгает на Котова с игрушечной фигуркой в руках.

Валера замечает меня, стоящую в проходе. Удивлённо вскидывает бровь.

— Ты чего так рано вернулась, Алёнка?

— Мама пришла! — выкрикивает Павлик, и бросается ко мне в объятия.

— Валер, нам поговорить надо, — понуро произношу я. — Пойдём на кухню?

Муж хмурится, но поднимается с пола и проходит в сторону кухни.

— Павлуш, ты кушал? Папа кормил тебя?

— Ага. Мы обедали, — кивает сынок.

— Хорошо. Поужинаешь в нашей спальне у телевизора, хочешь?

— Конечно!

Сынок только рад, такая возможность выдаётся нечасто. Иду на кухню и грею его ужин, отношу в спальню и прикрываю дверь. Возвращаюсь обратно и облокачиваюсь спиной на столешницу.

— Валер, послушай, пожалуйста, меня внимательно. Это важно, и мы должны обсудить это вместе… — с тяжёлым сердцем начинаю я. — Валера, я не знаю, как мы будем жить дальше, после этого, но…

Я хотела сказать: «Я не знаю, как мы будем жить дальше, после этого, но, мы обязательно справимся, если ты поддержишь меня». Собиралась рассказать про увольнение. В очередной раз попросить продать долю в гараже, но муж не дал мне закончить.

— Так ты узнала? — усмехается он, перебивая меня. — Я не собираюсь оправдываться перед тобой! Даже рад, что ты узнала.

Я совершенно не понимаю, что происходит. И собственно, о чём Котов говорит. Он что, шутит?

— Валер, ты издеваешься? — грубо спрашиваю я, сложив руки на груди. — Я с тобой серьёзно поговорить пытаюсь, а ты и слова не даёшь вставить. О чём ты вообще?

— Ты же сказала, что узнала, Алён. Про меня и Илонку.

— Илона? Твоя бывшая? — ошарашенно выпаливаю я, хватаясь руками за столешницу. — Ты что… С ней, снова, да?

— Я думал ты это и так знаешь, — недовольно отвечает Котов.

— Как ты мог, Валера? — мой голос срывается, слёзы снова катятся по щекам. — Ты ведь обещал, что больше этого не повторится, клялся, что тот раз — первый и последний, Валера! Наш сын болеет, ему требуется лечение, а ты вместо работы думаешь только о том, ка залезть своей бывшей под юбку?!

— Заткнись, бестолочь! — Котов резко вскакивает из-за стола и приближается ко мне.

Лицо мужа красное от злости, я вжимаюсь в кухонный гарнитур от обуявшего меня страха.

— Как же мне это всё осточертело! Ты со своим вечным нытьем и разговорами про работу и деньги. Твоё постоянно унылое лицо, и усталый вид. Ты даже меня удовлетворить нормально не можешь, жёнушка, так чего удивляешься?

— Ты ведь сам перестал ко мне прикасаться…

— Ты себя в зеркало видела? Да кто ж тебя захочет? А я благородно жалел тебя, но надоело. Я не железный. Илонка никогда меня не пилит, всегда ждёт с ужином и ко всему готова. Идеальная женщина!

— Значит идеальная? — пришла в бешенство я. — Не пилит, говоришь и с ужином ждёт? Готова на всё?! Она ли терпит твои пьянки годами, а? Она ли продала свой дом ради твоих провальных бизнес затей? А, без разницы, зачем я тебе всё это говорю? — цыкаю. — Ты же непробиваемый.

— Заткнись! Как ты смеешь меня оскорблять? — Котов опасно поднимает руку вверх, замахнувшись. — Как же ты мне надоела!

Я уже приготовилась отбиваться, но удара не последовало. Валера сжал кулак, и отступил на несколько шагов.

— Видишь, жёнушка, какая ты дрянь. Чуть не вынудила меня избить себя. Скажи спасибо, что я сдержался, — гадко осклабился муженёк. — Я ухожу из этой дыры!

— Нет, Валера. Это я ухожу, и забираю с собой сына.

— И куда пойдёшь? — расхохотался он. — Кому ты нужна?

— Это уже тебя не касается.

— И скатертью дорожка. Только потом не прибегай обратно, как побитая собака! Не приму!

Я не собираюсь отвечать, выхожу с кухни громко хлопнув дверью. Пару минут перевожу дыхание в коридоре, вытираю слёзы рукавом. Пишу Коробчук сообщение, и подруга сразу же приглашает нас к себе. Прохожу в спальню, к сыну.

— Павлуш, мы поедем к тёте Свете в гости, хочешь?

— А мне можно будет погулять с собачкой тёти Светы?

— Завтра утром, конечно.

Сынок хлопает в ладошки и подбегает к раскрытому мной чемодану, закидывая свою любимую игрушку. Я же собираю вещи, не всё, но первой необходимости. Пару дней поживём у Светки, а потом придётся вернуться к родителям в Тулу.

Собрав пожитки, одев сына, вызываю такси. Спускаемся вниз и садимся в жёлтую машину. Павлик дремлет на моём плече, пока я раздумываю о том, какие несчастья ещё выпадут на мою голову.

Коробчук встречает нас возле подъезда, помогает с чемоданом. И после того, как я укладываю Павла спать, мы с подругой садимся на её уютной кухне. Света наливает вино по бокалам, и внимательно слушает мой рассказ.

— Вот же похотливая кобелина! — негодует Коробчук. — Да чтоб у него больше не встал никогда. Возомнил себя пупом земли. Козлина низкорослая!

— Света, — смеюсь я. — Я рада, что у меня есть ты.

— И что дальше? Я надеюсь ты наконец-то разведёшься с ним? Не простишь же?

— Свет… а как же Павлик? Как объяснить такое сыну?

— Бедняжка моя. Но ведь Павлик любит и тебя, и этого. Они будут видеться, подумай в конце концов о себе. Поживи для себя. Твой ребёнок не будет счастлив, пока видит, как несчастна его мама. Лучше счастливые родители по отдельности, чем ненавидящие друг друга под одной крышей, уж поверь, ребёнку от этого лучше не будет. Я-то знаю.

— Думаешь если бы твои родители развелись, твоё детство было бы лучше?

— Да. Я бы не росла, видя слёзы мамы. Я бы не думала, что все их ссоры из-за меня. Но, давай не будем об этом? Лучше расскажи, что у тебя за мужчина появился, — хитро подмигивает мне подруга.

— Я пока не могу сказать. Кстати об этом. Свет, а можно мне завтра уйти ненадолго? Если тебе конечно несложно посидеть с сыном. Если ты занята, то скажи.

— Можно, только с одним условием. Если у вас сложится, то ты не забудешь о своей лучшей подруге, и познакомишь меня с каким-нибудь его красивым другом.

— Договорились.

Остаток вечера проходит даже весело и беззаботно.