Сердце подонка

Глава 11

Евгения Хомова

Я её ненавижу. Но ещё сильнее ненавижу его.

Чувствую, как нещадно давит на лёгкие грудная клетка. Как тут катастрофически мало кислорода. И хочется выбежать на улицу… Дышать, набрав полной грудью чистого воздуха, но… Я ни за что не выйду вслед за ним. Скорее сдохну от удушья в этом замкнутом пространстве, которое за секунду стало для меня размером со спичечную коробку…

Это адские мучения, но они напоминают мне о том, кто он есть. И не дают совершить необдуманных действий на его счёт, даже если я всё ещё что-то к нему испытываю.

— Жень… — склоняется ко мне Кир. — Успокойся. Они того не стоят. Я польщён, конечно, насчёт ночёвки. — смеётся он, а мне так стыдно.

— Извини меня… я не должна была.

— Да я понял… получилось очень даже эмоционально…

— Боже, ты считаешь меня дурой.

— Нет, вовсе нет. Ты просто помешалась, — угорает он, вздыхая. — И я расстроен этому факту. Надеялся, у меня есть шанс отбить, а оказывается…

Я хмурюсь и мотаю головой.

— Между нами с ним ничего! Ничего уже давно нет!

— Ну да… Я понял, — усмехается, чем только злит меня. А потом замечает мой настрой и прихватывает за руку. — Я пошутил… Между вами ничего. Я понял…

— Я просто её ненавижу…

— А она забавная.

— Разве?

— Да она привыкла просто. Такой характер. Видно же… Акула… Но в данной ситуации она его не интересует.

— Я не верю в это. Тогда бы он не стал её целовать…

— Ну или просто, как и ты хотел твоей ревности. Целуешься, кстати, классно. Мне понравилось.

— Господи, Кир! — повышаю тон, и он смеётся.

— Жень, всё хорошо? — спрашивает меня мама, и я киваю, а потом вижу, что парочка придурков возвращается обратно, отчего снова становлюсь каменной.

— Пытка, — выдыхаю себе под нос.

— Терпи, — уверенно заявляет Кир, приобняв меня за плечо.

Ник подходит к столу только для того, чтобы прихватить новую бутылку.

— Отчаливаем спать, — отрезает грубо, даже не извинившись перед гостями, и его пассия тут же бежит за ним, как жалкая собачонка. Я же вцепляюсь пальцами в обивку стула. Мне кажется, ещё чуть-чуть и порву её к чертям ногтями.

А сейчас они будут… Они…

Господи, меня начинает тошнить.

Но я не подаю вида. Даже не смотрю в их сторону, когда они исчезают за аркой…

Если бы можно описать, что чувствую… Выразить это в одном слове, то это было бы слово Армагеддон.

Мы ещё час сидим… Примерно. Болтаем, обсуждаем детали свадьбы, которую бы хотелось маме… Сергей хочет пышное событие, чтобы она осталась довольной, а я, зная маму, думаю, она бы обрадовалась и ужину в кругу семьи. Но на этот раз она просто улыбается и принимает все его предложения. И я чувствую, как дико ужасно устала от испытываемого стресса.

— Мам… Мы, наверное, тоже пойдём… Наверх в старую мою комнату, хорошо?

— Да, там постель готова, — отвечает за неё Сергей, и у меня краснеют щёки, когда мы с Киром выходим из-за стола.

— Я буду спать на полу, — сообщаю ему на берегу, пока он ржёт.

— Не надо… Я сам посплю на полу, ну ты даешь…

— Мне стыдно…

— Всё в порядке… Уверен, что моя лежанка будет прекрасна…

Я тут же смеюсь и на лестничной площадке меня накрывает воспоминаниями… Как бежала к Нику, словно ветер… Как ждала его и волновалась. Как влюбилась…

Как впервые врезалась в него в самый первый день. Аж по коже дрожь проносится.

— Точно всё в порядке?

— Да… Да, идём…

Завожу его в ту самую комнату, где столько всего между нами происходило, и прикрываю дверь, а Кир присвистывает.

— Ну, ничего… Весьма… Хоромы…

— Меня это мало волнует, по правде говоря. Моя комната сейчас в шесть раньше меньше этой. И мне нравится…

— Хах… Понимаю. У всех разные мысли о красоте… Она в глазах смотрящего, как известно…

— Угу… Я хочу принять душ. Всё-таки противный день сегодня был…

— Ты меня с собой что ли зовешь? — разваливается он на кровати и потягивается, играя бровями.

— Неееет… И не надейся…

— Жаль… Я думал, что у меня всё впереди…

— Точно, — смеюсь себе под нос, открывая шкаф… Достаю полотенце. Больше тут ничего для меня нет. Вещи все мы увезли. Так что придётся возвращаться в платье…

Оставив Кира в комнате, иду в ванную, чтобы почистить зубы и хотя бы ополоснуться. Без мытья головы, потому что без своего бальзама просто не могу…

Но стоит оказаться там и попытаться закрыть дверь, как я чувствую, что кто-то не даёт мне этого сделать, будто удерживая её за ручку с другой стороны. И я точно знаю кто…

— Ник! — тут же дёргаюсь, когда меня нагло и бесцеремонно проталкивают внутрь. — Что за детский сад? Что тебе нужно?!

От него так разит алкоголем. И он на ногах еле стоит. Весь шатается, блин. Налакался, придурок.

— Долго ты планируешь мозолить мне глаза своим уёбищем?!

— Оскорбляя его, ты только показываешь собственное невежество. Уходи отсюда, я буду принимать душ, — выпаливаю, достав одноразовую щётку из тумбочки и выдавливая на неё пасту. Руки трясутся, а он пилит меня своим тёмным пьяным взглядом.

— Душ, говоришь? А чё с ёбырем своим не пошла? Стыдно здесь, что ли, мандой светить?

Смотрю на него, раздувая ноздри, и злость берёт такая, что хочется треснуть по башке. Но я еле держусь. Да как он смеет вообще нести всю эту грязь в мой адрес?! Когда сам притащил сюда свою бывшую и сосался с ней у меня на глазах?! Урод!

— У тебя забыла спросить, с кем мне в душ ходить, Хорольский. Тебя девушка твоя заждалась уже. Когда я выйду отсюда, можете сношаться здесь сколько влезет. А я предпочитаю для этого спальню, — отвечаю ядовито, и чувствую, как между нами концентрируется электричество… Огромная убийственная шаровая молния, которая неизвестно куда долбанёт сейчас.

Аж искры отскакивают… Это точно опасно для жизни. Лучше бы я этого не говорила… Хотя я рада, что сказала. Пусть и ему будет серпом по яйцам, раз уж он меня не жалеет тоже!

— Шлюха, — выпаливает он надменно, и меня так бомбит, что я резко вскидываю руку и со всей дури бью ему прямо по роже, ощущая, как всё внутри меня горит ярким губительным пламенем.

Рука начинает болеть. Глаза в мгновение краснеют и слезятся, а меня за секунду тараном сносят с ног и словно маленького зверька давят к керамической поверхности задницей, так, что я перестаю дышать и просто вцепляюсь в него обеими руками, будто тону…