Сердце подонка

Глава 15

Евгения Хомова

Вёл себя так, словно реально не спал с ней. В глаза врёт, кажется, уже на автомате. И я не верю ему больше. Это искусная игра, направленная на его желания. Он эгоист… Мерзавец. Подонок! И хочет он только одного, судя по всему. Как можно глубже ворваться в моё сердце. Которого уже и без того не бьётся… Которое изнывает в груди от боли… Это всё любовь к нему меня уничтожает. Она вьёт из меня верёвки, и я не знаю, когда смогу освободиться.

Но я горжусь собой, что в диалоге с ним практически не проявляла эмоций. Всё сделала как надо. Это первый шаг. Отогнать его от себя, чтобы больше не подходил ко мне…

Чтобы я не ощущала этого болезненного притяжения.

С меня хватит!

На парах переписываюсь с Наташей и мамой.

Она не обиделась, что я уехала, но очень переживает из-за свадьбы. А я говорю, что оформление и торт я беру на себя. Уже примерно представляю, как бы понравилось маме. Нужно обязательно нанять самого лучшего флориста. Она ведь обожает цветы… И можно сделать так красиво, я думаю…

Мысли о прекрасном действительно отвлекают от главного кошмара моей жизни. А ещё я переписываюсь с Киром. Совсем немного. Просто он спросил, как я, вот мне и пришлось ответить. А там завязался небольшой диалог.

«Я сейчас выпил бы литр кофе, спать дико хочу».

«Извини, это из-за меня».

«Да нет. Это из-за меня!», — присылает со смайлом.

«Ага, конечно».

«Слушай… Это странно на самом деле. Ник мне не импонирует, но… Он с тебя глаз не сводил. Когда они лизались, выглядел так, будто его заставляют это делать. А тут… Набухался или что…».

«Это не оправдание».

«Согласен. Конечно, нет. Но всё равно странно. Если мужик сосаться с девчонкой не желает, то у него на неё и не встанет, сори за честность».

«Может, он сделал назло мне?».

«Не знаю, Жень. А мне эту девчонку жаль даже».

«Ну вот… Началось», — присылаю с грустным смайлом, а он смеётся надо мной снова.

«Я о том, что она прям по нему убивается. Не люблю смотреть на то, как девушки сами себя обманывают. Понимаешь?».

«Наверное», — отправляю, а сама думаю… Прямо как я. Я ведь именно это и делаю всё это время…

Не успеваю выйти из аудитории, как путь мне преграждает её Величество Кира. Как говорится, вспомни говно, вот и оно…

Смотрит на меня волком и толкает в аудиторию.

— Ты больная? Что тебе нужно, блин? У меня нет на тебя времени! — выпаливаю я, прорычав. Честно, я уже хочу ей накостылять. Только драться не желаю и не умею. Из меня боец так себе… Это Наташка может пройтись по врагам гусеничной лентой… Навечно придавив к земле, а я…

— Учти, что я всё знаю… Трахаться с чужими парнями, когда тебя в комнате ждёт твой, дурной тон, не читаешь? Или у вас, шлюх, так заведено?

Вот ведь тварь, а.

— Пошла ты, — отрезаю мгновенно. — Иди к своему парню, пожалуйста, а то мало ли чем он занимается пока тебя нет!

— Не бойся. Раз уж ты здесь передо мной, значит, он в безопасности.

Мне аж смешно становится.

Качаю головой, глядя на её мерзкую рожу. Тоже мне контролёрша нашлась.

— Если ты ещё раз подойдёшь ко мне, Кира. То пожалеешь. Я не шучу, — дроблю злобно, прожигая её взглядом.

— А ты, милая, не угрожай мне. И к парню моему больше не подходи. Всё усвоила?

— Ты держи его возле себя, как карманную собачку, и смотри, чтобы он сам ко мне не подходил, ясно? — огрызаюсь, а она фыркает и проходит мимо меня к выходу, толкнув в плечо. Дура, блин, шизанутая. Совсем уже.

Иду на свои лекции. Встречая Ника в коридоре, стремлюсь побыстрее проскочить мимо. Не желаю вообще никак с ним контактировать. Рядом с Кирой его не вижу, но у меня всё равно в груди болит от ревности.

Потому что то, как он поступил, было ненормально. Я бы даже сказала унизительно и гадко. В один и тот же вечер… После нашего секса пойти и… Это кем надо быть вообще?

Даже вспоминать не хочу… Я ведь ему душой отдалась вчера, а не только телом… И он снова окунул меня в грязь. Словно нарочно всё это сделал. Или может он вообще допился до того, что забыл вчерашний пьяный секс со своей пассией? А со мной тогда почему запомнил?

— Я бы хотела арку с цветами… Да… Много красивых шифоновых лент… Цвета нежные… Лучше всего постельные. Розовые, персиковые, белые… Мама любит такое… — разговариваю с дизайнером и смотрю в окно. Задумчиво и завороженно. На улице начинается первый мокрый снег… А я, как назло, припёрлась в своих кедах… М-дааа… — Хорошо, я тогда буду ждать варианты… Очень надеюсь, да. Спасибо вам… На связи. Торжество будет 12 декабря… Да… Договорились.

Только кладу трубку, как возле меня на подоконнике появляется книга с красной обложкой, и я вздрагиваю, покрывшись мурашками. Медленно осторожно оборачиваюсь. Понимаю, что протиснуться он мне не даст. Стоит и обволакивает меня своей жестокостью. Он точно не человек… Порой мне кажется, что Дьявол наградил его дополнительными преимуществами. Особенно способностью влиять на моё сознание… Но я пытаюсь бороться. Всеми силами. Как бы меня к нему ни тянуло.

Эта его сверхсила притягивает и отталкивает одновременно…

— Что это? — спрашиваю холодно. Опять он играет в свои привычные игры. Не дома, так тут меня достать решил. Ладно хоть не пьяный на этот раз. Удивительно. А то мне казалось, всегда теперь такой ходить будет. Ведь удобно прятаться за алкоголем. Сразу становишься таким смелым… Таким якобы дерзким. Пока не наступает утро… Которое бьёт тебя наотмашь по лицу.

— Я тебе правду сказал, — отвечает спокойным тоном. Но между тем я слышу нотки отчаяния.

— Ник, мне вообще не до тебя…

— Назови страницу… — выпаливает гневно, а мне становится смешно. Теперь он гадать решил, да?! Теперь он вдруг возомнил себя грёбанным романтиком?! После того, что натворил… После того, сколько всего сделал… Сколько поломал. И меня, и маму, блин… И отца своего перешагнул. Словно другие люди для него игрушки. Но теперь он побудет в их шкуре.

— Это всё чушь собачья. Помню, ты так говорил. Так вот. Впервые в жизни я с тобой согласна. Пропусти!

— Ну не скажи… — не выпускает он. — Книги ведь пророчили тебе одиночество, верно? Так где они ошибались? — выдаёт, стиснув челюсть, а у меня так давит в груди. Вот ведь скотина… Прямо по-больному прошёлся…

— Мне некогда. Пропусти.

Он толкает меня обратно, и от возмущённая я открываю рот.

— Я много и не займу. Страницу, Женя.

Смотрю на книгу и мне тошно становится. «Мастер и Маргарита».

Даже припёр ту самую… Придурок.

Но если не скажу, не отстанет. Проще избавиться.

— 96 страница, 13 строка сверху. Почитаешь сам, мне некогда ещё раз говорю!

— Нет уж, блядь, стой тут, — рявкает на меня, заставляя краснеть и пыхтеть от злости. Меня аж всю трясёт на месте. Не могу с ним находиться. А он открывает и нервно смеётся. — Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит… Ничего не напоминает, ведьма?

— Знаешь, что… Я не желаю это слушать. Бред полный!

— Но когда-то ты хотела слушать, верно? Так раздели мою участь. Или слабо? Послушай меня! Я тебя предал — да. Я совершил ужасный поступок, но… Сука, да я никогда и никого так не любил, Женя… У меня крыша по тебе едет. Я только о тебе и думаю. Ты в моей голове. Внутри меня… Со мной книги говорят, очнись?!

Я слушаю его и у меня, кажется, натягиваются голосовые связки. Дрожит подбородок. Он специально надо мной потешается? Я уже не вывожу этого… Не честно… Мои чувства не резиновые. Они меня ломают. Я ощущаю себя так, словно стою на льду… И он трескается у меня под ногами. А я не вижу берега… Не знаю, в какую сторону бежать… Ещё чуть-чуть и провалюсь… Меня унесёт течением… Спрячет ото всех в ледяном царстве… А он продолжает и продолжает меня добивать. Голосом, взглядом, словами…

— Они и с тобой говорят… Дай мне шанс всё исправить… Женя… Жень… — голос его как яд, что проникает под кожу и доходит до самого сердца, делая его чёрным… Я дышать не могу, потому что больно.

Начинаю плакать, а он… Не задумываясь притягивает к себе, словно маленькую, обхватив за спину обеими руками… Как всегда, топит меня в себе.

Я же помню эти ощущения… Первое наше тепло. Моё к нему слепое даже детское наивное доверие… Мне казалось, что он самый важный мужчина в моей жизни. Мне казалось, что я для него много значу. Что он наконец раскрылся для меня и дал мне увидеть свою душу. А оказалось…

— Мне нужен только один… Только один шанс… Я не спал с ней, я тебе клянусь. Всем, чем хочешь… Я бы никогда так не сделал… Мне противно на других смотреть. Женя… Хомячок мой любимый… Нежная моя… — ощущаю его нос в своих волосах, и у меня по всему телу скользят мурашки. Я не понимаю, почему сейчас опять задыхаюсь в его объятиях. Ведь дала себе слово. Я только-только хотела всё окончательно разорвать и снова…

Я же знаю, что это зависимость от него. И это плохо. Но не могу от него оторваться.

Он гладит по голове… Он не перестаёт меня прижимать и говорить. Словно уже всё подряд мне шепчет. Пока другие студенты и преподаватели ходят мимо туда-сюда. А мы так и стоим… Окруженные обыденностью и серостью стен.

— Я тебя никогда больше не обижу… Я тебе клянусь, Жень…

Чувствую, как яд с новой дозой приливает к сердцу и всеми силами пытаюсь от него оттолкнуться. Потому что я что-то похожее уже от него слышала. Ох уж эти обещания. Эта немыслимая боль. Если бы он только знал, каково это…

— Отпусти…

— Нет. Не отпущу… Нет, — сжимает меня сильнее. Будто с ног до головы окутывая своей тёмной энергетикой… Она ведь когда сливается со моей становится совсем другой… Я теряюсь в ней.

— Ник, мне больно. Отпусти…

— Я тебе больно не делаю…

— Делаешь! Ты делаешь! Мне внутри больно, я не хочу… Я не могу… Мне очень-очень больно…

— Послушай… Я бы забрал… Я бы всё до единой капли забрал, если бы позволила… Всю твою боль. Не уходи. Не забирай у меня себя… Я прошу тебя… Умоляю, Женя… — просит он на грани. Его голос такой поломанный. Он сам поломанный. Я тоже… Господи, что мы творим. Я устала до смерти…

— Извини… Ник… Я не могу, — отлетаю от него, ощущая жуткую боль и жжение в солнечном сплетении. Пулей бегу вниз по лестнице. Даже кажется, что сейчас упаду и переломаю ноги… Но я просто не в состоянии вынести этого…

Слёзы застилают глаза в очередной раз. Я так много к нему чувствую, что не могу взять себя в руки…

Лишь бы добежать хотя бы до гардероба…

Однако, едва я влетаю туда, как чувствую, что меня сносят с ног и начинают бурно целовать прямо там. Губы мгновенно начинают гореть под его натиском. Сердце покрывается огнём. И мы с Ником заваливаемся прямо на пол среди кучи пуховиков и курток, не в состоянии отлипнуть друг от друга…

От автора: Сегодня в честь подборки литнет "Выгодные выходные" на АБСОЛЮТНО ВСЕ МОИ РАБОТЫ установлены скидки! https://litnet.com/shrt/Zcyx