Шнобель

Глава 22. Оксана

Ой, все! Вот почему они не предупреждают о мелком тексте в договоре? Почему я как юрист попалась на эту удочку? Я же видела, что там есть подобные пункты!

Выходила из-за ширмы такая же красивая, как и голая. Да-да, на меня буквально нацепили голый костюм. Прям настоящий. То есть трусики и бра телесного цвета.

— Ну, точно, что сопля… — застонала я, пока феи красоты порхали надо мной, создавая, как они сами его назвали: волшебно-агрессивный макияж.

В это время где-то сбоку происходил лютый срач Бедросовича и СММщицы. Судя по всему, это была битва не на жизнь, а на контент, и мой доктор ее проигрывал.

По крайней мере, в какой-то момент лицо его покраснело, уши побелели, а шея и вовсе пошла пятнами. Так и удар хватить может, что уж. Но не мне переживать за этого красавчика.

Я сейчас была максимально озадачена тем, как не замерзнуть и не опозориться. И это я! Человек, который не стеснялся ничего! Чем я думала раньше?

А в итоге я стояла перед зеркалом и не могла закрыть рот от удивления. Ибо на меня из отражения смотрела какая-то странная молодая женщина. Я бы даже сказала модель!

— Иди сюда, звезда моя! Будем снимать высшее саркастическое искусство! — возбужденно заявила девушка.

Ну, в том, что все будет весьма саркастично, я убедилась сама. А еще убедилась в том, что выглядела если не на все сто, то на все триста (упомянем тракториста).

Потому как я поймала ошалевший взгляд Бедросовича и не знала, мне быть польщенной или как? Мужик медленно присел на стульчик. Хорошо, он там был, а то, наверное, сполз бы по стеночке, а то такие таланты беречь надо!

По крайней мере, пока он не сделает мне нос. Самый красивый в мире и шикарный нос! Иначе зачем я вот это вот все терпела?

— Так, девушка, идите сюда, я свет поправлю, — серьезно настроила меня на работу фотограф.

СММщица же бегала как ужаленная вокруг, снимая меня с каким-то совершенно сумасшедшим взглядом. Бедросович, несмотря на поражение, никуда не уходил.

В итоге я оказалась не в самом приятном положении. С одной стороны, тут происходило творчество, и меня только в бараний рог рядом с этим носом не скручивали.

Ну, честное слово! Лучше бы просто соплей в ноздре побыла, и на том спасибо. Я же выкручивала по требованию фотографа плечи, прогибала спинку и ноги за ноги так расставляла, что боялась не собрать их потом для ходьбы.

Кто бы мог подумать, что позирование для искусства такая сложная задача?! И очень энергозатратная. Уже через полчаса я устала как собака.

Что удивительно, что весь процесс уже занял приличное время, а Душко как неуловимый мститель все еще гневно сверкал глазами из-за угла. Мне даже странно было.

Нет, я искренне ему благодарна за то, что он вступился за меня или, по крайней мере, предпринял попытку. Но щеголять при мужчине голой почему-то стеснялась.

И это очень напрягало, так как в моем случае, благодаря разного рода исследованиям, можно было сказать: чего он там не видел, но все же его горящий каким-то странным возмущением взгляд заставлял мурашки табунами бегать по телу.

— Господин Душко, а вам не пора работать? — пару раз с насмешкой спрашивала наша организаторша.

Она ухмылялась, строила ему глазки и вообще как-то регулярно многозначительно на него поглядывала. Не знаю, на что такое она намекала, но выглядело странно.

Доктор отшучивался и отмалчивался, не сводя с меня напряженного взгляда. Я уже под конец стала закипать. Так и хотелось крикнуть, что дыру прожжет!

Но фотограф меня не отпускала. Чтоб я еще когда с творческими людьми связывалась! Да они все чокнутые на одно место! Девушка уже второй час носилась вокруг меня с глазами как у наркомана, получившего дозу. Вот это любовь к искусству, так любовь!

В какой-то момент в перерыве между кадрами на площадке воцарилась мертвая тишина, и в ней отчетливо прозвучало урчание моего живота. Я даже покраснела от неожиданности. Но что самое забавное… Сбоку раздалось решительное:

— Так, все! Даже рабов надо кормить. Хорош уже, она еле на ногах стоит. И замерзла! Да оденьте ее уже! — возмутился Бедросович.

Очень сильно творческие люди ка-а-а-ак очнулись. Вздрогнули и нахмурились, глядя в мое изможденное съемкой лицо. Ну, неужели заметили, что я сдулась?

— Так. Нам, и правда, пора заканчивать. Покажи ей хоть, фотки какие получились. Я в восторге! Она сама кайфанет, что не зря мучилась, — устало кивнула фотографу СММщица.

Та направилась ко мне и как по команде на ноутбуке открыла наше с ней творчество. Вот тут я залипла. Ну, нифига же себе! Это же не я! Это какая-то голливудская красотка!

Не успела насладиться промежуточным и необработанным результатом, как меня выгнали с площадки, и я угодила… Прямо в объятия Душко. Он накинул на меня халат, заматывая как мумию, и буркнул:

— Пошли, накормлю хоть тебя.