Сказки детского Леса

Остров Детей

Здесь нет ничего… так пустынен остров… что здесь можно жить всегда… Здесь живут песок и скалы в окружении настолько безбрежного моря, что даже птицы не смогли собрать сил для перелётов сюда… Но море живое и я вижу уже как жаждет ожить омываемый им жёлтый песок... здесь есть где жить... здесь есть как жить... Ослепительны лучи животворного солнца… но я начну ночью, мне надо дождаться серебряного восхода мамы-луны… солнце согреет меня и скалы… солнце согреет меня и песок… солнце никогда не покинет этот мир… но я подожду пока усыпанной звёздами ночи за порогом вечера… за порогом вечера откроющего возможности наведения волшебства…

…Лучами солнце великий потрогал расстеленную гладкую линию горизонта и прилёг устало разливаясь по постели моря... Море мягко покачивало на волнах свет горячего седого солнца... Море шептало песку о том, как сильно устало великое, согрев весь необъятный мир… Море приняло утомлённый жар в своё покорное растроганное волнами лоно покоя и прохлады…

…Небо посмотрело вслед уходившему солнцу и набросило на плечи мягкую шаль наступающих сумерек… Первые лучики смеющихся глаз ночи звёздочками любовались одеянием темнеющего неба… Пока не показались все звёзды мира изумрудами ночной тьмы… Звёзды звали в небо свою маму-луну… Я слышал звёзды, я сидел на песке, я знал где живёт мама-луна… Веки были тяжелы и лежали они полуприкрыв глаза обращённые в ожидание мамы…

…Она пришла тихая грустная и ласково улыбающаяся как всегда… Как всегда очень больно стало за маму-луну, сердце затрогалось, глаза поднял и в них чуть не поселилась слеза… но она улыбнулась и всё стало тихо, спокойно и хорошо… Тогда я почувствовал, что теперь я могу всё…

Я встал и крепко ногами вошёл в непоколебимую крепость песка. Всё хорошо… руками лунного света немного в ладони… песок очень хорошо приготовлен к жизни… жизнь из лунного света и лёгкого песка… скалы укроют непроницаемо надёжно ещё очень маленькую слабую и беззащитную жизнь… пусть до утра баюкает вас ласковая тишина моря… в море жизнь до лучей чистого утра… А здесь ещё немного надо…

…Осторожно… тихо очень… пока не видит никто… я превращал песок и скалы в очень разные камни… камни заплетал паутиной корешков очень разных трав… приводил ручейки к рекам и к корешкам трав… защищал травы кустами ведомых цветов… надёжные строил преграды ветру из крон зелёных деревьев… Потом ещё улыбнулась грустная мама-луна и улыбка её отразилась в глазах в оживших зверями скал… Звери… очень разные звери… забрали искорки глаз своих и разошлись жить в придуманных мною лесах… Всё хорошо… тихо и спокойно… никто не скажет теперь, что не было этого прекрасного хорошо… Никто не догадается о том, что была эта ночь рождения…

Сон безмятежный укажет нам путь в ворота будущего лучистого утра.

Мягкие лапы сна плавно выпустили из объятий шелковистых, когда резво-яркими лучиками пришло через море всегда первое утро. Лучики распахнули ресницы глаз, трав, цветов и зверей и лес наполнился радостью утренней жизни. Волны моря заискрились прозрачным блеском, играя в перегонки с солнечными зайчиками. Ветерок утренний пролетел над морем и забыв даже удивление долго играл с лёгкими кронами зелёных деревьев острова. Потом устал, изнежился и прилёг на прибрежную полоску жёлтого песка, греясь воздушными боками от света восходящего в голубое небо солнца.

Тогда море заботливое вынесло из глубин своих бережно хранимое и волной одной аккуратно очень положило к подножию скал на жёлтый согревающийся песок. Раковины бесценного жемчуга, сохранённые ночью и морем, лежали несказанно красивые и мне показалось, что они умеют улыбаться солнцу. Ветер лёгкий поднялся с песка, пронесся, удивлённо трогая дуновением раковины бесценного жемчуга, удивление забыл вновь, понял и стал бессмертным. Улетел ветер искать лёгкие маленькие облака в небе, чтобы рассказать им…

…Дыхание затаило даже небо бездонно-голубое, когда смогли увидеть мы рождение бесценного жемчуга наших сердец…

…Раковины раскрылись… в воздухе растворяясь лучиками света… из себя освобождая детей вечных наших…

…Только сами они не заметили, как легко стало нам в нашем мире маленького острова с их появлением. Они смеялись, я помню, и ушли жить к зверям прекрасно-зелёных лесов. Солнце в небе улыбнулось вслед им…

Они плыли по теченью, оно их принесло на холодный большой камень, живший среди течения хрустальной реки.

- Как тебя зовут? – спросил мальчик у девочки, когда плыть уже не надо было больше, и они сидели вдвоём на большой спине камня.

- Льдинка, - ответила девочка, зябко кутая плечики в солнечные лучики. – Я не знаю, что такое льдинка.

- Я знаю, кажется, - сказал мальчик. – Льдинки бывают тогда, когда речка от холода сворачивается клубком и застывает неподвижно. Наверное, я видел это, я покажу тебе, только это будет не скоро. А меня зовут Волк. Я видел серого волка в лесу, но я не знаю почему меня зовут Волк.

- Наверное, потому, что ты умел плыть и мог помогать плыть мне, даже тогда, когда у меня сил не было уже ни капельки, - сказала Льдинка и положила ладошки на нагревающуюся под солнцем гладкую поверхность камня. – Камень большой и сильный. Камень спас нас. Давай будем жить вместе на этом камне.

- Никто не живёт на камне посреди реки, - ответил Волк. – На камне посередине реки жить будет, наверное, интересно, - потом посмотрел на маленькую озябшую девочку и добавил, - Камень большой и сильный.

Камень действительно был очень большой, от края до края по нему можно было пройти несколько раз по несколько шагов. Волны хрустальной реки и при большом ветре не смогли бы достать краёв камня. Только в одном месте край камня полого спускался к воде, это был край по которому они забирались на камень. Место, где жил камень посреди хрустальной реки, с двух сторон охранял зелёными стенами шёпот леса. Но сразу за местом этим лес кончался и открывал простор всходившему солнцу. В лучах солнца не очень далеко видно было искрившееся голубое море. В море убегала извиваясь берегами хрустальная речка.

- Я маленький, но сильный, - сказал маленький Волк Льдинке. – Я буду плыть к берегу, чтобы сделать мостик к нашему камню. Жди меня на камне и не уходи в речку.

- Я не уйду, - пообещала маленькая Льдинка и Волк поплыл к берегу за которым его ждал зелёной стеной шёпот леса.

Солнечные лучи были уже очень теплы и ласковы, поэтому льдинка лежала на тёплом большом камне, на реснички её присел пушинкой тёплый солнечный сон. Во сне всё было так же хорошо и прекрасно. Как и на большом тёплом камне и маленький Волк возвращался к Льдинке по мостику от берега к камню…

По мостику от берега к камню возвращался маленький Волк.

- Льдинка, я принёс тебе таких же как ты, - сказал маленький Волк и протянул ей букетик лесных цветов. Цветы качали головками и улыбались Льдинке.

- Почему я видела во сне тебя, Волк? Ведь всё было так же почти, - улыбалась Льдинка в ответ цветам и маленькому Волку

- Потому что я, наверное, умею превращать сны в правду, - ответил маленький Волк.

- А разве так бывает?

- Да, мне надо только сильно захотеть превратить сон в правду.

Лесные цветики покачали головками, будто слушая маленького Волка и Льдинка рассмеялась.

- Они маленькие и умные, - она сказала, кончиками пальцев гладя нежные зелёные шейки цветов. - Они хорошие…

- Льдинка, пойдём смотреть лес. В лесу интересно, - сказал тогда маленький Волк.

Они перешли через мостик на берег хрустальной речки и берег пропустил их в туда, где открывался вход в лес больших и маленьких деревьев.

Деревья были очень разные и очень зелёные. Одни из них пропускали солнечные лучи между длинными тоненькими иголочками, другие подставляли солнышку широкие плоские ладошки листиков. Одни устремлялись очень высоко в голубое небо, другие жили в тишине и прохладе светлых теней внизу. Одни были прямы и стройны, другие раскидисты и ветвисты. Волк и Льдинка шли по мягким мхам у подножия разных деревьев и смотрели, как красив солнечный шёпот леса.

- Ой! - вскрикнула Льдинка. На звериной тропинке, на задних лапках стоял маленький зайчик. Он стоял и смотрел, как Волк и Льдинка идут прямо к нему.

- Это зайчик, не бойся, у него смешные уши, - сказал маленький Волк и зайчик вопросительно нагнул вперёд одно ушко. Потом он решил, что видимо уже пора убегать, опустился на передние лапки и смешно замахав пушистым белым хвостиком вверх-вниз быстро улепетнул в лесную чащу.

- Я тоже зайчик, - засмеялась Льдинка и легко побежала по тропинке в сторону, где деревья становились светлее от близкого простора. - Догони меня, Волк!

Маленький Волк за мгновение увидел как воздушные крылышки Льдинки волос запрыгали по её маленьким плечам, тогда маленький Волк улыбнулся солнцу и побежал вслед за убегающей Льдинкой. Маленький Волк был маленький, но сильный, он тронул лицом уже лёгкие крылышки развевавшихся в беге Льдинки волос, но лес тогда открыл им дорогу к солнцу и они оба как воздушные шарики покатились по мягкой зелёной траве очень большой полянки.

- Я поймал тебя, зайчик, - сказал маленький Волк Льдинке.

- Нет, просто зайчик выскочил на полянку, где ничего не страшно, - смеялась Льдинка. В её глазах прыгали хитрые солнечные лучики.

- Смотри, Льдинка, на этой полянке живёт Кто-то, - сказал маленький Волк и показал лицом в сторону, где немножко далеко на полянке находился Кто-то. Кто-то был очень большой на низкой траве, но его ещё плохо было видно.

- Ух ты, - воскликнула Льдинка. - Пойдём смотреть Кого-то быстрее.

- Кто-то бывают разные, - ответил маленький Волк. - Надо осторожно идти к большому Кто-то.

Они пошли мягко ступая по зелёно-разноцветному ковру трав и цветов.

- Стой! - очень тихо, но сильно так, что Льдинка застыла на месте, сказал маленький Волк. Прямо перед ними будто из травы росла голова старой мудрой змеи. Крылья её были расправлены и змея чуть раскачиваясь внимательно смотрела на маленьких Волка и Льдинку. Маленький Волк прикрыл ладошкой девочку позади себя и посмотрел в мудрые неподвижные глаза старой змеи. Это были очень грустные глаза. Старая мудрая змея тихо сложила свои крылья, опустила взгляд головой на землю и шорохом ловко извиваясь быстро ушла по зелёным травам и разным цветам.

- Её зовут змея, - сказал маленький Волк, чувствуя ладошкой бьющееся сердечко Льдинки. - Она поняла нас.

- Почему страшно? - спросила маленькая Льдинка.

- Страшно бывает только один раз, - ответил маленький Волк. - Теперь мы знаем старую мудрую змею, а старая мудрая змея теперь знает нас и нам теперь больше не будет страшно. Теперь мы такие же как старая осторожная змея.

Он лёг на траву вместе с Льдинкой и они поползли осторожно к тому месту, где на полянке жил большой Кто-то. Они подползли очень близко и большой Кто-то не заметил их в траве. Он стоял и думал о чём-то своём и на голове у него росли большие устрашающие рога. Но большой Кто-то не был страшным, он был задумчивым.

- Льдинка, это корова, большая и добрая, - прошептал маленький Волк Льдинке.

- А почему у неё такие рога? - шёпотом спросила Льдинка.

- Рога не страшные, она добрая корова, - ответил маленький Волк.

Корова повернула в их сторону большие добрые глаза и сказала:

- Му-у-у!

Она подошла к лежавшим на траве детям и потрогала их своим мягким влажным носом. Льдинка встала на коленки и погладила мягкий тёплый нос коровы, прижала её голову с уже не страшными рогами к себе и сказала:

- Она тёплая корова…

- Смотри, кто у неё есть, - сказал маленький Волк. Тогда Льдинка увидела, что немножко дальше на полянке жил ещё один такой же Кто-то, только совсем маленький, смешной и у него совсем не было рогов. - Наверное, это её коровёнок. Коровёнок был весь очень мягкий и тыкался всё время щекотно в их животы своим розовым носом. Его мама-корова смотрела, скосив свои добрые глаза, как Волк и Льдинка гладят ему уши.

- Теперь нам надо идти домой, Льдинка, - сказал маленький Волк. - Большой тёплый камень, наверное, уже ждёт, когда мы прийдём обратно.

Большое жаркое солнце уже стало терять частички своего огромного жара, когда Волк и Льдинка вернулись на берег хрустальной речки.

- Волк, почему большой камень был холодным, когда мы приплыли на него утром? – спросила маленькая Льдинка.

- Наверное, камень спал ночью и тогда он замёрз, - ответил маленький Волк.

- А когда сегодня будет ночь, он опять замёрзнет?

- Все вместе мы не замёрзнем. Мы принесём ещё тёплых веток и травы, мы укроем камень и можно будет ещё укрыться нам.

Вечернее солнце, устало улыбаясь им, внимательно наблюдало как маленькие мальчик и девочка усердно носят веточки и подсохшие травы на камень посередине хрустальной реки. Когда солнышко совсем уже склонилось к лесу из которого выбегала хрустальная речка, когда лучи его стали розовыми от усталости, а вечерний ветерок донёс с моря шелест темнеющих волн, большой согретый днём камень был уже укрыт покрывалом из веточек и тёплой сухой травы. Волк и Льдинка сидели на тёплом покрывале, тесно прижавшись друг к другу, и смотрели, как уходит за голубую стену леса солнце. Когда последний лучик его блеснул и исчез, как капелька в небе, в лесу наступила спокойная тишина позднего вечера. Сумерки с неба опускались на землю, последнее маленькое розовое облачко отправилось догонять ушедшее солнышко и в небе зажглись далёкими зелёными огоньками звёздочки ночи. Волк и Льдинка тихо шептались и долго смотрели на звёзды, забравшись под ворох веточек и трав, пока не пришёл всесильный Дрёма. Крепко обнявшись, чтобы стало тепло, Волк и маленькая Льдинка уснули вместе с большим камнем посреди хрустальной звёздной речки.

…Маленький Волк с Льдинкой шли по очень тёмному ночному лесу и только звёздочки далеко над деревьями смотрели на них и озорно перемигивались, когда две из них покинули ночное небо и оказались в тёмном очень лесу… Две звёздочки были рядом и светились, глядя на маленьких Волка и Льдинку… Что-то осторожное шевельнулось в груди Волка, когда увидел он звёздочки в лесу.

- Льдинка, это Тот кто живёт ночью… - сказал маленький Волк и Льдинка сильнее прижалась к нему в испуге. – Он видит звёздочками. Не бойся, Тот кто живёт ночью не тронет нас.

А Тот кто живёт ночью подошел к ним и обнюхал их, тычась мокрым холодным носом. Затем он отошёл немного по тёмному ночному лесу и снова показал свои звёздные глаза.

- Он куда-то зовёт нас, - сказал маленький Волк и они пошли с маленькой Льдинкой за Тем ко живёт ночью.

Он шёл, плутая между высоких тёмных деревьев, изредка показывая свои сверкающие звёздочки глаз.

Что-то светилось далеко впереди за стеной деревьев слабым совсем ещё не ясным светом. Постепенно деревья редели и, когда впереди уже почти не оставалось их могучих тёмных теней, Тот кто живёт ночью показал свои глаза в последний раз и как-то сразу пропал, будто превратившись в кусочек одной из могучих тёмных теней.

- Куда привёл нас Тот кто живёт ночью? – спросила маленькая Льдинка.

- Наверное, он привёл нас к свету, там за деревьями, - ответил маленький Волк. – Нам нужно увидеть тот свет.

И, когда вышли они на простор тёмной звёздной ночи, Льдинка вскрикнула:

- Ой, смотри, Волк, это же наш домик!

Вскрикнула и застыла от удивления. На большом камне, за мостиком, посередине реки стоял тёмный маленький домик, и окошки его светились мягким тёплым светом, в лучах которого лежал весь большой камень и игрались маленькие волны ночной речки.

Они оба стояли на берегу, возле самого мостика и смотрели на маленький чудесный домик на камне посреди хрустальной реки и ночной темноты…

Солнце лучами согрело бескрайнюю линию горизонта моря. Зелёный лес жил звуками наступившего солнечного утра. Прохладный ветерок откинул полог тёплых веточек и трав с маленьких детей. Льдинка разняла маленькие сонные реснички, реснички встрепенулись и в изумлении замерли у края больших льдинкиных глаз.

- Волк, разве это не сон приходил ночью? – спросила Льдинка, приподнявшись с мягких тёплых трав.

- Это был сон, - не открывая глаз, ответил маленький Волк, - но он был очень красивый и, наверное, он будет с нами.

Маленький Волк открыл глаза. На противоположном от мостика краю большого камня стоял маленький дом. Он был сделан из искусно переплетённых веточек так, что даже маленькой щёлки не было видно в его стенах. В домике были окошки и маленькая дверь, поэтому в домик можно было войти.

Когда Волк и Льдинка вошли в тихонько скрипнувшую плетёную дверь, солнечный луч как раз пробирался, проникнув в окно, по столу, который стоял посередине домика. И на столе в маленькой чашке росли лесные цветы, которые Волк подарил Льдинке. А рядом с цветами стоял кувшин тёплого белого молока.

- Это молоко, - сказал Волк Льдинке. – Молоко вкусное очень, его пьют. Попробуй немножко, тогда тебе понравится.

Льдинка тронула губами тёплый край белого молока и сделала маленький глоток.

- Такое вкусное, что в нём можно утонуть, - сказала маленькая Льдинка. – Я знаю, его нужно пить осторожно и маленькими глоточками. А ещё оно тёплое внутри меня.

- Тёплое молоко как солнышко внутри нас, - ответил маленький Волк. – Я только знаю, что нужно обязательно оставить немножко молока, хоть на донышке, тогда молоко будет опять потом.

И он, попив немножко, поставил кувшин на стол.

- Волк, я видела наш домик во сне, - сказала Льдинка, - но он был ночью и в окошках во сне горел свет. Это ты превратил сон в домик?

- Не знаю, может быть и я. Я сильно хотел, чтобы наш сон был с нами. И чтобы остался Тот кто живёт ночью. Наверное, когда-нибудь мы встретим его снова, теперь.

- Тот кто живёт ночью был грустный, только звёздочки глаз его светят ему ночью. Тот кто живёт ночью привёл нас к нашему домику…, - сказала маленькая Льдинка.

- Мы обязательно встретим Того кто живёт ночью, - тогда сказал маленький Волк и показал Льдинке солнечный луч, который вскарабкивался на её ладошку лежавшую на столе. – Смотри какой маленький и красивый.

Лучик проходил в домик через маленькую дырочку в стене над окошком. Маленькая дырочка видимо была придумана, чтобы специально пропускать солнечный лучик.

- Какой лёгкий и смешной, - улыбнулась Льдинка, подняла солнечный лучик в ладошке и опустила его на стол. – И тёплый, как нос у коровёнка. Пойдём к коровёнку. Как он там – на лугу?

И они пошли к коровёнку, лесные цветочки на столе помахали им своими головками , а солнечный лучик хитро подмигнул, зацепившись за щёлки на столе.

Маленький зайчик с белым пушистым хвостом стоял на том же месте и думал: «Они… я их видел уже вчера…» И убежал подбрасывая хвостик только тогда, когда Волк и Льдинка подошли уже очень совсем близко.

- Пушистый Хвостик убежал, - сказала маленькая Льдинка. – Смешной.

А мудрой змеи на лугу не было, наверное она отправилась куда-то по своим важномудрым делам. Но Волк и Льдинка от самого края поляны ползли по-змеиному среди ставших поэтому высокими стеблей травы. Ползти было интересно, потому что в травах, превращавшихся в леса, было очень много маленьких зверей. Волк и Льдинка то ползли быстро, обгоняя кого-нибудь из зверей-насекомых, то замирали, уступая дорогу спешащим неизвестным жителям. Они были очень озабоченны делами лесного царства травы и тогда маленький Волк увидел перед собой непреодолимое препятствие, он чуть не налетел головой на широкий каменный столб уходящий в небо и услышал над головой громкое, протяжное «Му-у-у!». Он поднял глаза вверх по поверхности каменного столба и увидел над своим лицом свисающую большую морду коровы с добрыми глазами. Тогда каменный столб превратился в копыто коровы и маленький Волк сказал:

- Льдинка, мы уже пришли! Доброе утро! – сказал он добрым глазам коровы.

Корова подумала «Добрый вам день!» и ещё раз сказала «Му-у-у!».

Льдинка серьёзным голосом сказала «Му-у!» и рассмеялась. Коровёнок был рядом с большой коровой и думал «Маленькие… Как я…». Он не говорил «Му-у!» и Льдинка потрепала его мягкие тёплые уши, а он также щекотно тыкался розовым носом ей в животик и думал «Молоком… пахнут… Вкусно…».

Льдинка гладила своей маленькой ладошкой влажный нос коровёнка и спросила:

- Волк, почему коровёнок не говорит, как мы? Ведь он хороший и добрый.

- Звери умеют говорить, только про себя, - ответил маленький Волк. - А с нами они, наверное, разговаривают своими глазами, ведь мы всё равно понимаем их…

- Ага, когда мы шли за Тем кто жил во сне ночью, мы видели только его глаза и всё равно могли понимать его. Ты знаешь Того кто живёт ночью? - спросила Льдинка шёпотом в мягкое ушко коровёнка и коровёнок тогда сказал «Му-у-у!», потому что Тот кто живёт ночью вывел однажды коровёнка из тёмного леса ночью, когда коровёнок заблудился и искал свою маму.

Потом Волк и маленькая Льдинка попрощались с доброй коровой и маленьким коровёнком и корова подумала «До свиданья!», а коровёнок подумал «До завтра». Тогда маленькие Волк и Льдинка пошли домой по лесу к хрустальной речке. А их опять встретил зайчик, которого Льдинка назвала Пушистый Хвостик, он и не убегал далеко, он думал «Они будут идти обратно». Он не стал упрыгивать теперь, а сидел на задних лапках и вопросительно опускал ушко.

Волк и Льдинка подходили осторожно и остановились, не очень далеко, чтобы не пугать напрасно серого зайку.

- Я буду зайчик, - сказала Льдинка и стала на четвереньки. Она как будто стала совсем маленькая и на четвереньках подходила к Пушистому Хвостику.

Пушистый Хвостик совсем уже смешно потёр передними лапками свою мордочку, когда маленькая Льдинка поцеловала его в нос. Тогда Волк сказал:

- И я буду зайчик, - и на четвереньках подошёл к Пушистому Хвостику.

«Смешные… какие…, - подумал маленький зайчик, - …и маленькие… как я…».

Потом он пошевелил усами и подумал «Ну я пойду».

- До свиданья! - сказал маленький Волк.

- До завтра! - сказала Льдинка.

И они пошли к своему домику и к хрустальной речке, а Пушистый Хвостик упрыгал с белым хвостиком в зелёные кустики и травы.

А когда они пришли в маленький домик лесные цветики приветливо кивнули им головками и сказали, что солнечный лучик обещал вернуться завтра, следующим утром, а пока он очень чем-то занят на небе. Зато кувшин с молоком, стоявший на столе, наполнился сам по себе до краёв, и Волк с маленькой Льдинкой досыта напились вкусного-превкусного молока. И на донышке ещё осталось чуть-чуть. Льдинка сказала:

- Давай немножко молока дадим лесным цветочкам.

Но Волк знал, что лесные цветики не умеют пить молоко, и он сказал, что похожие на Льдинку умеют пить только вкусную воду из хрустальной речки. И Льдинка принесла немножко вкусной воды в ладошках, и цветочки благодарно покивали головками.

А солнце уже было очень высоко, и выходить из домика даже стало жарко.

- А хрустальная речка холодная, даже когда очень тепло, - сообщила Льдинка, потому что она знала, она в ладошках воду приносила.

- Пойдём трогать речку, - предложил маленький Волк, и они вышли из домика под лучи горячего солнышка.

Они подошли к тому краю большого камня, который спускался к самой речке и присели на самом краюшке. Прозрачная вода маленькими волнами разбивалась о край камня и исходилась весёлыми брызжущими пузырьками серебряного воздуха.

Волк первый потрогал прохладную воду под палящим солнышком.

- Наверное, это чтобы в лесу, из которого бежит речка, было не сильно жарко от солнышка, сказал он.

А Льдинка потрогала и сказала «Ага!».

Потом Волк и Льдинка сели на маленький мостик и спустили ноги в прохладную хрустальную речку.

- Давай купаться совсем, - сказал маленький Волк, но обязательно добавил: - Только держись за мостик, Льдинка, а то речка унесёт нас на себе.

И они оказались по самые уши в мокрой прохладной воде, а когда накупались и чуть даже не замёрзли, под горячим солнышком совсем не показалось очень жарко и можно было лежать не покрывале из веточек и сухих трав. Недолгий лёгкий сон пробежался по их маленьким ресницам и Волк с Льдинкой нанемножко уснули.

…Они бежали по влажному утреннему лугу и с ними играл лёгкий утренний ветерок. Они бежали, и цветики на лугу поворачивали к ним удивлённые весёлые солнышки своих разноцветных глаз. Две розовые бабочки ждали их сидя возле глазок цветов. И стало очень хорошо и легко, когда воздушные бабочки вспорхнули и сели на два маленьких плечика Льдинки…

- Какие они красивые, - сказала Льдинка, просыпаясь в лучах очень тёплого солнца.

Волк открыл глаза и сказал:

- Льдинка, пусть они будут с тобой…

Потому что рядом с Льдинкой на покрывале из веточек и трав сидели две волшебные бабочки, а это и не бабочки были, а сложенное аккуратно маленькое лёгкое платьице, розовое и красивое.

Льдинка сказала «Ой!», и, когда она одела платьице, то тесёмки на её плечиках так и остались, как две воздушные розовые бабочки.

- Теперь ты очень красивая, - сказал маленький Волк. - Как солнышко…

А Льдинка почувствовала, как стало очень хорошо и легко, как во сне, когда бабочки в первый раз коснулись её плечиков. Даже ещё жаркое солнышко было не так горячо через розовое платьице.

А потом они пошли в домик и показали розовое платьице лесным цветикам и лесные цветики как будто улыбались от света розового платьица.

А солнце тогда уже решило делать вечер и сделало первые шаги вниз по небосводу. Тогда маленький Волк решил делать кроватку в домике и придумал идти с Льдинкой за сухими травами для кроватки. Они ходили в лес несколько раз, пока в уголке домика не построилась мягкая кроватка на полу из сухих трав, ограждённых по бокам маленькими веточками. Когда кроватка была готова, маленькие Волк и Льдинка сели на неё вдвоём и стали смотреть в другое окно, солнышко в котором не поднималось, а опускалось. Они сидели тесно прижавшись друг к другу, а солнышко становилось из розового всё красным и красным, ещё больше. Солнце катилось вниз всё быстрее и быстрее, пока его совсем не забрал на отдых темнеющий лес. Лес всё темнел и темнел и укладывал спать детей разных зверей, а потом уже и самих разных зверей. Только в домике Волка и маленькой Льдинки продолжал жить свет, лёгкий, тёплый и хороший. Его маленькая Льдинка первая заметила, когда они с Волком смотрели на уходящее до завтра солнце. «Смотри, Волк, наши цветочки умеют светить, как солнышко», - сказала тогда Льдинка маленькому Волку. Волк посмотрел на лесные цветики на столе и увидел их мягкий тёплый свет, от которого в домике становилось как-то очень уютно и немножко волшебно в каждом уголочке. «Они похожи на тебя, - сказал маленький Волк. - С ними хорошо…».

Волшебно розовыми казались стены, волшебно розовым был стол и волшебно розовым казалось молоко, когда Волк и Льдинка сели на стульчики за стол, на котором стоял кувшин наполненный молоком. Они пили совсем осторожно, маленькими глоточками, потому что молоко казалось особенно волшебно розовым от света лесных цветиков. От тёплого розового молока стало уютно и сонно. Тогда Волк и маленькая Льдинка легли на свою небольшую кроватку, а Льдинка аккуратно сложила лёгкое розовое платьице на стульчик. И когда сон мягко укутал их в тепло, лесные цветики покивали головками маленьким Волку и Льдинке, потихоньку прикрыли свои глазки излучавшие добрый свет и тихо волнуясь уснули…

…Тот кто живёт ночью жил тревожась в ночном лесу… звёзды ночного неба разбудили и растревожили звёздочки его глаз. Он долго смотрел в кусочки неба над высокими вершинами ночных деревьев и высокие вершины ночных деревьев шептали что-то друг другу очень высоко у самого неба. Звёздочки глаз Того кто живёт ночью лучились навстречу свету далёких весёлых звёздочек ночного неба. Потом Тот кто живёт ночью поднялся на пушистых лапах и, мягко сливаясь с темнотой каждого деревца и кустика, пошёл по ночному лесу. Он шёл, осторожно ступал по шёпоту леса. Шёпот леса вывел его туда, куда шёл Тот кто живёт ночью. Звёздочки ночи искорками перепрыгивали по волнам ночной хрустальной речки, а маленький мостик вёл к домику на камне посередине хрустальной речки. На лапах мягко и осторожно очень Тот кто живёт ночью входил в тёплый свет окошка маленького домика. Волшебный свет окошка лежал на покрывале тепла на поверхности большого камня, в свете окошка стоял Тот кто живёт ночью и внимательно звёздочками глаз смотрел в тепло маленького домика…

А утром их разбудил дождь. Тёплый летний дождь занял собой всё широкое небо и барабанил теперь пальчиками по крыше домика. Маленький Волк и Льдинка открыли глаза, лежали в тёплой кроватке сухой травы и слушали шорох дождя.

- Это дождь, - тихо сказал маленький Волк, - капельки воды прилетающие с неба…

Льдинка уютней завернулась в тепло сухих трав.

- Дождь тихий, - сказала маленькая Льдинка, - от него почему-то хорошо спать в кроватке…

А дождь всё шёл и шёл, убаюкивая и успокаивая зверей и птиц зелёного шёпота леса. Солнышко устало вчера и отдыхало теперь где-то очень далеко, оставив небу светлое ровное покрывало дождя.

Но цветики лесные открыли в аленьком домике свои глазки, растрогав волшебным светом все уголки сонных теней домика, и захотелось волшебно-тёплого молока стоявшего возле лесных цветиков. А молоко согрело и подарило улыбки.

- Пойдём трогать дождь, - улыбнулся и ответил маленький Волк.

Дождь начинался сразу за порогом. Волк и маленькая Льдинка открыли дверь и стояли перед прозрачной стенкой летнего дождя. Они протянули руки и в ладошках запрыгали весёлые смешные капельки. Капельки ни за что не хотели спокойно усесться и всё время выпрыгивали из ладошек стайками озорных брызг. Они улыбались капелькам и брызгам и вышли из домика в дождь. И сразу дождинки забрали последние капельки сна, прыгая по плечам и ладошкам. Дождинки смеялись и прыгали с неба весёлыми струйками в хрустальную речку, на большой камень и на крышу маленького домика. Льдинка смеялась и прыгала под струйками дождя на большом камне. Волк смеялся и видел Льдинку одетую в струйки весёлого тёплого дождя. Мохнатым тёплым полотенцем вытирал их в домике волшебный свет лесных цветиков. Когда стало совсем сухо и тепло, Льдинка надела своё лёгкое красивое розовое платьице, а на улице перестал идти дождь. Солнечные лучи пришли вслед за весёлыми струйками дождя и солнечный лучик прыгнул на стол в маленький домик. Он, наверное, проголодался пока был за облаками, потому что забрался в кувшин тёплого белого молока.

- Лучик молоко пьёт, - смеялась Льдинка. - Совсем смешной.

- Совсем смешной, - сказал и улыбался Волк. - Как Пушистый Хвостик.

- Лучик, мы пойдём к Пушистому Хвостику и ещё к коровёнку, - сказала солнечному лучику Льдинка, - А ты живи с лесными цветиками и не уходи. Пожалуйста…, - попросила маленькая Льдинка.

А маленький зайка Пушистый Хвостик был взъерошен и серьёзен. Струйки весёлого дождя забрались к нему под кустик и намочили всю его пушистую шубку. Теперь он выбрал посолнечней местечко на тропинке и сушил шубку, серьёзно поводил усиками и ждал, когда прийдут они. А Льдинка опять смеялась, потому что Пушистый Хвостик, когда был серьёзный, стал ещё смешней. Маленький Волк погладил взъерошенную шёрстку Пушистого Хвостика и сказал:

- Пушистый Хвостик мокрый от дождика.

И Льдинка тогда взяла Пушистого Хвостика в ладошки и прижала осторожно к себе.

«Тепло», - подумал Пушистый Хвостик. - «Спасибо».

- Пойдём с нами на солнечную полянку, - сказала Пушистому Хвостику Льдинка, - мы будем там с коровёнком и его большой мамой. Там очень тепло и ты не станешь мокрый.

«Хорошо, пойдёмте», - подумал Пушистый Хвостик, и они пошли на солнечную полянку.

А коровёнок был сухой и не мокрый совсем, хоть и дождик был тоже на солнечной полянке утром. Коровёнок с мамой-коровой прятались от дождика в лесу, а коровёнок ещё под мамой прятался и у него только нос, как всегда, был мокрый. Коровёнок долго и внимательно смотрел на Пушистого Хвостика и голову наклонил в сторону немного даже от внимания. А Пушистый Хвостик сидел в траве перед коровёнком и вопросительно поводил ушками. «Здравствуйте» - подумал коровёнок и наклонил голову в другую сторону. «Здравствуйте… Доброе утро» - подумал Пушистый Хвостик и повёл ушками. Льдинке стало смешно смотреть на них и она сказала маленькому Волку, что у неё уже нет сил смеяться с таких смехастиков.

- Смехастик это ты, Льдинка, - смеялся маленький Волк. - Пушистый Хвостик и коровёнок смешные из-за тебя.

- Мы пойдём тогда домой, а они пусть останутся лучше вместе все здесь, - сказала маленькая Льдинка. А Пушистый Хвостик подумал коровёнку «Хорошо?». А коровёнок подумал «Хорошо». И тогда Пушистый Хвостик подумал «Хорошо…». И они втроём с большой мамой-коровой остались на солнечной полянке, а Волк и Льдинка потом пошли домой к хрустальной речке, большому камню и маленькому домику. И на большом камне было хорошо сегодня, они пили тёплое вкусное молоко, купались в хрустальной речке и жили под очень тёплым солнышком. А ещё Волк и маленькая Льдинка разговаривали с солнечным лучиком, потому что он был с ними на столе теперь, и не уходил, потому что его Льдинка попросила. Только когда пришёл вечер солнечный лучик забрался в чашечку к лесным цветикам и спрятался в их маленьких листиках. А вечер опять был тихий в волшебном свете лесных цветиков и Льдинка была волшебная и красивая в розовом платьице и в мягком свете, маленький Волк видел Льдинку и думал, что очень тепло… Вечером пришёл Тот кто живёт ночью. На мягких лапах подошёл он к маленькому домику и потрогал лапами дверь домика. Он вошёл в тёплый свет маленького домика и глаза его были звёздочками света лесных цветиков. Льдинка улыбнулась и маленький Волк улыбнулся, потому что в маленький домик пришёл Тот кто живёт ночью. Тот кто живёт ночью был чёрный и мягкий, как ночь и Волк попросил тогда:

- Поедем к звёздочкам ночного неба. Пожалуйста. Маленький домик будет ждать нас.

- Маленький домик будет ждать, - подумал Тот кто живёт ночью и подставил мягкую чёрную спину Льдинке и маленькому Волку. Лесные цветики покивали головками им и обещали рассказать солнечному лучику утром, когда он проснётся, что они полетели к звёздочкам ночного неба, чтобы он тоже ждал. Тогда Тот кто живёт ночью на мягких лапах вынес Волка и маленькую Льдинку за порог домика и легко плавно взмыл над притихшим в наступившей ночи лесом. Они увидели ещё, когда над полянкой летели как спали уже коровёнок с пушистым хвостиком и с ним большая мама-корова. И Волк и Льдинка помахали ладошками ночью им. Тот кто живёт ночью на мягких лапах полетел к звёздам…

Звёзды волшебным светом увлекали их в бархат чёрной никогда не кончающейся ночи. Тот кто живёт ночью летел плавно и вокруг теперь жили только ночь и яркие изумрудные звёздочки.

«Они будут ожидать нас», тихо думал Тот кто живёт ночью, а Льдинка и маленький Волк спали в тепле его мягкой большой чёрной шерсти. Звёздочки улыбались звёздочкам глаз Того кто живёт ночью и спящим маленьким Волку и Льдинке. Звёздочки давно уже ждали их…

Они проснулись когда мягкие лапы Того кто живёт ночью коснулись изумрудной поверхности звезды.

- Льдинка, это звезда, - сказал маленький Волк. А Льдинка смотрела восхищёнными глазами на переливы изумрудного света лучиков звезды.

- Красивая…, - только сумела сказать Льдинка и осторожно опустила ножку на искристую в остриях лучиков поверхность звезды. Потом спустилась с Того кто живёт ночью и стала совсем на острия лучиков.

- Больно немножко, - сказала Льдинка.

- Не будет больно, - сказала звёздочка и острия лучиков стали мягко переливаться под босыми ножками Льдинки.

- Тёплые-щекотные, - рассмеялась Льдинка. - Пойдём по звёздочке, Волк.

И они пошли по звёздочке к изумрудному краю звездочки и неба. А Тот кто живёт ночью лёг на мягкие лапы и стал смотреть туда, куда ушли Волк и маленькая Льдинка.

А звёздочка всей своей поверхностью искрилась у них под ногами и вокруг была ночь, которая была всегда. Очень красивая ночь в свете изумрудных лучиков звёздочки. Волк взял Льдинку за маленькую ручку и они все шли и шли по мягким остриям тёплых лучиков далеко к краю звёздочки и неба…

А за краем оказался Тот кто живёт ночью. Он всё так же лежал на мягких лапах и смотрел туда, куда ушли Волк и маленькая Льдинка. И звёздочка привела их к нему, чтоб ему не грустно было лежать, только с другой стороны.

- Льдинка, мы всю звёздочку видели, - сказал маленький Волк. - Наверное мы её обошли.

- Тогда давай мы будем сидеть на звёздочке, - сказала Льдинка. - С Тем кто живёт ночью.

«Тогда давайте», подумал Тот кто живёт ночью и повёл своими большими умными звёздочками глаз. И Волк и маленькая Льдинка присели рядом с ним на переливающиеся мягко-тёплые лучики. Они сидели и смотрели на маленький горизонт маленькой звёздочки. И лучики звёздочки уходили в чёрное небо к другим звёздочкам. И приходил лёгкий ночной ветерок, плутавший по небу ночи между звёздочками. Ветерок мягко и удивлённо трогал их лица и играл с лучиками звёздочки. И Тот кто живёт ночью сожмурил большие умные звёздочки глаз и подумал «…пора… они нас ждут… там…».

- Приходите, - сказала маленькая звёздочка, волнуясь волшебным светом своих лучиков.

«Они ждут нас… там», думал Тот кто живет ночью, летя на чёрных мягких лапах, а Волк и маленькая Льдинка долго махали ладошками красивой маленькой звёздочке…

Время красных закатов и жёлтых листьев пришло с нитями долгих дождей. Листья желтели, а потом оставляли деревья и ложились на влажную прохладную землю. Дожди оставались с небом на целые дни и когда уходили, уступая место солнышку, солнышко выходило яркое и жёлтое, как листья деревьев, и лес искрился невысохшими дождинками в его лучах.

- Почему красиво? - спрашивала тихо маленькая Льдинка в искрившемся навстречу утру и солнцу лесу. - Красиво и тихо…

- Наверное, это осень, - сказал тогда маленький Волк. - Осень пришла, чтобы лес потом спал… тихо и красиво… Осень это вечер года…

А вслед за осенью пришёл тот тихий и красивый сон…

…Небо плотным серым мягким легло на землю… Всё в плотном сером и мягком… На земле не осталось ничего, всё укрылось, спряталось, не стало в мягком сером небе… Но вело чем-то непреодолимым к чему-то далёкому, неизвестному никому… А рядом не было ничего кроме укутывающего в плотное серое неба… Но так хотелось дойти к тому чему-то далёкому, неизвестному, что надо было идти и идти долго очень куда-то… Но если дойти… там жили розовые лучи… непонятные, но тёплые и ждущие… и уютное серое небо вело к нему, тёплому, красивому и уютному…

Волк и Льдинка вернулись из сна тёплым осенним утром, когда в окошко маленького домика уже заглядывало жёлтыми лучиками осеннее солнышко. Они лежали и долго смотрели в глаза солнышку, но видели будто всё тот же тихий и красивый сон. И солнышко было как будто то, красивое, тихое и уютное, к чему они так долго шли во сне.

- Мы найдём его, Волк, ведь правда? - тихо спросила маленькая Льдинка.

- Мы обязательно найдём его, Льдинка, - сказал тихо маленький Волк.

И лесные цветики на столе качали маленькими головками.

Маленький домик выпустил их ранним солнечным осенним утром и Волк и маленькая Льдинка ещё смотрели на него, стояли за мостиком на берегу хрустальной речки. И они пошли тогда туда куда так хотелось дойти в волшебном сне. Серый Пушистый Хвостик повёл усиками и задумчиво наклонил ушко им вслед. А коровёнок сказал тихое «му-у-у» и хлопал большими глазами в пушистых ресницах. И Льдинка и маленький Волк сказали «досвидания» всем и ушли куда-то, наверное, очень далеко, потому что ни Волк ни маленькая Льдинка не знали точно как и куда идти но что-то правильно говорило им , что идти надо обязательно туда, куда-то, к тому тихому и красивому непонятному.

День был полон тёплого осеннего солнца и солнышко проникало в каждый листик жёлто-красивого леса. Солнечные зайчики прыгали по тропинкам и забирались на кустики и высокие стволы деревьев. Льдинка и маленький Волк всё шли и шли, и Льдинка прижимала к себе маленький кувшин тёплого молока. И они всё шли и шли, пока маленькая Льдинка не сказала, что она устала немножко. Тогда они вышли на полянку и сели на мягкой тёплой траве, чтобы поотдыхать. И они попили немножко вкусного тёплого молока и спали долго в гревших их ласковых лучах солнышка дневного неба. А потом солнышко стало становиться вечером, и Волк с маленькой Льдинкой проснулись в волнах лёгкого вечернего холода. Тогда они пили тёплое молочко ещё немножко и на небе ещё уходящего солнышка появились первые вечерние звёздочки. И Волк с маленькой Льдинкой пошли тогда дальше в наступающий вечер. Лес вечера шептался высокими кронами у них над головами, и с далёкой-предалёкой высоты всё ярче и ярче мигали маленькие звёздочки. На одной полянке их ожидала уже тёмная настоящая ночь и они остановились ненадолго и смотрели на свою маленькую изумрудную звёздочку, которая жила на небе вместе с другими звёздочками… И они тогда опять пошли дальше и дальше по тёмному мягкому лесу и тогда пришёл Тот кто живёт ночью и звёздочками глаз своих помогал идти, и они всё шли и шли, а потом Тот кто живёт ночью взял к себе уставших их и Волк и маленькая Льдинка сидели на мягкой чёрно-мохнатой спине и они шли и шли по тёмному мягкому лесу. А потом Волк и маленькая Льдинка совсем уснули…

На следующий день капельки лёгкого осеннего дождика шорохом разбудили их. А они были под плотным густым кустиком на сухой подстилке из мягкой травы и капельки не добирались до них. А рядом стоял маленький кувшин с тёплым молочком. Капельки не добирались до них, но было уже утро и надо было идти. Волк и маленькая Льдинка попили тёплого молочка и умылись капельками дождика, а потом вышли в лёгкий осенний дождик и пошли в нём всё дальше и дальше…

Они долго шли всё дальше и дальше, Волк и маленькая Льдинка, и осенние дождинки становились всё длиннее и дольше, но по ночам приходил Тот кто живёт ночью и с ним всегда было тепло. Они шли много дней, а жёлтые листики падали с деревьев им под ноги. Листики падали больше и больше, пока совсем не оставили деревья жить в лесу без листиков, одетыми только в прозрачный сиреневый воздух. А потом долгие, очень долгие, на весь день, осенние дождики стали превращаться в мягкие серые туманы. Мягкие серые туманы заволакивали каждый кустик и каждое деревце, и солнышко не тревожило туманы игривыми лучиками. Солнышко было где-то очень высоко в небе и за мягкими серыми туманами казалось маленькой белой капелькой. А мягкие серые туманы становились всё мягче и серее и маленькая белая капелька в небе становилась всё меньше и меньше каждый день, потому что мягкие серые туманы укутывали в себя всё.

Идти в тумане было трудно и интересно, потому что не видно было даже ничего, но лес всё время жил рядом и трогал Волка и маленькую Льдинку веточками укутанными в густой туман. Рядом жили невидимые неведомые звери, и Льдинка с маленьким Волком всегда знали, что они никогда не одни. Только звёздочек глаз Того кто живёт ночью не могли укутать мягкие серые туманы и Тот кто живёт ночью всегда приходил по ночам и укладывал спать Льдинку и маленького Волка под тёплые кустики, где помягче да посуше было. И настало тогда, когда дни совсем укутались в мягкое и серое и не осталось ничего кроме плотного мягкого серого и тогда Волк и маленькая Льдинка поняли, что они вернулись к своему тихому красивому сну и нашли…

Лес совсем стал тихим и мягкими тропинками только всё вёл и вёл куда-то. Лес был утром мягким, серым и спрятанным в тишину и они пришли.

…Укутанный в серое мягкое лес сделал шаг назад совсем неожиданно и лучи долгожданного розового тихо и красиво расплескались улыбками и смехом вокруг Волка и маленькой Льдинки. На полянке было что-то большое, розовое, светлое и красивое. Это был домик, большой, розовый и красивый. Такой большой, что даже окошки в нём были одни верхними, другие нижними. Такой розовый и красивый, что казался или солнышком или сном. Льдинка и маленький Волк стояли тихо и смотрели на большой розовый и красивый домик, а домик звал, просил войти и долго уже очень ждал их, потому что он даже дверь свою большую и красивую давно открыл…

- Мы пришли, Волк, - сказала Льдинка.

- Солнечный домик, - сказал тогда тихо маленький Волк. - Наш солнечный домик.

Дверь большая и красивая казалось приотворилась ещё немножко, пропуская в домик Волка и маленькую Льдинку, а за порогом на полу жили мягкие пушистые дорожки, которые вели в большой красивый домик. Мягкая пушистая дорожка повела в сторонку к не очень широкой лестнице и по лесенке забралась к окошкам, которые были верхними. По не широкому коридорчику, мимо светлых закрытых дверей, прямо к двери открытой и самой светлой. И тогда Льдинка и маленький Волк оказались в очень большой и светлой комнате, в которой большие окошки переливались лучами светлого утра и солнечные зайчики прыгали прямо по полу, покрытому мягким красивым и пушистым… Первые шаги по мягкому, тёплому… Здесь всё было красиво, очень лучисто и хорошо… И лесные цветики жили в одном из уголков большой светлой комнаты… и кивали своими разными маленькими головками Льдинке и маленькому Волку…

- Наши цветики, - рассеялась Льдинка и по мягкому пушистому к цветиками лесным, которые жили заполняя собой весь уголок большой светлой комнаты на маленьких полочках.

- Много наших цветиков, - улыбалась маленькая Льдинка и гладила маленькие головки цветиков, а маленький Волк улыбался тоже.

Тогда они стали жить в Солнечном домике, потому что в нём большом и красивом было очень тепло и уютно. И Льдинка поставила кувшин тёплого молока на маленький столик, который был в большой светлой комнате. А потом они с маленьким Волком смотрели в большие искрившиеся в лучах солнышка окошки и было видно очень далеко и красиво, потому что это были окошки верхние. Даже было видно лес, укутанный в мягкое серое и мягкое серое было просто большим лёгким облаком, опустившимся на лес. Сейчас все жили в облаке, и Пушистый Хвостик и коровёнок, где-то далеко, и наверное даже Тот кто живёт ночью, а Волк и маленькая Льдинка жили в Солнечном Домике и теперь смотрели из окошка на мягкое серое облако.

Наверное, домик был волшебный, потому что в нём было хорошо. Большая солнечная комната хранила Волка и маленькую Льдинку весь день и они жили на мягком тёплом и с ними были их маленькие лесные цветики. А солнышко шло от первого искристого окошка до самого последнего и в каждом большом окошке солнышко было уже немножко другое. В самом последнем окошке солнышко превратилось уже в совсем не слепящий, маленький красный шарик. Оно переливалось в самых красных усталых лучиках и тихо опустилось в мягкую перину серых приземлившихся облаков. И тогда настал вечер.

И тогда стала видна, будто появилась откуда-то, дверь в той стене напротив окошек, где окошек не было. Уже даже становилось темно, а дверь всё равно было видно, хоть она и сама казалась всё темнее. Льдинка и маленький Волк стояли в наступающем вечере и смотрели на такую непонятную дверь. Но на мягких лапах, со светом ярких лучиков-глаз своих звёздочек, уже шёл, ступал неслышно по мягкому тёплому полу, Тот кто живёт ночью. И когда пришёл он, дверь открылась очень тихо, медленно и ласково. И из-за порога лёг на мягкое тёплое жёлтый уютный свет вечера. Он согревал как-то… и чем-то…

«Добрый вечер» - подумал тогда Тот кто живёт ночью и Волк и Льдинка прижались щеками к его пушистым ушам.

«Это комната волшебных снов», думал Тот кто живёт ночью. «Комната снов… где живёт… ночь…».

…Мягким переливом вечернего света первое наступление невесомых шагов… Одни в мире волшебного… понятного не совсем… Совсем одни… Но всё хорошо… в мире понятного не совсем…

В комнате ночь тёмная… напоённая светом белой луны в большом окошке… Льдинка и маленький Волк были в маленьких кроватках рядом… Они спали в свете белой доброй луны…

…Но свет вёл всё дальше и дальше… они спали, но уходили… уходили далеко… далеко… далеко…

А свет луны становился совсем сиреневым, мягким и переливался при каждом прикосновении. Воздух был ночной, но тоже сиреневый, и тропинка была сиреневая, и весь мир вокруг светился сиреневым светом. Это было очень красиво и Волк и маленькая Льдинка осторожно ступали по сиреневому свету тропинки. Они шли очень долго и не думали ни о чём, может быть потому что это был сон, а может быть потому что было красиво и хорошо идти в сиреневом свете доброй луны.

А там стоял потом домик и не большой очень и не маленький, в нём окошко было. Окошко маленькое жёлтого света в сиреневом домике.

…Сиреневый маленький оленёнок под маленьким окошком… сиреневый олененок с белыми пятнышками… с белыми пятнышками и с большими грустными глазами… он смотрел в окошко и что-то видел там своими глазами не похожими ни на что…

«Жалко Олешку…» …искорка сиреневой дождинки на Льдинкины глазки… «Всё хорошо… всё… хорошо…» сумел тогда видеть маленький Волк…

Долго стояли… смотрели с Олешкой в окошко маленькое… жёлтого света… в сиреневом домике…

И уносил их дорогами сна на крыльях-лапах мягких Тот кто живёт ночью

Волк и маленькая льдинка проснулись ярким зимним утром. Сначала всё казалось таким же, как обычно, но когда они вышли из комнаты волшебных снов, комната больших окошек встретила их таким ослепительным весёлым солнечным светом, что позажмуривались их ещё сонные маленькие реснички.

- Ой, что это, волк? - спросила тогда маленькая льдинка, потому что за окошком была самая настоящая Зима. Было видно очень далеко, и всё далеко было покрыто ослепительно белым искрившимся снегом и солнцем.

- Наверное, это - снег, - сказал маленький Волк. - Зима и снег, мягкий и пушистый белый снег.

А снег покрывал собой всё, каждое дерево леса было украшено разноцветными искорками сверкавших снежинок, и вся земля была устелена ослепительно белым ковром. Волк и маленькая Льдинка, как завороженные смотрели в окошко на большую и красивую зиму.

Смотрели даже пока не захотелось есть и тёплое молочко в кувшине сегодня казалось маленькой частичкой белого снега.

Яркое солнечное утро повело их знакомиться с зимой и Волк и маленькая Льдинка по дорожке мягкой, через коридор, вниз по лесенке, в открывающуюся дверь, в объятия солнечной зимы.

И Льдинке не холодно было в волшебном розовом платьице, а маленький Волк просто никогда не боялся холода. И босые ножки их, трогая мягкий, пушистый, оставили первые маленькие следы на заснеженном порожке большого домика.

- Щекотный снег, - немножко улыбалась маленькая Льдинка и, присев на корточки, трогала белый мягкий снег маленькими ладошками.

И тогда они пошли в большой заснеженный лес, оставляя цепочку следов позади на мягком пушистом снегу. А в лесу было много цепочек следов, хоть они там и не ходили ещё, потому что это были цепочки следов разных зверей, которые жили в лесу. И следы их были совсем разные и непохожие на следы Волка и маленькой Льдинки. И иногда следы становились даже тропинкой. По тропинкам шли Льдинка и маленький Волк, а под заснеженным белым кустом, похожим на маленькую горку, сидел кто-то совсем белый, маленький, с чёрным носиком и глазками. Сидел и поводил смешно усиками и как-то уж очень знакомо вопросительно наклонял ушко.

- Ой, кто это? - спросила сначала маленькая Льдинка и засмеялась потом. - Ой, Пушистый Хвостик это же, Пушистый Хвостик снежный весь.

А Пушистый Хвостик повёл усиками и серьёзно подумал «Здравствуйте». И он теперь всё время белый, потому что зима. И шубка его была такая же искристая, как вся наступившая зима и казалось, что Пушистый Хвостик вместе со всем большим лесом завернулся в белый покров снега. И Пушистый Хвостик, оставляя двойную цепочку маленьких следов, вёл Волка и маленькую Льдинку недалеко к маленькой полянке, на которой тоже был снег и ещё там были коровёнок и его мама-корова. И Льдинка с маленьким Волком говорили «Здравствуйте» с улыбкой, а коровёнок с его мамой-коровой говорили «Му-у-у», а сами тоже думали «Здравствуйте». А Льдинка маленькая их обнимала, потому что не видела их с далёкой осени и поэтому соскучилась.

А ещё на снежной полянке было маленькое озерце-лужица, которое нашёл маленький Волк. Озерце было голубое, как небо, и почему-то всё неподвижно гладкое.

- Смотри, Льдинка, вода замёрзла, - сказал тогда маленький Волк. - Потрогай, какая твёрдая, это, наверное, лёд…

Льдинка потрогала пальчиками прозрачное стёклышко льда. А маленький Волк взял маленький прозрачный кусочек и сказал:

- Смотри, Льдинка, это вот льдинка настоящая, такая как ты, лёгкая и красивая. И через неё можно смотреть на солнышко…

Солнышко в льдинке было необыкновенное, живое и весёлое. И Волк и маленькая Льдинка смотрели на солнышко через настоящие льдинки и давали смотреть пушистому хвостику, коровёнку и его маме-корове.

- Пойдёмте с нами, - сказал потом маленький Волк.

- Мы покажем вам наш большой розовый домик, - и Льдинка сказала.

Пушистый хвостик вопросительно нагнул ушко, выпрямил, подумал, а потом первый запрыгал назад по тропинке, по которой они пришли. И коровёнок с мамой-коровой тоже пошли.

Они долго удивлённо смотрели на красивый розовый домик, а потом придумали, что все будут жить тут же рядышком в лесу, чтоб не скучно было без Волка и маленькой Льдинки. И все тогда пошли смотреть на красивый рядышком лес, где жить потом, а Льдинка и маленький Волк тогда пошли в свой розовый домик.

- Льдинка, давай смотреть, что бывает в нашем домике, - предложил маленький Волк и они стали знакомиться с тем, что в большом уютном домике было.

Дорожка, мягкая, тёплая и пушистая вела к белым большим дверям.

Белая большая дверь открыла комнату большую и розовую, комнату смешных игрушек. Волк и маленькая Льдинка не видели ещё игрушек, а игрушки были смешные, потому что были настоящие понарошку. Был настоящий Пушистый Хвостик, только ещё больше маленький и понарошку. Были коровёнок и мама-корова маленькие понарошку. В углу за шкафчиком был даже Тот кто живёт ночью маленький и понарошку. И Льдинка и маленький Волк были тоже понарошку, но как будто настоящие. И звери разные были и домики для них понарошку. И ещё другие были смешные игрушки и мячики, которые прыгали, если подбросить, и кубики, которые не прыгали совсем. Маленький Волк смотрел на смешные игрушки, а Льдинка весело улыбалась и сразу понимала для чего они такие смешные игрушки.

- В них можно играть, - сказала тогда маленькая Льдинка. И казалось, что смешные игрушки забавно подмигнули им…

Но дорожка, мягкая, тёплая и пушистая звала уже, выводила обратно к другой двери белой и большой…

…В комнате вечернего света было маленькое озеро. Прямо в полу озеро чистой голубой воды. И в воду вели маленькие ступеньки. И очень трудно было удержаться, чтобы не искупаться сейчас прямо, в маленьком озере, как в хрустальной речке когда-то…

Но дорожка мягкая тёплая и пушистая вела дальше, по лесенке знакомой вверх, к другим белым дверям. А за дверью следующей была комната похожая на их большую светлую комнату, но не такая немножко и там ещё лесных цветиков не было. Тогда Волк и маленькая Льдинка решили, что это комната пока ничья. Дорожка вошла в коридор, который уже вёл к их большой комнате, но в коридоре тоже были двери. А за дверями тоже были комнатки, маленькие и без окошек, а только со светом вечера. В комнатках всё в основном было непонятное, блестящее и интересное, какие-то шкафчики, тумбочки, ручки и скамеечки. И маленькая Льдинка смотрела-смотрела и спросила, что это, а маленький Волк сказал тогда, что это, наверное, неизвестно что. И тогда получилось, что они со всем большим домиком уже познакомились. И Волк и маленькая Льдинка пошли в свою большую светлую комнату к лесным цветикам и к тёплому молочку в кувшине. А когда они попили молочко, то уже был вечер в самом начале, и в последнем окошке ярко-розовое искристое солнышко опускалось уже на отдых прямо в мягкий пушистый снег горизонта. Снег поэтому тоже был розовый, и деревья в снегу были розовые, и всё вокруг розовое.

Солнышко совсем уже спряталось в мягкий пушистый горизонт, и высоко в небе тогда показалась большая добрая мама-луна. И свет её окрасил весь ночной мир в снегу в мягко-сиреневое, и тогда всё стало как будто во сне.

- Волк, пойдём в сиреневый лес, он красивый, - негромко говорила Льдинка и вдвоём тогда, дорожкой мягкой, тёплой, пушистой, по лесенке вниз, к дверям открывающимся в волшебный свет сиреневого мира.

Маленький Волк и Льдинка стояли на пороге, и весь волшебный сиреневый мир казался лёгким и немножко грустным сном.

«Олешку жалко» сердечком маленьким почувствовалось Льдинке.

Но пришёл Тот кто живёт ночью и успокоил, как мог, звёздочками своих добрых глаз. И Тот кто живёт ночью показал, как падает снег.

Снег пошёл большими, сиреневыми в свете мамы-луны снежинками. И от снежинок стало весело, потому что они опускались на Волка и маленькую Льдинку и их можно было ловить ладошками.

- Смотри какие они все разные, Льдинка, - говорил маленький Волк, показывая разные снежинки Льдинке и снежинки улыбались, а Льдинка смеялась с ними.

А большой сиреневый лес спал и Тот кто живёт ночью немножко покатал на себе Льдинку и маленького Волка по красивому тихому лесу. На лапах мягких взлетел потом Тот кто живёт ночью и, как сквозь сон, пролетел с Волком и маленькой Льдинкой сквозь стены их уютного домика, к открывавшейся уже двери комнаты волшебных снов…

Утро зимы было ярким и солнечным. А потом был день наполненный солнцем и ещё чем-то хорошим. Весь день Волк и маленькая Льдинка жили в большом уютном своём домике и сначала, утром ещё, они тогда спустились по лесенке и через дверь белую большую пробрались в комнату маленького озера. В комнате как-то не было уже вечернего света, а лучи солнца играли весёлыми зайчиками сквозь всё прозрачно-хрустальное маленькое озеро. И вода была прохладная немножко и голубая немножко. Маленькая Льдинка сняла своё лёгкое розовое платьице и трогала ещё босой ножкой плавную водичку со ступенек. А Волк маленький тогда уже плыл по маленькому озеру к другому берегу на полу. А потом плавать вместе было очень хорошо и весело ещё очень, потому что вода брызгалась и капельки переливались в солнечных лучиках и были как будто разноцветные. Волк и маленькая Льдинка купались долго, аж пока не устали совсем, а на стульчиках, рядом с маленьким озером которые были, лежали ещё пушистые полотенцы. И когда ими вытираешься, то тепло и хорошо.. И Льдинка потом надела своё красивое розовое платьице с крылышками бабочек на плечах и тогда Волк и маленькая Льдинка пошли в другую ещё белую большую дверь, за которой уже была комната смешных игрушек.

А маленькая Льдинка показывала Волку, как можно играть со смешными игрушками, как с настоящими только понарошку. А Волк маленький и сам потом умел, и умел из кубиков делать маленькие домики для смешных зверей и человечков, которые всё время украдкой как будто улыбались хитро, то смешно подмигивали, если на них не смотреть прямо. И Волк и маленькая Льдинка играли в смешные игрушки, пока не захотелось тёплого молочка. Тогда Льдинка ходила наверх и из их большой светлой комнаты принесла кувшин с молочком. Волк и маленькая Льдинка пили маленькими глоточками и давали пробовать тёплое молочко всем смешным игрушкам, и смешным игрушкам тёплое молочко очень понравилось.

Когда Волк и маленькая Льдинка уходили дорожкой мягкой, пушистой, тёплой из комнаты смешных игрушек, наступал уже ранний зимний вечер. И в своей комнате большой они придвинули стульчики к окошку и как всегда смотрели тогда, как опускалось за горизонт вечернее солнце и приходили солнышку вслед вечерние зимние сумерки.

…Когда тихо всё было кругом и было слышно почти, как падают за окном снежинки, еле уловимый скрип… из коридорчика перед большой комнатой… легко приоткрылась как будто дверь… а потом ещё раз…

- Кто это? - шёпотом спросила тогда маленькая Льдинка, но спокойно, шёпотом тогда сказал маленький Волк: «Наверное, это Кто-то… кто-то, который тоже есть с нами…»

«И совсем я не кто-то» подумал Кто-то и перестал раскачиваться на дверях, слез и пошёл маленькими шажками по стенам и потолку в их большую комнату. А когда вошёл в вечерний свет лесных цветиков, то стал совсем маленьким, серым и лохматым. Стоял на потолке, как будто так и надо и смотрел серый маленький лохматый, чёрными глазками на Волка и маленькую Льдинку.

«Кто-то» - придумали тоже!», ворчал в серую варежку обиженно, «Хозяин я тут может быть, а не кто-то какой-то совсем!»

А Волк и маленькая Льдинка улыбнулись тогда и сказали «Здравствуйте». А Льдинка ещё спросила «А Вы кто?»

«Кто, кто - дед пехто», ворчал маленький серый взъерошенный, «Домичный я, вот кто. И живу я здесь, начиная с сегодня. И вот и всё».

А Льдинка тогда улыбалась и сказала, что тогда лучше жить на полу, а не на потолке. И маленький взъерошенный поупрямился немного, а потом шажками маленькими спустился на пушистый мягкий пол и согласился.

Он стоял, маленький и смешной, на коротеньких ножках, круглый почти в своей лохматости и глазки чёрные только сверкали.

- Как тебя зовут? - спросила маленькая Льдинка.

- Как зовут, как зовут. Никак не зовут! - ерошился забавный серьёзный.

- Так не бывает, - сказал тогда маленький Волк. - Всех зовут как-нибудь, потому что так интересно.

А Льдинка тогда спросила «Может быть тебя зовут Кушка? Мне подумалось почему-то».

- Подумалось, подумалось. Покушать кстати совсем не помешало бы. Вот! - заявил тогда маленький серый, взъерошенный и добавил, подумав. - Да, чуть не забыл вам сказать, меня зовут Кушка, прошу не забывать и я хозяин и страшный я ещё. Вот!

- Страшный, страшный, - засмеялась маленькая Льдинка. - А у нас молочко есть тёплое.

И Волк и маленькая Льдинка тогда давали тёплое молочко Кушке, а он кушал и шевелил серыми лохматыми ушами. Потом Кушка сел на пол довольный совсем и сказал:

- Ну ладно, так и быть, расскажу вам про своё житьё-бытьё. Я вообще в лесу жил кое-где, да очень уж мне ваш домик понравился, поэтому, сами понимаете я теперь хозяин. Вот! А так я страшный ещё и меня в лесу все боятся.

- Да? - сказала маленькая Льдинка.

- Да, очень просто страшный. А вообще заболтался я с вами. Завтра прийду, - сказал маленький взъерошенный Кушка.

И Льдинка и маленький Волк сказали «До свиданья, до завтра». А Кушка сказал «До свиданья» и пошёл по стенам и потолку в коридорчик.

- Здесь жить буду, - сказал потом из коридорчика, с потолка, и долго возился, устраиваясь поудобней спать.

А Волк и маленькая Льдинка улыбнулись ему вслед и уже открывалась, уже ждала их за дверью вечернего света комната волшебных снов…

И пошла зима, с ярким солнышком на снегу дня и с долгими сиреневыми вечерами. С солнышком Волк и маленькая Льдинка ходили в зимний лес и в гости к пушистому хвостику, коровёнку и его маме-корове или жили в своём большом розовом домике, смотрели на солнышко и белый в снегу лес в большое светлое окошко, ходили к смешным игрушкам и купались в маленьком хрустальном озере. В зимнем лесу всегда было интересно и в домике было интересно, а Пушистый Хвостик и коровёнок, и смешные игрушки всегда особенно ждали Волка и маленькую Льдинку. Днями зимы было хорошо…

…А по вечерам, когда совсем уже уходило отдыхать за горизонт солнышко, шажками маленькими появлялся серый, взъерошенный Кушка, который обязательно говорил, что он хозяин страшный, а сам не страшный был, а смешной и хороший. Он каждый вечер мог рассказывать про своё житьё-бытьё и рассказывал всё больше и интересней. Тогда Льдинка и маленький Волк садились на мягкий пушистый пол и слушали тихо, а Кушка взял привычку забираться немного вверх, на стену, и оттуда рассказывал. Он ходил немного взад-вперёд по стенке и оживлённо сверкал чёрными глазками:

«…По моей памяти годов тьма до того ещё, помнится пугал я бывало тигра…»

- А что такое тигра? - спрашивала маленькая Льдинка.

«Тигра это такая зверь, которая летать не умеет, а меня всё равно боится, - отвечал тогда Кушка и строго предупреждал: - и прошу меня не перебивать, не то я страшен в гневе. Так вот значит, пугал я в то время как-то раз тигра. А он полосатый такой и всё время делает вид, что ему не страшно и что меня не боится, тигра такая. Ну тут я ему показал, я показал страхоту, такую страхоту, что жуть прямо. И что вы думаете? Вот с того времени и тигра тоже меня боится, как положено…»

Про такие страшки Кушка мог рассказывать долго, но потом уставал, пил ещё тёплое молочко и шёл спать в тёмный коридорчик, где-то под потолком.

И совсем уже поздним вечером тихо и плавно открывалась дверь в комнату волшебных снов… И когда приходил к порогу комнаты Тот кто живёт ночью, тогда Льдинка и маленький Волк и Тот кто живёт ночью потом, уходили в далёкие волшебные сны…

нервно немножко тихо хорошо никто не вспомнит не бойся никогда дотронуться до капелек дотронуться до стёклышек согреться о кусочек маленького сердца о маленькие кусочки детских сердечек не было не будет и нет никогда не страшно нет кашля животик не заболит больше сейчас согрею только тебя немножко окошко светлое помогает быть тут не уходи только больше и я не уйду тропинкой в лес тропинка мягкая вся там хорошо живёт вместе окажемся от дождика не уйти глазки не спрятать тайну не поведать не закапать листик слезинкой не уберечь крошек от холода не отвоевать ни завоевать ни хлебушка в клювик положить потрогать ещё раз и никогда уже не суметь ни вернуться ни забыть последнюю капельку счастья что досталось что осталось маленькой непотревоженной завернуть бережно бережно в тряпочку паучку на сохранение пусть живёт тоже ведь больно