Сказочные лабиринты

Глава 13 Корень проблемы

Максим не удержался и почесал затылок, казалось, давно изжитым еще в школе жестом.

— Что-то мне напоминает. Практически любой бизнес мелкой или средней руки. Собственник, который решил, что у него все получилось и на местах стоят идеальные люди, которые заставят дело работать само по себе, а ему останется только приезжать на нечастые бизнес-ревью и получать положенные дивиденды, параллельно изредка доставая «избыточные» суммы из оборота. Работает же!

— Ну что поделать, Древние, несмотря на их силу, были не идеальны. Как ты понимаешь, все планарное противостояние, которое ты видишь сейчас, — последствия тех самых действий. А еще спустя какое-то время в руки адептов Порядка и Хаоса попали исследования по усилению и развитию себя с помощью силы души. Планары пошли по одному пути, демоны — по совершенно другому. Их изначально создавали как машины для убийства, и размножаются рогатые абсолютно иначе. Отсюда и то извращение, что ты видел в верхнем зале этой крепости.

— Иначе — это как, прости?

Нафанаил вздохнул. Прождать освобождения огромное количество лет, а в итоге — читать лекции по истории и биологии планаров неприлично ехидному человеку, непонятно, как сюда попавшему.

— Иначе — это значит не естественным путем, — грустно продолжил он. — Про естественный путь, надеюсь, уточнять не нужно?

— Нет, спасибо, я неким образом в курсе, — открестился Макс, в очередной раз поняв, что перегибает палку. Особенности психики, чтоб ее!

— Ловятся хаоситы, проводится ритуал с их обязательным убиением, в результате которого на свет появляется от одной до нескольких личинок демонов, — нудно начал перечислять этапы планар. — Получившиеся выродки какое-то время развиваются в условиях домена, копят силу, формируют характер, а потом их стравливают всех между собой. Королевская битва. Выживший счастливчик, один из нескольких десятков, самый сильный или самый хитрый, поглотив своих сородичей, становится младшим демоном, которого уже направляют на поля битв для продолжения роста и развития. И так далее, как ты сам, наверное, понял.

— А планары Порядка? — с интересом спросил Макс. — Вы же как-то более естественно? Похищаете непорочных дев?

— Какой смысл? — философски поинтересовался крылатый, уже смирившийся со стилем диалога. — Не было такой эпохи, чтобы не нашлось девиц, очарованных прекрасными крылатыми мужиками, и не было такого, чтобы не нашлось мужиков, не готовых пойти и возлечь с крылатой девой-воительницей. Мифов ваших не читал? Все по обоюдному согласию. Тем более полукровки так или иначе в дальнейшем развиваются до полноценных планаров, а квартероны живут рядом, в доменах. У нас древний народ со своей историей, традициями и укладом. Куда более развитый, чем это ваше современное общество.

На секунду показалось, что Нафанаил сплюнет, но он сдержал порыв.

— Никак не привыкну, что с вашим братом так запросто получается общаться. Ты ж даже мои интонации отзеркалил, — Максим покачал головой. — Я хамлю немного, уж извини. На самом деле в голове легкий сумбур, и вопросов хочется задать много, а важное выделить не получается. Хотя в таких условиях это, как минимум, невежливо.

— С теми, кто под влиянием Порядка, так бы и не вышло, — хмыкнул крылатый. — Так что пользуйся моментом. А вообще: выдели хотя бы пару тем одним словом, а там, в процессе, может, и другие вопросы придут. Время еще есть.

— Хорошо… — Макс на минуту задумался, а потом произнес: — Навскидку так: сидхе, Мертвый бог, развитие.

— Ну вот и все, в принципе, — хохотнул планар. — Всех основных игроков зацепил, важное не забыл. Давай начну со середины — с Дариала.

— С кого? — парень недоуменно посмотрел на собеседника.

— Мертвый бог, — терпеливо пояснил Нафанаил. — Его имя — Дариал. Концепции Равновесия, Свободы и Защиты. Косвенно связан с Порядком.

— Какой-то многоплановый бог, — удивился Максим. — И то, и другое, и третье, еще и Порядок.

— Порядок — как первооснова. Он был планаром ранее. Точнее, квартероном. Но не стал развивать нашу кровь, а пошел по своему пути. В том мире, где Дариал обожествился, много лет шел серьезный конфликт между одаренными и неодаренными. И это при том, что столкновения с Хаосом тоже не были редкостью. Поэтому его главные концепции вполне гармоничны. Но, увы, Дариал проиграл и был убит, но не уничтожен полностью. Его последователи бежали, унося тело своего бога, а впоследствии попали в твой мир. Ты, кстати, немного похож на его паладинов. Он всегда выбирал разумных одаренных с редкими и полезными сочетаниями даров, желанием развиваться и сражаться с демонами. Сколько их было, не счесть. Несмотря на то, что бог мертв, он един сознанием со всеми своими последователями. Так что считай, он живой, просто на реабилитации.

— Насколько я знаю, это временное состояние, — осторожно уточнил Максим. — Договор на какое-то определенное время.

— Ага. Первый раз, потом второй, потом третий… И каждый раз ты становишься сильнее и сильнее. Помнишь, я говорил про ограничения у богов? — иронично спросил Нафанаил. — Оно так со всеми работает. Ограничиваешь себя в чем-то, становишься сильнее в остальном. Сдал в аренду тело на несколько лет — получил увеличение резерва. Или, допустим, углубил понимание дара. Стал сильнее, одним словом. На это подсаживаются, куда там всяким веществам! А после возникает логичная идея: почему бы не заключить договор на очень долгий срок? Ведь какие перспективы вырисовываются! Так и появляется у Дариала еще один служитель, душа и сознание которого находится подле его восстанавливающегося тела, а само тело и дух становятся очередной дланью.

— Отличная перспектива… — ошеломленно пробормотал парень. — То есть все эти его Серые — по факту марионетки, лишенные своей воли насовсем, а не наемные работники, как я думал.

— Кто-то да, кто-то — нет. Хотя вот, например, тебе я бы порекомендовал поработать на Мертвого разок. Полезно будет.

— Это как пробовать запрещенку, уже зная о последствиях, но наивно полагая, что уж ты-то сможешь с ними справиться? — нервно засмеялся охотник. — Нет уж, спасибо, совет не очень.

— Неправильное сравнение, — ответил планар. — Я бы сказал, что это как с прыжком с парашютом. Есть шанс стать адреналиновым маньяком, но большинство второй раз прыгать не пойдет. А вот вагон нового опыта гарантирован. Ты уж, прости за грубость, форменный слабак, и это при всей твоей силе. Мне четверти твоих возможностей бы хватило раскатать весь этот домен в пыль и не запыхаться, а ты еще и повреждения получить умудрился. Дариал покажет, как надо использовать твои дары. А ты сможешь запомнить, так как у тебя теперь есть одна маска, которой тут по факту и быть не должно.

— При чем тут маска?

— Формально Маска Сокрытого Легиона — это учебный артефакт, — продолжил ликбез крылатый. — Древним нужны были сильные планары, способные без проблем противодействовать хаотической угрозе. А по-настоящему сильный одаренный только тот, кто имеет совершенный разум. Боец, на которого не повлиять извне, боец, который может использовать свою силу абсолютно разнообразно, который не потеряется, если попадет в нестандартную ситуацию, который сможет применить все свои умения так, чтобы добиться результата, кто не потратит ни парса лишней силы сверх того, что необходимо для решения задачи. Уже универсальная боевая единица, а не пушечное мясо. Нас проектировали существа, которые даже не задумывались, что свобода воли на то и свобода, что дает возможность поступать, как хочется, а не как кем-то запланировано. Маски были рядовой экипировкой свежесозданных планаров. Надев ее раз, ты сможешь снять ее только тогда, когда твое сознание будет максимально структурировано по лекалам Древних. Это не изменение точки зрения или приоритетов. Твои мысли не меняются, меняется сама система сигналов внутри твоего тонкого тела. Как я говорил ранее, такая структура отлично защищает сознание. А еще меняет подход к решению некоторых задач, облегчает восприятие энергий, помогает скрывать процессы, происходящие в твоем разуме. И снять ты её сможешь только тогда, когда артефакт закончит свою работу.

— Не было печали, — хмыкнул Максим. — Нарвался на древний артефакт, который ультимативно делает тебя лучшей версией себя.

— Он сэкономит тебе полсотни лет ментальных практик, так что это великая удача, — не согласился Нафанаил. — Ну и никто тебя не заставлял ее надевать. Сам все сделал. Это к вопросу о влиянии на мысли. Божественные глаза — не та штука, что можно игнорировать. Уж они-то над твоим образом мышления и характером хорошо поработали… Хотя я вижу, что ты их уже почти ассимилировал.

— И как же они, по-твоему, на меня повлияли? — поинтересовался Макс. — Паству, вроде, заводить не пытаюсь, крестовые походы на силы зла не объявляю.

— Ой ли? — насмешливо переспросил планар. — Давай я тебе скажу, а ты ответишь, было или нет? Внезапная тяга к самосовершенствованию — раз, безусловное принятие того факта, что Хаос — это враг, с которым надо сражаться, — это два.

Максим тем временем вспомнил про свои «сражения с Хаосом» в Башне и едва сдержал ухмылку. В целом, концептуально, да, сражался. Суккубы — это зло, которое должно быть наказано.

— А еще ты так или иначе должен испытывать негатив к тем, кто донора твоих глаз уничтожил, — продолжал тем временем крылатый. — Уж не знаю, как, но остатки божественной воли просто обязаны были этот момент до тебя донести.

— Сидхе, — признался парень. — Да и по остальным пунктам есть попадание. Кроме неземной ненависти к хаоситам. Тут пятьдесят на пятьдесят.

— Божественные сущности мыслят иначе. Если то, что осталось от Дариала, смогло организовать кампанию по воскрешению себя, что в принципе задача масштабная и нетривиальная, то уж малое божество свою идею стать сильнее и покарать обидчиков до тебя уж точно донести способно. И промотивировать так, как никакой тренер личностного роста в моменте не сможет.

— Этой-то гадости ты откуда набрался? — поморщился Макс. — Вроде бы, в информации ты объективно ограничен.

— Жертв приводили очень разных. А здесь больше нечем заняться, кроме как оскорблять демонов и читать души и разум тех несчастных, что демоны приволокли для своих ритуалов. Единственное, что мне доступно сейчас — это наблюдать. — Нафанаил вздохнул. — За твоим лихим наскоком я тоже наблюдал, поэтому и рекомендую договор с Дариалом. Ты уже почти воссоздал малый цикл движения энергии, объединяющий тонкие тела. Еще чуть-чуть, и добро пожаловать на тропы силы Древних. Но чтобы пройти любой путь, нужно не умереть в процессе, а для этого надо уметь грамотно распоряжаться своей силой и умениями. Маска не даст Мертвому увидеть связь оболочек и сохранит сознание в неприкосновенности. А ты увидишь, как работают с духовной энергией те, у кого тысячи лет опыта за спиной. Это то самое, чего тебе так не хватает, что очень сильно тебя продвинет. По силам ты уже игрок другой лиги, а до сих пор ведешь себя как только что выбравшийся из песочницы малыш.

— Я обдумаю то, что ты сказал, — пообещал охотник. — Я так понимаю, мы прошлись по двум темам из трех. Осталась одна — сидхе.

— Сидхе… — задумчиво пробормотал планар. — Сидхе — тема интересная. Бессмертные в плане продолжительности жизни. Глубокая связь с одним аспектом. Грубо говоря — идеальное владение одним даром. Поголовный ментализм, а как результат — абсолютно уникальная культура внутренних взаимодействий и философия. Нетерпимость к результатам кровосмешения, полукровки изгоняются. Они наследуют некоторое долголетие и сильную склонность к родовому дару. Квартероны и ниже получают только склонность и стопроцентный шанс пробудиться. При этом — повсеместная тяга погулять на стороне, не в своих доменах. Фактически в вашем мире эти разумные дали начало целым династиям одаренных. После Разделения Сфер живут в своих доменах на Изнанке Иномирья. Вроде как-то так. А какие у тебя дела с сидхе?

— Ну пока ты ничего нового не сказал, — неодобрительно ответил Максим. — А дела у меня какие-то непростые. Есть определенная договоренность с одним представителем народа Духов, аванс за которую я уже получил.

— Если ты регулярно общаешься с сидхе, значит, ты им интересен, — флегматично ответил крылатый. — Вообще есть только три варианта взаимодействия с этими ребятами: про тебя не знают, ты интересен, ты взвешен и признан легким. В третьем случае ты еще и с довольно высокой вероятностью мертв.

— Не вступивший на Путь хуже вши, знаю, слышал, — кивнул парень. — Про незнание понятно, а вот насколько часто испытывают интерес — нет.

— Нечасто. Наверное, твоему контактеру надо убить кого-то из своих. Самим сидхе нельзя, у них — Путь.

Нафанаил смешно поморщился.

— Эти существа крайне высокомерны и очень держатся за свою философию, — продолжил он. — Любому представителю, что общается с тобой, этот процесс — как в говне измазаться. Добровольно никто не согласится. Раз есть диалог и даже аванс, то припекло их знатно. Ему же буквально приходится перекраивать на ходу свою психику для того чтобы ты его понимал, и он тебя. Еще и сдерживаться, чтобы не убить раздражитель.

— Скажем так, — не стал возражать Макс, — опыт общения у меня с ними случился разнообразный. И да, скорее всего, речь об устранении сородичей. Пока вот по демонам гоняют. Как обычно — никакой стратегической информации, только локальные задачи.

— Значит, когда выполнишь необходимое, готовься отбиваться, — крылатый явно был настроен скептически к любым договоренностям с сидхе. — Ты ж, получается, священную кровь прольешь. Фактически станешь врагом целой расы. Будут стараться помножить на ноль.

— Если за мной придет кто-то уровня Эрледэ, то в принципе можно уже писать завещание, — парень даже немного загрустил в моменте. — Это какой-то монстр.

— Вот поэтому я тебе и рекомендую становиться сильнее несмотря ни на что. Они ж не сразу придут. Формалисты. Там целый протокол под такие случаи написан. Года два-три будут обсуждать. Выберут исполнителя, благословят. А если ты будешь под защитой Мертвого, то ничего не смогут сделать. А после ты уже будешь куда более крепким орешком. Ты и сейчас можешь уйти в параллельное пространство и плевать на длинноухие макушки, только не знаешь, ка к.

— Ты как-то много знаешь об их культуре для завсегдатая доменов Порядка, — буркнул в ответ Макс.

— А я не одну тысячу лет живу, — невозмутимо парировал Нафанаил. — Зато ты как-то много и дерзко говоришь с тем, кто сильнее тебя.

— Привычка, — коротко ответил парень. — Можешь даже назвать защитной реакцией. Когда вокруг некого на хрен послать, настолько все старые, сильные и опытные, приходится вырабатывать определенный стиль поведения. Кланяться и смиренно внимать мудрости я не обучен, не в той стране родился.

— Отец не донес сию мудрость через задние полушария мозга? — поинтересовался планар.

— Отец у меня — умный человек, он, когда бывал в ярости и не имел каких-то аргументов, то шел в гараж и лупил боксерскую грушу, а не меня. И это было вообще не про воспитание, так, напряжение сбрасывал. А воспитывал он меня исключительно моим же собственным опытом. Давал совет, а если я делал по-своему, ждал наступления последствий. И заставлял с ними работать.

— И как же это научило тебя не внимать чужому опыту?

— Никак. Я больше у старшаков со двора учился, а там у каждого второго батя ушел за хлебом и не вернулся. Никаких авторитетов. При этом дела до конца доводили.

— Тяжелое детство, чугунные игрушки.

— Да нормальное детство, счастливое вполне. Это сейчас понимаю, что много чего не было, но тогда на это было все равно. Скворечники, вон, делали. Так мы будем мое детство обсуждать или все же вернемся к основной теме?

— Вернемся, — вздохнул крылатый. — Чего я еще не рассказал о сидхе, кроме пакостного характера? Два глобальных заклинания, которые они оставили для хомо сапиенс напоследок перед Великим Разделением: Оковы Невнимания и, собственно, само Разделение Сфер. Хорошо это или плохо — решать будешь для себя сам. В сухом остатке относительная безопасность от прорывов Хаоса на материальном плане, изобилие энергии у сидхе и существенное снижение количества одаренных у твоих соплеменников.

— Я-то свое мнение по этому поводу давно сформировал, — пожал плечами Макс. — Однозначно плохо. Чужой выбор по праву сильного. Интересно услышать твое.

— Ну, на мой взгляд, у вас есть шанс потерпеть фиаско на уровне вида. Так всегда бывает, когда сливки снимают те, кому до основной массы народа дела нет. Сидхе у вас неплохо устроились. Дариал тоже. Ресурсы целого мира для собственного восстановления. Красота!

— Подается все это под соусом недопущения разборок Первостихий в нашем мире, — Максим заинтересованно посмотрел на собеседника. — Что, есть такое в вашей практике?

— Есть. Но не настолько страшно, как ты себе представил. Или как услышал и понял, — Нафанаил слегка замялся, а потом продолжил. — Я не буду утверждать, что Легионы Хаоса и Порядка сходятся между собой в материальном мире на какой-нибудь огороженной территории, чтобы, не дай боги, не зацепить кого и не нарушить экологию. Нет, лес рубят — щепки летят. И довольно много моих собратьев род людской откровенно недолюбливает. Это надо же какая ирония: существа, генерирующие чистейшую и мощнейшую энергию во всей совокупности миров, фактически квинтэссенцию Воли, не имеют порой силы воли даже с дивана встать и пожарить себе яйца на завтрак. И это мы даже не говорим про саморазвитие! Как ты должен понимать, такое небрежение обладателей души своими возможностями моим соратникам сложно выносить. Про демонов я молчу, для них вы — мясо. Ну и напоследок: свободное появление планаров Первостихий на материальном плане — это следствие того, что все варианты защиты у мира исчерпаны, что коренное население не справилось. А та ситуация с одаренными, что у вас сейчас, — это начало катастрофы. В нужный момент просто не будет, кому бороться. А Хаос подтачивает миры непрерывно, это естественный процесс.

— Мда… Тебя послушать, так у нас пир во время чумы. Тем же сидхе, наверное, не выгодно, что мир погибнет. И Дариалу. Как-никак, и остроухие и мёртвый бог столько сил приложили, чтобы создать себе уютное гнездышко.

— Они могут уйти. Вы — нет. Ни сил, ни знаний, ни умений. Нарисованная мной картина апокалипсиса будет не сейчас, не сразу. Многие столетия пройдут, возможно. Но если все останется так, как есть, то описанный финал неизбежен. И сидхе, и Дариал заботятся о сохранении кормовой базы.

Нафанаил снова грустно усмехнулся.

— Мотивация у твоих оппонентов другая, — продолжил он. — Не будут они делать что-то большее, чем то, что делают сейчас. А этого явно недостаточно.

— Ты меня как на битву настраиваешь, — охотник испытующе посмотрел в лицо планару. — Туда иди, стань сильнее, никто, кроме тебя. Не понимаю, что тобой движет.

— А тут все просто, — крылатый ответил не менее твердым взглядом. — Моя задача за прошедшие века не изменилась. Миры должны жить, Хаос должен быть остановлен. Как и кем? Без разницы. Разборки планаров Первостихий тут ни при чем. Мне не надо, чтобы ты резал демонов, хотя я не расстроюсь, если будешь. Мне надо, чтобы миры, к которым привязаны наши домены, оставались целыми. Я таким создан и воспитан. Остальное вторично. Станешь ты сильнее, будешь биться за своих — значит, я все сделал правильно. Погибнешь в интригах сильных — значит, все было зря и цель не приблизилась. Если бы ко мне сюда явилась какая-нибудь длань Дариала и объяснила, что по их плану мир будет защищен, но для этого надо пустить тебя под нож, то будь уверен — ты бы лишней минуты не прожил.

— Откровенно… Откуда мне тогда знать, что, возродившись, ты не разведешь бурную деятельность по поимке и использованию меня уже в своих целях, если тебе дадут новые вводные? — поинтересовался Макс скептически и постучал по скуле указательным пальцем. — Ну вот хотя бы ради этого — Маски.

— На наш домен их три, и на них очередь на годы вперед, — подтвердил Нафанаил. — Но до моего возрождения десяток лет пройдет, а, возможно, и не один. Все-таки бытие источником энергии истощает тонкие тела. Ты уже будешь сильнее и, надеюсь, мудрее. И принесешь миру пользу. Значит, мои ораторские потуги сейчас были не зря. А если будут новые вводные… Неплохой стимул для тебя, правда?

— Да уж… Маску я, конечно, отдавать уже не планирую, если доживу, естественно. Такая корова нужна самому. Есть у меня в перспективе несколько кандидатов на ношение после меня. Да, ты прав: хороший стимул стать настолько сильным, чтобы мочь надавать по загребущим первостихийным рукам.

— Вот видишь, главное — правильная мотивация! — весело подтвердил крылатый.

— Ладно, с сидхе, получается, тоже определились, — Макс громко прочистил пересохшее горло. — Добиваю договоренности и готовлюсь к конфликту. Параллельно продумываю, как бы оперативно сбежать под крылышко к Мертвому богу, чтобы не прибили. Давай, рассказывай, как тут все качественно сломать, чтобы ты уже смог погибнуть и переродиться.

— Домен — структура в чем-то довольно простая. Есть центральный алтарь — он же энергетическое сердце домена. Его ты повредить не сможешь.

— Смогу! — уверенно парировал Максим, невольно вспомнивший усиленный Разрыв пространства.

— Не сможешь повредить так, чтобы не самоубиться, — терпеливо уточнил планар. — Есть еще якоря: основные и вторичные. Вторичные нас не интересуют, они просто оптимизируют распределение энергии. Интересуют основные, их в этом домене одиннадцать. И их надо разрушить. Желательно, в труху. Просто разломать пополам или отколоть кусок не пойдет. Это действие запустит процесс деградации домена, и он медленно разрушится. Но медленно — нам не подходит, так как сюда успеют прийти Поборники Порядка и практически со стопроцентной вероятностью вынесут Колодец Душ, чего я хотел бы избежать. И, предвосхищая твой вопрос, нет, я не смогу им приказать этого не делать. Радикалы — худшая накипь от наших учений.

Нафанаил поморщился, как от зубной боли.

— К чему может привести вся переданная мудрость и сила, если ее носитель в базе своей — конченный имбецил? — спросил он в пространство. — Вот к таким вот Поборникам и может. Иногда мне кажется, что Клеймение Светом — не такая уж и плохая практика. Но только иногда.

Планар заметил недобрый взгляд парня, поперхнулся и продолжил:

— Поэтому Колодец душ надо тоже уничтожить. Напрямую ты это не сделаешь по той же причине, что и с алтарем: рванет так, что не скроешься. Но, в отличие от домена, у Колодца есть связанный артефакт, поэтому его можно повредить, принеся этот артефакт в жертву. Связь Подобия повредит Колодец, и он взорвется. Взорвется Колодец — и нестабильный домен, лишенный якорей, просто схлопнется, не выдержав хаоса высвобожденной энергии.

— Варианты ритуала жертвоприношения вещей я знаю, — сообщил Максим, поднимаясь. — Резюмируя все услышанное: выношу одиннадцать якорей, выхожу из домена и ритуально приношу в жертву связанный с Колодцем Душ амулет. Миссия выполнена. Кстати, эта штука похожа на что угодно, но не на колодец.

— В момент максимальной генерации духовной силы души вылетают из своих темниц и летают по кругу, образуя полый столб, — пояснил крылатый. — Потому и колодец. Красивое зрелище, если не знать суть.

— Ясно, — Макс немного замялся. — Давай, удачного перерождения что ли… Пойду выполнять свою часть уговора.

— Спасибо, — Нафанаил прикрыл глаза. — Передавай Иезекиилю привет, хоть он имеет все шансы потом этого и не вспомнить. Надеюсь, ты его действительно освободишь.

— Не имею привычки лгать в таких вещах, — фыркнул парень. — Бывай.

И телепортировался к ближайшему предполагаемому якорю.

Не зря, ох, совершенно даже не зря Максим запоминал карту, увиденную наверху крепости. Не соотнести одиннадцать миниатюрных изображений обелисков с указанными Нафанаилом якорями смог бы разве что умственно отсталый. Один из таких обелисков находился прямо рядом с тем порталом, из которого в домен попал сам охотник (порталы тоже любезно были отображены на карте домена). Бояться было уже решительно некого, поэтому Макс решил особо не таиться и не церемониться. Он сразу переместился ко входу в домен и довольно быстро нашел предполагаемый якорь: двухметровый обсидиановый шпиль обелиска было сложно не заметить. Три последовательных Росчерка заставили якорь развалиться на кусочки, а последующий расфокусированный Телекинетический удар разбросал осколки далеко друг от друга: ну а что, может, имеют место чары Восстановления целого? Не хотелось бы после наблюдать самособирающийся пазл. На самом деле не такая уж и редкость, особенно в архитектурных элементах одаренных. А так чары блокируются универсальным способом всех времен и народов — расстоянием.

А далее пошла рутина.

Посмотреть по карте в памяти, где следующий якорь, прикинуть азимут, телепортироваться, найти глазами обелиск, переместиться к нему, разнести в щебень, раскидать обломки, повторить до полного окончания обелисков.

На все про все у Максима ушло минут сорок, да и то только потому, что два обелиска пришлось откапывать. Не пощадили их местные ветра и эрозия почвы.

«Интересно, от какого все-таки мира отчекрыжили этот кусок, — думал Макс, откапывая Телекинезом последний из злосчастных якорей. — Аж весь антураж погодный сохранился. Хорошо еще, что нет адского пекла, а то оно тут очень уж по стилю подошло бы».

Уже было почти собравшись уходить из домена, Максим вдруг ругнулся и хлопнул себя по лбу.

— Поборники, мать его, Порядка! — прошипел он, потирая отбитый лоб. — Я не я буду, если мне не попытаются предъявить за непогребенные тела соратников, когда обнаружат, что портал не работает, а домена больше нет. Да и непорядочно как-то…

Парень телепортировался к месту сражения с Горак-Зулдаром. За прошедшее время картина никак не изменилась, разве что тела слегка припорошило красноватым песком. Макс достал предпоследний транспортировочный свиток, безо всякого пиетета свалил все тела и экипировку незадачливых борцов с демонической интервенцией в одну кучу и запечатал.

— Вот так вот будет правильно. А то как-то не по-человечески было бы… — пробормотал он, пряча свиток.

Извлеченный на свет поисковик отклонил язычок пламени чуть влево, указывая на третий портал из домена, которым никто из сегодняшних вторженцев не воспользовался: ни Максим, ни представители несуществующей организации. Парень в очередной раз посмеялся внутри над уже заколебавшим его направлением и, убрав артефакт, телепортировался к выходу.

Портал охотник проходил во всеоружии, наколдовав на себя все, что было можно наколдовать защитного в данной ситуации, однако приготовления оказались не нужны. Площадка с той стороны зеркала была абсолютно пуста. Отсутствовали даже малейшие следы пребывания хоть какой-то охраны. Сама выходная арка располагалась в пещере, имевшей только один выход, за которым довольно ясно угадывалась синеватая тьма туннеля Сопряжения.

— Для каверны это совсем крохотулька, — рассуждал вслух охотник, параллельно проверяя Чувством пространства и Биением жизни местность вокруг. Его универсальные сканеры молчали, возвращая лишь образы пустых пространств без жизни или каких-то выбивающихся за границы нормы объектов.

Не обнаружив опасности, охотник приступил к последней части данного обещания. Кончиком ножа он старательно вычертил не особо сложную ритуальную схему. В центр круга полетел отстегнутый от пояса амулет, дающий огромный источник духовной силы для не особо чистоплотных одаренных. В принимающий круг был воткнут Нож, как наиболее логичный для усиления артефакт. Вообще Максиму хотелось улучшить защиту, но снимать броню в рейде, а тем более в Сопряжении — верх неадекватности.

Короткая мысль-активатор, дополненная импульсом силы, направленным в приемную часть ритуальной схемы, и амулет, тускло засветившись, стал выгорать из реальности, распадаясь и отдавая получившуюся энергию в рисунок. Нож тоже засветился, принимая жертвенную силу. Парень специально не задавал вектор, оставляя этот момент на усмотрение самого артефакта. Ножи охотников на Хаос имели собственную схему развития, корректирующуюся в зависимости начальных условий создания, стиля сражения владельца, от убиваемых им врагов и необходимых для этого кондиций. Лезть в это произведение искусства ритуалистики своими руками — только портить.

От портальной арки раздался гул, зеркало перехода несколько раз мигнуло и погасло, а Макс внезапно почувствовал волну удовлетворения от правильно сделанного дела. Правильного дела.

— Удачного перерождения, — нарушил тишину каверны тихий шепот.

Он забрал Нож, затер ритуальный круг и немного умиротворенный двинулся дальше.

Восприятие царапала какая-то небольшая нестыковка, которую Максим осознал только выйдя из каверны. Тоннель сопряжения был темен, гораздо темнее обычного. А еще по стенам за все время, пока парень озирался, изучая обстановку, не пробежало ни одной волны блеклого свечения, как это обычно бывает в Сопряжениях. Место все еще выглядело гнетуще и тревожно, однако не было этого обычного ощущения инаковости, поддерживаемого волнами света, превращавшими туннель в подобие гигантской артерии. Мертвое Сопряжение, из которого ушли силы. Макс такое видел впервые.

Он снова достал поисковик. Серебристое пламя, едва вырвавшись с торца костяного факела, резко отклонилось параллельно земле. Налево, естественно. Цель рядом. Охотник осторожно двинулся в ту сторону, куда указывало пламя, попутно изучая обстановку. В тоннеле не только отсутствовал свет, но и присутствовали вещи, обычно не свойственные этому мистическому месту. За все время своих экспедиций по Сопряжениям Максим частенько видел в этих туннелях мох, какие-то лишайники, невысокую и жухлую траву, но ни разу не встречал низкого кустарника и длинных корней, непонятно какому растению принадлежавших. Вся эта флора была сейчас сильно вытоптана, однако сохранилась островками, а еще в виде месива из листьев и щепок, вбитых в каменистую землю следами тысяч лап.

Пройдя еще порядка двух сотен метров, Макс наконец-то достиг той цели, к которой вел его поисковик. Ровно посередине туннеля возвышался небольшой холм, разодранный изнутри тысячами длинных тонких корней, образующих, если присмотреться внимательнее, что-то вроде миниатюрного кратера. В центре этой природной конструкции торчала кривая коряга, треснувшая посередине, но не распавшаяся на две половинки.

Коряга, напоминающая буквально, как сын отца, аналогичную загогулину в руках Эрледэ, которой он размахивал, призывая Великого Духа Пустоты. И от нее дико и неистово тащило Хаосом и магией Духа.

— Приплыли, — прокомментировал увиденное охотник. — Прав был крылатый в своей нелюбви к длинноухим.