Случайная мама для сына магната (СИ)

Глава 14

Просыпаюсь и не сразу понимаю, почему в платье. Стараюсь вспомнить, как оказалась в комнате, но ничего. Не успеваю испугаться из-за провала в памяти, как весь вчерашний день проносится лентой кинофильма перед глазами. Невольно дотрагиваюсь кончиками пальцев до губ, будто они до сих пор хранят на себе поцелуй Льва. Или мне всё приснилось?

Мысли скачут дальше. Подкидывают фантазии, где этот поцелуй мог быть настоящим. Поцелуем любимого и любящего мужчины. Что у нас могла быть настоящая семья. А Макар…

Обрываю глупые фантазии. Ни к чему они. Я уже привязалась к этому мальчику. Возможно, даже полюбила его. Но забываться мне нельзя. Пройдёт четырнадцать лет, и меня вышвырнут на улицу. Может быть, мне повезёт, и Лев разрешит видеться с Макаром, а если нет… У меня останутся счастливые воспоминания. Я уверена, за срок договора таких наберётся много.

Больше не разрешаю себе хандрить. Отправляюсь под душ. С тёплой водой смываю непрошеные мысли, а заодно настраиваюсь на очередной странный для меня день.

Выхожу из комнаты и первым делом отправляюсь в детскую, хочу проверить, как там малыш. И, главное, не дать ему завтракать одному. От воспоминаний о вчерашнем утре, когда ребёнка намеренно ограждали от всех, становится не по себе. Как Лев только мог допустить это?!

Ускоряюсь, будто там опять мой малыш абсолютно один. И от нарисованной мозгом картинки сердце болезненно сжимается. Распахиваю двери, захожу в комнату, но она пустая. Испугаться не успеваю, мимо проплывающая «тень» услужливо подсказывает:

— Светлана Витальевна, Макара проводили к завтраку в столовую.

— Спасибо.

Я чувствую, как губы расплываются в улыбке.

Практически бегом бросаюсь в сторону столовой. Не обращаю внимания на удивлённый взгляд работницы Льва: мне жизненно необходимо увидеть Макара и убедиться, что с ним всё в порядке.

Когда влетаю в столовую, застываю на месте. Лев сам кормит Макара. Снова. И эта картина отзывается в груди чем-то щемящим и тёплым. Невольно улыбаюсь.

— И долго собираешься там стоять?

Лев даже не смотрит в мою сторону, но мне всё равно не удаётся остаться незамеченной.

— Что вам подать на завтрак? — В этот раз «тень» интересуется напрямую у меня, учтиво склонив голову.

— Есть запеканка?

Женщина кивает, уходит на кухню. Испытываю жуткую неловкость оттого, что меня вот так обслуживают. Интересно, к этому можно привыкнуть?

— Тебе надо сегодня определиться с платьем.

— Я помню.

— Поедешь в салон или пригласить сотрудников к нам?

Закусив губу, нерешительно киваю.

— Не хочу никуда ехать.

— Хорошо.

Лев даже не смотрит на меня. Продолжает кормить сына, а Макар при этом счастливо улыбается. Сейчас он похож на самого обычного ребёнка, и так хочется, чтобы он всегда был таким.

— Лев. — Я не решаюсь озвучить просьбу.

Смотрю, как мне подают завтрак. Выглядит аппетитно, но приступить к завтраку из-за нервов не получается.

— Да, Свет?

Мужчина устаёт ждать. Выжидательно смотрит на меня, а я ещё сильнее теряюсь под взглядом серо-голубых глаз.

— Можно мама с Ингой приедут? — всё-таки озвучиваю я свою просьбу. — Помогут определиться с платьем.

Я не видела их всего лишь пару дней, а уже безумно соскучилась. Никогда ещё не расставалась с семьёй на такой долгий срок.

От волнения вытираю вспотевшие ладони о джинсовую ткань шорт и совершенно не понимаю, почему он так долго молчит. Не разрешит? Ну что ж… Значит, такой будет воля барина, не покажу ему, что расстроюсь.

Просто завтра после университета съезжу к ним в гости. Надеюсь, хотя бы это не запретит.

— Хорошо. Коля привезёт их.

— Спасибо!

От услышанного обещания сразу становится так легко и хорошо, словно камень сбросила с плеч. И сегодняшний солнечный день заиграл новыми, ещё более яркими красками. С удовольствием приступаю к завтраку, при этом не могу перестать наблюдать за отцом и сыном.

Во внешности Макара и правда мало что от Льва, но вот повадки явно отцовские.

— Он похож на тебя. Такой серьёзный и даже холодный.

— Холодный?

С опозданием понимаю, что именно ляпнула.

Глупышка.

Краска заливает лицо. Судорожно пытаюсь придумать, как можно оправдаться, но в голове ни одной толковой мысли.

— Значит, вот каким ты меня видишь?

Устремляет на меня взгляд льдистых глаз, только на этот раз мне там мерещится пламя. Опасное. Готовое всё поглотить. Вспыхиваю и сама, а мозг услужливо подсовывает картинки поцелуя, дорисовывая фантазию. Теперь мы не в саду его родителей. А здесь, в его доме, в этой самой столовой.

Лев подаётся чуть вперёд, перегибается через стол. Невольно подаюсь и я вперёд — к нему навстречу. И тихо, чтобы никто, кроме меня, не услышал, произносит:

— Зато ты, малышка, думаю, очень горячая.

Всего лишь слова, а воздух из лёгких вышибает. Кажется, что я с головой прыгнула в горячий источник. Становится жутко душно. Хочется сделать глоток ледяной воды, но под рукой лишь кофе. Сойдёт. Лишь бы спрятаться за чашкой. Дать себе небольшую передышку. Но это нелегко. Потому что я до сих пор чувствую на себе обжигающий взгляд мужчины, а его недавние слова набатом бьют в голове.

Я не выдержу четырнадцать лет, понимаю это отчётливо как никогда. Нужно сразу отказаться. Пусть угрожает. Не боюсь. Обязательно что-нибудь придумаю и выкручусь, а сейчас надо бежать как можно дальше.

— Кстати, я договорился с первой медицинской клиникой. Сразу после нашей свадьбы они ждут Ингу у себя.

Я пока перевариваю услышанное.

Ведь об обследовании в этой клинике мы и мечтать не могли. Верю, что именно там помогут сестре.

Лев, не обращая внимания на мой потерянный вид, продолжает:

— Конечно, можно и раньше положить её на обследование, но тогда есть риск, что она не попадёт на нашу свадьбу.

Не знаю, проявляет он заботу или угрожает. Я окончательно запуталась в этом мужчине и его намерениях. Совершенно не понимаю, когда надо остерегаться, а когда доверять. Но сейчас спешу согласиться:

— Да, я очень хочу, чтобы она была рядом.

— Вот и отлично, тогда у нас тем более нет причин затягивать с церемонией.

Когда мама и Инга переступают порог бездушного замка, я сразу бросаюсь к ним. Крепко обнимаю и с трудом удерживаю жалостливый всхлип. Родным не надо знать, что я на самом деле испытываю, для них я влюблена и счастлива.

— Ну что ты, родная моя?

— Успела соскучиться, — признаюсь я честно.

— Ни фига се! Светка, ты правда тут живёшь? — Инга с восхищением вертит головой по сторонам. — Офигеть! Совсем как в фильмах! А бассейн здесь есть? И домашний кинотеатр? Можно посмотреть?

— Да, пойдём и посмотрим, что здесь есть.

Кладу руку на ручки инвалидного кресла и толкаю вперёд. Сама украдкой смотрю на маму, ужасно боюсь увидеть на её лице неодобрение, но замечаю только растерянность.

— Красивый дом. Только холодный. Будто души в нём нет, — улыбаюсь я.

Насколько же у нас с мамой сходятся мысли.

— Но, думаю, теперь с твоим появлением он наполнится жизнью. Потом пойдут детки, и от пустоты ничего не останется.

Мама ласково гладит меня по плечу. От её слов становится тепло, и даже появляется лучик надежды в моём мрачном будущем. Может быть, я на самом деле смогу добавить немного жизни в это ледяное царство. Невольно вспоминаю о хозяине дома, таком же холодном, и о тех скупых эмоций, что вчера прорвались наружу. Интересно, а его холодное сердце способно хоть что-нибудь растопить?

Мы гуляем по дому, я его узнаю вместе с мамой и Ингой. Потому что после той экскурсии все воспоминания какие-то размытые. Но ступаю осторожно, боясь заглянуть куда-то, куда мне нельзя. Каждый раз, когда вижу очередную «тень», настораживаюсь.

Остановят? Попросят вернуться в гостиную? Но они молча проходят мимо, лишь вежливо кивают в знак приветствия.

— Всё так странно, — тихо шепчет мама, — твой дом, и при этом столько посторонних людей.

— Мне тоже непривычно, но чаще я их не вижу. Просто знаю, что они здесь.

— Светлана, извините, — робко окликает меня Виктория Олеговна, — Макар проснулся и зовёт вас.

— Сейчас. Мам, прости. — Я ловлю её непонимающий взгляд, на корню предотвращаю расспросы.

Не время.

— Я позже всё объясню.

Оглядываюсь в поисках кого-нибудь, кто сможет проводить маму и Ингу в гостиную. И, как будто почувствовав, из ближайшей комнаты выходит Татьяна, старшая из «теней», которую Лев выделяет среди других.

— Татьяна, не могли бы вы проводить маму и Ингу в гостиную?

— Конечно, Светлана Витальевна.

Сразу же бросаюсь в детскую комнату. Макар капризничает, на уговоры няни никак не реагирует.

— Хочу к папе!

Бросаюсь к ребёнку, прижимаю дрожащее от слёз хрупкое детское тельце к себе.

— Тише малыш. — Я глажу его по спине, целую светлую макушку. — Тише.

Макар поднимает на меня свои заплаканные голубые глазки и проникает куда-то глубоко в сердце. Оставляет на нём несмываемый отпечаток.

— Мама? — спрашивает он с детской наивностью и надеждой, которую я не могу не оправдать.

Сглатываю вязкий ком в горле и отрезаю себе все пути назад.

— Да, мой хороший, мама рядом.

Снова целую его, а он в ответ маленькими ручками обвивает мою шею и прижимается крепко-крепко. Выбивает из лёгких весь воздух. Чувствую, как одинокая слеза скатывается по щеке, но я даже не думаю убирать руки от Макара, чтобы стереть её прозрачный след.

— Мама, — повторяет мальчик, перед тем как затихнуть.

Не знаю, сколько мы так сидим, кажется совсем ничего, но в комнату заглядывает Татьяна.

— Приехали из салона. Проводить их в гостиную?

— Да, мы сейчас подойдём.

Макар завертелся в моих руках, но спускаться не спешит.

— Солнышко, поможешь маме выбрать платье? Заодно познакомишься с бабушкой и тётей.

— Хорошо. А потом играть.

— Всё, что пожелаешь.

Меня буквально разрывает от радости, что Макар впервые сам что-то просит. Я так боялась, что он растёт маленьким бесчувственным роботом, совсем как его папа. Звонко целую розовую щёчку и в награду получаю счастливый смех.

Быстро привожу малыша в порядок и, крепко держа маленькую ручку, отправляюсь в гостиную, где нас уже все ждут. В комнате много людей, но, когда мы заходим, все будто замирают и смотрят на нас. Здороваюсь со всеми робко, совсем не привыкшая к такому вниманию, а Макар, почувствовав мой настрой, запросился на руки. Тут же подхватываю его, целую в щёку и иду к маме. Улыбаюсь чуть виновато. Всё-таки стоило их с Ингой подготовить к знакомству с сыном Льва, а я за всю прогулку по дому не обмолвилось о нём даже словом.

— Мам, Инга, знакомьтесь, это Макар.

На мамином лице шок. Беззвучно открывает и закрывает рот. Переводит взгляд с моего лица на малыша, смотрит, как он жмётся ко мне в поисках защиты.

— Он… ты… вы…

«Мальчик очень похож на вас, Света, глаза лишь от отца».

Я вспоминаю слова Аллы Николаевны. Неужели мама тоже замечает это сходство?

— Это твой сын? — слишком громко выпаливает вопрос сестра.

На нас оборачиваются, кидают заинтересованные взгляды.

— Ш-ш-ш. — Я оглядываюсь и, лишь убедившись, что рядом никого нет, спокойно отвечаю: — Теперь да.

Мама с беспокойством заглядывает в мои глаза, и я с уверенностью смотрю в ответ. Может, наши отношения и неправильные, но от Макара я точно не откажусь. Видимо, мама видит достаточно, потому что в следующую секунду смягчается и протягивает руки, чтобы забрать у меня сына.

— Ну что, Макарушка, иди ко мне, будем знакомиться, пока твоя мама выбирает платье.