Случайная мама для сына магната (СИ)

Глава 19

Никогда не планировал жениться. Даже на Алине, хотя после рождения сына этим вопросом заканчивались абсолютно все наши разговоры. Я упорно не понимал, да и сейчас не понимаю, как штамп в паспорте может влиять на её материнство? И главное, для чего он был нужен?

Окончательно привязать к себе? У неё этого не получилось сделать с помощью сына, неужели думала, штамп остановит от того, что я её однажды не вышвырну из нашей с Макаром жизни?

Прогадала.

Усмехаюсь, вспоминая бывшую любовницу и по совместительству гражданскую жену. Умела она вскружить голову мужикам. Ни я, ни Демьян не стали исключением.

Алина настоящая расчётливая стерва, хотя и прикидывалась невинной, несмышлёной девицей — волк в овечьей шкуре. Она прекрасно умела манипулировать. Всегда знала, что нужно сказать, сделать, чтобы достичь нужной цели. Смогла грамотно развести меня на ребёнка.

Нет. Об этом я никогда не жалел. Макар — это лучшее, что есть в моей жизни.

Смотрю на сына, как он радостно играет со своей новой мамой, и ловлю себя на мысли, что появился в моей жизни ещё один важный человек.

Меня не было в городе, когда Алина позвонила в истерике. Случилось страшное: она потеряла нашего ребёнка. Я не знал о её беременности. И эти две новости меня не хило встряхнули. Алина долго не могла прийти в себя. Психологи не помогали. И, глядя на неё, я тоже осознавал, что хотел бы этого ребёнка. Заверил, что мы попробуем снова. После этих слов Алина воспрянула духом и на следующий день поехала в клинику сдавать анализы. Результаты были неутешительные: ведущий специалист рекомендовал нам ЭКО. Я согласился. Уже тогда жил мыслью, что скоро стану отцом. Мы с Алиной часто разговаривали о будущем ребёнке. Мечтали. Создавали в голове идеальную картинку.

Первая попытка оказалась удачной. У нас снова состоялся разговор с врачом. В итоге было принято решение отправить Алину в Италию. Всю беременность она находилась в клинике, больше похожей на пятизвёздочный отель. Там она и рожала.

По возможности я приезжал к ней. И всё казалось идеальным: отношения между нами, здоровый ребёнок, который развивается в утробе матери.

Я планировал присутствовать на родах, но сын поторопился появиться на свет. Когда я прибыл, он уже лежал в своей маленькой люльке.

Мне не терпелось забрать их домой, но опять же по рекомендации врача Алина и Макар первые три месяца провели в той же клинике.

А через девяносто дней начался настоящий ад. Алина, видимо, решила, что после рождения сына может мной крутить как захочет. Она была недалека от истины. Я организовал ей целый штат нянек и врачей в помощь. За рождение сына она получила дорогие подарки. У неё было абсолютно всё, о чём просила. Кроме штампа в паспорте.

Сначала я не придавал значения её истерикам, но со временем на многие вещи перестало получаться закрывать глаза. Алина могла запросто забыть люльку с ребёнком в магазине. Потащить его в бар, где она встречалась с подругами. Последней каплей было, когда, вернувшись домой, я её не застал. Макар был на горничной, потому что одна няня приходит лишь на день и никак не может оставаться вечером, а вторая заболела, и её увезли на скорой.

Непутёвая мамаша долго не отвечала на мои звонки, испытывала моё терпение. Не помогло. Служба безопасности быстро пробила её телефон, который указывал на местоположение во Франции.

Если бы не Макар, я сам отправился бы за ней и за волосы притащил домой для разговора, прежде чем вышвырнуть из дома. Мне её привезли ребята. Предварительно завезли в клинику, где у неё взяли анализы. У меня не было каких-либо причин подозревать её в чём-то. Здесь я понадеялся лишь на интуицию. И она не подвела: в крови Алины нашли наркоту.

Разговор состоялся очень коротким. Я быстро донёс до неё единственную мысль: она никто, и звать её никак. Угрожать женщинам — последнее дело, но Алина по-другому не понимала. Я защищал сына.

Благодаря доказательствам, что Алине было на ребёнка всё равно, и найденной наркоте в крови, её быстро лишили родительских прав, а ещё выдали вполне официальный запрет приближаться ко мне или Макару. Хотя я перестраховался и помог покинуть столицу навсегда.

Позже была вереница нянечек, половина из которых жаждала через Макара добиться моего расположения. Кто-то действовал открыто, приходил в мою спальню ночью в прозрачном пеньюаре. А кто-то, как психолог, которого сдуру нанял по рекомендации, действовал тонко. Она постоянно намекала, что Макару нужна мама. Ненавязчиво предлагала на эту роль себя. Именно её была идея заключить с кем-нибудь долгосрочный контракт, кого сын мог бы звать мамой, а когда Макар станет взрослым, ему будет легче расстаться.

Мне этот вариант понравился. Несмотря на то что прекрасно понимал: она таким хитрым способом пытается войти в мою семью. Я даже не отметал этот вариант. Психолог ладит с Макаром практически идеально, не считая того, что она такая же, как Алина. Расчётливая стерва. Но это легко регулируется контрактом, второй раз я не собирался пригревать змею на груди.

Юристы успели составить контракт, но я не спешил показывать его будущей матери ребёнка. Головой понимал: хороший вариант, а вот интуиция говорила, что не стоит. Я впервые хотел пойти против интуиции, но получил сообщение, что очередная дура потеряла моего сына, а потом встреча, перевернувшая всё.

В торговый комплекс я примчался злой, как сам чёрт. Готов был разнести всё и всех, а тут пигалица с испуганным, как у оленёнка, но решительным взглядом защищает моего сына. От меня самого в том числе. И сын так доверчиво к ней жмётся, как к никому и никогда не прижимался, кроме меня. Судьба девушки была предрешена.

По пути домой мне успели собрать минимум информации о ней: как зовут, где работает, где учится, краткая характеристика от работодателя. Для первого разговора оказалось более чем достаточно.

Я не верю в любовь, но верю в партнёрство. Любые отношения — это сделка, и я такую предлагал заключить Свете. Правда, с ней я пошёл на уступки. Предложил гарантии, которые никому другому не собирался предлагать — а именно заключить брак. Опять доверился интуиции.

А дальше, чем больше я общался со Светланой, чем больше получал информации от моих ребят, наблюдал, как проходит мою проверку за проверкой, с каким упорством она ищет работу, не брезгуя никакими предложениями, тем больше убеждался в правильности своего решения.

Изначально Света привлекла меня своей смелостью, убеждениями такими наивными, но правильными. На внешность не смотрел, лишь при первой встрече в торговом комплексе обратил внимание, что они с Макаром похожи. Легко можно принять их за мать и сына, что, бесспорно, играло мне на руку.

Я не планировал тащить её в постель, если только сама захочет. Я даже готов был позволить ей завести любовника. Прекрасно понимал, что четырнадцать лет без секса будет нереально. Конечно, я бы проверил от и до её любовника. Мне проблемы не нужны.

В какой момент всё изменилось, я не знаю. Просто осознал: не хочу, чтобы её касался другой. После этого пришло и другое осознание: я сам не хочу других женщин. Хочу её. Настоящую, гордую, ласковую, а порой дикую. Совсем как котёнок.

Вот и сегодня на озере так ластилась, что все мысли из башки моментом вылетели. Но самое удивительное: злость, что бурлила в крови, тоже бесследно испарилась. К гостям я вернулся в хорошем настроении, и даже присутствие родителей или брата не могло его испортить.

Поздравления текли рекой, я их не слушал, но с предвкушением каждый раз ждал «Горько», потому что ещё никого и никогда не было так сладко целовать. И главное, каждый раз Света отвечала искренне и с удовольствием.

— Устала? — спрашиваю я, когда малышка садится на своё место.

Светик, счастливо улыбнувшись, мотает головой. Тянется к бокалу с соком. За весь вечер она ни разу не притронулась к алкоголю, чем вызвала у некоторых гостей вопросы. Особо любопытные, не стесняясь, перешёптываются и разглядывают её талию. Ну да, по мнению других, другого повода для свадьбы ведь быть не может. Тем более это первая девушка, которую я представил в обществе.

Никогда не считал нужным выставлять свою личную жизнь напоказ, да и сейчас думаю так же. Но тем не менее устроил тихую свадьбу с гостями, и парочке проверенных репортёров позволил присутствовать.

— Но я завидую Макару, — признаётся она и кладёт голову мне на плечо. — Тоже бы сбежала отсюда.

— Ещё чуть-чуть, и пойдём в номер.

Ловлю руку жены, поглаживая тыльную сторону ладони, успокаиваю.

— В номер?

Светик отстраняется от меня, а мне сразу хочется вернуть её обратно.

— Гостиница маленькая, поэтому у нас один номер.

Лукавлю. Номеров хватит на всех, и за нами забронировано два, только жену я не собираюсь этой ночью отпускать от себя. Смотрю, как на миленьком личике алеют щёки, как учащённо начинает биться венка на изящной шее.

— Я… — Света начинает говорить и тут же замолкает.

Ещё сильнее покрывается румянцем. Свои красивые глазки прячет от меня. Подхватываю пальцем её подбородок, заставляю посмотреть на меня.

— Что ты?

— А Макар? — И столько надежды в её глазах, словно хватается за последнюю соломинку, чтобы не потонуть. — Он с нами будет?

— Нет, сын будет с няней в соседней комнате. Свет, чего ты боишься?

— Я не боюсь, — заявляет она со всей имеющейся смелостью, но тут же едва слышно спрашивает: — Лев, ты же не обидишь меня? Я никогда не была с мужчиной.

Последнее она выдыхает на одном дыхании и тут же прячет лицо у меня на груди. О том, что жена у меня — невинная девочка, я догадывался, но всё равно дыхание спирает, а в голове начинает биться лишь одна мысль: «Только моя!»

— Пойдём, потанцуем?

В этот момент как раз музыканты начинают играть красивую медленную мелодию. Света отстраняется от меня, смотрит слегка ошарашенно. Честно говоря, я и сам не ожидал от себя такого предложения, но хочется свою девочку отвлечь от надуманных страхов.

— Решайся, малышка.

Света робко улыбается, но кивает.

— Мне нравится эта песня, а в такой аранжировке она звучит ещё интереснее.

— Тогда скорее пойдём.

Выходим в центр площадки, прижимаю жену к себе и веду в медленном танце. Чувствую, как она постепенно расслабляется в моих руках, как прижимается ко мне сильнее. В итоге снова доверительно кладёт голову мне на грудь. Котёнок.

— Свет, я тебя никогда не обижу.