Солги мне

Глава 28

— В выходные на складе поработаешь? Ночью будем товар сортировать, закопаемся в коробках по уши. Придется всю ночь напролет там сидеть, но деньги более чем хорошие за одну смену, — Катя, администратор магазина, в котором я теперь работаю, подходит ко мне со списком «добровольцев».

Заношу туда свое имя без всяких раздумий. Деньги лишними не будут.

Лишь бы никакая аллергия не вылезла, а то девочки говорят, что прошлой кандидатке пришлось уйти за неделю до окончания испытательного срока, потому что она начала жутко чесаться. Я работаю здесь пятый день, и мне все нравится.

Зарплата, конечно, не очень высокая. Гораздо меньше того, что было у меня в спортивном центре Ника, но выбирать особо не приходится. Коллектив в целом вроде бы хороший, Катя старше нас всех лет на пятнадцать и относится ко всем как к своим утятам. Опекает и направляет.

— Спасибо, что позволила записаться. Все-таки я еще не часть коллектива, — улыбаюсь, передав ей планшетник.

— Да брось, я почти на сто процентов уверена, что ты останешься. Да и собеседования эти мне надоели уже, честно говоря. Всем надо на половину ставки, только в удобные часы. Словно не понимают, куда идут.

Пожимаю плечами, заканчивая собираться. Работаю я пока шесть часов в день, с десяти до четырех. Потом, когда окончательно вольюсь в коллектив, перейду на посменный полноценный график.

Забрасываю рюкзак на плечо, выхожу на улицу через дверь для персонала. Дышу полной грудью. Все-таки к запахам бытовой химии и косметики, которые нас там постоянно окружают в помещениях, еще предстоит привыкнуть.

В первый день голову жутко болела, когда я вернулась домой. Даже таблетку пришлось принять. Дальше организм уже, видимо, подстроился. Виски немного пульсируют, но, думаю, это пройдет в скором времени.

— Варь, — кто-то кладет ладонь мне на плечо, подобравшись со спины, когда выхожу на главную улицу.

Вздрагиваю и тут же оборачиваюсь. Хмурюсь, осознавая, что больше не буду Лесе ничего рассказывать. Только она знала, куда именно я устроилась и во сколько заканчиваю.

— Кофе? — миролюбиво предлагает Ник, протягивая мне большой бумажный стаканчик. — С молоком и сиропом, специально для тебя. Доставка лично в руки.

— Мы ведь, кажется, договорились… — отступаю на шаг. — Как вообще ты выпытал у Леси информацию о моем местонахождении?

— У меня свои способы. Я хочу кое-что показать тебе, Вишенка.

— Что?

— Сюрприз, — хмыкает, заставляя меня обвить ладони вокруг теплого стаканчика.

Еще одного сюрприза от Ника я не переживу. Цветы его только недавно выбросила, но воспоминания еще надолго останутся при мне. Да и попа побаливает после падения.

— Хороший сюрприз, Варь, а не то, что было раньше. Надеюсь. Только нам придется кое-куда прокатиться, — продолжает напирать Никита. — И лучше бы прямо сейчас, пока дороги еще не так загружены.

— Никуда я с тобой не поеду. Мне домой нужно.

— Зачем?

— Цветы полить. Леся сказала делать это по расписанию.

— Хорошая попытка, но я не поверю. Пожалуйста, малышка. Тебе правда должно понравиться.

Я же ведь знаю, что Ник не отстанет. Хуже того, может снова попытаться забраться ко мне через окно или сделать какую-нибудь очередную глупость. Ума не приложу, что там за сюрприз такой, но в машину его сажусь.

Успеваю маленькими глотками выпить больше половины стаканчика, когда машина съезжает с асфальта на какую-то лесную дорогу. Оглядываюсь по сторонам, ерзаю на сиденье. Становится неуютно.

— Ты думаешь, я хочу прикопать тебя где-нибудь под деревом? — посмеивается мой личный водитель, убавляя громкость звучащей до этого в салоне музыки.

— Не исключаю.

Отсутствие ответа со стороны Никиты запускает новый ворох мыслей.

А если…

Да нет же, бред какой-то. Он просто лишний раз меня подкалывает, попугать хочет.

Машина подъезжает к шлагбауму, рядом с которым расположено небольшое строение. Ник показывает выглянувшему в окно охраннику какую-то карточку, и нас пропускают на территорию закрытого…чего?

— Где мы? — отстегиваю ремень безопасности, убираю стаканчик в специальное отверстие.

— Скоро узнаешь. Заранее, пожалуйста, ничего там в своей голове не придумывай. Я не собираюсь тебе вредить.

Ник помогает мне выбраться из автомобиля, после того как паркуется в специально отведенном месте. Здесь еще несколько машин, все большие и с затемненными окнами.

Практически прямо напротив нас находится какое-то массивное двухэтажное строение, по периметру гуляют люди, в открытой беседке мужчины играют то ли в шахматы, то ли в шашки. Отсюда плохо видно.

— Нам внутрь.

— И все-таки, куда ты меня привез? — не могу справиться со своим любопытством.

— Терпение, Вишенка. Через пару минут сама все увидишь.

Мы поднимаемся на второй этаж. Сворачиваем в длинный коридор с расположением дверей на стенах как в каком-то отеле. Останавливаемся напротив двести пятнадцатой комнаты.

Или…палаты?

В конце коридоры я замечаю мужчину в белом халате.

— Открой дверь, когда будешь готова, — шепчет мне на ухо Ник. — Я подожду тебя внизу в холле. У вас будет столько времени, сколько ты захочешь.

— У вас? У кого…

— Тш-ш. Просто сделай, как я говорю. Ничего не бойся.

Никита уходит, я остаюсь одна. Тянусь к ручке, но тут же отдергиваю руку. Страшно как-то.

Задерживаю дыхание и открываю дверь. Попадаю в довольно просторную светлую комнату с большой кроватью и другой мебелью — шкаф на одного человека, письменный столик со стулом, небольшой бежевый диван, низкая тумбочка для разных мелочей.

— Мама… — шепчу, не в силах поверить в происходящее, когда балконная дверь открывается.

Как же давно я не видела ее такой. Моя мамочка улыбается, ее глаза сияют при виде меня. Она все еще очень худая, с отпечатками последствий на лице, с немного дрожащими руками. Но она…трезвая. Абсолютно.

— Варюша, дочка.

Мы кидаемся друг к другу сразу. Обнимаемся, почему-то плачем обе.

Это такое облегчение, знать, что хотя бы этот день она провела без алкоголя. Без стакана в руках. Шмыгаю носом, плечи вздрагивают сильнее, когда мама гладит меня рукой по спине и просит успокоиться, хотя сама не может сдержать эмоций.

— Как ты?.. Как ты здесь? Почему?..

— Меня твой мальчик привез. Я не хотела сначала. Не понимала, кто он вообще такой и что делает в квартире. Я уже несколько дней не пью, Варенька. Неделю или даже больше. Ни капли, честно.

Уже не надеялась на это. Смирилась с болью, приняла тот факт, что моя любимая мамочка осталась в прошлом, а ей на смену пришло чудовище.

Ник, он… Снова всхлипываю. Он сделал просто невозможное для меня. Для нас с мамой.

— Давай сядем, моя хорошая? — мама отрывается, чтобы убрать мои прилипшие к щекам волосы назад. Подталкивает в сторону диванчика. — У тебя есть время? Ты никуда не спешишь?

— Не спешу…

Мы разговариваем с мамой очень долго. Много плачем, она извиняется передо мной за все, обещает, что больше никогда не будет пить.

Я не настолько наивна по своей природе, чтобы сразу поверить в это. Время покажет. Но мне нравится ее настрой, нравится, как она постоянно хочет обнимать меня.

— Не заметила, как похоронила себя заживо. Я бы не смогла сама выбраться из этой ямы, но твой мальчик помог. Никита, кажется, да?

— Никита, — шевелю губами, перебираю мамины худые пальцы. — Он говорил тебе…что-то?

— О тебе немного рассказывал. Обещал привезти тебя через время. В первые дни было сложно, Варь. Я не горжусь собой, перед врачами стыдно очень. И еще, — задумывается. — Здесь же ужасно дорого. Вон, какая палата. Я обязательно верну все деньги вам. Пройду полный курс лечения, выйду отсюда и сразу буду искать работу. Постепенно, частями…

— Мамочка, это сейчас не главное. Лишь бы ты больше не…н-не…

— Постараюсь, девочка моя. Не смогу тебе обещать пока что, что у меня все и сразу получится, но я не хочу обратно. Я же тебя… Я почти потеряла свою единственную дочь.

В палату заглядывает медсестра с целым подносом разной правильной еды. Желает приятного аппетита, уточняет, не нужно ли нам что-то еще.

— Спасибо, Ян. Это моя дочь, познакомься, — улыбается мама. — Варя. Я тебе про нее рассказывала.

— Рада, что вы заглянули к нам. Ваш молодой человек на первом этаже наших девчонок смущает?

— Он не мой молодой человек, — бурчу слегка смущенно.

— На вашем месте я бы такого красавца надолго одного не оставляла бы, — подмигивает мне женщина и выходит из комнаты, напомнив маме о вечерних процедурах.

— Кушай, Варюш. Худенькая такая стала…

— Это же твой ужин. Тебе нужно восстанавливаться.

— Так здесь очень много всего, — мама распределяет приборы между нами, медсестра дала на всякий случай запасной комплект. — Мне приятно будет.

Я выхожу из маминой комнаты спустя еще полчаса. Оставляю ей свой номер, чтобы она могла звонить мне с общего аппарата в холле. Нужно будет в следующий раз принести ей какой-нибудь телефон, чтобы мы могли поддерживать связь.

Никита на первом этаже разговаривает с колоритной бабулей с ярко-розовыми волосами. По-моему, она с ним даже заигрывает.

— Ты подумай, — слышу ее голос, подкравшись к Нику сзади. — Внуки у меня все избалованные, хер им, а не мои денежки. А ты мне сразу понравился, мышцы у тебя такие. Ох, была бы я чуток помоложе, прям здесь на тебя запрыгнула бы.

Потягивающий до этого что-то из стакана Никита давится напитком, я заботливо похлопываю его по спине, пугая еще больше. Окружили со всех сторон.

— Тю-ю, так у тебя баба есть? А чего сразу не сказал?

Приходит мое время удивляться сильнее.

— Время только на тебя потратила.

Старушка удаляется с гордо поднятой головой, напоследок окинув нас странным недовольным взглядом. Интересно, она пациентка или просто к кому-то приезжала? Если первый вариант, местные молодые врачи мужского пола могут быть под угрозой. Я бы на их месте опасалась.

— Поговорили уже?

— Да, — медлю, прочищая горло. — Не знаю, как тебя благодарить…

Залом на брови, обозначающий усмешку, явно дает понять, в каком именно направлении сейчас летят мысли Ника. Я смущаюсь, он добавляет легкое и расслабляющее «шучу», предоставив мне возможность выдохнуть.

— Твоей матери здесь помогут. Я читал отзывы и разные истории… Короче, место реально хорошее, но провести она здесь должна не меньше двух месяцев, учитывая ее историю.

Два месяца… Пытаюсь примерно представить, сколько вообще это все стоит, но у меня не получается.

Несколько сотен тысяч — точно. Огромные деньги, которых у меня нет.

— От тебя взамен я ничего требовать не стану, Вишенка. Лечение уже оплачено, возражения не принимаются. Больше ни о чем лишнем не думай, пожалуйста.

— Зачем тебе это нужно? — срывается с языка быстрее, чем успеваю вовремя закрыть рот.

— Потому что хочу тебе помочь. Ничего более.

Обратно в город возвращаемся молча. Во дворе, когда Ник останавливается напротив моего подъезда, он хочет что-то сказать, повернувшись корпусом ко мне, но я быстрее успеваю попрощаться с ним и выскочить из машины.

Убегаю с позором. Зажмуриваюсь и прижимаюсь к двери спиной, оказавшись в квартире. Отделаться от мысли о втором шансе для нас у меня никак не получается.