Способность любить

Глава 4.2

Олеся

Только бы он успел! Что все это значит? Сумасшествие какое– то!

Осторожно подхожу к окну. Обстановка на улице накалилась. Откуда– то появились еще мужчины, которые дерутся с теми, что ломились в мою калитку. Блондинку отвели к внедорожникам, но она никак не желает успокоиться и продолжает что– то кричать. Дура какая– то, ей– богу! Даже если сказала правду. Чувствую от этой мысли новый болезненный укол, но тут же переключаюсь, потому что подъехал Саркисян. Он начинает командовать, и нападавшие отступают к своим автомобилям. Но неожиданно кто– то из них наносит ему по ноге удар каким– то предметам. Чем именно мне не видно. Тимур оседает на только что выпавший снег. К нему торопятся на помощь.

Незваные гости быстро грузятся в свои автомобили и уезжают. Решаюсь выйти на улицу, прислушиваясь к себе. Вроде не болит ничего. Или это в горячке?

У Тимура, похоже, сломана нога. Ребята уже вызвали скорую. Возле него – суета и гомон. Я не решаюсь лезть с дурацкими вопросами, начинающимися со слов: «А, правда, …?» Часть людей Саркисян оставляет у меня дома. Я не решаюсь .возражать после случившегося. Мало ли, вдруг это повторится. Итолько, оставшись в тишине своей комнаты, пытаюсь понять, что же происходит. Набираю Влада. Вместо того, чтобы придумывать, что все это значит, легче спросить. Он ведь не будет врать? Но телефон вне зоны доступа. Да что это такое вообще?

А дальше я уже начинаю заниматься любимым занятием всех женщин – додумывать все, чего не знаю. У меня на это уходит пара часов. Ровно до звонка Тимура Саркисяна.

– Олеся! Вы как, нормально?

Почему– то от звука его голоса становится спокойней.

– Да. Вот только до Влада не могу дозвониться, – надеюсь, это не звучит, как жалоба.

– Влад на небольшом острове сейчас. Там начался шторм, и пока нет связи.

Теперь мое сердце снова сжимается, но уже от тревоги.

– Он… С ним все в порядке? А Вы? Что с ногой?

– У Влада, я думаю, да. Он успел меня предупредить. Нога сломана…

Перебиваю. Я тут о своем, а человек пострадал.

– Вам, наверное, отдыхать нужно, а не меня успокаивать.

Он не дает мне отключиться.

– В первую очередь мне нужно понять, что произошло. Насчет меня не переживайте, врачи уже сделали все, что необходимо. Что она Вам наговорила? – переходит он сразу к сути.

– Вы ее знаете? – вырывается у меня непроизвольно.

– Знаю. Олеся, ответьте мне сначала на вопрос! – в его голосе четко звучит приказ.

– Она сказала, что ее зовут Анастасия, она – невеста Влада. У них скоро свадьба. И Влад хочет забрать ребенка от меня, чтобы воспитывать с ней. Потом принялась угрожать, – вываливаю на начбеза основные моменты нашей милой беседы.

– Что за бред? – нервно восклицает он, – Надеюсь, Вы не поверили?

За последние два часа я много чего придумала и много, во что поверила. Поэтому молчу.

– Олеся, эта женщина – не невеста Влада. Никогда ее не была и никогда ею не будет. И тем более, чего бы Вы не опасались от Холодова, ребенка он у Вас забирать бы не стал. Ни при каких обстоятельствах. Он иногда кажется полным засранцем, но это далеко не так. Просто нарастив броню, очень тяжело ее снимать.

Что– то в словах Саркисяна меня настораживает.

– У них что– то было? – не могу сдержаться, чтобы не задать этот вопрос.

Сил ждать, когда спрошу самого Холодова, нет.

– Я свечку не держал, – осаживает меня Тимур.

Верно, впрочем.

Потом смягчается, видимо, почувствовав, в каком раздрае я нахожусь.

– Олеся, эти вопросы нужно задавать Владу. Но он Вас не обманывал. Поверьте, я говорю правду.

Его ответ не нравится мне.

– Да, конечно, – бросаю ему чисто автоматически, – Скорейшего выздоровления.

Я отключаюсь. Выслушивать, какой Влад замечательный, у меня нет настроения. Может, Влад меня и не обманывал. Может, все, что наговорила эта ненормальная, и неправда, но поверила она в себя не на пустом месте. Кому– то было нескучно, пока я его дочь вынашивала. Стоит только вспомнить внешность этой сирены. И сколько не тверди себе: «Он тебе ничего не обещал» и «Ты сама уехала», но ощущение, что меня снова обманули и предали, прочно поселяется у меня в груди.

Иду на кухню, пью валерьянку. В доме посторонние мужчины, но я лучше потерплю, чем еще раз подставлю себя под удар.

Утомленная, проваливаюсь в тревожный сон. Дочка в животе затихает. И мне удается поспать. Но плохо, я то и дело просыпаюсь.

Из очередного забытья меня вырывает телефонный звонок. На дисплее короткое «Влад». Мстительная «я» не хочет брать трубку. Но, с другой стороны, когда я не могла дозвониться, это было отвратительнейшее ощущение.

– Да? – звучит сухо, но это все, на что я способна.

– Олеся! – выдыхает мужчина, в его лосе явное облегчение, – С тобой все хорошо?

– Нормально, – и замолкаю.

Не могу еще что– то выдавить из себя. Перед глазами Влад и эта блондинка. Может, и сейчас он не один? Кто знает, как проходят эти их переговоры…

– Олесь, ты обиделась? – он сразу понимает, в чем дело.

Когда он сумел пробраться мне под кожу? Я ведь не хотела, чтобы все повторялось…

– Да, я обиделась! Приехала какая– то швабра, заявила, что она твоя невеста, сказала, что вы заберете у меня ребенка. Потом начала угрожать. Да, я обиделась!

Но это не только обида – в моих чувствах сейчас столько всего!

– Я понятия не имею, почему она так поступила… – пытается он оправдаться.

– Ах, ты не в курсе?! Тогда я тебе скажу! Членом надо поменьше махать! Всего тебе хорошего!

Я обрываю вызов, потому что в последних словах уже слышатся слезы. Потому что я обещала сама себе, что не буду плакать.

И не сдержала слова…