Старший брат моего парня. Соблазню и уведу

ГЛАВА 5

— Какого черта? — оранжевое пятно стремительно впитывается в белоснежную ткань. Потеки остаются на юбке.

Перевожу взгляд на Машу, желая испепелить её.

— Ты меня облила! — кидаюсь в неё хлестким обвинением.

— Нет! — орёт, как кошка, которой отдавили хвост. — Ты проходила мимо и, видимо, случайно задела меня плечом, — оправдывается и хлопает глазенками на Пашку, который в полной растерянности.

— А ты случайно трёшься около моего парня! — тигрицей на неё рычу.

— Ева, ты что такое говоришь!? — Паша прям заметно приободряется, липово вставая на защиту коллеги. Ему нравится моя ревность!

— О, оранжевый хит сезона! — Адам издалека присвистывает и тормозит около нас. Во рту гоняет зубочистку и скалится.

Настоящий подонок моей жизни, при виде которого моё сердце трепещет и замирает!

— А тебе какое дело, Вольтов? — швыряю в него убийственные молнии. Но парня так просто не затронешь. Даже бровью не ведет. Зато он многозначительно смотрит на мою юбочку.

И клянусь, я вижу в глазах Адама искорки и отблески распутных воспоминаний.

— Иди! Занимайся своими бабами! — расталкиваю этих идиотов и уверенным шагом направляюсь в туалет.

Не представляю, что можно сделать с кофточкой!

Придумала! Выбросить в помойное ведро вместе с юбкой. И эротично ходить по университету в нижнем белье, сексуальных гольфиках и туфельках.

Вольтов оценит!

Да чтобы его преисподняя забрала обратно!

— Ева, ну ты чего? — Паша заходит следом за мной и приобнимает за плечи. Целует за ушком и смотрит на моё отражение в зеркале. Лучисто улыбается, чтобы подбодрить.

— Ничего, — мягко отбиваюсь от него. — Посмотри, что стало с моей одеждой, — резко оборачиваюсь и угрюмо смотрю на парня. — Я вся в соку, — канючу и причитаю.

— Ты моя сочная девочка, — Пашка шально лыбится. Ловко хватает меня за бедра, не позволяя нашим телом соприкоснуться, и жарко слизывает капли сока с ложбинки меж грудей. Черт! Вздрагиваю и покрываюсь мурашками.

Лезет под подол моей юбочки и цепко раздвигает булочки. Боже мой! Пальцами массирует киску через... насквозь мокрые трусики.

— Уже потекла, — кусает в шею и давит на клитор.

Господи, знал бы Паша, кто превратил меня в лужу из смазки!

— Паш, ты с ума сошёл? — подрагиваю в объятьях парня. — Мы же в женском туалете! — ищу пути побега.

После близости с Адамом я просто не могу!

Это словно предать родное тело, несмотря на то, что я, не задумываясь, предала Пашку... у него за спиной.

Ненавижу себя!

Но мысли и тело живут Вольтовым!

— Мне хочется загладить вину, — нападает на мои губы и больно прижимает. Взвизгиваю и пытаюсь отстраниться, но Паша углубляет поцелуй.

— Малыш, давай ты лучше извинишься дома, — нежно. Кончиком носа задеваю его. — Как ты умеешь, — жарко шепчу парню на ушко и вижу, как дрожат его жилки на шее от побежавшего возбуждения.

ГЛАВА 6

— Значит, ты не злишься на меня? — упирается лбом в мой, но продолжает пальцами натирать мои складочки через мокрые трусики. Доставляет больше раздражения. Их бы вообще лучше снять.

— Нет, я просто... — потупив взор, очерчиваю пальчиком пуговицы на рубашке Паши. — Погорячилась и... приревновала, — невинно гляжу на него исподлобья. Замечаю снова эту горделивую улыбочку, вызывающую у меня лёгкое отвращение и чувство, что он специально это делает.

Заставляет меня ревность!

Грязный способ проверить мои чувства к нему или окончательно их уничтожить. Но Паша ловит от этого настоящее удовольствие!

— Моя девочка, я только твой, — жмется губами к ушку, а я снова чувствую, как он мерзковато лыбится. — Кстати, я отпросил тебя со следующей пары, — отстраняет меня за плечи. — Поэтому можешь сходить в мужскую раздевалку и привести себя в порядок, — и Паша достает из рюкзака свою чистую футболку.

— Спасибо, — с дрожью принимаю его заботу.

Мой эмоциональный фон разрывается от противоречий!

— В это время футбольной команды там нет, — брезгливо фыркает Пашка, хотя Адам — главная звезда футбола и капитан команды. Но мой парень ненавидит спорт.

— Спасибо тебе, — приобнимаю, чтобы не изляпать его впитавшимся в ткань мокрым пятном от сока, и целую в щеку.

— Успеешь даже душевыми воспользоваться, — шлёпает меня по попе, шально лыбится и уходит.

С остервенением сжимаю футболку своего парня и вылетаю в коридор, где ни одной живой души. Как привидение, по стеночке стремительно добираюсь до мужской раздевалки.

Футбольная команда — гордость нашего университета и парней буквально целуют в задницы за все достижения, а нахалы пользуются всеми привилегиями.

Кладу футболку Паши на раковину и включаю теплую воду. Торопливо снимаю испорченную кофту. Секунды разглядываю её на свету. Пятно от сока просто ужасное. Не задумываясь, швыряю её в мусорное ведро.

— Черт возьми! — в зеркальном отражении негодующе смотрю на свой бюстгальтер, что приобрёл оранжевый оттенок.

Воплю в душе от отчаяния. И реально хочется залезть под душ, чтобы все с себя смыть.

Липкий сок.

И вязкую влагу промеж ноги.

Божечки!

Потираю бедра, стараясь утихомирить жжение. Возбуждения меня ни на секунду не отпускает.

Споласкиваю руки под тёплой водой и уже собираюсь расстегнуть испорченный лифчик, как что-то щелкает. Сзади. И отлетает от спины. Лифчик падает к ногам. Проклятье! Застёжка лопнула!

В следующую секунду слышу шаги в раздевалке. И, не думая, оборачиваюсь.

— Что, птенчик, настолько понравилась, как я сосал твои сиськи? — облизываясь, как кот, похабно заявляет Адам.

А я стою в одних трусиках. Окаменев. Тупо моргаю. И сверкаю перед Вольтовым голой грудью.