Старший брат моего парня. Соблазню и уведу

ГЛАВА 8

Спортивную форму Вольтов вещает, перекидывая ее через дверь, и запирается на щеколду.

Душевые кабинки похожи на замкнутые вытянутые коробочки. Стены от пола и до потолка.

Никто тебя не увидит.

И не узнает с кем ты развлекаешься!

— Молчи, птенчик, — строго приказывает Адам и включает сильный напор воды, который падает на нас потоком из душевой лейки под потолком.

— О, Вольтов уже кайфует! — кто-то барабанит по двери, и от испуга я льну к груди парня. Сдерживаю стон от столкновения наших тел. Мои сосочки так призывно тычутся в него.

Адам с трудом дышит и ловит мой взгляд, который я опускаю вниз и разглядываю его... член. Возбужденный. Мамочки! Он почти касается моего живота.

С ужасом сглатываю и собираю всю злость в себе, чтобы убить Вольтова одним взглядом.

— Вроде в футбол играете, парни, а до раздевалки, как черепахи тащитесь, — отвечает он, потому что должен и на ушко едва различимым шепотом произносит:

— Прости за стояк! Это все твои соски виноваты.

Хочу возмутиться, но моим вставшим ягодкам так нравится тереться о грудь парня!

— Обычно после тренировки я всегда дрочу, чтобы напряжение и усталость снять, — от влажного дыхания Адама дрожу, как неокрепшая веточка.

А его грязные интимные подробности так заводят!

— Ты ненормальный! — в ответ также шепчу Вольтову на ухо. И животом натыкаюсь на член парня. На самую головку. Но такую теплую и мокрую от воды.

— Я один определённо лучше, чем команда футболистов, — язвит и мягко кусает меня в плечо. Языком вылизывает воду из ключичной ямочки.

Боже!

Это грёбаная катастрофа!

Мы обнажённые. Вдвоём. Под душем. Наедине. В маленьком и замкнутом пространстве.

— Мих, как там твоя новая деваха?

Вздрагиваю от голоса парня за соседней стенкой, что вибрациями проходится по кабинке.

— Приняла твой большой и толстый?

Фу! Отвратительно! Типичные мужланы!

— Вы ужасны, — говорю это Адаму и одновременно всем парням в этой сраной раздевалке.

Паша меня сюда отправил! Специально?

Он знал, что тренировка закончилась и соврал!

— Визжала от удовольствия, как сучка, — горделиво отвечает, очевидно, тот самый секси-парень. — Видели бы вы, как она дрожала от оргазма! — орёт на всю душевую, перекрикивая шум воды.

Острое желание разреветься одолевает. И его невозможно сдержать.

Утыкаюсь лицом в изгиб шеи Адама и тихонечко плачу. Тактильно ощущаю, как он дрожит на нервах. От напряжения и непонимания. Но я чувствую трепетное скольжение его шероховатых подушечек пальцев вдоль по позвоночнику и даю слабину. Целую Вольтова в шею, собирая губами капли воды.

— Перестань... — хрипит.

Поразительно, что Адам просит меня об этом!

— Пожалуйста, не становись таким, как они, — кротко и тихо умоляю.

Я этого не переживу!

Если Вольтов превратится в поганого мужлана, тупо использующего девушек для траха, во мне навсегда что-то сломается. Оборвется в душе и разобьётся сердце.

— А каким мне быть? — Адам ведёт кончиком носа по моим бьющим жилкам.

— Таким, как сегодня утром, — отступаю и вижу в глазах парня вожделение.