НА СМЕРТЬ Л<ЕРМОНТОВ>А

Ещё дуэль! ещё поэт

С свинцом в груди сошел с ристанья.

Уста сомкнулись, песен нет,

Все смолкло… Страшное молчанье!

Тут тщетен дружеский привет…

Все смолкло: грусть, вражда, страданье,

Любовь — все, чем душа жила…

И где душа? куда ушла?

Но я тревожить в этот миг

Вопроса вечного не стану;

Давно я головой поник,

Давно пробило в сердце рану

Сомненье тяжкое, — и крик

В груди таится… Но обману

Жить не дает холодный ум,

И веры нет, и взор угрюм.

И тайный страх берёт меня,

Когда в стране я вижу дальней,

Как очи, полные огня,

Закрылись тихо в миг прощальный,

Как пал он, голову склоня,

И грустно замер стих печальный

С улыбкой скорбной на устах,

И он лежал, бездушный прах.

Бездушней праха перед ним

Глупец ничтожный с пистолетом

Стоял здоров и невредим,

Не содрогаясь пред поэтом,

Укором тайным не томим;

И, может, рад был, что пред светом

Хвалиться станет он подчас,

Что верны так рука и глаз.

А между тем над мертвецом

Сияло небо, и лежала

Степь безглагольная кругом,

И в отдалении дремала

Цепь синих гор — и все в таком

Успокоеньи пребывало,

Как будто б миру жизнь его

Не составляла ничего.

А жизнь его была пышна,

Была роскошных впечатлений,

Огня душевного полна,

Полна покоя и волнений;

Всё, всё изведала она

Значенье всех её мгновений

Он слухом трепетным внимал

И в звонкий стих переливал.

Но, века своего герой,

Вокруг себя печальным взором

Смотрел он часто — и порой

Себя и век клеймил укором,

И желчный стих, дыша враждой,

Звучал нещадным приговором…

Любил ли он, или желал,

Иль ненавидел — он страдал.

Сюда, судьба! ко мне на суд!

Зачем всю жизнь одно мученье

Поэты тягостно несут?

Ко мне на суд — о провиденье!

Века в страданиях идут,

Или без всякого значенья

И провиденье, и судьба

Пустые звуки и слова?

А как бы он широко мог

Блаженствовать! В душе поэта

Был счастья светлого залог:

И жар сердечного привета,

И поэтический восторг,

И рай видений, полных света,

Любовью полный взгляд на мир,

Раздолье жизни, вечный пир…

Мой бедный брат! дай руку мне,

Оледенелую дай руку,

И спи в могильной тишине.

Ни мой привет, ни сердца муку

Ты не услышишь в вечном сне,

И слов моих печальных звуку

Не разбудить тебя вовек…

Ты глух стал, мертвый человек!

Развеется среди степей

Мой плач надгробный над тобою,

И высохнет слеза очей

На камне хладном… И порою,

Когда сойду я в мир теней,

Раздастся плач и надо мною,

И будет он безвестен мне…

Спи, мой товарищ, в тишине!

1841

Загрузка...