Странник... мой?

Глава 15

Я как раз зашла на страничку к Страннику, когда Зойка вернулась из школы. Кубарем влетела в дом – разбрасывая в разные стороны портфель и сменку, под моим удивленным взглядом выдвинула ящик под лестницей и вытащила небольшой детский чемодан на колесах.

– Ты куда-то собралась?

– Ага. – Зойка сдула упавшие на лоб волосы. – К бабуле на выходные. А папа где? Он должен меня отвезти.

– Дрова колет. Кажется, он хотел затопить баню.

– Баня – это хорошо. Мы как раз свежих березовых веников навязали. Кожа потом будет целый день пахнуть.

И правда, хорошо. У меня же здесь ни парфюма, ни пахучего крема для тела – ничего, что могло бы придать мне уверенности, когда мы с Архипом занимались сексом. Впрочем, должна признать, в моменте это меньшее, что меня парило. Этот мужик знал, как вытрахать из головы все дурные мысли и неуверенность. Но потом… потом, да, накатывало. Я все же была обычной женщиной, которой все эти штуки казались важными.

– Не знаю. Я никогда не была в бане.

– Скажи, что ты пошутила! – Зойка даже замерла, на меня уставившись.

– Нет, – улыбнулась я. – Я же городская. В спа была, конечно. Но это, наверное, другое.

– П-ф-ф! Естественно. Так… Главное, ничего не забыть. В прошлый раз я забыла зарядное, а бабулино мне не подходит.

– А твоя бабуля – это мамина или папина мать?

По какой-то совершенно нелепой причине мне было сложно представить Архипа чьим-то сыном. Равно как и представить его ребенком. Казалось, он был всегда таким… взрослым и очень серьезным.

– Папина. Мамина мать… – Даша пощелкала пальцами. – Как это? Фанатичка! Бабуля говорит, что она у отца всю кровь выпила.

– Зоя… – раздалось от двери. Архип хоть и окликнул дочь, смотрел исключительно на меня. И этот взгляд был таким давящим, что у меня мгновенно вспыхнули щеки. Черте что. Я же ничего не выпытывала у Зои! Она сама рассказала. Но Сильвестров наверняка решил, что я опять сунула нос, куда не следовало. Как обидно… Почему чем больше я старалась, тем хуже у меня получалось? – Ты готова?

– Почти.

– У тебя пять минут. Пока я схожу в душ.

Они действительно вскоре уехали, а я, оставшись одна, вернулась на страницу Странника. Хоть на него и были подписаны сотни тысяч людей по всему миру, новые посты он публиковал нечасто. В основном, это были фото его работ в разных уголках мира. И редкие кадры природы, которые я затерла до дыр, пересматривая, в попытке лучше понять, как он видит этот удивительный мир. Казалось даже, что поняла. Психолог говорил, что это обманчивая близость, да. Наверное. Но что делать, если ближе него у меня никого не было?

Ох ты ж черт! Я забыла спросить, начался ли уже какой-то кипиш по поводу моего исчезновения. Хороша, Даша. Ничего не скажешь. Позвонить? Нет. Он же за рулем. А тут такие хреновые дороги.

Открыла новости, но я, очевидно, была слишком мелкой сошкой, чтобы о моем исчезновении написали. Телефон быстро разрядился. Я поставила его на зарядку и стала бродить туда-сюда по комнате. Курить хотелось нестерпимо, но на все мои просьбы купить сигарет Архип отвечал отказом. Зато он подсказал, что я могу купить все, что мне нужно, и оформить доставку на ближайший пункт выдачи. Что я и сделала, естественно, под его учеткой.

Вернулся Архип уже вечером, когда я как раз заканчивала с приготовлением ужина. Бросил на меня странный взгляд, кивнул каким-то своим мыслям и пошел топить баню. Каждый раз, когда он так на меня смотрел, у меня складывалось ощущение, что он просто забывает о моем присутствии, а когда видит, испытывает повторяющийся дискомфорт. Похоже, зря я надеялась, что он привыкнет…

– Купи ты мне уже сигареты! – бросила ему в спину зло.

Сильвестров обернулся. Снова посмотрел на меня… так, вернулся к машине, после чего швырнул на стол пачку.

– В лицо потом не лезь.

– Больно надо!

Трясущимися руками разорвала пленку. Выбила сижку, подкурила, затянувшись так, что запекло в легких. Ну, чего я на него взъелась? Он просто такой. Я могла это только принять, ведь любые попытки исправить взрослого и тем более настолько сложного человека заранее были обречены на провал.

Окончательно скиснув, поплелась извиниться. Архип сидел у печи – собирался топить баню.

– Прости меня. Я знаю, что это дерьмовая привычка. Но в последнее время нервы совсем ни к черту.

Думала, проигнорирует. Но он обернулся. Кивнул…

– Надежда Дмитриевна связалась с твоей помощницей.

– И что?

– Не знаю. Но в отдел никаких заявлений о твоей пропаже не поступало.

– Наверное, им нужно время, чтобы решить, как быть, – предположила я.

– Сейчас проверяют твоего генерального. На предмет участия в схеме. Если он окажется чистым, то его вызовут на беседу. Может, чего подскажет.

– Окажется… У Новикова и так вагон денег. На кой ему еще эти сомнительные схемы?

– Они берут и государственные заказы. Там совсем другие бюджеты. При должной поддержке со стороны властей и на откатах…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Постой. Но тогда никому не выгодно, чтобы о происходящем узнали! – воскликнула я.

– Вот именно, – придавил меня взглядом Архип. И, наверное, только сейчас до меня дошли истинные масштабы того, куда я встряла.

Я пошатнулась, медленно отступила к стене. И сползла по ней на пол, уткнувшись лбом в колени.

– Я думала, у меня есть план Б. А получается… Мне вряд ли кто поможет. Даже отчим. Не такой уж он и крутой, чтобы за меня побороться с системой.

– Твой отчим имеет какое-то отношение к полиции?

– Да-а-а… – прошептала я. – Я не стала обращаться к нему… Потому что он меня… Нет, не могу… Такая грязь это. Сделать тебе чаю?

Не знаю, надеялась ли я, что Архип начнет допытываться, что случилось, но он не стал. Кивнул на мой вопрос и помешал кочергой начавшие прогорать дрова. Предбанник стремительно нагревался. Пахло дымком, запаренными березовыми вениками, гречишным чаем… Я так остро это ощущала. Почему-то так остро. Дышать было невозможно. Я отпила из красивой фарфоровой чашки, вглядываясь в окно. Мир за стеклом казался чужим и враждебным. Здесь же было так уютно. И пофиг, что Архип молчал. Да и что он мог сказать? Что мог вообще в одиночку какой-то там неудавшийся художник? Уж точно не сломать систему о колено. Его интересы вообще не распространялись за пределы реликтового леса, что нависал над нами со всех сторон. Какое ему дело до строек на другом конце страны? До распила бюджета и прочих махинаций?

– Пойдем. Зоя просила тебя попарить.

Ну, пойдем – и пойдем. Черт с ним. Хуже уже не будет. Я полностью разделась – чего он там не видел, правда? Потянулась за полотенцем.

– Сережки сними. Обожжешься.

Сняла. И сережки, и кольцо. Заскочила в приоткрытую дверь. Мягкий жар обволакивал, плавил кости. Я подалась на верхнюю полку, но была остановлена:

– С непривычки тебе там будет слишком... Сюда ложись.

Он над моим телом проводил какие-то странные ритуалы. Как будто нагнетал над ним жар веником, а потом короткими похлопываниями вбивал тот в меня, постепенно размораживая скованное страхом нутро.

– Не могу больше, – промямлила едва слышно.

Архип вытащил меня наружу. Вытряс из простыни и, пока я не пришла в себя, вылил мне на голову ведро холодной воды. Я завизжала.

– Еще два захода…

Из бани я вышла абсолютно чумная и воздушная. Тяжелые думы развеялись, как исходящий от раскаленной кожи пар.

– Что дальше?

Архип как ни в чем не бывало пожал плечами. Я повела носом – Зойка не соврала. Тело нежно пахло то ли только-только набухшими почками, то ли скошенной травой.

– Чем ты обычно занимался, когда оставался один?

– Уходил… – Архип кивнул в сторону раскинувшегося куда ни глянь леса. В его глазах мелькнула тоска. Я ему помешала, выходит?

– Давай уйдем вместе?

– Тебе не понравится.

– Почему ты так решил?

– Потому что ты – заложница комфорта. Городская.

Это факт. Как и то, что сейчас я бы бежала из этого города, не задумываясь. Если там все повязаны, слить меня – для всех будет лучшим вариантом. «ГорСтрой» в лице очередной дурочки извинится за превысившего полномочия сотрудника и, максимально дистанцируясь от ситуации, уволит меня задним числом. Даже если этим проектом им все же придется пожертвовать, будет еще миллион других, где они смогут обогатиться.

– Давай сходим… – вздохнула я. – Может, это вообще мои последние дни на воле. А где свобода чувствуется лучше, чем там… – кивнула я на линию горизонта.

– Чепуху говоришь.

– Почему? Ясно же, что на меня повесят всех собак.

Было так странно на душе, что даже секса не хотелось. Мы с Архипом валялись на полу в гостиной и смотрели на потрескивающие в камине поленья. Как будто уже и впрямь смирившись со своей незавидной участью, я словно со стороны оценивала ситуацию. Если принять за аксиому то, что человек живет ровно столько, сколько живет о нем память, я умру, как только за мной закроется дверь в камеру. Ну, кто обо мне вспомнит? А главное, что? Отчим? Как меня трахал?

Кто меня по-настоящему знал? Как я на самом деле жила, чем? А ведь, как и у всякого ребенка, у меня было столько планов и столько надежд! Ничего не исполнилось.

– Я бросила рисовать, когда заболела мать… – меня будто прорвало. – Не специально, нет. Просто сначала на это совершенно не стало времени…

И пофиг было, слушает ли меня Архип. И что по этому поводу думает. Я, может, вообще не ему рассказывала эту грустную, но довольно-таки прозаичную историю.

– Он уже собрал чемодан… Я поймала его у двери. Нет, конечно, с одной стороны, я его могла понять – это тяжело, но… Легче мне от этого не было. Первое время я постоянно думала о смерти, но тогда бы о маме некому было позаботиться. А потом втянулась. Знаешь, это правда, что человек ко всему привыкает.

В какой-то момент я встала, распахнула створки окна и закурила, глядя на совсем уже темные макушки елей, проступивших на фоне черничного неба.

– Я с тех пор совсем разлюбила… И себя, и людей. В этом мы с тобой похожи, – улыбнулась.

Архип никак не комментировал моих слов. И слава богу, правда. Я же не для этого вовсе затеяла душевный стриптиз.

– Знаешь, кто мне помог с этим всем справиться? Странник. Так что если ты с ним все же знаком, передай благодарности… – усмехнулась.

– Спать пойдем. Завтра вставать рано.

– Выходной же, – возмутилась я, нисколько не удивившись, что он никак не прокомментировал моих признаний.

– Ты в поход хотела.

Серьезно? Это означало, что он меня возьмет туда, где всегда был один?

– Ладно. Спасибо, – затушила сигарету. – Тогда я спать?

– Это я и сказал.

– А можно я с тобой лягу?

Архип поморщился как от зубной боли, ага… Провел пятерней по щеке, явно намереваясь мне отказать.

– Ладно, проехали, – не стала припирать его к стенке. – Спасибо, что разрешил мне пойти с тобой. Я буду помалкивать.

– Не сомневаюсь. Что еще добавить к сказанному, правда?

Этот вопрос настиг меня уже у самой двери. Я обернулась, не до конца веря, что он решил пошутить. По его невозмутимому лицу понять, так ли это, было сложно. Но я улыбнулась. Это, наверное, опять была ложная близость, но я действительно чувствовала, что понимаю Архипа чуть больше других. Будто у нас с ним было что-то общее. В голове, в отношении к жизни и… в целом. Ну, и секс… Да. Секс у нас с ним был просто фееричным.

– Трахнешь меня?

– Думал, не предложишь.

– А чего я должна предлагать? – дернула я бровью. – Проявляй инициативу сам. Мужик ты или кто?

– Боюсь, она очень быстро тебе надоест, – сощурился Архип, наблюдая за тем, как мои руки тянутся к краю футболки.

– Не попробуешь – не узнаем, – пожала плечами я, отбрасывая ее прочь. Это ведь тоже могло быть в последний раз. Теперь все могло быть в последний…