Страшно интересная Россия. Народные суеверия, котики Романовых и птица вещая

В российской истории есть множество историй, которые не входят в школьную программу, но которыми с удовольствием делятся эрудиты. В заключении нашей книги вспомним некоторые — в знак того, что изучение истории страны может продолжаться бесконечно и что в ней возможны совершенно неожиданные находки. Итак, неужели…

…на Руси в ходу были английские шиллинги?

В Повести временных лет читаем: «В год 6393 (885). Послал (Олег) к радимичам, спрашивая: “Кому даете дань?” Они же ответили: “Хазарам”. И сказал им Олег: “Не давайте хазарам, но платите мне”. И дали Олегу по щелягу, как и хазарам давали»[685]. И дальше: «В год 6472 (964). Святослав… пошел на Оку реку и на Волгу, и встретил вятичей, и сказал вятичам: “Кому дань даете?” Они же ответили: “Хазарам — по щелягу с сохи даем”»[686].

В обеих цитатах упоминается денежная единица «щеляг». По звучанию слово напоминает «шекель» или «шиллинг». По гипотезе историка А. П. Новосельцева[687], «щеляг» происходит от «шэлэг» (на иврите «белый» — «серебреник» в применении к арабскому дирхему). На самом деле «шэлэг» — это «снег», и слово может обозначать только белый снег, но не деньги.

Историк С. П. Щавелев[688] считает, что «щеляг» имеет отношение к хазарскому шекелю (серебряной монете в Хазарском каганате), но связь «щеляга» с библейским шекелем (сиклем — мерой массы золота и серебра у древних семитских народов) источниками не подтверждена.

Лингвисты считают, что слово «щеляг» произошло от древнескандинавского skillingr или древненемецкого scilling, хотя и не исключают его появления под влиянием иврита.

На взгляд историков[689], разгадку надо искать в специфике дани, описанной в Повести временных лет: «по щелягу с сохи». Она удивительно совпадает со ставкой налога, который ввел в 1012 г. английский король Этельред II: «с плуга» — сулунга (от англосаксонского sulh, означающего «плуг»). Сулунгом назывался земельный участок, обрабатываемый одним тяжелым плугом с упряжкой из восьми волов.

Русский и английский налоги привязаны к пахотной земле, но на этом их сходство заканчивается. Английский налог введен на полвека позже первого упоминания щеляга на Руси; тяжелый европейский плуг, для которого рассчитывалась английская ставка, славяне в X в. не использовали, а их «рало» (соха) было гораздо менее производительным орудием, и облагать его по английским ставкам было бы абсурдно. Однако сходное звучание «щеляга» и «шиллинга», скорее всего, действительно не случайно.

Весной 1015 г. на Русь прибыл отряд ярла (норвежского вождя) Свейна Хаконссона, который поступил на службу к Ярославу Мудрому, княжившему тогда в Новгороде. Ярослав как раз отказался платить дань Киеву, и силовая поддержка ему была необходима. Норвежцы, несомненно, были в курсе новаторского налога короля Этельреда II, недавно введенного для борьбы с их бывшими союзниками или противниками (датчанами).

О таком экзотическом исчислении поборов, видимо, услышал некий летописец, который и использовал его в рассказе о прошлом — о дани вятичей хазарам при Святославе. Так родился летописный «по щелягу с сохи». Далее эпизод перекочевал в Повесть временных лет и был продублирован в эпизоде про радимичей при Олеге.

…шапка Мономаха — женская?

…Рюрик убил Илью Муромца?

Илья Муромец, старший из тройки былинных богатырей, был не просто фольклорным персонажем, а реальным человеком — его мощи находятся в Киево-Печерской лавре.

Первым об этом сообщил австрийский путешественник Эрих Лясота. В 1574 г. он был проездом в Киеве и подробно описал разрушенную гробницу «Илиаса Муромлянина» в Софийском соборе — мощи из нее перенесли в Антониеву пещеру Киево-Печерского монастыря. А там Лясота обнаружил мощи другого богатыря по прозвищу Чоботок. (Так решил Лясота, но некоторые исследователи считают его Ильей Муромцем.)

Чоботок «однажды, застигнутый врасплох многочисленными врагами в то время, когда он надел один сапог, тотчас вооружился, за неимением другого оружия, другим, который еще не успел обуть, желая дать отпор, и положил на месте всех нападавших, — отчего и получил это прозвище»[693].

Странствующий священник Иван Лукьянов посетил пещеры Киево-Печерской лавры в 1701 г.: «Тут же видехом храброго воина Илию Муромца, в нетлении, под покровом златым ростом яко нынешних крупных людей; рука у него левая пробита копием; язва вся знать на руке»[694].

В 1988 г. советские ученые исследовали мощи Ильи Печерского и подтвердили, что он действительно жил в XII в. (точнее установить не вышло), был высокого роста, имел дефекты позвоночника, обладал невероятной физической силой и погиб в возрасте 40–55 лет — очень похоже на былинного Илью Муромца. Причиной смерти стала обширная рана в области сердца. По свидетельству Ивана Лукьянова, все выглядит так, будто герой прикрыл грудь левой рукой, которая и была пригвождена к сердцу копьем[695].

Есть данные, что роковой удар Илье нанес Рюрик, князь из династии Рюриковичей. В 1203 г. половцы вместе с войсками князя Рюрика Ростиславича ворвались в Киев, перебили монахов и стариков, молодых угнали в рабство, а город сожгли — летописи отметили, что такого зла не было над Киевом с крещения. Тогда-то и погиб Муромец.

Илья был монахом — он принял постриг в Киево-Печерском монастыре, как считается, во время игуменства преподобного Поликарпа Печерского (то есть в 1164–1182 гг.). По другим данным, он сделал это, получив в сражении с половцами тяжелую рану. Но последнюю версию ученые опровергли — удар в сердце был смертельным.

…в России жили богаче, чем в Европе?

«У мосхов не только одни леса изобилуют зверями, а поля — плодами, но и реки, озера и моря — многими рыбами, чрезвычайно приятными на вкус. В качестве обычных блюд подают лещей, щук, окуней, белорыбицу, краснобородок, форелей, мурен, семгу, поставляемую преимущественно из Архангельска, осетров или стерлядей и много других, которых у других народов желудок дорого ценит»[696], — писал уроженец Курляндии дипломат Яков Рейтенфельс в XVII в. В России ловить рыбу и охотиться мог кто угодно (не у всех угодий были хозяева), а не только высшие классы, как в Западной Европе. Это сильно облегчало жизнь простым россиянам — пропитание можно было не покупать, а добывать.

Набеги врагов отравляли жизнь всем одинаково. На Русь нападали степняки-кочевники, уничтожая города (многие из которых так никогда и не возродились), угоняя пленников и без жалости убивая оставшихся. К концу XIII в. страна оказалась разорена. Восточная и Центральная Европа серьезно пострадали от Батыя.

К середине XIII в. запал орд пропал, и они остановились у Адриатического моря. В Европе в это время резко увеличилось население — по некоторым данным, за 300 лет оно утроилось[697], достигнув пика около 1300 г. Демографический взрыв привел к нехватке еды — прокормить такое количество людей оказалось невозможно. В начале XIV в. на континенте начался голод; между перенаселенными городами бродили голодные нищие, на дорогах промышляли разбойники. (Все леса принадлежали феодалам — только они могли в них охотиться, и простолюдинам поневоле пришлось стать вегетарианцами.)

В статье «Пищевые приоритеты средневековой Европы» Е. Д. Смирновой упоминается пожилой немецкий крестьянин Гельмбрехт (главный герой одноименного эпоса Вернера Садовника), который рекомендует сыну есть пищу из зерновых, так как мясо и рыба для него не предназначены: «Мясо (в первую очередь дичь находилась на столе феодала благодаря его праву на охоту) становится привилегией и сословным символом знати»[698].

Вслед за голодом в Европу пришла чума — «черная смерть»[699]. Английский хронист Томас Уолсингем[700] писал, что она унесла почти половину всего человечества[701]. Россию эта беда тоже не обошла стороной: первая вспышка произошла в Пскове в 1352 г., затем чума пришла в Новгород и двинулась дальше на юг, постепенно охватив всю страну. Самыми тяжелыми для страны оказались чумные моры XVII в., но они не стали катастрофой. Шведский дипломат Петр Петрей[702] писал, что «моровая язва» чаще появляется на ее границах, чем во внутренних областях[703]. Дело было в существенно более низкой плотности населения, чем в Европе.

Хорват Юрий Крижанич прожил в России больше полутора десятков лет, а по воле царя Алексея Михайловича сначала проехал через всю страну от Москвы до Тобольска[704]. В Сибири Крижанич написал, что здешняя земля богаче Литовской, Польской и Шведской, что высшие классы Западной Европы превосходят русских по богатству, а вот низшие, холопы и крестьяне, на Руси живут намного лучше и удобнее. Что люди даже низшего сословия здесь подбивают соболями шапки и шубы, а шитые золотом и жемчугом крестьянские рубахи выглядят нелепо.

Крижанич требовал запретить простым людям употреблять шелк, золотую пряжу и дорогие ткани, потому что простолюдины должны отличаться от боярского сословия — ведь подобного нет нигде в Европе[705]. Питаются на Руси, по описанию Крижанича, тоже все одинаково — и бедные, и богатые едят ржаной хлеб, рыбу и мясо.

Дон Хуан Персидский[706], проехавший всю Россию от Астрахани до Архангельска примерно в то же время, писал: «В этой стране нет бедняков, потому что съестные припасы столь дешевы, что люди выходят на дорогу отыскивать, кому бы их отдать»[707]. Правда, историки полагают, что автор видел желающих подать милостыню.

^{Дом русского крестьянина. Оригинальная иллюстрация Ж. Жерлье, гравюра А. О. Э. Эбера. Из книги «Путешествия и странствия, или Сцены из жизни разных народов». Париж, Франция, 1884 г. (Артамов П. Россия историческая, монументальная и живописная: [в 2 т.]. Париж, 1862–1865. Т. 1)}

Иностранцев удивляло, что мясо в России продают не на вес, а тушами — «на глазок», а кур и уток — сотнями. Адам Олеарий замечал: «Вообще, во всей России вследствие плодородной почвы провиант очень дешев»[708].

Уже упоминавшийся Яков Рейтенфельс писал: «Хотя сравнительно с прочими европейскими государствами Московия кажется гораздо беднее предметами, доставляющими наслаждения, однако она значительно богаче их тем, что необходимо для пропитания и одежды. Мало того, если вглядеться тщательно, то она производит даже многое, служащее к развлечению и наслаждению, и чего лишена большая часть Европы, и в чем она открыто завидует мосхам. Как благодетельная ключница, она щедро раздает из обильных недр своих разного рода деревья, травы, овощи, плоды, древесные и полевые, драгоценные камни, соль, железо, медь, серебро и многое другое»[709].

По данным Ключевского, в 1630 г. в Муромском уезде «в малоземельном дворе, засевавшем ½–1½ десятины озимого поля, находим 3–4 улья пчел, 2–3 лошади с жеребятами, 1–3 коровы с подтелками, 3–6 овец, 3–4 свиньи, в клетях 6–10 четвертей всякого хлеба[710]»[711]. После Смуты прошло меньше двух десятков лет, но страна вполне оправилась.

…набеги татар продолжались до XVIII в.?

«Мы проезжали мимо многих селений и каменных монастырей, давно разрушенных татарами и ляхами, ибо последние отсюда также недалеко»[712], — писал во второй половине XVII в. Павел Алеппский. Несмотря на то что ордынское иго официально окончилось в 1480 г., последний набег крымцев — наследников Золотой Орды — на Россию состоялся в январе 1769 г. Итоги рейда были страшными: в плен попали около 2 тыс. человек, сгорело более тысячи домов. По приблизительным подсчетам Алана Фишера[713], всего на протяжении XIV–XVII вв. ордынцы и их наследники пленили около 3 млн чел.[714]

Многие из захваченных попадали на невольничьи рынки[715] Османской империи. Женщины пополняли гаремы. Дети наложниц были юридически свободны, их мать нельзя было продать, а сама она после смерти отца ребенка обретала свободу и могла покинуть гарем[716]. Историй о счастливой судьбе пленников немного — мало кто делал карьеру при дворе султана, и все такие случаи относятся к XVI–XVII в.

…в России тоже были мушкетеры?

Мушкетер — это солдат, вооруженный мушкетом, фитильным ружьем, появившимся в XVI в. в Испании. В России первые мушкетеры возникли при царе Михаиле Федоровиче Романове: после Смуты было необходимо реформировать армию, и в ней появились полки нового строя, обученные и вооруженные по западноевропейскому образцу. В каждом из 3 тыс. человек личного состава было примерно 1800 мушкетеров (слово тогда произносилось через «е»). Мушкетерские полки упразднил Петр I в 1698 г.

^{Гренадерский унтер-офицер Уфимского мушкетерского полка, 1797–1801 гг. Иллюстрация из сборника The Vinkhuijzen collection of military uniforms. (сост. Х. Я. Винкхёйзен. Вып. 630). Нью-Йоркская публичная библиотека. Нью-Йорк, США, 1910 г. (The New York Public Library Digital Collections.)}

Возродились они в середине XVIII в. при Елизавете Петровне: появились Пермский, Уфимский, Ярославский мушкетерские полки, мушкетерский Скобельцына полк и так далее. Несмотря на название, солдаты в них были вооружены уже не устаревшими мушкетами, а более современными ружьями-фузеями. В 1811 г. Александр I переименовал мушкетерские полки в пехотные.

Увлекательную книгу про русских мушкетеров в те времена никто не написал — вот мы ничего про них и не знаем.

…русские всегда беспробудно пили?

Если верить Повести временных лет, еще князь Владимир сказал: «Руси есть веселие пить: не можем без того быть»[717]. Эти слова вспоминают, когда требуется оправдать русское пьянство. Однако крепкого алкоголя на Руси долго не знали. До конца X в. хмельные напитки изготавливали из меда и березового сока, делали пиво и квас. Обычная крепость — 2–3°, редко — до 16°. После Крещения Руси здесь появилось и вино — оно используется для причастия.

Слово «водка» изначально означало воду, а не «сорокоградусную». По аргументированной версии В. В. Похлёбкина[718], то, что сейчас называется русской водкой, появилось в России не раньше первой трети и не позднее последней четверти XV в., когда возникла технология перегонки браги (продукта забродивших пророщенных зерен) и получения из нее спирта-сырца[719]. Возникновение же водки (смеси спирта с водой) было связано, как считается, с Софьей Палеолог, которая привезла в Россию византийские традиции винопития.

В Византийской империи любили вино (в нынешнем значении слова) и изготавливали его из винограда и разных фруктов. А вот пили, разбавляя водой, — обычно в пропорции 1:3 (одна часть вина на три части воды). Водку (в нашем понимании — светлую и прозрачную) вплоть до XX в. называли вином с уточняющим словом: «хлебное вино», «вареное вино», «горящее вино» и так далее. Слово «водка» (не в значении «вода») впервые появилось в Новгородской летописи в записи под 1533 г., и речь там шла о лекарственной настойке.

В XVIII в. под водкой понимали напитки с дополнительным вкусом, ароматом, цветом — спиртовые настойки на травах, ягодах, фруктах. В привычном нам смысле слово «водка» стало широко употребляться с конца XVII в. — иностранцы так называли «русское вино». Водка привычной нам крепостью 40° появилась только в XIX в.

Мнение о беспробудном пьянстве как национальной черте русского народа является субъективным — потому что сложно определить, что это такое. Власти никогда не поощряли чрезмерное потребление спиртного. Начиная с Ивана Грозного правители ограничивали потребление алкоголя подданными: разрешали пить только в кабаках или в определенные часы; устанавливали госмонополию на производство алкоголя; боролись с самогоноварением и частным изготовлением хмельных напитков… Нарушителей в разные годы наказывали — от порки и штрафов вплоть до уголовного преследования.

Ну что, интересно? А ведь мы в этой книжке только начали отвечать на исторические вопросы. Что ж, продолжение следует…