Суженая из лужи

Глава 38. В которой можно говорить уже о настоящей эпидемии паранойи

Себастьян.

Хозяин особняка на ужин в честь гостей не пришел, а на вполне справедливый вопрос Себастьяна: «Почему?» Изабелла спустила на него всех собак. В переносном смысле слова, слава Охруму. Однако будь в этом месте сторожевые псы, то отчего-то подумалось, что спустила бы и их. Поднятию настроения все это не способствовало. Как и зреющие в душе подозрения, касательно сестрицыной сыпи от его зелья, скупленной неизвестным блондином партии цветосвета и запаха этого цветка от управляющего.

Нет, ничего это не доказывало и не подтверждало. И каждое из этих событий само по себе ничего не значило. Да и вкупе на состав преступления не тянуло. Просто Фрэнсис ему не нравился. С того самого момента, как Себастьян приметил взгляд, каким смотрит на того Ида.

Была между этими двумя какая-то тайна. А какая тайна может быть между мужчиной и женщиной? Разве что любовная.

И все это догадку подтверждало. И прямая, как палка, спина блондинчика, и каменное выражение лица, и дрожь пальцев, и взгляд, что избегал касаться одной Иды. И сама Ида. Бледное лицо и ответы невпопад, напряжение, которого он в ней раньше не замечал.

От этого плохое настроение делалось просто препаскуднейшим, левый глаз начинал подергиваться, создавая впечатление, что он подмигивает Кэнси, прислуживающий за трапезой, а аппетит совсем пропал, и пятую порцию мяса под клюквенным пряным соусом съел с трудом. Так, глядишь, и на пирожные сил не хватит.

К тому же занудный котоумник просто не отлипал от ног Себастьяна, видимо, решив отполировать об них шкурку. Теперь еще и призрачную шерсть удалять замучишься! И все-таки было что-то настораживающее в таком поведении. Чутье, помогавшее избегать пчелиных укусов в пяти случаях из десяти, подсказывало, что не просто так он тут трется. Вынюхивает что-то. Да и разве можно доверять коту, умеющему разговаривать!? Если уж кот человеческой речью владеет, то чего от него еще ожидать можно!? Любого подвоха!

Ели молча. Изабелла была раздражена, в прочем, ничего необычного, и вяло ковыряла в тарелке, рисуя соусом жуткие рожицы. Наверное, автопортреты. Все налюбоваться на себя не могла. Может уже передумала с телом сестрицыным самозванка расставаться?

Себастьян прищурился.

Он старался! Он жизнью и честью жертвовал. Он смекалку непревзойденную проявлял. Он собирался в обмен на фальшивый свиток если уж не полкоролевством, то хотя бы конем чистокровной масти из дворцовых конюшен разжиться. А оно уж не нужно ни кому!

А может так даже и лучше? Такая Изабелла Себастьяну больше нравилась. К тому же расстраивать ее была немного стыдно. А так и Себастьян - герой и заботливый брат, и Лера не узнает, что заклинание ни в какой другой мир ее не перенесет. Вообще никуда не перенесет. Потому что не заклинание это даже, а Охрум знает что.

- Изабелла, - начал он издалека. - Ты по дому отчему не соскучилась?

Та вскинула:

- Соскучилась. Вот хоть прямо сейчас бы отправилась. Здесь я, кажется, не нужна никому...

- и на пустой стул рядом с собой уронила тяжелый взгляд.

- Мужчины, они такие, - неожиданно заговорила Ида. - Бросают тебя, когда так нужны. Только о себе думать и умеют.

- А ведь мог бы объяснить, что случилось, - вздохнула Иза. - Не просто же так его тут нет...

- Чтобы объясниться нужно мужество, а, как не пародоксально, именно мужчинам его зачастую и не хватает.

Это было нечестно и несправедливо! Но посмотрев на плотно сжатые губы Иды и сверкающие праведным гневом глаза Изы, спорить Себастьян не решился. Жутиус тоже промолчал.

А Фрэнсис. он же только что был тут! Себастьян даже не заметил, как тот ушел.

- Спасибо за угощение, - темноволосая магесса поднялась. - Но дорога меня утомила.

- Да, конечно, - кивнула Иза. - У меня разболелась голова, и я тоже сейчас пойду спать.

Ну что ж, Себастьяну больше пирожных достанется. Он уже протянул руку к объеденной наполовину трех ярусной вазе, но не тут то было.

- Приготовь мне снадобье, - от приторной улыбочки сестрицы стало кисло. - То самое, что ты мне дома готовил. Для улучшения сна.

- Новобрачным ночами спать не полагается, - запихивая в рот кремовый бисквит, выдал всем известную мудрость Себастьян.

Тоненькая позолоченная ручка осталась у него в пальцах, а чашечка упала на стол, окатив белоснежную рубашку чаем. Изабелла была настроена решительно. Пожалуй, стоит заготовить притирку от синяков, а то парочкой ему грозит обзавестись, когда заклинание переноса не сработает.

С невозмутимым видом он поднялся, одернул одежду и двинулся за Изабеллой. Она и правда выглядела расстроенной. Уж не влюбилась ли в этого Донеллина, раз так переживает, что тот не явился? Или уязвленное самолюбие говорит само за себя?

- Свитки, - требовательно протянула руку сестрица, стоило переступить порог гостевых покоев.

- Может, утра дождешься?

- Ни на одну лишнюю минуту здесь не задержусь, - ноздри ее трепетали в гневе. - Где там твоя подружка ходит?

- Она ждет моих указаний, - соврал Себастьян. - Нам прямо сейчас приступать к стабилизации поля?

Сестрица помедлила, но кивнула.

- Надеюсь, меня не расщепит. Учти, на случай, если со мной что-то случится. в этом будет твоя вина.

А ведь боится. Себастьяну стало ее жаль. И он потянулся утешить. Обнять. По-родственному. Но получил болезненный тычок в плечо. Не хочет прощаться и как хочет!

Лера ушла магичить с помощью бесполезного свитка, а он остался заедать чувство вины фруктами с прикроватного столика.