Сумрачный ворон (СИ)

Похищение

Кап… кап… кап… Издалека, словно из самой глубины забытья, доносилось мерное падение капель. Кап… кап… кап… Этот монотонный звук был первым, что пробился сквозь пелену оглушающей пустоты. Голова гудела растревоженным ульем, тошнота подкатывала волнами — явные признаки крепко полученного сотрясения.

Сознание медленно прояснялось, фиксируя первое — я висела. Подвешенная за руки. Уже неплохо, хоть и не вниз головой.

Веки разомкнулись сначала узкой щелью, пытаясь увидеть хоть что-то. Затем, распахнула глаза полностью, пытаясь объять окружающую тьму. Превозмогая пульсирующую боль в затылке, я запрокинула голову, насколько позволяла натянутая веревка. Веревка эта крепко связывала руки и была перекинута через свисающий ржавый крюк под самым потолком.

На мне не было одежды, лишь стылый воздух касался обнаженной кожи, пробирая до костей. Босые пальцы едва доставали до щербатого, неровного пола. Еще один маленький плюс: если что, падать невысоко. Глаза постепенно привыкали к мраку, позволяя различать смутные очертания то ли подвала, то ли заброшенного склада.

Вдоль правой стены высились ящики, нагроможденные друг на друга в хаотичном порядке, слева от меня располагался грубо сколоченный стол, на котором лежали различные инструменты: ножи, иглы, тиски.

М-да, Сумрак, везет же тебе… Обложив похитителей забористым матом, я начала прикидывать варианты освобождения. Прежде чем меня хватятся, пройдет совсем немного времени. А значит, и тот, кто провернул это похищение, появится совсем скоро.

Вдобавок ко всему, мучительное желание посетить уборную терзало меня. Мочевой пузырь требовал немедленного облегчения. Взвесив все за и против, я решилась на этот шаг. Лучше здесь и сейчас, в одиночестве, чем на глазах похитителей.

Чтобы не окоченеть от холода, я принялась за дыхательную гимнастику, разгоняя жизненную энергию по замерзшему телу. Пусть в этом мире нет магии, но власть над собственным телом у меня не отнять.

Время тянулось мучительно долго. Когда в коридоре заиграли отблески фонаря, по моим приблизительным подсчетам, наступила ночь. Притворившись испуганной, я замерла в ожидании начала представления. Интересно, кто же появится первым: Артемиса или Алекс?

Яркий свет фонаря безжалостно ударил в глаза, заставив зажмуриться. Вскоре "светлячок" повесили на стену, в железное кольцо, так, чтобы он освещал, а не мешал похитителям.

— Ну что, сучка, не ожидала? — ехидно прокаркала леди Артемиса.

— Что вам от меня надо? — продолжала я изображать из себя кроткую лань. — Я уже подписала отказную на титул и земли в пользу вашего сына.

На долю секунды графиня запнулась.

— Значит, теперь ты никто, и искать тебя не станут, — она разразилась истерическим хихиканьем.

"Боги, да она просто безумна", — пронеслось у меня в голове.

Женщина подошла ближе и брезгливо принюхалась.

— Фу, Елена, да ты совсем не леди, — она поморщилась от удушающей вони. — Даже как-то неинтересно стало.

— А вы бы хотели, чтобы это произошло у вас на глазах?

Артемиса, не удостоив ответом, отступила на несколько шагов и, порывшись в ящике, извлекла кусок грязной ткани.

Бросила ее мне под ноги, видимо, брезговала наступить дорогой туфелькой на лужу. Пробормотала она сама себе под нос:

— Так-то лучше, — после чего вновь отошла к ящикам и вернулась ко мне держа в руках хлыст. Обошла меня и остановилась за моей спиной.

Свист рассек воздух, удар обрушился на плоть, и острая боль пронзила все тело. Свист. Удар. Боль — этот жуткий ритм отпечатывался в сознании. Я чувствовала, как кожа на спине лопнула, и первые горячие струи крови потекли вниз, обжигая тело.

Молчание. После третьего удара я притворилась, что потеряла сознание, надеясь на передышку.

Но в лицо тут же плеснули чем-то отвратительно вонючим, от едкого запаха меня едва не вывернуло наизнанку.

Артемиса хищно скользнула к столу с инструментами и вернулась, сжимая в руке зловеще поблескивающий нож.

— Зачем тебе все это? — прошептала я, растягивая время, как тонкую нить, отчаянно надеясь на спасение. — Что я тебе сделала?

— Ты появилась в жизни моего Маркуса, — прошипела она, и безумие клубилось в ее глазах ядовитым туманом.

— Ты прекрасно знаешь, что я не хотела этого брака, и сейчас приехала, чтобы получить развод.

— Молчать! — взвизгнула Артемиса, как раненый зверь.

Лезвие ножа сверкнуло в свете фонаря, когда она замахнулась, намереваясь изуродовать меня.

— Мама? — прозвучал удивленный голос Алекса, вынырнувшего из клубящейся темноты в дрожащий свет. — Что это? Что вы здесь делаете?

— Твою работу, — ответила графиня буднично, словно речь шла о починке крыши.

В тот миг, когда я уже почти ощутила надежду, взгляд, брошенный на лицо Алекса, обрушил на меня ледяной душ осознания. Я попала из огня да в самое пекло.

Графиня снова замахнулась, но граф, а точнее, уже новый герцог Рейпс, перехватил руку матери, не давая ей полоснуть меня.

— Вы как всегда торопитесь, матушка, — произнес Алекс.

— А ты тянешь время, давно надо было покончить с этой девчонкой! — визжала графиня.

— Еще не время, — отрезал мужчина.

— С другими ты не церемонился, — продолжала наседать Артемиса.

— Не ваше дело, — прорычал Алекс, желваки на его скулах заходили ходуном.

— Зачем я вам? — спросила я, обращаясь к ним обоим.

Но меня никто не слышал.

— Я тебе говорю, — зашипела графиня, — прихлопни девчонку, а лучше — дай я с ней разделаюсь!

— Нет, — отрезал ее сын.

— Ах, вот оно что! Ты запал на эту милую шлюшку, как и Маркус! — Красивое лицо графини исказила злобная гримаса.

— Лучше потрудитесь объяснить, маменька, наличие у вас еще одного неучтенного бастарда.

— Вот еще, — фыркнула она.

— Я устал за вами подчищать, — выплюнул Алекс обвинение ей в лицо. — Я устранил четверых, а этого…

— Ты сделал что?! — она не дала ему договорить.

Судя по всему, они оба были не в себе.

— Я за тобой дерьмо разгребал, дура! — взревел Алекс, переходя на "ты". — Только благодаря мне твоя репутация не пострадала!

— Моя… что? Репутация? — Артемиса безумно захохотала. — Один из тех бастардов — твой, сынок! — продолжая хохотать, она закружилась, все еще сжимая в руке нож.

Боги, какая же клоака эта безумная семейка, где все друг друга перетрахали!

— Довольно! — взревел новоиспеченный герцог, замахиваясь на мать.

— Ну давай, ударь! — выплюнула она. — Не можешь! — продолжила ехидно. — Ты всегда был слабак, как и твой дрянной папашка.

Звук пощечины эхом отозвался в комнате.

— Тварь! — взвизгнула Артемиса и, крепче перехватив нож, бросилась ко мне.

Алекс, схватив первое, что попалось под руку, швырнул в графиню. Она замерла и обмякла — тяжелая металлическая банка попала ей по затылку.

Граф в ужасе уставился на свою мать.

По положению женщины на полу и ее судорогам, я поняла, что ей осталось недолго.

Алекс бросил на меня взгляд, в котором плескалось безумие.

— Прости, что тебе пришлось это увидеть, — промолвил он, одарив меня обманчиво теплой улыбкой. — Я хотел, чтобы все было красиво, только ты и я.

— Почему? — прошептала я.

— Потому что я люблю тебя, — ответил он, и от этих слов по спине пробежал ледяной холодок. — Тебе нечего бояться.

Он подошел, без труда снял меня с крюка и, перекинув словно куклу через плечо, понес вглубь комнаты.

— Сейчас я устрою тебя с комфортом, — шептал он. — И нам никто не помешает.

С этими словами он небрежно бросил меня на груду грязных тряпок у стены и, грубо схватив за руки, закрепил их над головой, привязав веревками к кольцу, вмурованному в стену. Адреналин бурлил в крови, заглушая боль в моей израненной спине, словно ее и не было.

Я понимала, что мое положение немного улучшилось, шанс на побег хоть и мизерный, но появился. Однако, чего ожидать от безумца, я не знала.

Алекс опустился на колени рядом, сорвал с себя сюртук, бросив его на пол, и принялся сжимать мою обнаженную грудь. Его пальцы грубо щипали, мяли, причиняя острую боль и дискомфорт. Предчувствуя неминуемое, я лихорадочно прикидывала, как лучше действовать.

Внезапно он схватил меня за волосы и дернул.

— Смотрю, тебе не нравится? — прорычал он, оскалившись. — Сейчас мы посмотрим, как ты будешь извиваться подо мной.

Он навалился всем телом, торопливо возясь с пуговицами на своих брюках.

— Не надо, — прохрипела я, пытаясь выдавить из себя подобие улыбки. — Я сама…

— За идиота меня не держи, шлюха! — взревел Алекс, наконец справившись с неподатливыми пуговицами.

— Зачем ты их убивал? — тихо спросила я, стараясь говорить как можно ровнее.

— Они все были шлюхи! И все похожи на тебя! — выплюнул он, раздвигая коленями мои ноги.

Елена, возможно, пришла бы в ужас от происходящего, но я, понимая, что насильник сосредоточен на процессе, выждала подходящий момент и со всей силы ударила его лбом в переносицу. Видимо, не так сильно, как рассчитывала. Мужчина взвыл, отпрянул и, придя в себя, с размаху пнул меня в живот. Я была готова к этому и, напрягшись, извернулась, чтобы минимизировать последствия удара, одновременно подсекая его ноги.

Алекс, не ожидавший такого отпора, рухнул на каменный пол и, видимо, потерял сознание.

С трудом поднявшись, я села на корточки и принялась зубами развязывать веревку на руках. К счастью, я не дергалась слишком сильно, и узел не затянулся намертво. Освободившись от первой привязи, я занялась путами на руках. Добрела до тела графини, подобрала нож, закрепила рукоятку и принялась перепиливать путы.

Именно за этим занятием меня и застали Ворон и Эрик.

— Сумрак! — выкрикнул Дан, подбегая ко мне. — Ты цела?

— Угу, — ответила я, стараясь говорить как можно спокойнее.

— А где?.. — запнулся отец Елены, не находя слов.

— Там, — кивнула я в направлении, где лежал без сознания мой мучитель. Герцог, словно сорвавшийся с цепи, рванул туда.

— Здесь никого нет! — крикнул он в отчаянии.

— Надо уходить, — произнес Ворон, накинув на мои плечи свой сюртук и помогая подняться.

— Не так быстро! — услышали мы истошный крик Алекса.

Он стоял, приставив нож к горлу герцога и подталкивая его к выходу.

— Простите, — виновато пробормотал герцог. — Не заметил…

— Стойте, где стоите! — прошипел Алекс.

— Именем короны, — заговорил Дан, чеканя каждое слово, — граф Алекс Вагаро, вы арестованы по подозрению в убийстве нескольких человек, в похищении и удержании заложника.

В ответ раздался безумный хохот.

— Не делай глупостей, — предупредил Ворон.

Алекс продолжал подталкивать герцога к выходу.

— Дернетесь, и я сделаю в старике дырку, — угрожал мужчина. — А ты неплохо натаскал эту шлюшку, Домиан, — хихикнул Алекс, — вот только не помогло ей это. — Он вновь противно захихикал. — Я ее попробовал. Ты знаешь, — продолжал он, — ничего там такого нет, из-за чего потерял голову мой братец, да и ты. Такая же девка, как и другие.

Внезапно он замер, а затем медленно осел на землю.

— Прошу прощения, господа, что задержался, — из-за спины герцога вынырнул констебль. — Вы слишком быстро бегаете. Но, — он окинул нас взглядом, — я, видимо, вовремя.

Я успела запахнуть на себе сюртук Ворона.

— Вовремя, — пробормотал герцог, потирая горло. — Чем вы его?

— Рукояткой кортика, — ответил констебль, поправляя мундир. — Пойдемте на выход.

Он связал Алексу руки за спиной, свистнул в свисток, и вскоре к нам присоединились полицмейстеры, держа в руках небольшие походные фонари.