Тенгиз

ВАРИАНТ ЧЕТВЁРТЫЙ: Я ПРЫГНУЛ

Стоп.

Этот вагон я не хочу.

Но он приходит.

Каждую ночь.

Особенно в 3:47.

Неделя после ухода Виктории.

Квартира пустая.

Виски не помогает.

Женщины не помогают.

Таиланд не помог.

Ничего не помогает.

Стою на балконе.

Четырнадцатый этаж.

Смотрю вниз.

Асфальт серый. Холодный. Честный.

Одна секунда полёта.

И всё закончится.

Пустота.

Боль.

Вопросы без ответов.

Всё.

Перелезаю через перила.

Стою на краю.

Ветер холодный. Февраль.

Руки держатся за металл.

Ноги на бетонном выступе.

Один шаг.

Один.

Думаю о матери.

Как она узнает.

Телефонный звонок.

"Ваш сын..."

Она сядет.

Заплачет.

Будет винить себя.

"Я недоглядела. Недолюбила. Не помогла."

Хотя вина не её.

Моя.

Всегда моя.

Думаю о Нино.

Ей два года сейчас.

Она не поймёт.

"Где братик?"

"Братик... уехал."

"Когда вернётся?"

"Не вернётся."

Она вырастет.

Узнает правду.

"У меня был брат. Он спрыгнул с балкона. Когда мне было два."

Будет винить себя всю жизнь.

"Может, если бы я была старше... может, помогла бы..."

Хотя не её вина.

Моя.

Думаю о Виктории.

Она узнает из новостей.

"Бизнесмен Тенгиз Джапаридзе покончил с собой..."

Прочитает.

Сядет.

Заплачет.

"Это моя вина. Я ушла. Он не справился."

Будет винить себя.

Хотя не её вина.

Моя.

Только моя.

Думаю о Диане.

Она узнает... от кого? Не знаю.

Может, не узнает вообще.

Мы не общаемся четыре месяца.

Она где-то живёт свою жизнь.

Без меня.

Лучше без меня.

Смотрю вниз.

Люди ходят.

Маленькие. Как муравьи.

Они не знают, что сейчас.

Сейчас один из них исчезнет.

Упадёт с неба.

Разобьётся.

Станет пятном на асфальте.

Новостью на один день.

Статистикой.

Отпускаю руку.

Правую.

Держусь левой.

Качаюсь.

Ветер толкает.

Ещё немного.

Ещё чуть-чуть.

Телефон звонит.

В кармане.

Громко.

Вибрирует.

Мешает.

Достаю.

Мать.

Смотрю на экран.

"Мама".

Беру.

— Да?

— Тенгиз. Ты где?

— Дома.

— Я волнуюсь. Ты не отвечал два дня.

— Извини. Был занят.

— Приезжай сегодня. Нино ждёт. У неё день рождения через неделю. Хочет, чтобы брат был.

Молчу.

— Тенгиз? Ты слышишь?

— Слышу.

— Ты... ты в порядке?

— Да.

— Не ври. Голос не твой.

— Я в порядке, мам.

— Где ты сейчас?

— Дома. Говорю же.

— На балконе?

Замираю.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я знаю тебя. Слышу ветер. Слышу... что-то не то.

Пауза.

— Слезь оттуда. Сейчас.

— Мам...

— СЛЕЗЬ! Сейчас! Немедленно!

Голос срывается на крик.

Я стою. Держусь одной рукой. Телефон у уха.

— Тенгиз. Пожалуйста. Я уже одного мужчину похоронила. Не хочу хоронить сына.

Молчу.

— У Нино день рождения через неделю. Ей два года. Она ждёт братика. Первый раз ждёт.

Голос дрожит.

— Если ты прыгнешь — она вырастет с этим. Вопросом. "Почему братик не пришёл на мой день рождения?"

Слёзы слышно в трубке.

— Не делай этого. Прошу.

Перелезаю обратно.

Медленно.

Падаю на балконе.

Спиной к стене.

Телефон всё ещё у уха.

— Я... я слез.

Мать плачет в трубку.

— Спасибо. Спасибо, сынок.

— Мам. Мне плохо.

— Знаю.

— Очень плохо.

— Знаю, солнышко. Знаю.

— Я не знаю, что делать.

— Приезжай. Сейчас. К нам. Я всё брошу. Буду рядом. Сколько нужно.

— Я... я боюсь.

— Чего?

— Что я сломан. Навсегда. Что не починюсь.

— Не починишься. Но заживёшь. По-другому. Не как раньше. Но заживёшь.

Молчу.

— Тенгиз. Обещай мне. Что больше не будешь на балконе. Обещай.

— Обещаю.

— Приезжай сегодня. Пожалуйста.

— Хорошо.

Встаю.

Захожу в квартиру.

Собираю вещи.

Еду в Москву.

К матери.

К Нино.

К семье.

Не умер.

Пока.

Открываю глаза.

5:34.

Четвёртый вагон прошёл.

Самый страшный.

"Что если я прыгнул".

Результат: не прыгнул.

Только потому что мать позвонила вовремя.