Тенгиз

ГЛАВА 5 «Женская анатомия аэропорта»

Выхожу из самолёта, и первое, что бьёт в лицо — жара. Сорок три градуса по Цельсию. Воздух как из промышленного фена. Дышать можно, но не хочется. Дубай встречает гостей традиционно — агрессивно и без предупреждения.

Телетрап ведёт в терминал. Прохладный воздух кондиционеров. Контраст с улицей такой резкий, что кожа покрывается мурашками. Организм не понимает, радоваться или паниковать.

Иду по коридору к паспортному контролю. Длинный переход. Реклама на стенах — часы, машины, недвижимость. Всё дорогое. Всё бесполезное. Всё для тех, кто думает, что счастье покупается.

Впереди женщина. Лет тридцать пять. Высокая, стройная. Джинсы обтягивающие. Футболка белая, простая. Волосы тёмные, собраны в хвост. Идёт уверенно. Спина прямая. Попа хорошая. Очень хорошая. Форма правильная, размер идеальный. Джинсы сидят так, что каждое движение — демонстрация.

Намеренная?

Скорее всего.

Женщины знают, какие джинсы покупать.

Знают, как они сидят.

Знают, что мужчины смотрят.

Не смотреть было бы оскорблением её усилий.

Она оглядывается через плечо. Быстрый взгляд. Проверяет, кто сзади. Глаза встречаются с моими на долю секунды. Оценивает. Решает — интересно или нет.

Видимо, нет.

Отворачивается. Ускоряет шаг.

Умная женщина.

Чувствует опасность.

Мужчина, который смотрит на женщину так, как смотрю я — либо хищник, либо профессионал. В обоих случаях — не тот, с кем хочется иметь дело в аэропорту чужой страны.

Она сворачивает к женскому туалету. Исчезает.

Продолжаю идти.

Паспортный контроль впереди. Очередь небольшая. Человек пятнадцать. Все уставшие. Все молчаливые. Полёт выматывает даже в первом классе. Что уж говорить об эконом.

Встаю в очередь для граждан стран Персидского залива и обладателей дипломатических паспортов. У меня ни того, ни другого, но есть карта Emirates VIP. Стоит десять тысяч долларов в год. Позволяет пользоваться отдельными очередями, залами, услугами.

Стоит каждого цента.

Время дороже денег.

Впереди пара. Мужчина и женщина. Он лет сорока пяти, арабская внешность, костюм дорогой. Она лет двадцати пяти, европейская внешность, платье короткое, каблуки высокие.

Классическая композиция.

Богатый араб плюс молодая европейка равно интернациональная любовь с материальным обеспечением.

Он говорит что-то ей на ухо. Она смеётся. Громко. Театрально. Касается его руки. Игриво. Расчётливо.

Профессионализм высокого класса.

Или настоящие чувства.

Но первое вероятнее.

Женщина, которая действительно влюблена, не смеётся так громко. Не трогает мужчину так демонстративно. Не играет на публику.

Она просто есть рядом. Тихо. Естественно. Без показухи.

А эта играет.

Значит, работает.

Уважаю профессионализм в любой сфере.

Они проходят контроль. Исчезают в толпе.

Моя очередь.

Протягиваю паспорт офицеру. Молодой парень, лет двадцати восьми, униформа идеально отглажена. Смотрит на паспорт. На меня. Снова на паспорт.

— Цель визита?

— Бизнес.

— Сколько дней?

— Два.

Кивает. Сканирует паспорт. Печать. Возвращает документ.

— Добро пожаловать в Дубай.

— Спасибо.

Прохожу дальше.

Зал получения багажа. Огромный. Людей море. Все толпятся у конвейеров, ждут чемоданы. Лица усталые, раздражённые. Кто-то ругается на арабском. Кто-то на английском. Кто-то на языке, который даже не могу определить.

Мне не нужен багаж.

Всё необходимое в портфеле.

Один костюм на смену. Рубашка. Носки. Бельё. Туалетные принадлежности. Ноутбук. Документы.

Путешествовать налегке — признак профессионализма.

Любители таскают чемоданы на колёсах размером с гроб.

Иду к выходу.

Мимо duty free. Витрины сияют. Сумки Hermès, часы Patek Philippe, парфюм Creed. Цены космические. Но люди покупают. Толпятся у касс. Радуются скидкам в пять процентов на товар, завышенный на триста процентов.

Маркетинг работает.

Психология работает.

Жадность работает всегда.

У витрины с парфюмом стоит девушка. Молодая. Лет двадцати двух, максимум двадцати трёх. Блондинка. Волосы длинные, почти до талии. Фигура спортивная. Джинсы узкие. Топ облегающий. Грудь маленькая, но форма красивая. Талия тонкая. Животик плоский, видны намёки на пресс.

Она пробует духи. Брызгает на запястье. Нюхает. Морщит нос. Не нравится. Берёт другой флакон. Повторяет процедуру.

Консультантка что-то объясняет ей. Активно жестикулирует. Улыбается профессионально. Девушка слушает вполуха. Смотрит на телефон. Пишет кому-то сообщение.

Поколение multitasking.

Делают три дела одновременно.

Ни одно не делают хорошо.

Девушка поднимает голову. Видит меня. Взгляд задерживается. Секунда. Две. Оценка.

Часы — видит.

Костюм — видит.

Лицо — изучает.

Портфель — замечает.

Статус — определён.

Улыбается.

Лёгкая улыбка.

Приглашающая.

Интересующаяся.

Смотрю на неё в ответ.

Лицо симметричное. Нос маленький, чуть вздёрнутый. Губы пухлые, явно с филлерами, но сделано качественно. Глаза голубые, большие. Ресницы нарощенные. Макияж свежий, но тяжеловатый. Молодость позволяет.

Общая оценка — семь с половиной из десяти.

Может быть восемь, если личность окажется интересной.

Но личность вряд ли интересная.

Двадцать два года, duty free, топ за двести долларов, который она считает дорогим, телефон в руке каждую секунду, духи, которые выбирает двадцать минут.

Стандартный набор.

Предсказуемый.

Скучный.

Прохожу мимо.

Не останавливаюсь.

Улыбка на её лице гаснет.

Лёгкая обида в глазах.

Привыкла к вниманию.

Ожидала реакции.

Не получила.

Мир жесток, детка.

Красота — не гарантия внимания.

Красота — стартовый капитал.

Что делаешь с капиталом — твоё дело.

Выхожу из терминала.

Жара снова накрывает. Тяжёлая. Влажная. Некомфортная.

Стоянка такси слева. Очередь небольшая. Машины белые Toyota Camry. Стандарт дубайского такси. Чистые. Кондиционированные. Водители в униформе.

Первая машина свободна. Подхожу. Водитель выходит, открывает заднюю дверь.

— Добрый день, сэр. Куда едем?

Акцент пакистанский. Возраст около пятидесяти. Лицо доброе, усталое.

— Atlantis The Palm.

— Отличный выбор, сэр. Прекрасный отель.

Сажусь на заднее сиденье. Прохлада кондиционера. Блаженство после адской жары.

Водитель садится за руль. Включает счётчик. Трогается.

Машина выезжает со стоянки. Дубайское шоссе впереди. Широкое. Шестиполосное. Машин много, но поток движется быстро. Здесь умеют строить дороги. Здесь вообще умеют строить. Если дать арабам деньги и инженеров — они построят что угодно. Даже остров в форме пальмы.

Смотрю в окно.

Справа торговый центр. Огромный. Dubai Mall. Самый большой в мире. Внутри аквариум, каток, кинотеатр, тысяча магазинов. Люди приезжают туда на весь день. Гуляют. Покупают. Тратят.

Счастье за деньги.

Временное.

Иллюзорное.

Но счастье.

У входа в молл стоит группа девушек. Четыре или пять. Все молодые. Все красивые. Все в коротких платьях. Все на каблуках. Смеются. Фотографируются. Делают селфи.

Instagram-модели.

Или туристки, которые думают, что выглядят как Instagram-модели.

Разницы нет.

Эффект одинаковый.

Внимание мужчин.

Зависть женщин.

Лайки в соцсетях.

Пустота внутри.

Машина проезжает мимо.

Девушки исчезают в зеркале заднего вида.

Впереди Burj Khalifa. Самое высокое здание в мире. Восемьсот двадцать восемь метров. Сто шестьдесят три этажа. Символ человеческих амбиций.

Красиво?

Да.

Нужно?

Нет.

Но люди не строят небоскрёбы, потому что они нужны.

Строят, потому что могут.

Потому что хотят показать — мы сильнее гравитации, сильнее природы, сильнее здравого смысла.

Уважаю амбиции.

Даже бессмысленные.

Машина сворачивает на Palm Jumeirah. Искусственный остров. Пальма, видимая из космоса. Ещё один памятник человеческому упрямству.

Построили остров в море.

Потому что могли.

Потому что хотели.

Потому что деньги есть, а здравого смысла нет.

Дорога идёт вдоль пляжа. Слева море. Справа виллы. Огромные. Дорогие. За каждой — бассейн, яхта у причала, три машины в гараже.

Мечта среднего класса.

Реальность одного процента.

Скука богатых.

У одной из вилл во дворе женщина в бикини. Загорает на шезлонге. Тело идеальное. Загар ровный. Грудь явно увеличена, но пропорционально. Ноги длинные, стройные.

Жена миллионера.

Или любовница.

Разницы почти нет.

Обе живут в золотой клетке.

Обе зависят от мужчины.

Обе знают, что красота — актив с ограниченным сроком годности.

Обе делают вид, что счастливы.

Машина проезжает мимо.

Женщина исчезает.

Ещё одна картинка в коллекции.

Впереди Atlantis. Розовый монстр на краю острова. Отель-дворец-аквапарк-казино всё в одном. Для туристов с деньгами и отсутствием вкуса.

Идеальное место для встречи с шейхом.

— Приехали, сэр.

Машина останавливается у входа.

Беру портфель. Оплачиваю по карте. Оставляю чаевые. Щедрые. Не потому что водитель заслужил. Просто привычка. Чаевые — инвестиция в карму.

Выхожу.

Жара снова.

Влажность.

Запах моря и кондиционеров.

Дубай в одном букете.

Швейцар открывает дверь.

— Добро пожаловать в Atlantis, сэр.

Киваю.

Захожу внутрь.

Прохлада. Мрамор. Позолота. Хрустальные люстры. Классический арабский китч.

Дорого.

Безвкусно.

Впечатляюще.

Ресепшен впереди. За стойкой девушка. Красивая. Очень красивая. Индийская внешность. Кожа цвета карамели. Глаза огромные, тёмные. Улыбка белоснежная.

— Добрый день, сэр. Чем могу помочь?

Голос мягкий. Акцент лёгкий.

— У меня встреча с шейхом Мохаммедом. Зал для переговоров.

— Конечно, сэр. Ваше имя?

— Джапаридзе.

Она смотрит в компьютер. Кивает.

— Да, вас ждут. Presidential Suite, двадцатый этаж. Лифты направо.

— Спасибо.

Иду к лифтам.

Мимо лаунж-зоны.

Там сидят люди.

Туристы.

Бизнесмены.

Женщины в платьях и мужчины в рубашках.

Пьют кофе.

Смотрят в телефоны.

Живут.

Жизнь продолжается.

Даже когда ты идёшь на переговоры на двенадцать миллионов долларов.

Даже когда ты собираешься переиграть шейха.

Даже когда ты знаешь, что вот сейчас, через десять минут, решится твоё финансовое будущее на следующие три года.

Жизнь продолжается.

Всегда.

Для всех.

Вхожу в лифт.

Нажимаю двадцатый этаж.

Двери закрываются.

Еду вверх.

Быстро.

Плавно.

К победе.

Которую уже выиграл.

Просто ещё не оформил документально.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ