Торговец Правдой 2

Глава 12

— Какая еще проблема? — выдохнул я в трубку, отворачиваясь от Ирины, чтобы скрыть напряжение на лице, но не думаю, что это вообще было возможно в тот момент. Уверен, что очень сильно поменялся в лице, после того, как нажал принять вызов и приложил трубку к уху.

На фоне в аппарате я услышал какие-то неразборчивые крики. Шум, напоминающий какую-то борьбу, а потом чей-то грубый голос рявкнул прямо рядом с Артемием:

— Ну-ка, дай свой аппарат сюда, дебил! Немедленно я сказал! Херли ты мямлишь и дергаешься, добил!

Раздался глухой звук, похожий на удар, короткий вскрик Артемия Кайзера и тяжелое дыхание после. Потом в трубке заговорил совершенно другой голос. Хриплый, злой, налитый яростью. Север, я узнал его сразу же.

— Ну привет, Алёша! Слушай сюда, ты, кусок, это что вообще за херня⁈ Ты где сейчас находишься⁈ — прошипел он так, будто пытался проткнуть меня голосом сквозь километры.

Холодная струя пота пробежала по спине вдоль позвоночника. Ирина, чувствуя мою нервозность, встревоженно спросила:

— Алексей? Это по звонок работе? У тебя что-то случилось? Может, я могу тебе как-то помочь? Ты очень напряжен…

Я поднял палец, прося минуту, и шагнул к краю балкона, прижимая магофон к уху. Не хотел, чтобы что-то меня отвлекало, да и если так подумать, чем она могла мне помочь в этот момент, когда на другом конце провода психопат брызжет слюною.

— Что там происходит, Север? Ты что ты вообще делаешь? Почему ты срываешь погрузку товара? — спросил я.

— Что происходит⁈ Срываешь погрузку товара⁈ Ты что, совсем уже охренел такие вопросы мне задавать⁉ Это ты мне скажи, что происходит⁈ — заорал он так, что меня на миг оглушило. Настолько это было неожиданно. — Еще раз спрашиваю тебя и жду ответ: ты вообще где⁈ Почему я тебя тут не вижу⁈ Сидишь на толчке без штанов⁈ Если ты не умер, я больше ни одной причины твоего отсутствия тут не вижу!!! — он продолжал орать настолько сильно, что мне пришлось убавить громкость у магофона.

Я сжал кулак свободной руки.

— У меня свои дела есть, ими и занимаюсь, но все под контролем. Товар ждали мои люди, — я начал объяснять ему суть того, что он увидел на вокзале.

— Под каким еще, мать его, контролем⁈ Ты что вообще несешь, пацанчик⁈ — его крик перешел в какой-то животный рев. — Почему тебя тут, на сделке, НЕТ⁈ КАКОГО ХЕРА⁈ Я, значит, свои бабки вкладываю в это дело, рискую, не получаю даже сраной предоплаты… НИ КОПЕЙКИ! Опираюсь чисто на твое долбанное честное слово! Дядя Север добрый, поверил в рассказы, что все будет супер, и что в итоге? Несмотря на все это, ты даже не соизволил прийти! В натуре неадекватный, что ли⁈ Другие дела у него, да какие нахер дела⁈ Мама умерла? Да она как бы уже! С сестрой что-то случилось? Мне сходить проверить, как она поживает⁈ Мне вообще похеру!

— Дай я скажу… — попытался я вставить, но он был неудержим.

— Да ты уже договорился, хватит! Молчи и слушай меня! Теперь Север будет разговаривать! ВНИМАТЕЛЬНО С ЭТОГО МОМЕНТА! Какого хрена я должен отдавать товар твоему какому-то… имбицилу-здоровяку и этому стиляге-красавчику⁈ А? Хочешь сказать, что ты им доверяешь? Да мне насрать, кому ты там доверяешь! А если завтра ты скажешь, что доверяешь ослу или хромой собаке? Я им НЕ доверяю! Ты меня слышишь? Не-до-ве-ря-ю! СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ТЕБЯ ГОВОРЮ ПО СЛОГАМ! А то мне кажется, что ты сам уже нихера не понимаешь, Алеша! — он продолжал говорить и орать, как же он надоел мне.

Я закрыл глаза, чувствуя, как гнев и дикая ярость подступают к горлу. Ирина смотрела на меня с расширенными от тревоги глазами. Не хотел, чтобы она видела меня вот в таком свете, но ситуация была без особого выхода.

— Короче, слушай сюда, парень… — Север говорил уже со смертельным холодом в голосе. Видимо, наконец-то проорался. — У тебя есть полчаса, ровно! Ни секунды больше, даже не думай опаздывать… Тридцать минут, чтобы приехать сюда, на вокзал. На ту самую платформу, с которой планировалась погрузка кристаллов в поезд. Если через тридцать минут тебя тут не будет, я снесу бошки этим твоим дружкам-пирожкам, и наша сделка будет закрыта. Навсегда! Слышишь? Товар я тебе не отдам, а ты будешь мне должен деньги. По полной, за каждую позицию! Ты понял меня, Алешка?

Он не стал ждать ответа, просто бросил трубку. Связь прервалась. Я стоял, глядя на экран магофона, а потом со всей силы ударил кулаком по каменной стене.

— Сука!!! — крикнул я, и эхо разнеслось по ночному двору. Я повернулся и ударил еще раз. Боль, острая и резкая, пронзила руку. Я отдернул ее и увидел, как по сбитым костяшкам сочится темная кровь. Но это было наименьшее из всего, что в тот момент меня волновало.

Ирина вздрогнула от моих ударов, но не отпрянула. Наоборот, она быстро подошла ко мне, ее лицо было бледным, но решительным.

— Алексей… — сказала она, а после этого сразу же быстро подошла и обняла меня, прижавшись головой к моей груди.

Я достал из кармана пиджака свой красный носовой платок: помню, как Артемий сказал, что он просто для стиля. Вот и пригодился аксессуар. Грубо обмотал им рану. Ткань, пропитанная кровью, стала еще более красного цвета, чем была до этого. Мне не было больно за разбитые кулаки. Мне не нравилось, что какой-то человек в этом мире может позволить себе разговаривать со мной в таком тоне, да еще и когда я рядом с девушкой.

— Ирина… — начал я, глядя на нее. На ее испуганное лицо. — Прости… Мне нужно будет сейчас уехать…

— Не нужно ничего говорить, — тихо, но четко сказала она. — Я понимаю. Тебе нужно ехать… Прямо сейчас… Иди, я не обижаюсь! Ты же мужчина, и я понимаю, насколько тебе важно, чтобы в твоих мужских делах все было хорошо.

В ее глазах не было упрека. Было понимание, и в тот момент она стала мне еще ближе и роднее, чем даже после поцелуя.

— Спасибо… — выдавил я. — Спасибо тебе огромное за все! За этот вечер, за то, что позвала провести его вместе с тобой!

— Вызывай такси, — сказала она, аккуратно подхватывая меня за локоть здоровой руки. — Я провожу тебя до выхода.

Мы быстро прошли через зал. Я не обращал внимания на взгляды. Мой разбитый кулак, перемотанный окровавленным красным платком, мой взволнованный вид — все это привлекало внимание, но мне было плевать. Ирина шла рядом, гордо подняв голову, ее алое платье било в глаза, как сигнальный огонь.

У парадного входа я махнул рукой первому же свободному такси, дежурившему в очереди у богатых домов на таких мероприятиях. Водитель, пожилой мужчина, увидев нас, быстро открыл мне заднюю дверь, как будто чувствовал, что я не хочу сейчас с кем-то разговаривать.

Ирина, стоя на верхней ступеньке лестницы, на виду у всех, не стала меня целовать. Она сделала легкий, почтительный поклон, провожая важного гостя. И я, в своем безупречном, но теперь слегка испачканном кровью костюме, ответил ей тем же. Это был спектакль для зрителей. Прощальный взгляд, который мы бросили друг другу, был настоящим.

Я нырнул в машину.

— Центральный вокзал, только, пожалуйста, быстро! Очень быстро! Я доплачу за спешку и оплачу все штрафы! — бросил я водителю, сунув ему вперед крупную купюру.

— Понял, барин, все сделаю в лучшем виде! — только и сказал таксист, резко трогаясь с места.

Не сказал бы, что Николя завидовал этому выскочке Алексею, но точно ненавидел его всем своим нутром. И, он чувствовал что эта ненависть делает его. Он стоял в центре зала, но не видел ни блеска люстр, ни важных лиц. Взгляд, как прицел, был устремлен только на одну цель: на этого простолюдина и Ирину.

Когда они вышли на балкон, он стараясь не привлекать внимания, проскользнул к соседней стеклянной двери, ведущей на точно такой же балкон. Оттуда, из тени колонны видел все. Видел, как они мило беседовали и как слились в долгом поцелуе. Видел его белую рубашку на фоне ее алого платья. Ублюдские пальцы в ее волосах. Он сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони. В ушах стоял гул собственной ярости.

Он ненавидел эту картину. Ненавидел его спокойную уверенность, ее счастливые глаза. «Выскочка… Грязь… Он не из нашего мира…» — мысли кружились в его голове как агрессивные осы.

Потом он увидел, как этот ублюдок оторвался от княжны и ответил на звонок магофона. Увидел, как изменилось его лицо. Как Алексей ударил в стену. Как Ирина обняла его с искренней заботой! Это было невыносимо, но Николя продолжал смотреть. Потом прислушался, но не мог разобрать слов — слишком далеко, мешал шум из зала. В протом они быстро ушли обратно в зал, а потом к лестнице.

Когда ублюдок выбежал из особняка и прыгнул в такси, Николя уже был готов. Метнулся к следующей в очереди машине, распахнул дверь и ввалился на заднее сиденье.

— За тем такси! — выдохнул он, указывая пальцем. — Не теряйте! Плачу втройне!

Водитель, удивленный, но подкупленный суммой и аристократическим видом авччвдмпв, резко рванул за уезжающей машиной.

Я сидел на заднем сиденье такси и смотрел в темное окно, на мелькающие огни города. Боль в руке была тупой, навязчивой. Только сейчас я ее почувствовал, но она меркла в сравнении с жгучим чувством ярости. Север, дикая собака! Он устроил этот публичный разнос специально. Я чувствую это! Хотел показать, кто здесь главный пахан. И вот я еду на вокзал в этом дурацком смокинге с бабочкой. Чувствовал себя мальчишкой, пойманным на прогуле уроков.

«Была бы возможность, я бы сейчас приехал туда и сходу ему челюсть снес!» — пронеслось в голове с горячей, слепой злостью. Но тут же пришло рациональное осознание: нельзя. Пока нельзя. Весь бизнес, вся афера с Волковым, все деньги висят на этом психопате. Нужно что-то окончательно и точно менять.

Машина резко затормозила у служебного входа на вокзал. Я выбросил водителю еще одну купюру, даже не смотря на номинал, и резко выпрыгнул наружу. Побежал через вокзал, по знакомым грязным переходам. Периодически ловил на себе чужие взгляды, но не придавал им никакого значения.

Выскочив на открытое пространство платформы, я остановился, переводя дыхание. Картина, открывшаяся мне, была выстроена, как сцена из плохого криминального фильма.

Посреди платформы стоял открытый грузовик. На сложенных рядом с ним ящиках с кристаллами, как на троне, сидел Север. Он курил свою вечную сигару, и дым струйкой поднимался в сыром ночном воздухе. Дурной даже и не подумал, что опасно курить рядом с кристаллами. Его лицо было каменным в тот момент.

Рядом, прямо на бетонном полу, сидели Артемий и Сашка. Артемий держался за щеку, из носа у него текла кровь. Сашка сидел, сгорбившись, обхватив руками живот, его лицо было бледным, на скуле краснел свежий синяк. Видимо, им сильно досталось. Вокруг них, образуя живое оцепление, стояли четверо здоровяков из личной охраны Севера. Безэмоциональные, массивные детины с пустыми глазами наемников.

Север медленно повернул голову в мою сторону. Глазами, сузившимися от дыма, он осмотрел меня с головы до ног.

— Ну вот это нихера себе! — произнес он громко, наигранно, чтобы все услышали. — Это ты так, епрст, одет к нашей с тобой деловой встрече, Лешка⁈ Я, сука, херею с тебя! У нас тут делюга на несколько лямов имперских рублей зреет, а ты по вечеринкам, по балам, по… — он сделал изящный жест рукой с сигарой, — … по модным магазинчикам, значит, похаживал? Это вот так, выходит, с тобой дела делаются? В смокинге? Красава, дружище! Ты прям умеешь удивлять.

Я шагнул вперед, сжимая здоровый кулак. Ярость колотила внутри, но голос мой был ровным:

— Это тебя не касается, Север. Где и как я провожу свое время!

— Меня не касается⁈ — он сорвался с ящиков и сделал несколько шагов ко мне. Охранники напряглись. — Парень, а ты что, забыл, на чьи, сука, деньги вы тут все свои пируэты свои устраиваете? Да если бы не я, не мои склады, не мой товар, ты бы что делал? А? Расскажите-ка мне! На завод бы пошел гайки крутить? Или в официанты, таких вот, — он ткнул сигарой в сторону Артемия, — мамкиных аристократов в красивеньких одежках обслуживать⁈

— Слушай, не надо делать вид, что тут все на тебе зациклено, Север! — мой голос наконец сорвался, зазвучал громко и резко в пустом пространстве платформы. — Я знаю свою работу! И делаю ее! Без косяков! Ты получишь свои деньги, как мы и договаривались с тобой! Все идет по плану!

— По какому плану? По плану «пусть другие рискуют, а я на балу потусуюсь»⁈ — заорал он в ответ, и слюна брызнула из его рта. — Я не знаю, зачем ты устроил весь этот цирк, но знаю одно — я теряю последние крохи того дерьма, которое когда-то называл доверием к тебе!

— Тогда, может, нам и не стоит работать вместе? — выпалил я, глядя ему прямо в глаза. — Раз у нас такое «недоверие» друг к другу⁈ Давай так и сделаем, Север!

Наступила мертвая тишина. Даже Артемий перестал дышать. Север смотрел на меня так, будто видел впервые. Его лицо побагровело. Казалось, еще секунда — и он прикажет своим амбалам размазать меня по шпалам, но я был к этому готов.

И в эту натянутую как струна тишину врезался громкий металлический лязг. Звук упавшей железной бочки, покатившейся по бетону. Он раздался из-за груды старых бочек и мусора в дальнем конце платформы.

Все, как один, повернули головы в ту сторону. Север мгновенно преобразился. Вся его истерическая ярость куда-то испарилась, сменившись холодной, хищной сосредоточенностью. Он медленно поднял руку, и его охранники бесшумно рассыпались в стороны, блокируя пути отхода.

Из-за бочек, пошатываясь и спотыкаясь о мусор, выплыла фигура. Николя Третьяков. Черт, вот только тебя сейчас тут не хватало. Он был бледен как смерть, его дорогой фрак — в пыли и мазуте. Видимо, он следил за мной, пробрался на платформу и, затаившись, подслушивал. А теперь, напуганный всем тем, что увидел, решил бежать и выдал себя… Какой же идиот…

— О-о-о… — протянул Север, и на его лице появилась широкая недобрая улыбка. — А у нас, выходит, еще один зритель тут присутствует. Из высшего общества, судя по внешнему виду. Интересно, что он тут забыл? Леха, ты с собой друга, что ли, взял с вечеринки?

Я покачал головой. Николя, увидев, что его обнаружили, замер, глаза забегали от меня к Северу и обратно, полные животного ужаса.

Север не спеша засунул руку во внутренний карман своего потрепанного плаща. И вытащил оттуда свой компактный магический арбалет. Я не первый раз видел этот артефакт, у которого вместо обычных стрел были огненные. Сделанные из чистого адского пламени.

Он плавно поднял арбалет, прицеливаясь в дрожащего Николая.

— Не люблю подслушивающих мои разговоры ублюдков! — яростно проговорил Север. — Особенно аристократов. Хотя иногда это забавно, у них такие смешные лица, когда понимают, что правила их мира тут не работают.

— Север, не надо!!! Прошу тебя!!! — закричал я, бросаясь вперед, но двое охранников мгновенно схватили меня за руки, сжали так, что кости слегка хрустнули.

Север не сводил прицела с Николя, который, казалось, вот-вот упадет в обморок.

— А что «не надо», Леха? — спросил Север, не оборачиваясь. — Он же все слышал, все видел. Про кристаллы, про сделку, про наш милый семейный скандальчик. Он же побежит прямо к своему папочке-чинуше или к папочке твоей княжны. Да-да, и про это я знаю! И тогда… — он наконец повернул ко мне голову, и в его глазах горел огонь решимости. — Тогда всем нам полный трындец. По твоей вине, между прочим. Так что, считай, я подчищаю за тобой, сынок…

— Север, нет!!!

Его палец начал плавно нажимать спуск…