Торговец Правдой

Глава 7

Солнце едва пробивалось сквозь легкий туман, когда я наконец вытащил себя из теплой кровати. Уже несколько дней я не был в своей школе. Все это время решал вопросы поважнее, вроде спасения сестры от тюрьмы и собственной шкуры от бандитов в лице Севера. Все эти дни мне было точно не до зубрежки скучных математических формул и законов магической физики без отработки их на практике. А сейчас пришло время дойти до нее.

Если быть честным на все сто процентов, я и в более спокойные времена частенько позволял себе прогуливать пару-тройку уроков в неделю. Что вызывало недовольство Лены, когда она про это узнавала. Но я всегда находил какие-то аргументы, чтобы остаться безнаказанным.

Суть моих прогулов была не в том, что мне было скучно или я был слишком ленивым и хотел бездельничать, валяясь на ржавых трубах за гаражами. Нет, все совсем не так! Просто я с первого дня в этом учебном заведении понял простую и горькую истину: преподаватели в нашей школе для «простых» ребят не были особо заинтересованы в каком-то качественном и углубленном обучении. Думаю, это было прописано и в их школьных программах, которые были согласованы в Министерстве образования магии.

Зачем напрягаться, вкладывать душу, если все твои ученики — будущие чернорабочие на магических фабриках, уборщики в тех же магобанках или, в самом лучшем раскладе, низкоуровневые клерки, перебирающие бумажки за три копейки?

В Российской империи образовательная система выглядела примерно так. Стартовые учебные заведения разделялись на два типа: школы и лицеи. В школах учились обычные жители империи, у которых не было больших денег или какого-то мало-мальского аристократического рода. В лицеях, как раз таки наоборот, учились либо дворяне, либо те кто мог заплатить за обучение круглую сумму. Таким образом туда попадали дети купцов или других богатеев.

После выпуска из первичного учебного заведения ученики школ, такие как я, могли поступить в техникумы, где обучались различным бытовым профессиям. Так же можно было пойти в кадетский техникум и после его окончания устроиться на службу в армию, но это был точно не мой вариант.

Хотя имелся вариант специализированных институтов, вроде тех, что были в моем прошлом мире. Здесь они тоже существовали… никто необходимости в инженерах, учителях и прочих более продвинутых специальностей не отменял. Там учились неодаренные аристократы и простолюдины у кого хватало денег на обучение. А оно было весьма дорогим… и да. Бюджетного обучения в этой Российской империи увы не существовало.

Выходцы из лицеев, владеющие магией, после его окончания могли поступить в одну из элитных академий магии, и вот там уже они получали все знания, которые были скрыты от обычных людей. Чаще всего в таких академиях были разделения на боевую и бытовую магию, но иногда их совмещали в один курс.

В нашей школе аристократы не учились, а значит, и никаких настоящих уроков магии у нас и быть не могло. Нам рассказывали самые азы. Основы основ, чисто чтобы мы понимали, как работает система.

В целом магия делилась на два вида. Первая это Магия крови, владели ей только аристократы и передавалась она от родителей к детям. Да и то далеко не всем… Как я понял, это была своеобразная лотерея…

Также существовала возможность за большие деньги купить себе титул, поэтому среди элиты были аристократы, у которых не было родовой магии. Но и для них имелся выход из ситуации, Артефактная магия.

А здешней Российской империи, да и не только в ней, были умельцы, которые при помощи древних рун и знаний могли создавать различные магические предметы. Стоили они, конечно, бешеных денег, но существовала возможность купить какие-то сделанные на коленке образцы на черном рынке.

Правда, за незаконный оборот магических артефактов, не поставленных на учет в Министерстве Магии, была отдельная статья в здешнем уголовном кодексе. Присесть можно было далеко и надолго, а тюрьмы в Российской Империи — место достаточно сомнительное.

Единственный предмет, который я посещал с завидной регулярностью, была «История Империи». Не из-за любви к сухим датам или портретам давно сгнивших где-то под землей императоров. Мне это было жизненно необходимо. Я должен был изучить мир, в который попал, как опытный рыночный аналитик изучает новый для себя сектор экономики.

Я впитывал все: политическое устройство, экономические связи между кланами, прошлые войны и мирные договоры, культурные особенности и подводные течения. Это был мой путеводитель по диким джунглям империи, и я изучал ее на максимум, стараясь не упустить ни одной детали, которая могла бы в будущем принести мне выгоду.

Сейчас же мы с Сашкой сидели как раз на таком уроке. Учитель, сухонький старичок по фамилии Преображенский, с лицом, похожим на сморщенное яблоко, монотонно бубнил что-то о великих реформах императора Петра Разумного, который триста лет назад начал массово внедрять маготехнологии в промышленность, что и позволило Империи избежать революции и сохранить аристократический строй.

Класс впал в состояние легкой комы. Кто-то дремал, уткнувшись носом в учебник, кто-то рисовал в тетрадках, кто-то перебрасывался записками. Сашка, сидя рядом со мной, с поразительным усердием и концентрацией выводил в своей тетради по истории какого-то шестирукого монстра с хвостом скорпиона, явно вдохновляясь последним просмотренным дурацким аниме про охотника за монстрами.

Я наклонился к нему, мне очень хотелось поделиться последними новостями:

— Саш, слушай сюда. Мне вчера сделали одно очень серьезное и опасное предложение. И я уже принял для себя решение согласиться. Хочешь, расскажу подробнее?

Сашка оторвался от своего шедевра, его широкое доброе лицо исказилось от любопытства. Он отложил карандаш в сторону.

— Предложение? — прошептал он в ответ, его глаза расширились. — Какое? От кого? О деньгах речь?

— Пока не знаю точно, на что именно и во что я планирую ввязаться. Все детали станут известны сегодня, но дело, если все пройдет гладко, обещает быть прибыльным. Очень прибыльным. Ты со мной? — я смотрел ему прямо в глаза, стараясь передать всю серьезность момента.

Лицо Сашки озарилось такой сияющей, бездумной улыбкой. Его вера в меня была слепой и беспрекословной до самого конца.

— Леха! Да, конечно же, да! Что за вопросы? — он чуть не вскрикнул от восторга, но вовремя схватил себя за рот и снизил голос до шепота. — Я с тобой в огонь и в воду! В ледяную прорубь и в пекло! За любой кипиш, как говорится! Ведь ты… Ты же из любой ситуации, даже самой жопной и безнадежной, выходишь победителем!

Я не мог не улыбнуться в ответ. Его детский энтузиазм был заразителен, но он не видел рисков, он видел только меня и нашу дружбу.

— Отлично. Я так и знал, что могу на тебя рассчитывать. Тогда слушай внимательно и не падай в обморок… Дело касается Севера.

Эффект был мгновенным. Улыбка с лица Сашки тут же куда-то пропала. Его глаза округлились, в них читался страх. Он даже слегка побледнел.

— Кого? Се… Севера? — переспросил он, сглотнув с таким громким звуком, что было слышно даже на передних партах. — Того самого? Этого человека, которому мы кое-как смогли найти деньги, чтобы он тебя не убил? Ты про этого Севера?

— Самого что ни на есть, — кивнул я, сохраняя невозмутимость. — Но не пугайся раньше времени. Я уже с ним договаривался. И мы, как видишь, до сих пор живы, целы, и его деньги помогли мне решить важный семейный вопрос. Значит, с ним можно найти общий язык. Он не монстр, он… Бизнесмен. Специфичный, но все-таки он деловой человек.

Сашка молчал, переваривая информацию. Я видел, как в его глазах борются страх и верность другу. В его мозгу, вероятно, проносились все те страшные истории, что ходили о Севере по району. Но в итоге, как я и предполагал, верность и дружба победили.

— Ладно братишка! По рукам! Я с тобой! Куда ты — туда и я. До самого конца, что бы это ни значило. Но… Леш, ты уж там, пожалуйста, смотри в оба… А то я еще молодой, зеленый, пожить охота, девушек красивых повидать…

— Сделаю все, что он меня зависит, дружище! — усмехнулся я, хлопая его по могучей спине. — Обещаю, все будет отлично!

Мне казалось, что эти сутки длились бесконечно. Последний, шестой урок этого учебного дня наконец-то закончился. Мы с Сашкой, не теряя ни секунды, направились прямиком на Думскую улицу. Сашка на ходу доедал какую-то сомнительную слойку, купленную в столовой, а я лихорадочно прокручивал в голове все возможные варианты «дельца», которое мог предложить Север. Что это могло быть? Перевозка контрабанды? Сбор долгов? Что-то связанное с его подпольными игорными заведениями? Мозг выдавал самые криминальные и опасные сценарии, но меня даже это не останавливало.

Когда мы подошли ко входу в его клуб, тот самый охранник-гора, которого я уже начал считать своим знакомым, встретил нас с непривычной улыбкой на лице.

— О, а вот и наш юный предприниматель! — хрипло произнес он, кивая мне. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по Сашке, задержавшись на его и испуганном лице. — А это кто с тобой? Ты обзавелся личной охраной?

— Это мой братишка, — ответил я. — Мой напарник, моя правая рука. Он со мной по делу к Северу.

Охранник еще раз внимательно, с прищуром посмотрел на Сашку, потом кивнул, отступая в сторону.

— Ладно, давайте проходите! Он в своем кабинете, с утра не выходил оттуда, кажется.

Нас даже не обыскали, что было странным и слегка тревожным знаком. Мы снова прошли по тому самому, уже знакомому коридору, где неоновые лампы мигали, отбрасывая на стены наши тени. Сашка шел за мной, тяжело дыша и нервно смотря по сторонам.

— Леш, а тут стремно как-то, очень, — прошептал он. — Мне не нравится это место. У меня мурашки по спине бегут.

— Держись, дружище! — ободряюще сказал я. — Главное — не показывай никому свой страх. Они, как шакалы, чуют слабину.

Мы подошли к знакомой тяжелой двери из темного дерева. Она была слегка приоткрыта. Я постучал костяшками пальцев три раза и приоткрыл дверь побольше. Север сидел за своим массивным столом, похожим на гроб, и разговаривал по магофону, аналогу смартфонов из моей прошлой жизни, только работал тот на основе магии.

— Да, конечно! Я понял тебя. Считай, что все уже решено. Вопрос закрыт. Жди новостей в течение двух дней, — он бросил трубку и тут же посмотрел на нас. — Ну что, малой, я рад, что ты принял правильное решение и пришел. А это кто у нас такой? — он кивнул на Сашку.

— Это мой братишка, — повторил я снова. — Мой коллега, мой партнер. Мы с ним работаем в одной связке, плечом к плечу. На него можно положиться, как и на меня.

Север медленно кивнул, его пальцы с массивными перстнями постукивали по столешнице.

— Слушай, а это, может, даже и к лучшему, что вас двое, — заключил он после паузы. — Для такого дела, которое я придумал, лишние руки, да еще и такие крепкие, не помешают. Команда — это сила, — он поднялся из-за стола. — Ну что, пошли, покажу вам, зачем вас позвал, нечего время зря терять.

Мы молча последовали за ним. Он повел нас не к выходу, как я ожидал, а вглубь здания, по неизвестным мне коридорам, еще более темным и грязным. Стены здесь были голыми, кирпичными, облупленными и покрытыми какими-то странными граффити. Сашка шептал мне за спиной, его дыхание стало частым и прерывистым:

— Леш, куда он нас ведет? Это же какой-то подвал… Мне это место вообще не нравится. Тут могут и прикопать, и никто никогда не найдет…

— Тихо, Саш, — резко одернул я его, было не самое подходящее время для паники. — Сейчас все узнаем… Просто будь готов ко всему…

Наконец, после пары поворотов, Север остановился у тяжелой, ржавой, металлической двери без каких-либо опознавательных знаков. Она выглядела так, словно ее не открывали лет пятьдесят. Он достал из кармана внушительную связку ключей, выбрал один, самый старый и ржавый, и с громким щелчком вставил его в замок. Дверь со скрипом отъехала в сторону.

Мы оказались на огромном складе. Он был забит до самого потолка самыми разными ящиками, коробками и какими-то мешками. Север, не оглядываясь, уверенно прошел в самый дальний, самый темный угол, к груде старых, потертых деревянных ящиков, аккуратно сложенных друг на друга.

— Ну, в общем, так, ребятки, — начал он, оборачиваясь к нам. — Слушайте внимательно и вникайте. Ко мне тут кое-каким, не совсем легальным образом попали вот эти… Пять артефактов, — он наклонился и открыл один из ящиков с помощью монтировки, валявшейся рядом, и достал оттуда… Перчатки.

Но это были не простые кожаные или шерстяные перчатки. Они были сделаны из темной, почти черной, отливающей синевой кожи. Выглядели одновременно стильно, дорого и как-то очень магически.

Север протянул одну пару мне.

— Держи, потрогай, почувствуй всю мощь этого артефакта!

Я взял перчатку. Она была удивительно легкой, почти невесомой, и на ощупь — мягкой, как шелк, но в то же время я чувствовал исходящую от нее едва уловимую вибрацию, словно в ней билось крошечное живое сердце.

— И что они делают? — спросил я, поворачивая перчатку в руках.

— А вот что, — ухмыльнулся Север.

Он надел одну перчатку на свою мощную, покрытую шрамами лапу, поднял руку, и тут произошло нечто, от чего у меня перехватило дыхание, а Сашка сделал глубокий вдох. Прямо перед Севером, в пыльном, застоявшемся воздухе, возник небольшой, но очень плотный и заметный вихрь. Он со свистом подхватил клочки пыли, бумаги и какой-то трухи с пола и закрутил их в миниатюрное, но яростное торнадо, которое просуществовало несколько секунд, а затем с резким хлопком рассыпалось, разбросав мусор по полу.

— Видал, малой? — с нескрываемой гордостью произнес Север, снимая перчатку. — Эти перчатки, можно сказать, владеют магией воздуха. Элементарной, примитивной, но чертовски эффективной в умелых руках. То есть при помощи них можно выпускать небольшие, но довольно резкие и сильные потоки воздуха. Могут здорово помочь в ближнем бою — сбить с ног противника, оттолкнуть его, выбить оружие из рук, создать помеху. Но это, — он сделал театральную паузу, наслаждаясь нашим впечатлением, — ещё далеко не все. Смотрите сюда, сейчас будет главный фокус.

Он неспешно надел вторую перчатку, встал прямо, раскинул руки в стороны, как бы ловя невидимые потоки, и сосредоточился. В тот же момент Север… Плавно, бесшумно оторвался от пола. Невысоко, сантиметров на двадцать-тридцать, но он реально парил в воздухе. Я впервые в жизни видел нечто подобное.

— Могут помочь в ближнем бою, а также вот что, — продолжил он свой рассказ, медленно опускаясь обратно, словно пушинка, — при помощи этих красавиц можно на полметра, а если хорошо потренироваться, то и на метр отрываться от земли и левитировать. В течение короткого времени, конечно. Минута-две, не больше, потом перегрев и откат. Но и это, согласитесь, может спасти жизнь в драке или дать тактическое преимущество — забраться куда-то, перепрыгнуть препятствие, уйти от удара или от погони в целом.

Я смотрел на перчатки с растущим профессиональным интересом. Это был действительно ценный товар. Не какой-то одноразовый хлам, а полезные, многофункциональные, боевые артефакты.

— В целом, — вздохнул Север, снимая перчатки и небрежно бросая их обратно в ящик, — что с ними делать — я не знаю. Не мой профиль, не моя тема. Я человек простой, силовой. Поэтому предлагаю вам, как перспективным молодым предпринимателям, забрать их и продать. Я хочу ровно по семьдесят тысяч за каждую пару. Все, что вы сможете накинуть сверху — ваше! В карман, на личные расходы. Для меня это уже не имеет никакого значения, я просто хочу получить свою сумму и забыть об этой истории. Ну что, забираете? — он уставился на нас своим пронзительным взглядом.

Что меня особенно порадовало и даже взбодрило в этой ситуации, так это то, что дело касалось продаж. А в этом я, если позволите немного похвастаться, был очень-очень хорош! В прошлой жизни я продавал все — от коробок гвоздей и бытовой техники до многомиллионных контрактов на поставки нефти и сложнейших финансовых инструментов.

Но первоначальная эйфория тут же сменилась холодным, трезвым анализом. Куда нам, двум пацанам из спального района на окраине города, нести такие специфические, дорогие и нелегальные артефакты? Кто наш целевой клиент? Где его искать? Как выйти на него? Вопросов было гораздо больше, чем ответов.

Но отступать было уже поздно. Мы стояли здесь. Мы уже фактически согласились, мы уже ввязались в это дело.

— Да, конечно, забираем! — уверенно сказал я, пряча свои сомнения куда-то глубоко внутрь. — У нас есть какой-то конкретный срок? Чтобы мы понимали, сколько у нас времени на реализацию.

— Да, срок, конечно же, есть! — кивнул Север, и его лицо снова стало деловым. — Жду вас ровно через неделю. С деньгами, со всей суммой сразу же. И, кстати, забыл упомянуть одну маленькую, но очень важную деталь… — он посмотрел на нас с таким видом, будто мы только что подписали контракт и не поинтересовались, что указано внизу мелким шрифтом. — Я свои деньги жду в любом случае. При любом раскладе, получится у вас или нет… — он многозначительно похлопал ладонью по ящику с перчатками. — Товар назад не принимается. Ни под каким предлогом. Считайте, что вы у меня их уже купили. В рассрочку. На одну неделю. Так что увидимся ровно через семь дней. Надеюсь, мне не придется повторять, что именно вас ждет, если я не получу свои триста пятьдесят тысяч имперских рублей? — он не повышал голос, но от этих спокойно произнесенных слов по моей спине пробежал ледяной холод.

Я покосился на Сашку. По его лицу было видно, что он был бы рад сейчас просто уйти. Но надо отдать парню должное. Он это не сделал.

— Но вы мне нравитесь, парни! — вдруг снова улыбнулся Север, намеренно разряжая обстановку. — Бойкие, смелые, амбициозные. Настоящие коммерсанты новой эпохи. Так что не доводите до такого, ладно? Не заставляйте меня огорчаться. Ребята, вы же умные, перспективные, не хотелось бы, чтобы наши отношения закончились всего на одной сделке.

Вот этот последний, коварный поворот событий — «товар назад не принимается» — уже не так сильно радовал меня, как перспектива блистательных продаж. Мы взяли на себя обязательство в триста пятьдесят тысяч даже не имея рынка сбыта! Это был немыслимый риск. Чистая, безумная авантюра на грани фола.

Но, как ни странно, я чувствовал себя гораздо менее смущенным и загнанным в угол, чем в тот раз, когда впервые брал деньги у Севера. Тогда я был прижат к стене, у меня не было выбора. Сейчас у меня был выбор. Сейчас у меня был товар. А я, напомню, продавал все — от ржавого гвоздя до императорского жезла. И я был абсолютно, на все сто процентов уверен, что и с этой, пусть и абсолютно безумной задачей я справлюсь. Нужно было только одно — найти правильного, клиента под эту специфическую потребность. Клиента, которому эти перчатки, управляющие воздухом, были позарез нужны. Оставалось только понять — кто он и где его искать.

Мы забрали ящик с пятью парами перчаток. Он был не очень тяжелым физически, но в его деревянных стенках чувствовался весь неподъемный вес нашей новой реальности.

— Ну что, братишка, — сказал я, обращаясь к Сашке, который молча, с сосредоточенным видом тащил ящик. — Как ты? Видел, тебе не по себе было?

— Эх, — махнул тот обреченно рукой, — говорил, что не нужно с ним связываться.

— Ты мне не веришь? — строго поинтересовался я.

— Ну, я не такой хладнокровный, как ты, — проворчал мой друг.

— Тогда поехали? Наш недельный отсчет пошел. Семь дней на то, чтобы найти покупателя и не стать удобрением.

— Поехали, Леха, — кивнул он, и в его голосе слышалась уже не робость, а смиренная решимость и готовность идти до конца. — Ты же говорил, мы справимся. Значит, справимся. Я в тебя верю.

И тут мне пришла первая, казавшаяся на тот момент гениальной, идея…