Три старушки под окном

Пролог

Фроловна, Тимофеевна и Марковна с утра сидели на любимой скамеечке возле подъезда. Погода стояла хорошая. Начало июня выдалось теплое, маловетреное и не дождливое. Самое то.

Они с раннего утра заняли свой наблюдательный пост возле подъезда.

- Смотри, смотри, Васильева из пятой квартиры пошкондыбала, каблучищи то напялили каки огромные, - ворчала Фроловна, ворчала не со зла, просто сама кроме тапок ничего не носила, просто завидовала.

- Каблуки большие, а юбка короткая, тьфу, срамота, - поддержала её Марковна, та была старше Фроловны на десяток лет. – В мое время носили каблучок маленький, белые носочки и юбочку ниже колен. Вот красота то была. Идет девушка, юноши глаз отвести не могут, девушка-загадка. А сейчас какая загадка, если трусы из-под юбки видно?

- Зря вы так, - защитила соседку Тимофеевна, она в этой троице считалась самой интеллигентной, так как смогла в свое время закончить институт. – Юбку конечно можно было бы и длиннее на ладонь сделать, но у нее красивые ножки, почему их нельзя показывать.

- Ой, ты и выдумщица, ножки мужу нужно показывать, а не окружающим, - сердито ответила ей Фроловна. – Зачем другим мужикам знать, что у тебя ножки красивые.

Бабушки долго бы ещё перепирались, оценивая наряд своей молодой соседки, но тут с другого конца двора послышался окрик: "Че расселись, дуры старые!" И со всех ног, умудряясь хромать сразу на обе, к ним бежала Настасья Кирилловна.

- Яйца на базар привезли, дешево продают, - машет рукой Настасья Кирилловна. – Хватайте сумки и айда.

Шел восемьдесят восьмой год. Продукты с прилавков исчезали с космической скоростью, люди чувствовали угрозу и набирали все про запас. Стоило Кирилловне упомянуть о продаже дешевого яйца, как трех соседок, словно ветром сдуло. А через пять минут они стояли возле остановки автобуса с корзинками наперевес, проверяя в лифчиках, спрятанные заначки.

Им повезло, автобус пришел почти пустой. И они сразу заняли три места, зачем ноги топтать, когда можно комфортно усесться. Автобус тронулся в путь. Только на другой улице, которая пересекала дорогу автобусу, со стройки выехал КАМАЗ, груженный щебнем. Водитель был зол, ему выдали не тот путевой лист, и он привез щебень не туда. Он устал. Злился на прораба, на себя, на свое начальство, жена пилила, что зарплата маленькая. Водитель и отвлекся всего на какие-то доли минуты от дороги, но в этот момент на светофоре загорелся красный. Он успел нажать на тормоз, успел, но не рассчитал, что перед этим прошла поливальная машина, смывая грязь с дороги. Тот водитель забыл залить воды в бачок, поэтому вода лилась лишь тонкой струйкой, больше смачивая грязь, чем её смывая. Грязь смешалась с водой, и асфальт стал скользким, а груженый самосвал был очень тяжелый. Водитель не смог затормозить.

И огромный КАМАЗ пошёл юзом. А автобусу горел зеленый свет.

Удар был так селен, что автобус разорвала на части. Тяжелая машина смяла хрупкие человеческие тела. Их и опознать никто не смог. Так бы и закончили свой путь души Фроловны, Тимофеевны и Марковны, вот только судьба умеет посмеяться.