Три старушки под окном

Глава 9

Приведения выли и мельтешили перед взором подруг.

- Стойте, треклятые, - рявкнула Фроловна. – Чтоб вас черти забрали!

- Он пришёл! – ещё сильнее завыли приведения. – Он пришёл! Колдун явился!

- Да замолкните! – взорвалась Марковна. - Отпиз*дили вашего колдуна скалкой, еле ноги унес. Соседка отымела твоего Кондратьевича вместе с его мордоворотом.

- Нинка что ли? – схватилась за прозрачную грудь одно из приведений.

- Откуда мне знать?

- Нина Степановна? Соседка, её муж мой любовник, - запричитала одна из прозрачных фигур.

- Ну, больше он не твой любовник, так как я пообещала его жене, что его ноги здесь больше не будет, - сказала Фроловна.

- Ты рехнулась? Он с мэром за ручку здоровается, он в заксобрание выбран, ты мне всю карьеру порушишь, - зарыдало приведение.

- Какая карьера, ты приведение, - Фроловна ткнула пальцем в прозрачную фигурку. Палец прошёл насквозь, и приведение поморщилось.

- Я вернусь, мы заберем свои тела! – заорала приведение в ответ.

- Вы лучше бы, девоньки, задумались, за что вас так сурово наказали? – Марковна скрестила руки на груди и поджала губы. – Ведь не просто так вы наказаны?

- За что? За что? – застрекотали приведения. – Нас не за что наказывать, это вы во всем виноваты! Вы колдовали!

- Конечно не за что! – всплеснула руками Тимофеевна. – Блядствовали, деньги этим зарабатывали, обманывали доверчивых дамочек, разводили на деньги, колдовство, черте что!

- И что? Ты чего такая борзая, - к Тимофеевне подлетело приведение внешне похожее на нее. – Я, по-твоему, должна полы драить? Вы чего, бабки, совсем рамсы попутали? Не учите меня жить, мамаша.

- Вот теперь понятно, Тимофеевна, от чего народ креститься начинает, когда ты рот открываешь, - ткнула в приведение пальцем Фроловна. – Из её слов я только пару фраз поняла.

- А ты заткни хайло, - рыкнуло приведение.

- Боже, да она хамка!

- От хамки слышу, было бы у меня тело, я бы тебе глаз на жопу натянула, - огрызнулось приведение.

- Девочки! Давайте перестанем ссориться, - воскликнула Марковна. – Все решаемо.

- Ты отмороженная, как мы решим? Мы приведения, а вы забрали наши тела! – обозлилось другое приведение.

- Да, проблема, мы тоже как-то не хотели перелетать из восемьдесят восьмого в другой век, - развела руками Фроловна. – Жили и жили, блядями никто не называл, в жопу не посылали. А тут за одни сутки четыре мужика прибежали со своими писюнами. Трясли тут, понимаешь, своим исподним бельем…

- Зашквар, - возмутилось приведение Арины. – Откуда эти старые перечницы! О, мой гот! Какую туфту они несут! У вас в этом вашем восемьдесят восьмом бойфрендов не было?

- Заткнись, - рявкнуло на неё другое приведение, похожее на Марковну. – И так! Колдун прибыл! Сейчас все начнется. Не сносить вам головы!

Она возвестила об этом, как будто прибыл король.

- Колдун знает, что вы не мы, если не сразу понял, то сейчас точно в курсе, - злорадно говорило приведение. – Он приведет сюда свою бабку Варвару, она вас всех уничтожит. Она вернет нам наши тела!

- Господи, что мы стоим и слушаем весь этот бред, - возмутилась Фроловна, подошла к окну и раздернула шторы. Свет залил комнату, приведения заверещали и растаяли.

- Колдун? Мы в двадцать первом веке живем, - возмутилась Тимофеевна. – И что это за приведение, у которого словарь, как у Эллочки-Людоедочки.

- Ладно тебе, Тимофеевна, просто запомни, что в твоем случае лучше помалкивать, а то ты палишь всех нас, - Фроловна села в кресло и уставилась в окно. – У Арины был скудный словарный запас, а ты тут с своим высшим образованием никак не вписываешься.

- Ой, девоньки, из-за этих переживаний так кушать хочется, - затянула песню Марковна, поглаживая себя по животу.

- У нас холодильник пустой, в нем только какие-то пластмассовые баночки стоят, надписи все на иностранном языке, я такое есть боюсь, даже пробовать не буду.

- Надо в магазин сходить, - решила Марковна. – Сейчас бы картошечки отварить да с соленым огурчиком, баночку с тушёнкой открыть.

Марковна сглотнула слюну и с тоской посмотрела в сторону кухни.

- У нас денег нет, - Тимофеевна роется в сумке и достает купюры с непонятными ей картинками. – Разве это деньги, фантики какие-то. Смотрите, на них тысячи написаны. А нулей то сколько. Не-а, не деньги это.

- Ладно, пошли в магазин, там разберемся, - махнула рукой Фроловна. – Деньги не деньги, карточки какие-то.

- А может у них сейчас все по карточкам, а эти бумажки с нулями и есть карточки? – с придыханием спросила Тимофеевна.

- Вот дойдем до магазина и увидим, Марковна, тащи сюда сумки, - крикнула Фроловна вслед подруги, которая убежала на кухню.

- Я вот на кухне порылась, не одной сумки не нашла, - разводит руками Тимофеевна, возвращаясь в зал. – Хоть бы одна какая бы нашлась или авоська с сеткой, с чем они тут по магазинам ходят.

- Ладно, там разберемся, по сумочкам все разложим, - машет руками Фроловна, вертя перед глазами свою сумку от именитого дизайнера. – И эта за авоську сойдет.

Подруги собрались, спустились на первый. Осторожно выглянули из подъезда. Дорога была свободна. И, не увидев ничего опасного, они посеменила по двору.

На улице стояла жара. Время перевалило за полдень. Яркое солнце прогрело землю, накалило асфальт, заставляя людей искать место в тени.

Народа было немного. Они обратились к первой попавшей девушке, спросив у нее о наличии продуктового магазина на районе. Получив от нее направление, в котором надо двигаться, подруги засеменили в сторону ближайшего магазина.

- Японский городовой, это ж что ж такое делается, - восхищенно говорила Марковна, прогуливаясь между полок магазина, забитого продуктами. – Это ж откуда все? Почему мы в очередях давились, а тут оно воно как? Хошь пирожное, хошь мороженное…

- Изобилие, это невероятно, - бормотала про себя Тимофеевна. – Девочки, а может сейчас уже наступил коммунизм?

- Ой, девоньки, а может это все по специальным карточкам, я вот видела, что на кассе дамочка какую-то карточку продавцу подала.

- Чего брать то будем? – спросила подруг Фроловна.

- А что можно?

- Сейчас спросим, - и Фроловна начала оглядываться по сторонам, в поисках продавцов. Возле одного из стеллажей искомая личность нашлась.

- Девушка, - обратилась к ней Фроловна. Изобразив самую подобострастную улыбку, какую только могла из себя выдавить. – А что из продуктов можно брать, может, какие-то у вас по спец.талонам?

Девушка оторвалась от выкладки товара и уставилась на молодую женщину, которая явно несла чушь. До мозга продавца никак не доходил смысл её слов.

- Ну, - подтолкнула её к ответу Фроловна. – Все продукты можно брать?

- Э???? Все???? Э???? – нечленораздельно прозвучало в ответ.

- Уф, а то мы уж подумали, что у вас тут обслуживают по спец.заказам.

- Спец чего? – пробормотала девушка.

- Ну, талоны, специальные…

Девушка настороженно разглядывала посетительниц.

- Значит можно любой товар брать? – вновь задала вопрос Фроловна.

- Эээээ, дддаааа,- проблеяла продавец, подхватилась и унеслась куда-то вдаль.

- Смотри, смотри, все берут вон там тележки и в них продукты складывают, толкала локтем Фроловну Марковна. – Давай и мы возьмем.

Тимофеевна уже бежала к ним тележкой.

- Смотрите, смотрите, как здорово, - искренне радовалась она.

И подруги начали складывать в тележку все, что им понравилось на полке.

- Стойте, - вдруг скомандовала Фроловна. – Как мы это все дотащим? Давайте брать только самое необходимое.

Подруги посмотрели на продукты, что сейчас валялись горкой на дне тележки.

- Тут такие красивые этикетки, мне все хочется попробовать, - жалобно попросила Тимофеевна.

- Ты сама это все домой поволокешь?

- Чей вы, девоньки, переживаете, вызовите такси, вас и довезут, - бросила им старушка, что проходила мимо них.

- Вот еще, деньги этим хапугам платить, - заворчала Фроловна. – Сами дотащим.

Они надрали кучу продуктов, но не успели дойти до кассы, как путь им перегородил мужчина в форме.

- Ваши документы, гражданочки, - произнес он.

Возле него маячила та продавец, к которой они обратились с вопросом.

- Они это, они, - шептала она на ухо человеку в форме. – Вопросы странные задавали, вроде как не от мира сего, может, с сумасшедшего дома сбежали…