Уральский следопыт, 1958-03

Следопыты СООБЩАЮТ

На Севере, в окрестностях Покровска-Уральского, есть речка Колота. Воды ее просачивались в тахту „Первомайская" и принаняли немало неприятностей горнякам.

Было решено отвести реку в новое русло. Однако, как показали подсчеты, дело это совсем нелегкое. Шутка ли, надо выкопать глубокую канаву более километра длиной, выбросить свыше семисот тысяч кубометров земли.

Задачу помогла решать взрывники. Они предложили всю эту массу земли „выкопать" взрывчаткой.

И вот 25 марта этого года произошел крупнейший в истории нашей страны взрыв. На протяжении 1100 метров было вырыто более 40 шурфов различной глубины. В них заложили 3100 тонн тротила а аммонита1

Такой необычно большой взрыв очень заинтересовал геологов и геофизиков. С его помощью они могла решить некоторые важные научные проблемы. Поэтому наблюдать взрыв съехалось много ученых. Один из них, профессор Анатолий Алексеевич Малахов, рассказывает о том, что он увидел.

На снимках: слева – различные стадии взрыва; справа (сверху вниз): 1) в 800 метрах от места взрыва; 2) в 200 метрах от места взрыва; 3) в 100 метрах от места взрыва; 4) будущее русло реки Колонги.

25 марта, в 2 часа дня по месткому времени, одновременно с последней предупредительной ракетой начальник взрыва Станиславский взмахнул рукой и крикнул: «Огонь!» Эту команду передали специальным сигналом по радио и одновременно был включен ток к электродетонатору.

Если посмотреть на взрыв через «лупу времени» – заснять события с помощью среднескоростной киносъемочной камеры, дающей 1000 кадров в секунду, то можно увидеть последовательные стадии взрыва. Взрыв был растянут на 170 миллисекунд (тысячных долей секунды). Это так называемое ко-роткоэамедленное взрывание смягчило толчок, и в поселке не произошло разрушения зданий.

В первую же миллисекунду произошел запал взрывчатки в том шурфе, где установили боевик. Этот шурф был соединен детонирующим шнуром с остальными шурфами и взорвал их.

Для нас, наблюдателей взрыва, все заряды слились в один Толчок, яркую вспышку и глухой удар. От толчка все мы пошатнулись, удар и вспышка вызвали крик восхищения. В небо, на 300 – 400 метров, взметнулся купол дыма, огня и осколков породы. Купол рос на глазах. В середине его вырос огромный дымовой столб от наиболее крупного заряда. В одном этом заряде было 152 тонны взрывчатки. Затем масса дыма и пыли стала расплываться, терять куполовидные очертания; слабый ветер понес дым и пыль на поселок.

За «работой» взрыва наблюдали не только глазами. Специальные сейсмические станции, расположенные далеко вне зоны взрыва, «слушали» его сигналы и по ним узнали многое.

Каждое искусственное землетрясение – взрыв – интересно тем,

что можно, расставив должным образом сейсмические станции, получить характеристику горных пород там, где это нам необходимо. Взрыв в Покровске-Уральском давал нам возможность осветить геологическое строение тех участков Урала, которые еще недостаточно изучены. Это был сигнал в неизвестное.

Дело в том, что волны, идущие от очага взрыва или центра землетрясения, проходят с разной скоростью по различным породам. Так как волны на своем пути неоднократно преломляются и отражаются, то к пункту наблюдений они приходят в разные сроки.

Этой особенностью я воспользовались геофизики для важных выводов. Существуют способы, позволяющие рассчитать и определить тип горных пород, по которым проходила волна, их мощность, свойства и др.

По радиосигналу, переданному с командного пункта, на месте взрыва включались записывающие системы сейсмоприемников. До Свердловска первые волны шли около минуты, а потом в течение 1,5 – 2 минут их «догоняли» другие – преломленные и отраженные волны различной силы.

Восемь специальных сейсмических станций были расставлены в разных пунктах Урала, Предуралья и Зауралья. Кроме того, все сейсмостанции Советского Союза принимали сигналы из Покровска-Уральского.

Больше часа мы ждали, когда канава проветрится от газов и ее осмотрит служба техники безопасности: ведь могли остаться невзор-вавшиеся заряды. Наконец по команде «отбой» все устремились к месту взрыва, чтобы осмотреть результаты. А они были немалыми. В радиусе около 800 метров лес оголило и повалило, на снегу лежали крупные и мелкие каменные глыбы. Некоторые из них весили сотни тонн. Это все – обломки крепких скальных пород, порфирмтов, древних застывших лав. 350 миллионов лет пролежали в земле эти лавы, включающие «вулканические бомбы». И вот, эти бомбы снова поднялись в воздух и веером расположились вокруг зоны взрыва. На снимках видно, какие они большие.

Свыше 700000 кубических метров пород было поднято вверх. Образовалась траншея 1 100 метров длиной, до 33 метров глубиной идо 120 метров шириной (в верхней части). По этой траншее потекут воды речки Колонги, после того как она будет перегорожена плотиной.

После взрыва у ученых началась кропотливая работа: надо собрать все записи сейсмостанции и вдумчиво обработать их.

Напомним, что знаменитый Коркинекий взрыв, при котором 16 июля 1936 года взорвали 1800 тонн взрывчатки, позволил установить в окрестностях Челябинска толщину земной коры. Она оказалась равной 38 километрам. Земная кора расслоена здесь на четыре слоя: в 10, 7, 12 и 9 километров.

Такие же материалы мы ждем и от взрыва в Покровске-Уральском. Что даст анализ сигналов, записанных сейсмостанциями? Сейчас пока трудно предугадать, какие будут результаты. Мы ждем ответа на многие вопросы. Нас интересуют и границы Уральского хребта, и его строение на глубине, пока недоступной бурению. Интересует и толщина земной коры в этом районе. С помощью взрыва мы можем уточнить наши планы по дальнейшим поискам разнообразных полезных ископаемых.

Сигнал в неизвестное, неоднократно преломленный и отраженный, поможет нам разгадать некоторые тайны строения Уральских гор.

Проф. А. А. МАЛАХОВ