Усмиритель: кровавая резня

Глава 20 Ограбление

Вечером следующего дня, через сутки после нападения «Адептов дьявола» на логово ребят с улицы Честер, Билли Потрошитель вышел из здания на Кадвелл стрит вместе с двумя ближайшими помощниками, Брюсом Башней и Алексом Мышцы. Перед тем, как сесть в красный двухдверный «Форд Маверик Граббер» объемом двигателя 4.9 литра, Билли зашел в аптеку «Рафа».

— Я хочу выпить молочный коктейль, — сказал он парням. Брюс недоверчиво усмехнулся и направился к водительскому сиденью, а огромный Алекс, бодибилдер и участник конкурса «Мистер Вселенная», промолчал и встал возле другой дверцы. — Садитесь, я сейчас подойду.

Открыв стеклянную дверцу, он подошел к прилавку, за которым стоял Рэдклифф Раф, сын основателя аптеки, низкорослый улыбчивый мужчина в очках, с круглым животиком и короткими пухлыми ручками. Высокий лоб и тщательно зализанные назад каштановые волосы, по бокам спускающиеся от висков до кончиков нижней челюсти.

Карие глаза за линзами очков для шести диоптрий казались больше, чем на самом деле. Он был одет в укороченные трикотажные коричневые штаны и белую рубашку с двумя нагрудными карманами, в которых виднелись две авторучки и кожаный черный блокнотик.

Билли подошел ближе и слегка улыбнулся Рафу.

— Дружище, дай мне быстренько две упаковки «маленького помощника для мамы», а то я тороплюсь.

Рэдклифф Раф улыбнулся в ответ и даже слегка поклонился, но не отошел от прилавка.

— Вы имеете ввиду валиум, мистер Фишер? — он продолжал улыбаться толстыми губами и вежливо спросил, как будто невзначай: — Конечно, одну минутку, а вы, конечно же, покажете мне рецепт?

Билли показалось, что он ослышался. Одним из условий существования аптеки «Рафа» на первом этаже их здания было как раз соглашение о беспрепятственном отпуске любых препаратов.

Кроме того, через аптеку легально проходили сотни галлонов аммиака и пищевой соды, необходимой для изготовления крэка. Короче говоря, этот гребаный Рэдклифф превратился в бешеного пса, который пытается укусить погладившую его руку.

— Что ты сказал, придурок? — хрипло спросил Билли, чувствуя, что от бешенства у него пересохло в горле. — Какой такой рецепт? Ты совсем спятил, что ли?

Из посетителей в аптеке находилась только пожилая женщина в синем узорчатом платье в виде лепестков роз и с серой ситцевой шляпкой на голове. Седые локоны тщательно завиты и уложены.

В левой руке она держала наполовину выкуренную сигарету, а в правой корзинку для продуктов с двумя медовыми булочками и бутылкой молочного стаута «Корк». Женщина стояла возле стеллажа с мятными леденцами. Услышав Билли, старушка обернулась и неодобрительно покачала головой.

Рэдклифф Раф продолжал улыбаться, хотя и чуточку побледнел. Рядом с кассовым аппаратом задребезжал телефон и владелец аптеки бросился поднимать трубку.

— Аптека «Рафа», — чуть сбивчиво сказал он. — Слушаю вас, мэм.

Продавец стоял за прилавком, держа черную трубку возле уха и слушая неразборчивую речь клиентка, а Билли Потрошитель не мог понять, что случилось. Раньше Рэдклифф первым делом отслужил бы его и только потом ответил бы на звонок. Но теперь этот гавнюк намеренно игнорирует его.

— Эй, Раф, быстро дай мне валиум, — все так же хрипло сказал Билли, продолжая стоять на месте и положив правую руку на прилавок, рядом с баночками молочка для детского питания «Фомон». — У меня нет времени, слышишь, придурок?

Рэдклифф приложил указательный палец к губам, призывая к тишине. Потом закрыл трубку левой рукой, улыбнулся и прошептал:

— Мистер Фишер, аптека «Рафа» больше не сотрудничает с вашей компанией. У нас другие клиенты, более влиятельные. Мы находимся под их покровительством. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?

Это было настолько неожиданно, что Билли сначала растерялся. Он не отличался сообразительностью. А потом понял.

— Ты хочешь сказать, что вы перешли к «Адептам»? — спросил он. — Когда же вы успели? Не слишком ли рано ты похоронил нашу банду, придурок?

Он перескочил через прилавок и схватил Рэдклиффа левой рукой за рукав рубашки, чуть выше локтя, а правую завел за спину и схватил за ремень штанов. Аптекарь пытался высвободиться, в панике держа трубку телефона. Клиентка продолжала что-то бубнить.

Правую ногу Билли поставил между ног Рэдклиффа и быстро рванул его вперед и в сторону. Чуть развернулся на ноге и присел. Одновременно упер таз в бедро мужчины, крепко держа за пояс и рукав.

— Что вы делаете… — начал было Рэдклифф, но Билли резко выпрямил ноги и ударил тазом по его телу.

Получился мощный толчок, как катапульта. В ту же секунду Потрошитель напряг руки еще сильнее и потянул их по дуге в сторону и вниз, придавая броску еще большую силу. Тело Рэдклиффа оторвалось от пола, перелетело через спину и бедра Билли и врезалось в прилавок.

Хрупкое сооружение из досок и стекла разлетелось на куски, стекло зазвенело, банки и склянки с лекарствами и таблетками посыпались по полу. Телефон с грохотом упал на доски, корпус треснул.

Рэдклифф закричал от боли, потому что в правую ляжку ему вонзился осколок стекла и еще он сломал ребро. Он продолжал сжимать бесполезную черную трубку телефона.

— Что вы себе позволяете, молодой человек? — в ужасе закричала пожилая женщина, прижав ладони к щекам. — Что это значит? Я вызову полицию!

Не обращая на нее внимания, Билли наклонился и ударил кулаком Рэдклиффа в лицо, искаженное от боли. Аптекарь тут же перестал кричать, а Билли ударил его еще два раза. Осколки стекла трещали под ногами, еще одна стенка прилавка упала на пол.

— Ты не смеешь так разговаривать с нами, понял? — закричал Билли, наклонившись над Рэдклиффом. — Мы дали тебе это место, понял, мерзкий придурок? Ты ходишь под нами и если мы захотим прикончить тебя, нам не помешают никакие твои покровители, ты понял?

Он продолжал бить, пока Рэдклифф не потерял сознание, а испуганная женщина не присела возле стеллажей, боясь пошевелиться от страха. В аптеку вбежал Брюс, схватил шефа и оттащил от потерявшего сознание аптекаря.

— Я тебя прикончу, слышишь? — кричал Билли, тряся окровавленным кулаком. — Я прикончу каждого, кто считает, что наша банда больше ни на что не способна, ясно?

Брюс вывел его наружу и усадил в машину. Похлопал по плечу.

— Успокойся, командир, что такое? Это всего лишь Раф, он никуда не денется.

Билли постарался успокоиться. Ему надо принять этот долбаный валиум, без таблеток он уже не может спать, горло пересыхает и трещат виски.

— Ты представляешь, что этот придурок заявил мне? — спросил он, тряся окровавленными костяшками пальцев. Алекс Мышцы отъехал от здания и помчался по Кадвелл стрит. Билли достал носовой платок из кармана джинс и вытер кулаки. — Он сказал, что больше не работает с нами. Он теперь под «Адептами». Представляешь, какой охеревший козел?

Алекс Мышцы молчал и вел машину, а Брюс присвистнул и оглянулся назад.

— Тогда ты ему мало врезал. Надо было вообще завалить этого придурка. Я потом еще раз с ним поговорю. Или сейчас вернемся?

Но Билли уже успокоился. Покачал головой и указал вперед.

— Нет, поехали, а то мы опаздываем. А Макдугалл не любит, когда к нему опаздывают. Давай быстрее, Мышцы.

Через пять улиц они выехали на Ист-Бруксайд и свернули на запад. Прорвались через Гранд канал. Красное большое солнце садилось за крыши домов и мелькало между веток акаций, сосен араукария и жакаранд.

— Билли, а ты уверен, что к Макдугаллу стоит соваться? — осторожно спросил Брюс с заднего сиденья. — Он не сдаст нас Охотникам?

Билли глядел в окно и ответил не сразу.

— Не знаю, дружище, как будет. Мы с ним знакомы давно, вместе ходили на борьбу и на одно крупное дело. Только он сможет помочь найти деньги, чтобы сохранить банду.

Брюс замолчал, а Билли продолжал смотреть в окно и вспоминать прошлое.

Еще бы. Если получится провернуть такое же ограбление, как четыре года назад, они поднимут кучу бабла.

1968 год, аэропорт Лос-Анджелеса.

Около двух часов ночи, во вторник, 11 июня, шестидверный черный фургон «Форд Фалькон» с выключенными фарами и ложными номерами бесшумно подъехал к зданию шестьдесят два грузового терминала «Юнайтед Эйрлайнз».

Двое парней в черных комбинезонах, перчатках, лыжных масках и кепках выскочили из кабины с старыми чугунными болторезами номер двадцать производства завода «Портера Х. К.». Быстро перерезали цепь на воротах.

Одним из парней был Билли Фишер, уже тогда получивший кличку Потрошитель за безжалостное отношение к соперникам во время соревнований по вольной борьбе. Второй — Джо «Далай-лама» Моран, выходец из Гаваев, прозванный так за узкие глаза и невозмутимость.

Ворота открылись, фургон заехал на парковку. Территорию освещали фонари, неподалеку, ревя двигателем, зашел на посадку «Боинг 707−321С Клиппер Карибиан».

Из фургона выскочили еще двое, тоже полностью укутанные в черную одежду, вооруженные револьверами «Хай стандарт дабл» 22 калибра и, стуча каблуками, поднялись по железной лестнице западной башни. Войдя внутрь, они встретили и взяли в заложники Джона Эйхэна, старшего грузового агента. Тот шел со стаканчиком черного кофе в руке и пролил на ноги обжигающую жидкость.

Грабители провели пленника в столовую, где обнаружили еще троих сотрудников «Юнайтед Эйрлайнз». Все мужчины. Их заставили лечь на пол, связали и накрыли повязки на глаза.

Главный среди нападающих, Роберт Макдугалл, ударил Эйхана рукоятью револьвера по лбу и спросил, кто еще находится на складе. Грузовой агент ответил, что там только менеджер по грузоперевозкам и агент по перевалке грузов.

— Смотри у меня, если соврал, я вернусь и пристрелю тебя, — пригрозил Макдугалл.

В то же время в столовую как раз пришел сотрудник авиакомпании, менеджер по грузоперевозкам Луи Уэлман. Третий участник ограбления Том Симон по кличке «Два пистолета» достал шестизарядный револьвер двойного действия «Смит-Вессон» двадцать седьмой модели и ударил Уэлмана по скуле. Затем схватил за волосы и присоединил к другим пленникам.

Макдугалл и Далай-лама Моран пошли вместе с Эйханом в хранилище авиакомпании с двойной дверью, в котором держались деньги, перевозимые для «Банк оф Америка» и «Ферст Нэшнл Сити банк». Эйхан помог открыть хранилище и грабители извлекли двадцать коробок с деньгами и перенесли их в фургон.

После этого налетчики забрались в фургон и уехали из аэропорта. Сотрудникам терминала они приказали оставаться на местах до прихода охраны утром.

За рулем фургона теперь сидел Билли Потрошитель и направился он прямиком в авторемонтную мастерскую в местечке Тэмпа Вилли в районе Сенчури-Сити.

В коробках оказалось шестьсот тысяч долларов, каждый из участников ограбления получил по сто тысяч. Макдугалл взял триста, из них сто пятьдесят он забрал себе, пятьдесят должен был отдать сотруднику аэропорта Соупу за наводку и оставшиеся сто тысяч предназначались Ларри Жуку, имевшему связи с семейством Феррарелла. С их согласия и произошло ограбление.

— Симон, позаботься о тачке, — сказал Макдугалл, когда они посчитали деньги, разделили и положили в льняные глубокие мешки. — А мы расходимся. Теперь надо залечь на дно, поняли, ребятишки?

Они быстро разбежались и Билли отправился на Беверли Хилз, к своей девушке Эльзе. Девушка два года назад приехала из Брокен-Арроу, штат Оклахома, чтобы сделать карьеру актрисы или модели, а вместо этого работала официанткой в том же баре, что и Билли.

На радостях они гуляли с девушкой два дня подряд, не выходя из дома, а на утро третьего дня Билли проснулся и обнаружил Роберта Макдугалла, сидящего рядом с деревянной кроватью из шпона темного дерева с простынями и покрывалами горчично-желтого цвета. Тот курил сигарету из пачки «Пэлл Мэлл», лежащей на туалетном столике рядом.

Еще Макдугалл задумчиво смотрел на лежащих на кровати Билли и Эльзу и держал в руке револьвер «Хай стандарт дабл» 22 калибра.

— Какого дьявола ты тут делаешь, Роб? — спросил Билли, прикидывая, успеет ли он выскочить из постели и обезоружить незваного гостя. — Как ты вошел?

Макдугалл потушил сигарету о светло-коричневую поверхность туалетной столика, за что впоследствии Билли пришлось выслушать немало упреков от Эльзы и сказал:

— Пятьдесят кусков. Ты должен отдать мне пятьдесят кусков от твоей доли. Надеюсь, ты еще не успел потратить все бабки на свою рыжую шлюху?

К тому времени Билли уже рассчитал, что преимущество в любом случае на стороне гребаного визитера. Он не успеет ничего сделать, прежде чем Макдугалл нашпигует его из своего револьвера омедненными пулями 5,6 мм с экспансивной полостью в головной части.

— Какого хера, ты совсем спятил, ублюдок? — возмущенно спросил он. — С чего это я должен отдавать тебе половину моей доли.

Макдугалл кивнул.

— Хорошо. Я смотрю, ты не успел все потратить. Смотри, у тебя два варианта. Ты можешь отдать мне бабки и жить спокойно дальше, потрахивая свою рыжую шлюшку и поколачивая пьяных забулдыг в своем баре. Или оставить при себе и тогда люди семейства Феррарелла найдут и придушат тебя в течение трех дней после того, как я уйду.

Поскольку Билли продолжать сидеть в постели с недоумевающим видом, он объяснил, что случилось. Оказывается, долбанутый Том Симон, вместо того, чтобы сжечь фургон или раздавить его под прессом, оставил машину себе, даже не снял номера. Только по счастливой случайности он избежал ареста. Копы конфисковали машину и уже наверняка разобрали ее по винтикам, чтобы найти отпечатки пальчиков.

— Ларри Жук приказал мне зачистить всех, — сказал Макдугалл, глядя на Билли большими светло-зелеными глазами. — Симон и Далай-лама уже на том свете, я сам их пришил. Тебя я выторговал у семьи Феррарелла в обмен на пятьдесят кусков, только из-за Джулии. Так что решай, прямо здесь и сейчас.

Вот оно что. Макдугалл когда-то встречался с сестрой Билли, знойной брюнеткой Джулией, еще когда они занимались вольной борьбой. Потом Джулия ушла от Макдугалла, сказав, что боится его, но, оказывается, малыш Роб, с холодными блестящими глазами, убивший по заказу мафии не менее двадцати человек, умел любить.

— Вот капуста, — Билли встал с постели в трусах и вытащил мешок с деньгами из-под кровати. Отсчитал пятьдесят кусков, отдал Макдугаллу. В мешке остались жалкие двадцать тысяч. — Как пришли, так и ушли. Как говорится, лучше быть бедняком, чем разбогатеть с грехом.

Макдугалл кивнул, забрал деньги и ушел. Впоследствии в новостях Билли узнал, что связанное тело Симона найдено подвешенным в грузовике с морозильной камерой для хранения мяса, а Джо «Далай-лама» Морана обнаружили застреленным в собственной машине, припаркованной рядом с домом. Пулю показательно пустили в затылок.

И вот сейчас Билли Фишер Потрошитель ехал вместе с помощниками к Макдугаллу, которого видел только пару раз после ограбления аэропорта. Чтобы добраться до старинного приятеля, им пришлось выехать в Вест-Бруксайд, на враждебную территорию Охотников.

После того, как они пересекли Гранд канал и проехали девять кварталов, Билли указал влево.

— Сверни по Саут Уилмингтон, потом через две улицы направо.

Алекс Мышцы так и сделал и вскоре приказал остановиться возле небольшого одноэтажного особняка с зеленоватой черепичной крышей, чисто постриженным газоном и бежевый бетонной подъездной дорожкой. Из общего стандарта выбивался только ярко-красный ящик для писем с изображением желтого почтового рожка на корпусе. Краска уже старая и пузырящаяся, доска, на которой крепится ящик, слегка покосилась.

— Ждите меня здесь, — сказал Билли, вышел из машины и направился к дому.