Глава 16

— А это кот.

Элис ткнула пальцем в рисунок животного. Роман присмотрелся, а потом опустил взгляд ниже и увидел надпись на остроском.

— Кот, — прочитал он.

Элис уговорила своего отца разрешить ей ехать в задней части обоза. Хитч и Конгрин сидели на козлах фургона и по очереди управляли лошадьми, поэтому в телеге их было трое: Роман, Горф и Элис. Горф по большей части дремал, но время от времени посматривал на дорогу и по сторонам — особенно в те моменты, когда обоз проезжал через лес.

Похоже, Элис совсем не смутила скорость, с которой Роман выучил все буквы алфавита нового для него языка. Она показывала ему картинки и слова из своей детской книги и, по просьбе Романа, говорила на остроском.

— А вот это крыса, — сказала Элис.

— Крыса, — повторил Роман.

Он приметил, как Горф глядел на него из-под полуприкрытых век и прислушивался к разговору. Роман сделал вид, что ничего не заметил и продолжил листать книгу вместе с Элис.

Когда солнце перевалило зенит, они сделали остановку около воды. Кажется, это была вчерашняя река — она простилалась далеко вперёд. На открытом поле остановились не только они: здесь было много людей. Роман знал, что готовить нужно было только утром и перед сном, поэтому достал лишь вчерашний хлеб, яблоки и припасённый квас.

Сегодня была на удивление солнечная погода — гораздо лучше, чем в прежние дни. Некоторые мужчины разделись догола и полоскались в реке, не стесняясь дам, собравшихся вместе невдалеке. Роман осушил стакан с квасом и почесал отросшую бороду.

— Побриться бы, — сказал он вслух, когда Конгрин схватил яблоко и встал рядом. — Только чем?

— Подожди-ка.

Конгрин подошёл к телеге и начал копаться в своём мешке. Через несколько секунд он достал клинковую бритву и кусок тёмного мыла.

— Пошли.

— Конгрин, да я бы и сам…

— Давай-давай, не тулись, — перебил его Конгрин, надкусив яблоко. — И полотенце какое-нибудь для себя найди: этого добра мы для всех навалом нагрузили.

Роман по-доброму хмыкнул и сделал то, о чём сказал Конгрин. Они прошли к берегу, и Роман снял рубаху и бросил на неё свою серебряную подвеску.

— Благородная Кормилица… — вдруг пробормотал Конгрин. — Да на тебе живого места нет.

Роман провёл ладонью по шрамам на груди, коснулся надплечья — казалось, эти увечья он получил многие годы назад. Роман ни от кого не скрывал два тонких шрама на шее, оставшихся после самой первой встречи с даграми, но никогда не снимал одежду в чужом присутствии.

— Где это тебя так? — спросил Конгрин.

— В лесу, — коротко ответил Роман.

Конгрин не стал больше задавать вопросов, и Роман, приняв из его рук мыло, напенил бороду.

— Садись, — сказал Конгрин.

Роман опустился на колени, а Конгрин начал ловко сбривать волосы на его лице.

— Командир заставляет бриться всегда, — произнёс Конгрин.

— Командир? Ты про Горфа?

— А про кого же ещё? — усмехнулся Конгрин. — Он всегда говорил, что в бою за бороду можно схватить и пузо проткнуть. И кому это надо?

— А как же волосы на голове? — улыбнулся Роман.

— Так у меня длина три пальца! Да и прикрыть голову можно. Главное солдату — до плеч не растить. А то бывали у нас такие…

— Горф раньше воевал?

— Воевал, — кивнул Конгрин, сполоснув бритву в реке. — Война давно закончилась, но стычек то там, то тут хватало. Командир наш сержантом в армии стал, сержантом и ушёл, а потом на службу к господину Эвернарду нанялся.

— А ты как на службу попал?

— Как попал? Да просто! Матушка с командиром знакома, вот и отправила к нему. Три года прошло уж, как у господина Эвернарда оказался.

— Так ты с Остроса?

— Ну да, как и командир, и господин Эвернард.

— А Хитч?

— Хитч здешний, — ответил Конгрин. — В Старом Азкле родился. Как господин Эвернард за товаром сюда отправляется, так он всегда с ним едет.

— Далеко его занесло.

— Ну так и ты через полмира куда-то собрался.

— И то верно, — хмыкнул Роман.

— Ну-ка голову подними.

Конгрин сбрил остатки волос на шее Романа и присмотрелся.

— Помолодел, — сказал Конгрин. — И не узнать без бороды.

Роман умылся, а потом взглянул на своё отражение в воде: действительно, сбросил лет десять, не меньше. Рядом задорно закричали мужики, брызгая друг на друга водой, и забегали по берегу. Роман поспешно поднялся на ноги, вытерся полотенцем и надел кельтский талисман обратно на шею.

— Бр-р-р, — вздрогнул Конгрин. — Как при таком холоде купаются?

Роман поднял рубаху, закинул полотенце на плечо и вдруг поймал на себе взгляд одного из мужчин. Мужчина посмотрел на рубаху в его руках, на шрамы, а потом взглянул на подвеску. Он подошёл поближе к Роману и бесцеремонно спросил:

— Ты кто?

— Мы едем с господином Эвернардом, — ответил за Романа Конгрин после недолгого молчания, а потом вежливым тоном спросил: — С кем говорю?

— Рыцарь Дуфф Вайль. Я так понимаю, простолюдины?

— Да, господин, — произнёс Конгрин. — Я охранник. Роман — повар.

— Откуда у простолюдина-повара такая дорогая вещь? — ткнул в подвеску Дуфф.

Роман заметил удивлённый взгляд Конгрина, который только сейчас заприметил талисман.

— Тонкая работа, — продолжил Дуфф. — Драгоценный металл, чистый. Серебро?

— Серебро… господин, — напряжённо ответил Роман.

Подвеска действительно выглядела неплохо, но в России она стоила не больше нескольких тысяч рублей — на Земле подобное украшение при большом желании могли приобрести даже нищие.

— Где взял?

— Подарок.

— Стало быть, украл, — осклабился Дуфф.

За разговором с интересом наблюдали остальные мужчины. Дуфф протянул руку к подвеске, и Роман перехватил его за запястье.

— Ты чего делаешь, отребье? — огрызнулся Дуфф.

— С каких это пор рыцарям разрешили красть у простого народа?

— Роман, не надо, — тихо произнёс Конгрин.

Дуфф с силой одёрнул руку и громко заговорил, привлекая всеобщее внимание:

— Господа! Напомните мне, какое наказание должна понести чернь, оскорбившая рыцаря?

— Пять ударов кнутом! — закричал один из мужчин.

— Пять? Десять, чтобы запомнил!

— Господа, напомните мне, какое наказание должен понести вор? — спросил Дуфф.

— Чего думать? Отрубить пальцы паршивцу, и дело с концом!

Роман чувствовал, как нарастает напряжение. Это напряжение передавалось и Уилсону, который, казалось, готов был вырваться наружу в любую секунду. Конгрин тихо извинился перед Дуффом и побежал к месту стоянки — видимо, просить помощи у Эвернарда.

«Надо успокоиться, — подумал Роман. — Это может плохо закончиться».

— Стало быть, — развёл руки Дуфф, — справедливое наказание должно быть исполнено, а украденное возвращено.

— Возвращено кому? — сухо спросил Роман.

— Прежнему владельцу, — с улыбкой ответил Дуфф. — А пока не объявится прежний владелец, украденное должно остаться на хранении.

«Вот это наглость, — досадливо подумал Роман. — Полная безнаказанность».

— Что здесь происходит? — послышался за спиной голос Эвернарда.

— С кем имею честь говорить? — спросил Дуфф.

Наверняка Дуфф оценил одежду Эвернарда и понял, что перед ним стоит не какой-то простолюдин. Здесь же оказались Галэн, Конгрин, Горф и Хитч.

— Купец Эвернард Гервассиус, младшее дворянство.

— Купец Галэн Таронат, младшее дворянство.

— Я рыцарь Дуфф Вайль. — По изменившемуся лицу Дуффа было видно, как он относится к купцам. — Подождите, господа.

Последнее слово Дуфф произнёс с нажимом и последовал к месту, где оставил свою одежду. Он начал медленно обтираться полотенцем, а потом неспеша надел штаны и обувь. Всем своим видом Дуфф показывал пренебрежение к Галэну и Эвернарду, которые ожидали всё это время. Остальные мужчины тоже начали потихоньку одеваться, весело переговариваясь друг с другом.

— Итак, господин Эвернард, господин Галэн. — Дуфф насмешливо наклонил голову и улыбнулся. — Этот вор работает на вас?

— Вор? — спросил Галэн.

— Роман трудится у меня поваром, — сказал Эвернард. — Господин Дуфф, почему вы решили, что он вор?

— Гляньте на амулет, — произнёс Дуфф. — Разве может простолюдин позволить себе такое?

Эвернард взглянул на подвеску и обеспокоенно спросил:

— Откуда это у тебя, Роман?

— Подарок, господин Эвернард, — ответил Роман. — От близкого человека.

— Ложь! — крикнул Дуфф.

— Господин Дуфф, — сказал Галэн, — при всём уважении, но как вы можете обвинять человека в воровстве, не имея на то доказательств?

— Вы ставите под сомнение слова господина Дуффа? — спросил один из мужчин, выйдя вперёд.

— Простите, а вы?..

— Рогир Миллард.

— Миллард? — переспросил Эвернард. — Вы младший сын графа…

— Рослина Милларда, — кивнул Рогир. — Вы знакомы с моим отцом?

— Нет, что вы, господин Рогир, — ответил Эвернард. — Но кто ж вашего отца не знает? Тоже в Острос путь держите?

— Да, — ответил Рогир.

— Что вас сюда привело?

— Дела, — произнёс Рогир.

— Господин Рогир, — обратился Галэн, — при всём уважении, но слов господина Дуффа и вашего одобрения недостаточно для того, чтобы решить судьбу нашего повара.

— Вы хотите принизить мой статус, господин Галэн?

— Ни в коем случае, господин Рогир, — вежливо произнёс Галэн. — Однако я напомню присутствующим здесь господам, что правом судить простолюдинов владеют графы, а не их сыновья. Даже старшие сыновья графов, ставшие баронами по праву рождения, могут судить простолюдинов только на своей земле. Если вы хотите честного суда, мы можем подождать до тех пор, пока не доберёмся до Остроса.

Заувен упоминала, что старшие сыновья наследуют титул графа. Однако пока граф был жив, старшие сыновья носили титул на ступень ниже — на Террае это был барон. Младшие же сыновья титула не имели, но при этом оставались дворянами.

«Рогир даже не барон», — понял Роман.

Роман встретился глазами с Галэном и незаметно кивнул. Судя по всему, Галэн хорошо разбирался в этих извилистых правилах высшего дворянства.

На поле повисла тягучая тишина. Было слышно только, как на мелководье выскочила из воды рыба и нырнула обратно. Едва поклонившись, Галэн нарушил тишину:

— Благодарю вас за уделённое время, господа. Боюсь, нам пора отправляться в путь.

Сказав это, Галэн развернулся и пошёл к обозу. Эвернард неуверенно последовал за ним следом, а потом подключились и остальные.

— Господин Галэн, — вдруг услышал Роман голос Рогира, — кажется, вы кое-что забыли.

— Да, господин Рогир? — обернулся Галэн.

— Ваш повар оскорбил рыцаря при всех, — без тени улыбки произнёс Рогир. — Схватил за руку и нагрубил. Один из ваших людей может подтвердить это. Думаю, господин Дуфф вправе назначить наказание за подобную дерзость.

— Десять ударов плетью, — едко произнёс Дуфф.

— Или ваш повар может попробовать защитить свою честь в поединке, — сказал Рогир.

Мужчины вокруг заговорили, и Роман посмотрел на встревоженное лицо Конгрина — он ведь действительно был свидетелем этой перепалки и мог подтвердить слова Рогира. Рыцарь в такой ситуации имел больше прав, и каждый из присутствующих понимал это.

— Плеть у нас найдётся, — сказал Дуфф, щёлкнув пальцами. — Эй, Данг! Неси сюда плеть!

Молодой парнишка, расчёсывавший коней недалеко от берега, сорвался с места и побежал к повозке. Роман проследил за ним взглядом и, бросив рубаху с полотенцем на землю, произнёс:

— Я готов защитить свою честь в бою.

Через секундную паузу мужчины громко загоготали, а растерянный Эвернард подошёл к Роману и чуть ли не в ухо зашептал:

— Он тебя на куски изрубит. О чём ты думаешь? Десять ударов плетью ты выдержишь, но не бой с рыцарем.

— Простите, господин Эвернард, — твёрдо произнёс Роман. — Я принял решение.

Кто-то уже успел вручить Дуффу меч, а мужчины шутя давали ему советы. Роман повернулся к Конгрину и попросил:

— Одолжи мне свой меч.

Конгрин молча вынул оружие из ножен и передал в руки Роману. Роман посмотрел на Галэна и встретился с его заинтересованным взглядом. Галэн коротко кивнул и чуть-чуть улыбнулся. Может быть, это было какое-то особенное эльфийское чутьё, но Галэн, похоже, не стал хоронить Романа раньше времени — он выглядел совершенно спокойно. Роман перехватил меч поудобнее и кивнул в ответ.

— Вернись обратно и не смотри! — крикнул Эвернард, заметив стоящую недалеко Элис в сопровождении дочерей Галэна.

— Ну папа!

— Это не обсуждается, Элис! — гаркнул Эвернард.

Элис обиженно оттопырила нижнюю губу и, резко развернувшись, помчалась к фургону. Эвернард был на взводе и едва мог справиться с волнением.

— Господин Галэн, не могли бы вы?.. — спросил Эвернард.

— Конечно, — кивнул Галэн и обратился к дочерям: — Виана, Ангэрэт, составьте госпоже Элис компанию.

Дочери Галэна отправились вслед за Элис, и Дуфф нетерпеливо выкрикнул:

— Ну что, долго ты там?

Роман встал в стойку напротив Дуффа, а остальные разошлись по сторонам. Дуфф немного нахмурился, заметив стойку Романа, но не сказал ни слова. Роман неожиданно вспомнил дни, проведённые с Эврой. Несмотря на то, что полузвери бились только с помощью своих когтей и зубов, Эвра часто тренировалась с ним на мечах для того, чтобы он привык к оружию и изучил все способы защиты и нападения. В голове всплыли её советы.

«Следи за глазами и телом дагров. Не концентрируйся на лапах. Ты должен предугадать движение врага».

Дуфф бросился вперёд и, описав остриём меча дугу в воздухе, сделал выпад. Роман отпрянул в сторону и тут же отразил внезапно последовавший удар сбоку. Дуфф двигался не в пример лучше солдат, которых Роман встретил в лесу — даже по его жилистому и крепкому телу было видно, что он уделял тренировкам много времени.

«Иногда не стоит нападать сразу. Изучи противника. Защищайся и жди момента».

Роман уклонился от мощного рубящего удара. Дуфф начал бить мечом то слева, то справа, не опуская рук. Роман встретил град ударов, и лязг их мечей заглушил крики наблюдателей.

«Чем дольше ты защищаешься, тем быстрее враг теряет бдительность, но не тяни — один пропущенный удар может лишить тебя жизни».

Дуфф вошёл во вкус и начал махать мечом, не заботясь о защите. Роман присел, пропустив над головой меч, нырнул вперёд и резко ударил Дуффа кулаком по подбородку — тот издал стон и попятился назад.

«Надо оставить его в живых, — в одно мгновение решил Роман. — Не буду плодить врагов среди дворян».

Воспользовавшись моментом, он повернул в руке меч и плашмя саданул Дуффа по голове. Раздался глухой звук удара, и через секунду самонадеянный рыцарь уже лежал на земле.

«Вырубился», — понял Роман.

Он тяжело задышал и огляделся. Изумление Конгрина было таким явным, что он выпучил глаза и стоял с открытым ртом. Эвернард бросал потрясённый взгляд то на Романа, то на поверженного Дуффа. Галэн же не казался удивлённым — он даже не старался скрыть довольную улыбку на своём лице. Роману почему-то показалось, что Галэн сам сталкивался с безнаказанностью знати. Интересно, как давно он стал представителем младшего дворянства?

— Он живой! — крикнул один из мужчин, склонившись над Дуффом. — У него кровь!

Роман повернулся к Рогиру и произнёс:

— Я победил. Бой проведён по правилам, господин.

— Разумеется, — задумчиво сказал Рогир. — Сегодня удача на твоей стороне… повар.

— Я бы приложил к голове господина рыцаря что-нибудь холодное, — сказал Роман, посмотрев на Дуффа.

Рогир вопросительно поднял бровь.

— Это поможет облегчить боль, — произнёс Роман и добавил: — Не стану больше отнимать ваше время. Прощайте, господин.

— Прощай, повар, — после недолгой паузы произнёс Рогир.

Роман подобрал с земли рубаху и полотенце. Он присоединился к своей группе и вернул меч.

— Какой зверь в тебя вселился?! — возбуждённо спросил Конгрин. — Ты одолел рыцаря! Рыцаря! Как это у тебя получилось?

— Поздравляю, — произнёс Галэн. — Достойный бой.

— Давно я не видел такой захватывающей схватки, — вступил в разговор Эвернард.

Роман не привык к всеобщему вниманию. Он смущённо улыбнулся и произнёс:

— Немного научился у деда. Повезло, наверное.

— Нам пора в путь, — вдруг произнёс Горф. — Лучше проехать дальше, пока они заняты.

— Мало ли чего теперь господа удумают, — согласно заворчал Хитч.

— Верно, Горф, — сказал Эвернард. — В дорогу!

Прежде чем Роман запрыгнул в телегу, он поймал на себе подозрительный взгляд Яны — всё это время она наблюдала за боем издалека. За эти два дня он так и не слышал, чтобы она с кем-то заговорила.


Остаток дня Роман слушал, как Эвернард пытался вымолить прощение у Элис, едущей с ним в фургоне. Похоже, Эвернард предложил ей все детские блага: игрушки, платья, книги и даже каких-то особенных котят — и это только то, что Роман мог разобрать в их разговоре. Кажется, Элис простила его, согласившись на кроликов, которых Эвернард обещал купить после приезда домой.

Вечером Хитч и Горф пытались найти место поближе к реке. Наступила темень; луна скрылась за тучами, а маленькие факелы освещали дорогу едва ли на пять метров. Однако Роман прекрасно видел в темноте, поэтому первым увидел реку и попросил об остановке, сказав, что почуял илистый запах.

Обоз остановился, и каждый начал заниматься своими делами. Когда Роман спустился к берегу, он почти сразу услышал, как кто-то зашагал за ним по пятам — это был Горф. Роман сделал вид, что ничего не заметил и набрал ведро воды.

— Кто ты такой? — сходу спросил Горф, оказавшись рядом.

— О чём ты?

— Не строй из себя дурня, — зло произнёс Горф. — Умеешь читать, умеешь сражаться на мечах, покрыт непонятными шрамами, носишь дорогую дрянь на шее. Спрашиваю ещё раз: кто ты такой?

Роман глубоко вздохнул и поставил ведро на землю.

— Скажи мне, Горф, разве мой ответ будет иметь хоть какое-то значение? Что бы я сейчас ни сказал, ты всё назовёшь ложью. Так какая разница? Что это изменит?

Горф подошёл совсем близко и почти уткнулся носом в лицо Романа.

— Если я узнаю, что ты скрываешься от кого-то, то первым тебе голову снесу, — сказал Горф. — Не создавай проблем господину Эвернарду.

— Я не беглец, не вор и не убийца, — спокойно произнёс Роман.

Горф сплюнул на землю и пошёл обратно. Когда Роман поднял ведро, Горф повернулся и добавил:

— И не думай, что после боя с криворуким рыцарем у тебя будет особое положение.

— Я по-прежнему повар, а ты — начальник охраны. Меча я не прошу, оплаты тоже. Я делаю свою работу, а ты делай свою.

Горф ничего не сказал и оставил Романа одного.

Загрузка...