В пламени дракона

темница

ГЛАВА 35

ТЕМНИЦА

Карета Касперса была в пути уже неделю, до Мидлтауна оставалось чуть больше трёх дней, при условии, что они будут ехать и дальше в таком же темпе, днём и ночью, без остановки. Но Касперс стал волноваться за девушку, она всё это время находилась в забытьи, он продолжал опаивать её, и казалось, что её жизненная сила утекает. Он решил, что они достаточно далеко, и не будет ничего плохого, если она очнётся, и немного попьет, и поест. Он переживал, что иначе, он может не довести её живой до Мортона, а это грозило плохими последствиями. Рэйли пообещал за неё баронский титул и земли, и столько золота, сколько Касперсу ни за что не заработать мелкими разбоями. И он не дал ей очередную порцию зелья, и скоро Элейн начала приходить в себя. Когда она открыла глаза, она не понимала ни где она, ни что происходит, ни кто этот мужчина, ни куда её везут, ничего. Она смутно вспомнила похороны Рэда Хемсворда, и как она ложилась спать. Больше она ничего не могла вспомнить. Но постепенно, она начала понимать, что происходит, и её медленно, но неотвратимо стал окутывать страх и ужас. Она начала кричать, и пыталась выпрыгнуть из кареты, но Касперс схватил её, и связал ей руки и ноги. Он насильно напоил её водой, и отбросил на сиденье. Потом он предложил ей кусок ветчины, но она не могла есть. От страха она не могла проглотить ни куска. Она быстро догадалась, что это проделки Мортона. Но она не знала, сколько дней она провела без сознания, и как далеко она сейчас от Уайтстоуна. Она рыдала от бессилья и безысходности своего положения, и она очень боялась того, что может случится дальше.

Между тем карета продолжала нестись всё дальше от дома, обрывая все нити надежды на спасение. И вот прошёл ещё один день, а затем ещё, и Касперс сказал ей, что уже сегодня она будет в Мидлтауне. Она обречённо смотрела в окно, за которым проносились поля, сменяясь лесами, и равнинами. И вот, откинувшись на спинку сиденья, она вдруг услышала долгожданный рёв. Они нашли её. Когда она пришла в себя, они смогли почувствовать её. И теперь они здесь. Она хотела выглянуть в окно, но Касперс оттолкнул её, и сам высунул голову из окна. Вдруг карета резко затормозила, и Элейн скатилась на пол. Она слышала рёв своих драконов прямо тут, они были прямо перед каретой, уже на земле. И вдруг она услышала звук льющегося пламени, и карета дёрнулась. Лошади ржали, и запахло палёной плотью. И теперь она слышала, как они приближаются, тяжело и громко опуская на земь свои гигантские лапы, и карета сотрясалась от этих шагов. Элейн заплакала, но теперь уже от счастья, она спасена. Но Касперс, трясущимися руками, обхватив её сзади за шею, прижал к себе и вытащил из кареты. Он прикрывался её телом от разъярённых драконов, и демонстративно держал прямо у её горла огромный кинжал. Драконы остановились. Они были в двух своих шагах от неё, она чувствовала их дыхание на своём теле, всего два шага….но они остановились. Одна лошадь лежала сожженная на земле, другие в ужасе переминались на ногах, издавая испуганное ржание. Беллатрикс взревел, но он больше не двигался, его глаза горели яростью и злобой, но он не шевелился. Ригель и Миракс тоже стояли, Ригель от гнева изверг вверх над каретой столб пламени, и Касперс нажал на нож, и по шее Элейн потекла тонкая струйка крови. Драконы взревели, и гневно мотали головой, но теперь они пятились назад. Касперс велел кучеру срезать ремни с сожженной лошади, чтобы освободить упряжку от трупа, и когда тот закончил, он снова затащил её в карету, и скомандовал кучеру:

- Гони, гони быстрее.

И они снова неслись в карете, теперь уже запряжённой тремя лошадьми, а драконы кружили над ними с диким рёвом, время от времени озаряя небеса столбами пламени, пребывая в разъярённом, но совершенно беспомощном состоянии. Элейн была в смятении, она понимала, драконы не станут рисковать её жизнью, и хитрый Касперс воспользовался этим. Элейн видела, как тряслись руки бандита от ужаса, она видела, как ему до жути страшно, но это ничего не меняло, он победил. Вскоре карета ворвалась в ворота крепостных стен Мидлтауна, и сметая людей на пути, продолжала на всем скаку нестись к воротам самого замка. Драконы по-прежнему парили над ними и ревели, наводя ужас на бегущих в рассыпную, людей.

Карета резко затормозила перед длинной лестницей, что вела прямо к центральным дверям замка. Касперс снова выволок Элейн наружу, и всё так же прикрываясь ей, потащил её вверх по лестнице, сдирая ей ноги в кровь, о каменные ступени. Беллатрикс не смог сдерживаться, и спалил карету вместе со всеми лошадьми и ревя, опустился рядом. Касперс остановился и поднял вверх свой кинжал, демонстрируя его дракону, и снова приставив к горлу Элейн, поволок её в замок. Спотыкаясь, она оставляла за собой кровавый след от разодранных, босых ступней, на белых ступенях замка. Миракс и Ригель летали вопя, вокруг башен, а Беллатрикс сидел на земле, и смотрел, как его Элейн затаскивают в замок и закрывают дверь. В отчаянии он поливал огнём всё вокруг себя. Он сжег всё кусты и кареты, что стояли неподалёку, вместе с людьми и лошадьми, он поливал огнём мостовую, расплавляя её камни, и наконец, взмыл в небо и парил вместе с Ригелем и Мираксом вокруг высоких башен Мидлтауна.

Касперс же, оказавшись с Элейн внутри стен замка, убрал свой кинжал, отдышался, и взяв Элейн за связанные руки, потащил через зал. Ему на встречу уже бежал Мортон, громко и одобрительно смеясь:

- Я не сомневался, что ты сможешь! Дружище, проси что хочешь, теперь я твой должник – ликовал Рэйли.

- Ты бы мог предупредить меня о драконах! Они чуть не спалили меня к чёртовой матери.- с укоризной ответил Касперс.

Мортон поравнялся с ними, и не сдержавшись от ехидного удовольствия, произнёс, глядя на Элейн:

- Графиня, в одной ночной сорочке, вы ещё прекраснее!! Я безумно рад снова видеть вас!

И они отвели Элейн в какую-то внутреннюю комнату замка, без единого окна. Они развязали её, и оставили там, в темноте, закрыв за собой дверь на ключ, и кликнув охрану. Элейн наощупь нашла кровать, легла и заплакала. Они нашли её, они были так близко, они и сейчас, в шаге от неё, но они ничего не могут сделать, они не могут её спасти.

Мортон же пребывал в настолько прекрасном расположении духа, он так радовался своей победе, и предвкушал своё скорое величие, что изрядно удивил окружающих. Они много лет, не видели подобного, от вечно гневного и раздражённого Рэйли.

И сейчас он радостно обсуждал в своем кабинете, с Сарсом, свой, как по нотам, разыгранный и исполненный, блестящий план. Конечно, драконы сейчас летают вокруг замка, но они не станут его сжигать, ведь здесь ОНА. А потом они придумают как приструнить тварей. А пока Мортон распорядился накормить пленницу, и привести её в порядок.

Растекаясь в довольной улыбке, Мортон сел писать письмо Роберту. Теперь, когда Элейн у него, и её драконы тоже тут, он может требовать всё, что пожелает.

И он потребовал, чтобы Хемсворд приехал в Мидлтаун, и присягнул ему на верность. И признал его своим Королём и Королём всего Вэссекса. И чтобы он распустил всё своё войско. И чтобы он приехал лично, преклонить колено, без свиты и без охраны. И лишь тогда, он пощадит его жену.

И очень довольный собой, он отправил послание с почтовым голубем.

Теперь он вальяжно раскинулся в кожаном кресле, закинул ноги на стол, и попивая вино, принимал похвалы Сарса.

Тем временем, весь Мидлтаун уже знал, о том, что произошло, и все наблюдали за летающими драконами, прильнув к окнам замка. Ворал Кроули тоже уже всё знал. Он отправил отцу голубя с письмом, в котором коротко рассказал обо всём. Теперь он считал, что Роберт Хемсворд обречён, и отцу не стоит делать на него ставку. Он выяснил, где держали детей, но какой теперь в этом смысл. Ворал попросил аудиенцию у Мортона, и пришёл к нему с просьбой отпустить теперь его брата, ведь он больше ему без надобности. И тот, пребывая в прекрасном настроении, и демонстрируя своё великодушие, согласился. Он отпустил и дочь Тори Холдберга. Теперь он уже не сомневался, что всё что ему нужно, у него уже есть. И сейчас он размышлял лишь о том, как заставить Элейн, подчинить драконов ему. В своих мечтах он уже видел себя верхом на гигантском чудище, и толпы склоняющихся перед ним, и восторженных людей. Но Элейн не желала с ним разговаривать. С тех пор, как он заточил её в маленькой тёмной комнатке, она не проронила ни слова. Прошла уже неделя, и её драконы сожгли уже все сады, и конюшни, пожрали много лошадей, они спалили все прислужьи дома, и много прислуги сгорело в этом пожарище. Всё вокруг замка покрылось толстым слоем пепла. Ни осталось ни одной целой постройки, ничего. А в воздухе витал запах гари и смрада, от разлагающихся, сожженных трупов. Нетронутым оставался только сам замок, всё так же величественно возвышаясь, но теперь, посреди чёрной выжженой пустыни. Но всё это не сильно волновало Мортона. Он легко всё это восстановит. Нужно только заставить упрямую девку, подчинить драконов ему. Но пока она молчала.

Сарс был не так оптимистичен. Время шло, но Роберт так и не ответил на его требования. Девчонка не подчинялась. Всё вокруг сожжено. Теперь блестящий план Мортона уже не виделся Сарсу, столь блестящим. Драконы тут, но что толку? Они только разрушают всё вокруг. В замок нельзя не войти, не выйти из него. Если бы не было подземного хода, который выводил за 5 миль от крепостной стены, то Мидлтаун был бы отрезан от остального мира. И Сарс решил сам поговорить с Графиней Хемсворд. И он пришёл в её крошечную комнатку. Она сидела на краю кровати, и молча смотрела в тёмный угол. Кроме этой кровати, и маленького столика, в комнате не было ничего. Одинокая свеча в маленьком подсвечнике, отбрасывала тусклый свет, и не могла осветить полностью, даже такую маленькую каморку. Сарс не заходил к ней раньше, и его нельзя было назвать сердобольным или сочувствующим человеком. Но теперь даже он увидел, в каких нечеловеческих условиях, в постоянном полумраке, заставлял её проводить свои бесконечные часы, его зять. Он не стал с ней говорить. Он понял, это бесполезно. Он вышел и направился к Мортону.

Тот же по-прежнему ломал голову, как сломить Элейн. Сарс зашёл в его кабинет, отодвинул стул и сел:

- Мортон, ты не сможешь ничего от неё добиться, пока она заперта в этой тёмной каморке. Ты должен найти для неё другое место.

Мортон вопросительно поглядел на тестя:

- Если я запру её в комнате с окнами, драконы выцарапают её оттуда своими когтями. Куда ещё я мог её определить?

- Ну ты хотя бы принеси свечей и книг, она не может жить в потёмках. Она зачахнет и умрёт. И что тогда?

- Ладно, я распоряжусь. – отмахнулся Мортон.

И он распорядился, и комнату теперь освещали десятки свечей, и была тумба, и кресло, и много книг. Но она по-прежнему молчала, когда Мортон в очередной раз пришёл к ней. Казалось её ничто не интересовало, и ей всё было безразлично. Мортон начинал злиться:

- Твоему мужу плевать на тебя. Я отправил ему письмо, с условиями, чтобы освободить тебя, но ему плевать. На что ты надеешься?

Но она молчала, и он продолжил:

- Давай заключим договор с тобой. Ты будешь жить как королева в этом замке. У тебя будет всё, о чём ты попросишь и что пожелаешь. Ты всё равно больше не увидишь Роба, ты не нужна ему. Ему нужны были твои драконы, но не ты. И теперь ты бесполезна для него. А я дам тебе всё. И да, мне тоже нужны драконы. Но я могу предложить тебе за них гораздо больше, чем он. Подчини их мне, и тебя будут почитать здесь как королеву.

Она подняла на него свои глаза, у презрительно улыбнулась:

- Я больше не буду ни есть, ни пить. Я сдохну в этой комнате, очень скоро. И когда это случится, мои драконы будут это знать. И тогда они спалят тебя и твой замок дотла. Не останется даже пепла. Они превратят Мидлтаун в филиал ада на Асдале. Тебе не спастись Мортон.

И она снова замолчала. Он психанул, и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Но теперь он волновался. Она говорила так холодно, и так спокойно, без капли страха. Она даже больше не плакала. Лишь ненависть и презрение были в её глазах. И её слова заставили его задуматься. А вдруг она и правда умрёт? Ведь тогда точно всему конец. И снова тревога и раздражительность начали овладевать Мортоном, а сними возвращались гнев и злоба.

А Элейн и правда отказывалась и от еды, и от воды. Он приказал кормить её насильно, но понимал, что долго так продолжаться не может. Ему срочно нужно решение. Но он не мог его найти, и он снова отправился к ней:

- Что ты хочешь? Говори.

Но она молчала. И он продолжил:

- Я не могу тебя отпустить, ты же понимаешь это. Я скорее позволю тебе умереть здесь, чем соглашусь отпустить. Но я могу сделать для тебя всё остальное. Абсолютно всё. Почему, чёрт тебя дери, ты упорствуешь?

И он встал перед ней на колени:

- Я даже оставлю Роба в покое, если хочешь. Если хочешь, я убью его за то, что он наплевал на тебя. Я сделаю всё, но не молчи ты, чёрт возьми.

Но она молчала. И он, снова взбешённый, хлопнул дверью.

И он пошёл к Сарсу. Тому всё это очень не нравилось. Победа быстро превращалась в поражение. Сарс предложил тайно вывести Дерси и детей в родовой замок Вествудов, через подземный ход. Он уговаривал Мортона, что если что, там они будут в безопасности. И Мортон согласился.

Между тем обитатели Мидлтауна уже судачили и перешёптывались в коридорах, что всё идёт не так, как запланировал Рэйли. И что замок стал не безопасен. И по ночам, по подземному ходу, замок покидало всё больше людей. .Между тем, драконы выжгли всю округу, и стали двигаться дальше, расширяя размер пепелища. Скоро они добрались до Бассоса. Из междуречья, Мортон стал получать известия, что крестьяне бегут с его земель, бросая дома. Они перебираются дальше, опасаясь драконьего пламени. Мортон снова был в тупике. Он не мог её убить, не мог подчинить, он ничего не мог с ней поделать. И он терял терпение, и вновь сходил с ума от гнева и безысходности.