В плену Хранителя

Глава 12

Внезапно комната на мгновенье погрузилась в красный свет. Сначала я даже подумала, что после секса в глазах сияет, но, похоже, вспышка была реальной, потому что заметила ее не я одна.

— Будь здесь! — приказал Рэй, целуя меня в плечо, будто происходило нечто обыденное.

Одним рывком он спрыгнул с кровати, и скорость, с которой его мощная фигура скрылась за дверью, не сулила ничего обыденного.

Опять какая-нибудь бывшая проникла в его спальню?

Я отругала себя за глупую мысль. Ну случилось раз, не буду же я вспоминать об этом постоянно. Тем более, что закончилось все хорошо. Для меня. А что стало с той сумасшедшей, даже думать не хотелось.

Рэй бросил все силы и возможности, чтобы вернуть меня к жизни. И, если меня впечатлило все, что со мной делали доктора и техника в те моменты, пока я была в сознании, то что же происходило, когда я умирала? О технологиях, которые использовались для моего лечения, я не то, что не слышала, большинство манипуляций я даже описать не смогла бы, настолько диковинными они были. Но ощущать себя частью фантастического будущего, которое когда-нибудь дойдет до широких масс землян, было несомненно приятно.

А то, сколько времени сам Хранитель проводил рядом с моей постелью говорило лучше слов. Одно дело отдать приказ, другое, самому сидеть и ждать, когда я приду в сознание, чтобы сказать, как сильно он скучает.

Интересно, а Рэй и правда настолько испугался, что я могу умереть?

Ногой я подцепила скомканную простынь, подтянула поближе и укрылась. Без тепла мужского тела становилось зябко и пусто. Я повернулась на другой бок, чтоб хотя бы обнять подушку, которая пахла им.

Глубоко втянув этот запах, я погладила влажную после наших утех наволочку, представляя на ее месте упругий живот Рэя.

«Люблю тебя»

Улыбка сама поползла по лицу, утягивая в сладкую дрему.

Пространство завибрировало, на что тело ответило спонтанной дрожью. От страха на теле поднялись волоски. Я распахнула глаза, и взгляд упал на прудик с лотосами, стоящий у стены. Вода в нем буквально закипала, заставляя листочки дрожать. Низкий гул распространился по комнате, закладывая уши. Животный страх обуял мои мысли, рисуя картинки апокалипсиса.

Где-то за пределами моей комнаты, гремели турбины, выла глухая сирена, а я пропитывалась чувством страха и агрессии, одновременно готовясь к обороне.

Набросив шелковый халат, я выбежала в коридор, чтобы найти хоть кого-то, кто мог объяснить, что происходит. Но там было темно и безлюдно. Как всегда.

Сердце заходилось уже где-то в районе горла. Меня сносило от сильнейших переживаний и тянуло куда-то бежать. Вместе с этим накатывала тошнота, будто меня погружали в тягучую вязкую жидкость. И лишь, когда мимо стали проноситься картинки незнакомых мест, я поняла, что это не мой страх, не моя агрессия.

Я чувствовала чужие эмоции. Считывала мысли людей, находящихся где-то неподалеку.

На ослабевших ногах я вернулась в комнату, по стене доползла до первого стула и уронила голову в ладони.

«Не хочу это слышать!» — выла про себя, понимая, что еще немного и я сойду с ума.

Ледяное дуновение ветерка подействовало как ушат воды. Я жадно вдохнула, откидываясь назад, но резкая боль пронзила шею. Перед глазами торчал серебристый наконечник длинного серебристого кола, вонзенный в чье-то горло, а вниз по груди стекали горячие струйки крови.

Я смотрела на себя и видела, что со мной все в порядке, кожа цела, халат такой же белый, без следов крови, но продолжала чувствовать, как умирает кто-то другой. Задыхалась, жадно хватая воздух ртом, всматривалась в уплывающее небо и, кажется, умирала вместе с ним.

Когда я очнулась, меня окутывала звенящая тишина. Но не спокойствие.

Я подбежала к окну, обычно закрытому белой пластиной, имитирующей дневной свет, и наткнулась на черную стену. Такую же, из которой были выполнены все стены дома Хранителя. И, если раньше, подняв завесу я наблюдала за водопадом, то сейчас передо мной была бесконечная темнота. Словно на дом надели колпак.

Кровь пульсировала в висках, распространяя металлический звук внутри головы. Спазм в горле не давал нормально дышать, я до сих пор чувствовала внутри него ледяной клинок, и совершенно не понимала, что со мной происходит. Держась за шею, я пошла к двери, ведущей в общую часть жилища, и она, к моему удивлению, оказалась открытой. Хоть я и была замурована, но не в крошечном пространстве.

Решив, что срочно нужно найти Рэя и рассказать ему обо всем, я побежала в его кабинет. Узкие коридоры с черными стенами, будто утягивающие в свою бесконечную глубину, давили со всех сторон. Каждый раз, проходя здесь, меня преследовало чувство, что я в открытом космосе, и меня вот-вот унесет в далекую пустоту. Но сейчас я не чувствовала ничего. Просто бежала, шлепая босыми ступнями по прохладному полу.

Зеленая вспышка осветила темноту, и медленно погасла. За стенами послышалось тихое шуршание, и вдали одного из ответвлений коридора, стало светло.

«Открыли окна!» — догадалась я. Наверняка, и зеленый свет означал конец опасности.

Придерживая разлетающиеся полы халата, я рванула на свет. Туда, куда Нита просила ходить только в случае крайней необходимости. Она что-то говорила о гостях, внешний вид которых мог смутить меня. Но то, что я видела и чувствовала несколькими минутами ранее, меня смущало сильнее.

У стеклянных дверей, через которые просматривалась посадочная площадка для шаттлов, стоял дежурный робот. Двухметрового роста, с полыми трубками вместо рук и обоймой боеприпасов на груди. Он бесшумно стал по центру прохода и с тихим жужжанием навел взгляд точно на меня.

Я замялась, перебирая варианты, как сообщить о том, что хочу выйти, но он отступил сам. Соединил полоску зеленого света из своей ладони с датчиком, встроенным в пол, после чего двери открылись.

Бросив еще один взгляд на него, я подумала, что не такие уж они и страшные, эти роботы, вышла на солнечный свет.

Снаружи было пусто. Огромная, размером с три футбольных поля идеально гладкая площадь, покрытая металлическими пластинами. Однажды, мы с Нитой проходили мимо. Пришельцев не видели, но количество шаттлов и кораблей побольше впечатлило не меньше, погружая в атмосферу звездных войн. Смотреть на металлические громадины никакого удовольствия не доставляло. Наоборот, жуть пробирала до костей.

А теперь здесь было пусто. Только жаркое солнце, тишина и горячий ветер.

И в этом пугающем спокойствии небо вдруг потемнело. Множество точек одна за одной падали вниз, приближаясь к земле с немыслимой скоростью. Порывы ветра сносили в сторону и путали волосы. Я перебирала ногами, лишь бы устоять, и закрывала лицо от песчинок, врезающихся в глаза.

— Я же сказал, оставаться в комнате! — недовольно зарычал Хранитель и прижав к себе одной рукой, потащил внутрь.

Я не успевала перебирать ногами, спотыкалась, но он подхватывал, подтягивая ближе.

Его форма была холодной, и даже немного парила, а прямо перед моим носом, держась за краешек ткани, висел оборванный значок с тремя звездами.

Я стала крутить головой, пока тот стремительно шагал к дому, не выпуская меня из рук, и увидела рану на его плече.

— У тебя кровь!

— Именно поэтому я сказал не выходить! — почти заорал тот.

Нам навстречу один за одним вылетали платформы и капсулы со знаками медицинского отсека, катили роботы. И не было им счета. Провожая их взглядом, как-то я все же смогла извернуться, но лучше бы не делала этого.

Солдаты из сотен шаттлов выгружали неподвижно лежащие тела, и капсулы тут же захлопывали свои створки над ними. Бесконечный конвейер…

— Они мертвы?

Хранитель напрягся еще сильнее, и сжал челюсть, так и не ответив мне.

— Что происходит, Рэй? Мне страшно!

А он даже не взглянул.

— Система дала сбой. Второй раз! — ледяной тон никак не сочетался с желваками, которые так и ходили, выдавая реальное состояние Хранителя.

— Сбоя не было. Как и в первый раз!

Выглянув из-за плеча, я заметила молодого мужчину, идущего вслед за нами. Так же, как и остальные, только что приземлившиеся, он тяжело дышал и был взбудоражен, но этот еще и откровенно недоумевал. Он всматривался в экран устройства, прикрепленного к запястью, и качал головой.

— Как по-твоему, она смогла выйти отсюда?

Черты Рэя заострились, дыхание хоть и не сбилось, но стало глубже, и ноздри трепетали при вдохе. Он прижимал меня с такой силой, что ребра были готовы хрустнуть, и не сбавляя шаг продолжал идти.

Идущий сзади был растерян. Он раз за разом проверял данные, но так и не мог ответить ничего вразумительного.

— Я вышла, чтобы тебя найти, — несмело начала я, боясь попасть под горячую руку. Но Хранитель не перебивал, — я шла по коридору, увидела, как мелькнул зеленый свет, стало светлее…

Рэй никак не реагировал, будто все, о чем я говорила, было чем-то обычным.

— Почему Одис выпустил ее?

Одисом, как я поняла, они назвали того робота с муравьиными глазами.

Ответа я так и не услышала. Хранитель вошел в мою комнату, закрыл двери и встал возвышаясь надо мной.

Надо же, какой беспомощной и мелкой я могу чувствовать себя рядом, когда он злится.

— Мне было страшно одной, — снова оправдалась я, чувствуя, как слезы щекочут нос.

— Я. Сказал. Оставаться. В комнате!

Почти зарычал он, прибивая меня ко полу яростным взглядом.

— Я… — по щекам потекли горячие слезы, нос заложило, мешая говорить.

— Мне напомнить, кто ты здесь?

Эти слова ударили так больно, что сердце сжалось, пробуждая на свет гюрзу, чью бдительность усыпили игры в нежность и заботу.

— И кто же? Пленница? Бесправная рабыня? Личная постельная игрушка Хранителя, которой даже слова нельзя сказать? А я так надеялась, что ты защи…

Пальцы резко обхватили шею, заставляя замолчать. Пусть я и могла дышать, но его жестокость душила сильнее, если бы он накинул на мое горло удавку.

— Я говорю. Один раз. Ты выполняешь. Молча. Всегда.

Скрипнув зубами, он резко развернулся и вышел, оставляя меня наедине с болью. Отрезвляющей болью, дающей понять, что на самом деле испытывает мужчина, совсем недавно говоривший о любви.

Я ревела впервые за все время, что находилась здесь. Проклинала себя за доверчивость. Стонала от отчаяния и клялась, что при первой же возможности убегу отсюда. И даже сама найду эту возможность, чего бы мне это не стоило.