В плену запрета

Глава 18

Завидев меня издалека, Князев выходит из своего наверняка дорогущего спорткара и обходит его, открывая пассажирскую дверь.

— Чего тебе? — цежу сквозь зубы. Останавливаюсь, складывая руки на груди и всем своим недовольным видом даю понять, что играть по его правилам не намерена.

На улице стоит настоящая холодрыга. Признаться честно, хочется укрыться в теплоте салона, но гордость мешает быстро сдаться.

— Прыгай, — от его низкого голоса в груди что-то подозрительно щекочет. Будто под гипнозом, наблюдаю за мужскими и губами и тем, как из его рта идёт густой пар.

Странное желание, чтобы Руслан говорил, не умолкая, проскальзывает в моей неадекватной голове, но я его быстро отгоняю.

— Зачем? — уточняю всё в той же закрытой.

— Затем, — у кое-кого терпение на исходе. Татуированный внезапно делает выпад вперёд, хватает мой локоть и бесцеремонно дёргает на себя.

— Что ты делаешь? Отпусти меня! — Боже, эта фраза стала лозунгом нашего общения. Произношу чаще, чем его имя.

Развернув, Руслан подталкивает меня, вынуждая шагать к машине спиной.

— Отпущу я тебя Лизавета, предварительно хорошенько трахнув, — чеканит без заминки и капли стеснения. На бессовестном лице красуется кривая ухмылка.

— Я передумала! — выпаливаю, ложь. Не привыкла я общаться с Князевым открыто и по душам. Один раз сделала это и осталась униженная на цокольном этаже в слезах и гордом одиночестве. — Ничего не будет.

— Будет, Лизка. Ещё как будет, — отпустив локоть, нахал перемещает руку на талию, крепко прижимая к себе. Между нами нет и миллиметра спасительного расстояния. Чувствую, как бешено колотится сердце в моей груди, как распаляется внутри агония от нешуточного волнения. Судя по всему, Руслан звереет и теряет терпение, а, как известно, его лучше не злить, иначе могу оказаться распластанной на капоте машины. — Играть со мной вздумала? Не получится, Кудрявая.

— Я... я не играю! Ты сам ушёл, не ответив! — оправдываюсь, как дурочка. — Что мне прикажешь после этого думать?! — как бы ни старалась скрыть обиду, правда просачивается наружу.

Руслан расплывается в самоуверенной улыбке, перемещая раскрытую ладонь на мою пятую точку.

— Хотела, чтоб я тебя прям там взял? Плохая девочка, плохая Лиза.

— Я уже ничего не хочу! Понятно тебе? — покраснев до мочек ушей, стараюсь не выдать своего волнения. Сидящая внутри гордая Лиза упорно пытается отрицать, что Князев вызывает трепет и крупные мурашки...

— Врушка, — он знает. Прекрасно понимает и не скрывает этого, чтобы ещё сильнее вогнать жертву в краску. — Будь честна сама с собой. Ты хочешь секса, хочешь меня.

— Нет... — упрямо мотаю головой. Ну не могу я. Не могу продемонстрировать ему свою слабость, иначе пропаду...

— Садись в машину, Елизавета, — тон Руса подсказывает, что всё. Больше никаких игр.

Елизавета. Звучит угрожающе и очень официально.

— Куда? — с сомнением, исподлобья поглядываю на брюнета.

— Увидишь, — дёргает щекой, нетерпеливо кивая, мол, садись уже. Оказавшись свободной от его тела, делаю шумный вдох и выдох.

Скажу честно: мне страшно. Очень. Но в салон сажусь, прекращая препирательства. Всё-таки для себя я точно решила, что сделаю это.

Рваными движениями, на всякий случай пристёгиваю ремень безопасности. Представление о предстоящей ночи пугает, а учитывая, что парень, уверено усевшийся за руль, самый непредсказуемый среди всех людей, кого я знаю, то страшно вдвойне.

Надеюсь, никто из студентов не видел, что я уехала с Князевым. Хотя какая уже разница? О нас и так сплетничают на каждом углу, так что уже неважно.

С диким рёвом машина стартует с места, а я вжимаюсь в кожаное сидение. Сердце с каждой секундой всё сильнее бросается вскачь. С ним безопасно. Руслан в какой-то степени надёжный, хоть я и считаю его говнюком.

Если бы не грязный язык, репутация бабника и его необъяснимое желание затащить меня в постель, поступки Князева кричат о том, что он неплохой парень. Да, импульсивный, да, неуправляемый, да, агрессивный. Но он такой, что поделать? Действует, как привык, как ему позволяли.

С гонки меня без лишних вопросов увёз? Увёз.

До медпункта донёс.

В общежитие привёз, с пьяной Танькой помог.

Засранца, который гадости говорил, проучил.

Конечно, на каждый хороший поступок есть предыстория, где Руслан наделал гадостей, а потом исправлял их, но всё же.

Неужто я пытаюсь найти в нём плюсы и убедить себя, что сделала правильный выбор? Есть ощущение, что на меня надели розовые очки, и это плохо...

Смотря на Руслана, уверенно управляющего спорткаром и шашкующего на дороге, в голове вспыхивают воспоминания о том, как на гонке я сидела на нём верхом и... получила первый в жизни оргазм. Сам парень об этом никогда не узнает, но в моей памяти отложится навсегда.

Глупо спрашивать, зачем мы куда-то едем? Очевидно, что он везёт меня заниматься... сексом? Или я ненормальная, и Руслан хочет обсудить вчерашнее?

Ты реально ненормальная, Лиза. Князев тебе буквально прямым текстом сказал, зачем явился.

Всю дорогу мы молчим, я – напряжённо, он – величественно. Его Величество Царь о чём-то думает, не произнося ни слова. Чудесно, первой заводить разговор я тоже не собираюсь.

Ночная столица завораживает своей красотой. Город накрыт пеленой темноты, словно покрывалом, которое прикрывает его от внешнего мира. Мерцающие огоньки украшенных зданий освещают, кажутся волшебными, создавая уютную атмосферу приближающейся сказки. Все проблемы, страхи, переживания и волнение улетучиваются. Я откидываюсь на сидении и восторженно наблюдаю за открывающимся видом.

За окном приглушённо слышны шумы: гудение моторов машин, звуки городской жизни, но они кажутся отдалёнными и нереальными, как эхо из другого мира.

В молчаливой обстановке в салоне можно услышать лишь наше сбивчивое дыхание. Я заметно расслабляюсь по дороге, отпуская привычный контроль, но, оказавшись на парковке у одной из высоток, по мановению волшебной палочки вновь напрягаюсь. Здание выглядит, как высокая стеклянная башня, возвышающаяся над остальными зданиями города. Фасад с панорамными окнами навеивает на мысль, что живут здесь очень и очень состоятельные люди.

Сжимаю дрожащие ладони в кулачки, чтобы унять дрожь, но помогает плохо. Руслан глушит двигатель и выходит первым, любезно открывая для меня дверь. Ну джентльмен, куда бы деться.

Оказавшись на холодном асфальте, слегка покрытом инеем, обнаруживаю, что дрожат у меня и ноги тоже. Замечательно. Великолепно. Для полноты картины осталось свалиться к ногам Руса, чтобы доказать ему свою готовность к чему угодно.

Да, Господин. Я вся ваша, Господин.

— Куда мы приехали? — закусив нижнюю губу, оглядываюсь по сторонам.

— Ко мне.

К нему? Кое-как сдерживаюсь от едкого комментария. Если у Князева есть собственная квартира, что он забыл в задрипанном общежитии университета? Фетиш какой-то? Или отец отправил жить наравне с простолюдинами?

А может, решил к тебе поближе быть?

Не-а, это вряд ли.

Под противоречивые размышления Руслан ведёт меня ко входу, аккуратно держа руку на талии. Почему я позволяю, не убирая её? А вдруг свалюсь без поддержки или поскользнусь? Да, именно поэтому.

Я не знаю, как вести себя с парнем в данный момент, обычно Руслан походит на придурка, выводя меня на негатив, но сегодня не тот случай. Он не провоцирует, не говорит всяких гадостей и пошлостей, на которые непременно хочется ответить.

— О чём ты думаешь? — спрашиваю пискляво, не успев обдумать, стоит ли. Странно, раньше не особо хотелось болтать с ним, но в данный миг жизненно важно узнать, что у старшекурсника на уме.

Блин, лучше бы держала язык за зубами. Сейчас засранец подумает, что меня это сильно волнует. Но волнует ведь!

Ему не обязательно об этом знать, дурёха!

Князев поворачивает лицо с еле сдерживаемой снисходительной улыбкой. Ну, давай-давай, попробуй засмеяться, и я оскорблённая свинчу от тебя через секунду.

Надо отдать должное, Руслан мастерски сдерживает смех и отвечает загадочно.

— О тебе.

— Обо мне? — выпучиваю глаза, не веря в услышанное.

Шутит? Ему это несвойственно. Издевается? С виду на то не похоже.

Рус открывает дверь, пропуская войти внутрь первой.

Да что ж такое с ним сегодня? Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить.

— А ты? О чём думаешь ты, Лизавета?

Признаюсь честно, встречный вопрос обескураживает. Ему правда интересно или спросил из вежливости? Руслан и вежливость? Кто-то в это верит?

— О тебе, — отвечаю честно, истерично хихикнув.

Ох, Лиза! Хочется треснуть тебя по лбу.

От позорных мыслей отвлекает вид ухоженного холла с современным интерьером. Встрепенувшись, как котёнок, оказавшийся в тепле, осматриваюсь вокруг. В дизайне помещения преобладает золотая отделка, а стеклянные перегородки, высокие потолки и дорогой мрамор, уложенный на полу, так и кричит о своей роскоши и элегантности.

Взяв себя в руки и не вертя головой во все стороны, как деревенщина, иду за Русланом, который направляется к лифтам. За время жизни в общежитии я отвыкла от нормальных видов.

После того, как закрываются створки современного лифта, оставляя нас наедине, меня накрывает волна паники. Голова начинает кружиться, чувствую, что становится катастрофически мало кислорода.

О чём я думала, вообще? Как могла приехать с ним сюда? Остаться вдвоём с Князевым, вдали от людей, там, где никто не услышит моих криков о помощи!

Лиза, он тебя разве убивать везёт? Что за мысли?

Страх липкими щупальцами обвивает меня со всех сторон, заключая в свой кокон. Напряжённо прислоняюсь спиной к прохладной стене и зажмуриваюсь, стараясь глубоко дышать. Но это не помогает унять колющее чувство в груди.

— Расслабься, — Руслан поворачивается ко мне всем корпусом, приближаясь вплотную. Если таким образом он решил помочь, то делает в разы хуже, усугубляя состояние.

Шершавая ладонь властно ложится на щёку, поглаживая, от чего меня начинает слегка колбасить.

— Я... я не напряжена, чтобы расслабляться, — отрицаю очевидное, не желая признаваться в слабости и откровенной трусости.

— Заметно, — парень подмигивает. Инстинктивно дёргаюсь, его ладонь отодвигает жилетку в сторону и по-хозяйски ложится на талию. Несмотря на то, что на мне надета спортивная кофта, волна жара разносится повсюду от его прикосновения. — Чувствую, как бьётся твоё сердечко, Лиз, — наклоняется, соблазнительно шепча на ухо.

— Не выдумывай, — наиграно фыркаю, вздёрнув подбородок.

— Считай, что тебе повезло, — отстраняется, принимая беззаботный вид. Будто не он секунду назад нахально вжимал меня в стену. — Не хочу, чтоб охрана, круглосуточно палящая камеры, увидела мою Кудрявую в непристойных позах.

— Пошёл ты, — поняв, на что намекает этот гад, нервно скрещиваю руки. Хочется добавить, что он не увидит меня в непристойных позах, но это будет наглой ложью...

Нелепо прикидываться приличной, когда ты едешь в квартиру к парню, которого сама же и попросила лишить тебя девственности.

На удивление, достаточно быстро лифт останавливается на нужном этаже. Руслан хватает мою вспотевшую ладошку и тянет за собой наружу. Сначала мы оказываемся в некоем холле, а пройдя через внушительную дверь, попадаем в коридор, чем-то напоминающий гостиничный. Правда, он выглядит более дорого, со светло-коричневой отделкой и ковролином.

Не отпуская руки, Князев ведёт меня в самый конец и, остановившись у крайней двери, открывает.

Нужно ли говорить о том, что я нахожусь на грани потери сознания, переступая порог апартаментов?

Оказавшись внутри, я, откровенно говоря, желаю свинтить обратно в общежитие. Всё вокруг кажется идиотской затеей, импульсивным решением, о котором горько пожалею. Уверенность в том, что хочу отомстить Демьяну, тает с каждой мучительной секундой. Может ну нафиг? Вдруг случится чудо, и на ближайшие четыре года Шведов испарится, а Руслан сам по себе отстанет?

Сама-то в это веришь?

Сгущающийся вокруг нас воздух – не выдумка бурной фантазии, а реальность. Иначе почему мне становится тяжелее дышать? Избегая зрительного контакта, неловко переминаюсь с ноги на ногу.

Неужели это происходит на самом деле?

Я пересплю с Русланом? Отдамся ему?

Жесть. Я подписалась на это добровольно, была инициатором.

Делаю длинный выдох, стараясь успокоиться. Принять мысль, что это вынужденная жертва ради дальнейшей свободы.

Брюнет, тем временем, сбрасывает с себя куртку и бросает на стоящий пуфик, открывая вид на татуированные руки. Чёрная футболка обтягивает мускулистое тело, а я бесстыже разглядываю его.

— Извини. Я, наверное, лучше домой поеду, — сглатываю отсутствующую слюну в пересохшем горле и разворачиваюсь в сторону двери.

Нужно бежать отсюда и как можно быстрее, пока не наделала глупостей!

— Да что ты говоришь? — Князев хватает меня за локоть, силой разворачивая к себе лицом. Парень демонстративно достаёт из кармана мобильный телефон, поворачивает ко мне сенсорный экран, жмёт какую-то кнопку, и за спиной звучит щелчок входной двери. — Ты вся моя, — зловеще цедит, накручивая на проклятый палец мой светлый локон.

— Прости, я передумала. Я не готова, — шепчу, едва дыша. — Это всё большая ошибка. Я хочу уйти...

— А я тебя хочу, Кудрявая. Чё делать будем?

Не успеваю сообразить, как Руслан наклоняется и накрывает мои губы поцелуем. Властные руки стягивают треклятую жилетку, швыряя ненужный предмет на пол, и уверенно ложатся на талию, удерживая на месте.

Дикое желание начать отбиваться волной поднимается из глубины души, но всё, что я делаю – упираюсь ладонями в крепкие мужские плечи.

Хватит бегать, Лиза. Ваше притяжение взаимно, признайся себе в этом...

Он целует мягко, без дикого напора. Раскрывает мои губы и проникает языком внутрь. Смакует момент, ловит каждый вздох, сводя сума своей неторопливостью. Сердце скачет в груди, будто участвует в гонках, а пульс зашкаливает, но я не могу себя контролировать...

Стараюсь отбросить страх и предрассудки, отдаться моменту, попытаться насладиться. Прочувствовать. Тогда, в машине, мне было хорошо с Русланом. Вдруг и сегодня будет так же?

Я чувствую, как он сдерживается, но не понимаю, почему. Прежний Руслан, услышав моё предложение, мгновенно набросился бы вчера, или сейчас не тянул, а раздел, оказавшись наедине в коридоре его квартиры.

Почему изменился по отношению ко мне? Почему ведёт себя иначе? Спросить напрямую не позволяет гордость. Вдруг высмеет и скажет, что я сошла с ума?

С ужасом ловлю себя на мысли, что мне нравится с ним целоваться. Без принуждения и давления. Практически по доброй воле. Всё происходит на тонкой грани нежности и страсти, балансируя меж ними.

Видимо, поняв, что я доведена до нужной кондиции, крепкие руки перемещаются чуть ниже, на мою пятую точку и приподнимают вверх, отрывая от пола.

— Обхвати ногами, — командует он, а я, не в силах сопротивляться, покорно слушаюсь, на автомате обвивая мужское тело. Старшекурсник делает шаг, и я инстинктивно обнимаю руками его загорелую шею, боясь упасть. Нахал времени даром не теряет и поглаживает мою поясницу, пробравшись под кофту.

— Не наглей, — закатываю глаза, отвлекаясь от разглядывания красивого интерьера.

— Не наглеть? — гоготнув, Руслан оставляет жёсткий шлепок на моих ягодицах нарочно, чтобы позлить.

— Э-э-эй! — не оставаясь в долгу, ударяю его по плечу в отместку.

Вдали виднеется приоткрытая дверь в спальню, но Руслан поворачивает налево по коридору и вносит меня в шикарную просторную гостиную, соединённую с кухонной зоной.

Перестав дышать, зачарованно впиваюсь взглядом в панорамные окна, из которых открывается упомрачительный вид на ночную столицу.

— Красотища, — выдаю восхищённо. Рус усаживает меня на твёрдую столешницу, сам же, отдалившись наливает в стакан из графина тёмную жидкость и возвращается.

— Это ты ещё мой член не видела, — раздвигает мои ноги, устраиваясь меж них и отпивает напиток, вгрызаясь жадным взглядом.

Как под гипнозом, я наблюдаю за, казалось бы, обычным действием. Руслан сглатывает жидкость, а понимаю, что во рту собралась слюна.

— Как же ты меня... бесишь, — нарочно морщу лицо, не скрывая напускное недовольство.

— Разрешу показать, насколько, но чуть позже, — обворожительно улыбается во все тридцать два идеальных зуба, что мигом хочется их выбить.

— Откуда в тебе столько самоуверенности?

Руслан игнорирует мой вопрос, делая вид, что не слышит. Протягивает мне стакан, предлагая выпить.

— Будешь?

— Не хочу, — отрицательно мотаю головой. Для полного счастья осталось накидаться и не помнить, что сегодня произошло.

— Пей, Лиза. Это снимет напряжение, — настаивает, поднося к моим губам плескающуюся в стакане жидкость.

Снять напряжение мне действительно не помешает... но стоит ли это делать?

Стоит. Раз уж я решилась на отчаянный поступок, приехав сюда, то что мне стоит сделать пару глотков?

Податливо раскрываю губы, и Князев наклоняет бокал. Не отдаёт мне его, а заставляет пить из своих рук.

Сделав слишком большой обжигающий глоток, отодвигаю от себя предложенную гадость и морщу лицо уже по-настоящему. По горлу и животу распространяется ясно ощутимое тепло от горького напитка.

Руслан легко посмеивается, наблюдая за моей, видимо, смешной реакцией.

— Какая гадость, — хриплю, прикладывая ладонь ко рту.

— Нравится мне твоя неопытность, — Рус отставляет предмет в сторону. — И портить тебя, пиздец, как нравится.

Его взгляд заметно темнеет, щекочет и без того расшатанные нервы. Обвив рукой талию, легко придвигает меня к краю. Я инстинктивно обнимаю искусителя, и он несёт нас в другую часть данного помещения.

Руслан садится на комфортный широкий диван, не выпуская из объятий, а наоборот, ещё крепче прижимает.

Я оказываюсь в той же позе верхом, как и на гонке. Да что ж та ночь никак не хочет исчезнуть из памяти? Каждый раз к ней мысленно возвращаюсь, против воли!

Потому что именно тогда ты поняла, что Руслан тебе не безразличен, хотя упорно пытаешься доказать обратное...

Психосоматика или глоток выпитого алкоголя помогает, но я заметно становлюсь спокойнее. Мышцы не напряжены, я не зажата. Уже не так страшно находиться с ним наедине и завтрашний день вместе с последствиями не кажутся чем-то ужасным.

Хитрый жук замечает перемену в моём настроении. Устраивается поудобнее, поглаживает поясницу горячими руками, забравшись под спортивную кофту. Это щекочет и одновременно вызывает внутри волны чего-то неизвестного. Трепетного, что ли...

— Хочу предупредить заранее, чтобы потом не разбивать твоё ранимое сердечко, — надеваю маску напускного расстройства, вытянув губы. — Не надейся, после этой ночи я не стану одной из преследующих тебя фанаток.

Хочется подколоть его, задеть, разозлить или раззадорить. Вызвать эмоции, заставить увидеть, что я не такая, как остальные дурочки.

Разве нет?

— Договорились, — спокойно соглашается с бесящей улыбочкой Чеширского кота.

— Не лыбься! — щурюсь, не получив нужной реакции. Это бесит, и он бесит.

— А что мне делать? Скажи, что хочешь, Лиза? — слишком лояльный тон раздражает не на шутку, он нарочно играет на нервах, скрывая свою истинную звериную сущность.

Руслан перемещает руки чуть ниже, пробирается под резинку брюк и обхватывает мои ягодицы.

— Не издевайся, — закрываю глаза от подступившего стыда. Смотреть в его лицо в моменте, когда руки мнут мою пятую точку то сжимая до лёгкого жжения, то поглаживая – неловко.

— Смотри на меня.

— Нет...

— Смотри. На. Меня, — настойчиво кусает зубами подбородок, и я сдаюсь под натиском мощной энергетики.

Глаза в глаза. Мои светлые и его тёмные. Как две противоположности, противостояние двух разных миров, характеров и судеб, которые переплелись странным образом.

Мои – наивные и неопытные, полные нереальных мечтаний о будущем. И его – загадочные, как ночное небо, скрывающие в себе безудержную страсть и бунтарство.

Смотря на Князева в этот интимный момент, во мне что-то необъяснимо ломается. Нам нельзя быть вместе. Эти отношения или интрижка, называйте, как хотите - под запретом.

Мы в плену запрета.

А точнее я... Руслан не знает об оковах в лице Демьяна. И вряд ли узнает. Эта ночь – единственное, что у нас есть.

Между нами не будет любовной истории с развитием сложных отношений, где герои сквозь тернии находят собственное счастье. Только сегодня и сейчас. И надеюсь, мы оба это понимаем.

Бабник и невеста другого....

Даже если бы не существовало никакого Демьяна, обычная Лиза Астахова совсем не пара яркому ловеласу Руслану Князеву.

— С ума по тебе схожу, Лиз, — как будто прочитав мои мысли, добивает он. Всё происходит быстро, рвано, я не успеваю возразить. Руслан снимает с меня кофту, задержавшись взглядом на позорном и детском спортивном бюстгальтере, срывает и его. — Миленько, — ухмыляется, бросая непрошенный комментарий.

Ну ещё бы, перед ним сто процентов в роскошном белье щеголяют, а тут я непрезентабельная!

— Заткнись, — дерзко замахиваюсь в порыве ударить его по самодовольной роже. Сделать мне этого не позволяют. Рус перехватывает ладонь, целуя запястье. Он ведёт губами всё выше и выше, оставляя за собой приятные покалывания. Лёгкая щетина на мужском лице царапает нежную кожу, распаляя.

— Охренительные сиськи, — рычит, добираясь губами до ключицы и переключаясь на обнажённую грудь. — Вкусная, моя девочка.

«Моя девочка»...

Внутри меня собирается целая гамма чувств: от стеснения до растущего возбуждения, которое в разы усиливается, когда Князев обхватывает зубами сосок, оттягивая его. Словив вырвавшийся стон, он принимается ласкать оба полушария поочерёдно. Сжимает их в ладонях и втягивает губами вершинки, при этом довольно причмокивает. Горячие волны прокатываются по телу, стягиваясь невыносимой истомой внизу живота. Только с Русланом я испытываю подобное...

Не выдержав, запрокидываю голову, из горла против воли вырывается тягучий стон.

От изощрённых ласк в трусиках становится невыносимо влажно, хочется сжать колени, но сделать это не получится при всём желании, потому что я сижу верхом, а мои ноги по бокам от мужских бёдер.

Приняв всхлипывания за готовность к большему, Рус ловко перемещает меня на спину, нависая сверху.

— Что ты делаешь? — слегка приподнимаю голову, с волнением наблюдая, как он оставляет дорожку поцелуев на моём животе спускаясь всё ниже и ниже, и подцепляет резинку штанов.

Флешбэки того, как он агрессивно пытался раздеть меня в общежитии, не заставляют ждать долго, вспыхивая в памяти яркими образами.

— Хочу видеть тебя всю, — начинает стягивать одежду, захватывая и трусики, но я, словив панику, кладу свои трясущиеся ладони поверх, останавливая его. — Лиза, — хриплый голос звучит на грани. — Убери.

— Я... Я немного стесняюсь, — тяжело признаюсь, выдавив из себя правду.

— Стесняешься? — искреннее недоумение на его лице заставляет еле сдержать улыбку.

— Представляешь, существует такое чувство - стеснение. И люди могут его испытывать!..

— Лиза, ты кончала на моих пальцах. О чём речь вообще? — бьёт словами похлеще ремня. От его резонного замечания густо краснею до макушки, готовая провалиться сквозь землю.

— И вообще, почему ты раздеваешь меня, если сам всё ещё одет? — прикрываю грудь, хмурясь. Со стороны я, вероятно, похожа на капризного подростка.

— Не терпится увидеть мой член? — наконец оставляет в покое несчастные штаны и поднимается с дивана. — Хочешь стриптиз?

— Нет! Я не это имела в виду!

Оправдываться поздно. Извращенец без раздумий одной рукой стягивает через голову футболку, швыряя куда-то в сторону, и начинает расстёгивать ширинку, спуская брюки.

В ужасе, что сейчас он предстанет голым, во всей красе, я сильно зажмуриваюсь и на автомате отползаю в угол дивана.

— Далеко собралась? — низкой голос звучит издевательски.

— От тебя подальше!

Схватив за лодыжку, Руслан тянет обратно к себе. Однажды любопытство меня непременно погубит. Не сдержав интереса, открываю глаза, бесстыже проходясь по накаченному мужскому телу. С облегчением еле заметно выдыхаю. Слава Богу, боксеры он не снял. Заметив неприлично выпирающее достоинство, закусываю щёку изнутри, представляя, что это из-за меня.

Впервые я вижу обнажённого мужчину, да ещё и близко. И совру, если скажу, что мне не нравятся эти широкие плечи с подчёркнутым рельефом, спортивные руки с проступающими бугорками, идеальный пресс, мощные ноги. Мышцы, красиво перекатывающиеся от каждого уверенного движения, и татуировки... Хочу разглядеть их поближе, но Руслан не даёт в полной мере налюбоваться, неожиданно подхватывает меня на руки, заставляя истерично взвизгнуть.

— Ой, а что же на плечо не закинул? — по-детски ехидничаю. Он несёт меня, как принцессу в мультиках. Идиотское сравнение, во мне явно говорит алкоголь. — Ты же варвар, почему изменяешь своим принципам?

— Доболтаешься, Лизавета, — опасно предупреждает, качая головой.

— И что ты мне сделаешь? — цокаю, закатив глаза.

— Нарываешься?

— Возможно! — лёгкая игривость рядом с этим парнем мне не присуща, вообще, в принципе, не присуща. Поэтому собственному поведению удивляюсь даже я.

— Зря, — войдя в уютную спальню, аккуратно бросает меня на королевскую кровать. — Накажу, Лиз, — уточнить, каким образом, не успеваю. Руслан нависает надо мной, жадно припадая к губам, как одичалый. Отвлечься на поцелуй становится ошибкой, его проворные пальцы пробираются в мои трусики и накрывают лоно. Инстинктивно сжимаю ноги, чтобы предотвратить, и упираюсь ладонями в необъятные плечи. — Раздвинь, — грозно командует. Такой дикий контраст в его поведении. Князев балансирует между хорошим и плохим полицейским.

Вздох вырывается прямо в горячие губы, умелые пальцы находят мой чувствительный бугорок, массируя его.

— Руслан... — протягиваю имя на выдохе.

— Ч-ш-ш, не дёргайся, — начинает водить пальцами там, размазывая влагу. Не справившись с наваждением, я двигаю бёдрами навстречу, желая поскорее получить те заветные ощущения. Слишком хорошо тело помнит, какое наслаждение я могу получить рядом с Русланом.

В моменте теряюсь, улетая в нирвану от переизбытка чувств, мозги плавятся вместе с разгорячённой кожей, на которой выступила испарина. Руслан увеличивает напор и усиливает трение, не оставляя мне ни единого шанса, кроме как напрячься всем телом, а затем выгнуться дугой в его руках. Удовольствие растекается по венам, пока я содрогаюсь, не веря, что он снова сделал это со мной.

— Умница, да, вот так, — продолжает терзать пульсирующее лоно, а я – дрожать. — Давай снимем трусики, чтобы моей девочке было ещё лучше, — подначивает, посасывая кожу на шее.

А такое разве возможно?.. Чтобы было ещё лучше?

— Да...

В этот момент я готова и согласна на всё, настолько хорошо себя чувствую, паря на облачках удовольствия.

Рус стягивает с меня штаны вместе с трусиками, добившись-таки желаемого. Отбросив одежду в сторону, кладёт ладони на всё ещё дрожащие коленки, разводя их в стороны.

Между ног начинает заметно пульсировать ещё сильнее, от соприкосновения с воздухом и... его горящим взглядом. Мой стыд никуда не делся, но притупился от полученного наслаждения.

— Блядь, Кудрявая, знала б ты, как охеренно выглядит твоя киска!

Мой взгляд застывает от ужаса на огромном покачивающемся члене, когда Руслан поднимается с постели и снимает с себя боксеры. Тут пелена вожделения слегка спадает, и я понимаю, что сейчас произойдёт.

— Ты собрался в меня тыкать этим? — бессовестно показываю пальцем на толстый ствол с блестящей розовой головкой. Чего греха таить, из интереса я смотрела в интернете, как они выглядят, но на фото и в жизни – это совсем разное! А если учитывать, что в тебя собираются им... ну вы понимаете!

— Тыкать? — гортанно смеётся, забираясь на постель. — Трахать, Лиз. Я буду тебя трахать.

— Нет. Не будешь, — с уверенностью на миллион, отрицательно качаю головой и пытаюсь подняться на мягкой постели, чтобы отползти к изголовью.

Ну да, я испугалась размеров и что вы мне за это сделаете? Первый раз всё-таки!

— Поверь, ещё никто не жаловался, — сбежать от хищника не удаётся. Настигнув, Руслан силой притягивает к себе, под сопротивление раздвигает ноги и устраивается меж них поудобнее.

— Значит я буду первой! — порываюсь вырваться, но получаю шлепок по бедру.

— Как я у тебя? — самодовольно уточняет.

— Пошёл ты! — так и знала, что он начнёт попрекать этим!

— Пойду, Лиз, прям щас и в тебя, — наклонившись, поочерёдно обводит языком торчащие соски. Это от напряжения, поверьте! — Чем сильнее ты сопротивляешься, тем больнее будет.

— Он не поместится в меня, — хнычу, готовая вот-вот разреветься.

Вся былая уверенность в том, что я готова лишиться девственности ускользает, как песок сквозь раскрытые пальцы.

— Ты доверяешь мне?

— Нет, — отвечаю без раздумий.

— А текущая киска говорит об обратном.

— Тебе кажется, — препираюсь до конца, отказываясь принимать реальность.

— Кажется? — вздрагиваю, почувствовав, как он проводит своим достоинством по складкам. — Смотри он весь в твоих соках.

Отрицательно мотаю головой, мол, не буду, на что опять веселю парня. Продолжая тереться, Руслан целует меня в губы. Как всегда, упоительно и страстно. Аккуратно гладит по щекам, осыпает поцелуями шею и ключицы. Однако почувствовав давление у входа, понимаю, что он меня отвлекал.

— Не напрягайся, всё хорошо. Смотри на меня, — моя грудь тяжело вздымается от волнения. Пытаюсь сфокусировать испуганный взгляд на его точёном лице, но сразу же зажмуриваюсь от резкой и молниеносной боли.

— Ай! — новое и непонятное распирающее чувство заполняет весь низ. Жуткий дискомфорт, граничащий с острой мукой, заставляет всхлипнуть. — Перестань!

Руслан двигает бёдрами, растягивая меня своим достоинством несмотря на вскрик.

— Хватит! — упираюсь в твёрдый пресс, пытаясь остановить эту пытку и отворачиваю стыдливо лицо, глотая солёные слёзы.

— Прости, — лишь тогда он замирает, останавливаясь и всматривается с нескрываемым волнением. — Ты как?

— Вытащи его, пожалуйста. Больно...

Мне горько и обидно от того, что я испугалась и почувствовала боль, в то время как другие девчонки умирают от блаженства рядом с Князевым.

Что со мной не так? Может, так должно быть? Все девушки испытывают это при сексе?

— Очень?

— Да... — не сдерживаясь реву.

Руслан вытаскивает его, освобождая чувствительную плоть, а я пытаюсь свернуться калачиком и с позором прикрыться.

— Ч-ш-ш, не плачь, — силой убирает руки от лица и вытирает слёзы. — Извини, малыш. Иди сюда, давай просто полежим. Не бойся, — аккуратно ложится рядом и притягивает к себе. Я не сопротивляюсь, кладу голову на мужское плечо, в то время как Рус заключает в объятия.

Продолжая позорно ныть, успеваю принюхаться к его телу и прийти к выводу, что Князев очень вкусно пахнет. Чем-то мужественным, лесным и таким неповторимым.

Теряя счёт времени, успокаиваюсь и ловлю себя на мысли, что мне нравится лежать с Русланом в обнимку, он весь такой твёрдый и вроде надёжный. Другой бы обласкал нелестными словами за сорвавшийся секс и вышвырнул за порог, а этот долго и терпеливо убаюкивает, и гладит по волосам. Меня давно так никто не гладил. И давно я не чувствовала себя в безопасности, засыпая с кем-то рядом. Разве что с мамой в детстве...