В плену запрета

Глава 27

С утра, как порядочный, навещаю Серёгу Савича в больнице. Братан стабилен, но чувствует себя херово после операции. Батя, конечно, подсуетился знатно. Даже неловко за то, что похлопотал несмотря на проблемы, созданные мною из-за ублюдка Шведова.

Потом выдвигаюсь к главной задаче сегодняшнего дня. Весьма занимательной. Давненько пар не выпускал, вот и повод нашёлся.

Путь до места назначения неблизкий, успеваю пораскинуть мозгами. Какого лешего ввязался в эту тему? С какой радости? Если отец узнает, чё я на его территории устроил, башку открутит. Стоит ли рисковать?

Ответ приходит моментально. Ради Лизы стоит.

Кудрявая хочет помочь подруге, значит, я обязан подсобить. А какими методами, её уже не касается.

Заезжаю на обнесённую профлистом территорию стройки и торможу около джипа Назара. — Рус, клиент готов.

Друг стоит, засунув руки в карманы куртки, дубак жёсткий. Пара заряженных пацанов из нашей компании трутся рядом. Не каждый день устраиваем подобное шоу. Событие, так сказать.

Вчера я неспроста у Валеры инфу тянул. Разведал, получится ли сработать по старой схеме бати из лихих девяностых. Не раз от правой руки отца слышал истории о том, каким методами они бизнес строили.

С охраной на объекте проблем не было. Услышав в трубе телефона, кто я и сколько готов платить за «аренду», нам любезно предоставили территорию с пометкой «Князеву старшему и его подручным не сообщать». Мы быстро, аккуратно и не намусорим. Если только чуть-чуть.

Пока угораю с собственных мыслей, Назар открывает багажник Прадика. Перед нашими довольными физиономиями картина маслом: со связанными за спиной руками, с грязной тряпкой во рту никто иной, как причина депрессии моей девушки и её подруги. Давид.

— А вот и наш самец-осеменитель, многодетный отец и просто хороший ёбарь, — обнажаю оскал, пялясь на испуганную рожу гондона. — Думал, ты помоложе.

Диалог нормальный не получается. Давид в ответ лишь жалко мычит. А казалось бы, взрослый мужик. Ты ему слово, а он в ответ тебе: «М-м-м».

Назар с нескрываемым отвращением достаёт из кармана горсть семечек и, закинув парочку в рот, выплёвывает шелуху прямо на фейс уважаемого гостя.

— Вот ты тип, свою ж машину засираешь, — качаю головой на выходку.

— Да после этого дерьма всё равно на мойку загоню, — не отрывает взгляд от багажника.

— Ну чё, погнали? — мотнув головой даю понять, чтоб вытаскивали мужика наружу.

Давид люто сопротивляется. Он бык здоровый, но пара ударов в печень – и вот его обмякшего уже тащат к котловану. Ставят на колени и вытаскивают своеобразный кляп.

— Вы чё попутали, зверьё?! — гость наш не из робкого десятка. — Да вы хоть представляете, с кем связались, сопляки?!

— Ух, как страшно! — мне начинает нравиться этот диалог.

— Я аж обоссался, — встревает Лёха.

— Ага, а я обосрался, — добавляет Назар.

— Вы не тому дорогу перешли! У меня крыша! Про Хазриева слышали?! — пыжится осеменитель.

Пацаны ржут, но сам Давид, походу, не понял всю серьёзность ситуации. Думает, запугает авторитетными фамилиями? Пора продемонстрировать, что он здесь не на равных и пора бы хлебальник свой прикрыть.

— А ты? Тем дорогу перешёл? — достаю пистолет из-за пояса, между делом разглядывая гравировку на стволе.

Достаточно мне произнести фамилию «Князев», как петушок вместе со своим Хазриевым в штаны наложат. Но мы сюда не членами мериться приехали.

— Пацаны, да вы если из-за вчерашней ситуации в кальянной, не обессудьте! Со всеми бывает, перебрал. Артур же с вашими всё разрулить должен был! — несёт херню не по делу.

— Давид-Давид, — вздыхаю, удосуживая гостя взглядом. — В душе не ебу, чё у тебя там и с кем в кальянной было. Ты мне лучше вот что скажи: девчонок молоденьких нахера кидаешь?

— В...В смысле?

— Давай в расход его, Рус. Чё яйца морозим, — кто-то из пацанов нагнетает.

Сжимаю левый кулак в воздухе, давая понять, чтоб все вокруг заткнулись.

— Имя Татьяна Соколова тебе о чём-то говорит?

— Вы это всё из-за той шалашовки, что ли? — гондон со свистом выдыхает, заметно успокаиваясь. Зря.

— Ай-ай-ай, — подхожу вплотную, хватаю мудака за гриву и засовываю дуло пистолета в пасть. Тот начинает дёргаться, но делает себе хуже. Изо рта течёт кровь, зуб, походу, стволом выбил. — Некрасиво поступаешь, друг мой. Очень некрасиво. Девочка беременная, а ты с ней не по-мужски себя ведёшь. Так делать нельзя.

— М-м-м!

— А теперь слушай внимательно, Давидушка. Знаешь сколько человек во время стройки в девяностых закатали в бетон? — тон сменяется на убийственно-угрожающий. — Давайте, — киваю уже пацанам. Лёха заводит стоящую неподалёку бетономешалку, подгоняя к нам. — Если узнаю или, не дай Бог, краем уха услышу, что ты рядом с Таней трёшься, окажешься одним из вышеупомянутых. Я тебя прям здесь забетонирую, и хер потом кто чё докажет.

Отпускаю мудака, откидывая от себя, как падаль.

— Блядь, обувь мне запачкал, — отхожу, брезгливо осматривая заляпанные ботинки. — Короче, запоминай. С сегодняшнего дня каждый месяц закидываешь ей бабки на карту для ребёнка. Не успел вовремя вытащить, будешь содержать.

Собираюсь уходить, но гондон бросает в спину:

— Эта сучка избавилась от ребёнка.

— Чё сказал? — оборачиваюсь, наклоняя голову набок.

— Аборт, говорю, сделала.

Дальше от услышанной новости, всё, как в тумане. У меня срывает чердак напрочь. Сука! В голове одна мысль: Лиза пиздец расстроится.

Набрасываюсь, вымещая всю злость. Пацаны на фоне сначала словесно пытаются остановить. Поняв, что ещё чуть-чуть и переборщу, оттаскивают в моменте, когда я его уже ногами запинываю.

— Ты нахера снимал? — отдышавшись, замечаю, что Назар перематывает видео разговора и избиения.

— Так жене его отправить, — удовлетворённо открывает мессенджер в подтверждении слов, показывая отправленное сообщение. Две галочки сигнализируют о том, что сообщение прочитано.

— Ты дебил? Жену зачем впутывать?

— Пусть знает, с кем живёт.

— Ладно. Выкиньте его где-нибудь по дороге.

— Добро.

Оставляю пацанов и срываюсь к Лизе. Пиздец. Аборт она сделала. Тоже дура тупая, мозгами же надо думать, чё творишь. Не представляю, что с Кудрявой происходит. Она ж по любому уже узнала. Вся заварушка, блядь, зря.

Завожу Бэху и срываюсь с места. Ладно, зато этот мудак к подружке Лизы на пушечный выстрел больше не приблизится.

Лиза

— Тань, что с тобой? — вернувшись в общежитие с учёбы, нахожу подругу на постели. Лежит скрюченная, схватившись за живот, и тихо завывает себе под нос. — Таня?!

— Прости, Лиз... — сдавленно мычит она.

— За что простить? — не понимая, падаю рядом с постелью на колени, по пути отшвырнув сумку, непонятно куда.

— Я не послушала тебя. Послушала его. Я... Я была вчера в клинике, выпила таблетки.

— Какие, блин, таблетки? Ты чего?! — в панике прикладываю ладонь к вспотевшему лбу подруги.

— Прервать беременность.

— Нет... — выдыхаю, не веря. — Нет, Танечка, ну зачем же ты...

— Лиза, у меня душа горит! — Соколова содрогается в рыданиях, утыкаясь лбом в подушку. — Я так не могу. Больше не могу!

— Таня... — все слова застревают в горле, не доходя до рта.

— Не дай Бог тебе узнать о предательстве любимого человека. Что он использовал тебя. Обманывал. Лгал, глядя в глаза. — Хрупкие плечи сотрясаются от горьких рыданий. — Господи, почему так бо-о-о-льно?!

Слёзы размывают картинку перед глазами. Я уже не вижу подругу, лишь поплывший силуэт.

Не знаю, почему меня так сильно ранит её решение. Возможно, потому что, что Соколова в будущем может пожалеть?

А если нет?

Вдруг этот ребёнок и правда не то, чего она хочет от жизни? Почему ты, Лиза, эгоистично хочешь, чтобы подруга следовала твоим советам? Не шла за собственными желаниями и мечтами, а твоими?

Просто я знаю, она сделала это от боли. От боли за то, что отец ребёнка обманывал и использовал её. От боли за то, что бросил, настоял избавиться от малыша. От боли за то, что не нужна ему...

Ложусь рядом с лучшей подругой, соседкой, девчонкой, которая помогла мне адаптироваться, поддержала во всех трудных ситуациях. Яркой и солнечной заводилой, оживляющей всех вокруг своим присутствием и острым языком. Обнимаю её, глажу по спутанным русым волосам и обещаю, что всё наладится. Стираю слёзы, плача сама и осознаю: будет сложно.

Давид сломал её. Во всех смыслах.

Небо окрашивается в нежные оттенки фиолетового, розового и голубого, мой телефон начинает разрываться от звука входящих сообщений и звонков. Игнорируя, продолжаю лежать. Это может Янка слать кучу смайликов, а, может, и Руслан. Но я такая разбитая, не хочу ни с кем контактировать.

Собственно, теория о том, что это Князев, подтверждается настойчивым стуком в дверь.

— Открой ему, — Таня пихает меня локтем. Её голос звучит понуро и бесцветно. — Не успокоится же.

Соглашаюсь и, поднявшись на ноги, шаркаю по полу тапочками. Поворачиваю ключ в скважине и распахиваю дверь. Оказавшись в вертикальном положении, понимаю, что мне необходимо выпить обезболивающее. Голова по швам трещит.

— Почему не отвечаешь? — Князев с ходу заталкивает меня в комнату. Торможу его, упираясь ладонью в расстёгнутую куртку. Прикладываю указательный палец к сомкнутым губам и киваю на выход. Поняв всё без слов, Рус выводит нас в коридор. Прижимаюсь спиной к закрытой двери, осматривая взъерошенный видок Князева. — Я себе уже чё только не надумал.

— Почему? — вглядываюсь в нахмуренное лицо. Между тёмных бровей залегла складка.

— Вот поэтому, — на правах хозяина сжимает пальцами мой подбородок, давая понять, что речь внешнем виде. Ох, от пролитых слёз наверняка выгляжу, как опухшая панда. — Я в курсе.

— Откуда? — пазл в голове начинает складываться, но не сразу. — Нет... не говори мне, что ты виделся с Давидом?

— Больше он не побеспокоит твою подругу, — заявляет уверенно.

— Что ты с ним сделал, Руслан? — зная своего парня, самое худшее проникает в голову и фантазию моментально. — Ты же не?..

— Живой.

— Слава Богу... — облегчённо выдыхаю, прикрыв рот ладонью. — Ты не подумай, я бы никогда не стала переживать за человека, сотворившего это всё с Танькой. Не хочу проблем для тебя.

— Если намекаешь на нары, то можешь расслабиться. Не избавишься от меня, Кудрявая, — крепкие ладони обхватывают талию, прижимая к себе.

— Холодный, — ёжусь. — Но сердце у тебя горячее, — позорно шмыгнув носом от накативших эмоций, утыкаюсь в грудь, обтянутую толстовкой. — Спасибо!

— Я б с радостью утащил свою девочку в берлогу и долго успокаивал.

— Но?

— Но тебе лучше побыть с подругой, — Рус ласково целует в лоб и отпускает.

Я не заслуживаю его... Не заслуживаю...

Понимающий, заботливый. Мужчина моей мечты.

Ни разу Руслан не дал усомниться в том, что я сделала правильный выбор быть с ним.

Зато он ошибся, выбрав меня. Лживую, проблемную, чужую.

Вернувшись в комнату, не перестаю думать о том, как сложится наша судьба, если я смогу избежать свадьбы со Шведовым.

Мы не признавались друг другу и не клялись в любви до гроба, но поведение Руслана, его действия кричат об искренности. Это больше чем простая интрижка и секс. А слова о том, что Рус хочет познакомиться с моей семьёй, лишнее тому подтверждение.

Руслан не будет, как Таня, лежать и рыдать в подушку, размышлять, за что и почему? Он возненавидит меня и сотрёт в порошок во имя мести.

Я предаю его. Каждый проклятый день. Знаю, что принадлежу другому, но упорно отгоняю мысли. Как мотылёк лечу на свет.

Сейчас Демьян не мешает, но что будет после возвращения жениха? Вести двойную жизнь?

Не получится.

Добровольно и мирно расторгнуть помолвку со Шведовыми?

Не выйдет.

Дядя не поддержит меня, не поймёт. Слишком уж сильно они с Инессой зависят от денег Власа, его влияния и авторитета. Да и втягивать в это Вадима я не хочу, даже если случится чудо и Демьян отступит, Астаховых лишат контракта.

Роняю голову на подушку, в отчаянии сжимая кулаки. Думай, Лиза, думай!

А что, если... бессовестная племянница Вадима Астахова сбежит? Это, может, хоть немного, но обелит его в глазах Власа, даст шанс, по крайней мере, закончить работу.

Весь оставшийся вечер анализирую, строю план, продумываю ходы и в оконцовке принимаю окончательное решение. Я расскажу Руслану всё, как на духу. И если он поверит мне, простит за ложь, согласится вместе уехать, я сделаю это. Без раздумий и сомнений.

А если нет... тогда... тогда я потеряю смысл своей жизни. Сбудется страшный сон: остаться без любимого и выйти замуж за самого ненавистного человека на планете.

Ты заслужила это, Лиза. Пропитанными ложью поступками.

Предугадать реакцию татуированного парня, что украл моё сердце, нереально. Маленькая надежда всё же теплится в груди. Руслан знает про гибель родителей и то, как выросла в семье дяди. Он поверит, что я была вынуждена согласиться на брак и мне не дали права выбора. Рус знает, когда я вру, а когда нет. Поймёт, почувствует правду.

Без сомнения, он будет взбешён, разъярён. Но факт того, что между нами с Демьяном не было интимной связи, станет главным доказательством.

Следующее утро встречает затянутыми серыми тучами. Унылая погода и без того давит на скверное настроение. Выпив натощак стакан тёплой воды, нехотя собираюсь на учёбу.

Таня спит. Не знаю, что она чувствует от принятых таблеток, но, судя по виду, процесс не из приятных. Я немного почитала перед сном в интернете про медикаментозное прерывание беременности и, признаться честно, стало немного страшно.

В университете время тянется ужасно долго. От осознания, что через определённое количество времени решится твоя судьба, состоится важный разговор, все внутренности скручиваются в гигантский узел. Желчь то и дело подскакивает к горлу. Ладошки потеют, не успеваю вытирать о джинсы.

Ни о чем не могу думать. Без конца пытаюсь прокрутить в голове предстоящий диалог. Нормальные мысли не лезут, ни в какую не хотят собираться в адекватные и цельные предложения.

— Излей душу, — сидящий рядом Егор шепчет, придвигаясь ближе. — С Князевым в контрах?

— Нет, всё нормально, — отчасти говорю правду. Проблем нет. Пока.

— Ладно, не буду допытывать, — рыжик достаёт из кармана ириску и протягивает мне.

— Я тебя обожаю! — с благодарностью принимаю презент, разворачивая обёртку, но есть не хочется совсем.

— Лучше пусть у тебя пломба вылетит, чем у меня, — ухмыляется гад. В шутку пихаю друга. На какое-то время забываюсь, отвлекаясь на колкости Воронцова. Но спустя время тяжёлые мысли снова забирают в мучительный плен.

Я даже пролистываю тетрадку в конец и начинаю записывать на чистых листочках примерные варианты, с чего начать рассказ. Отчаянно пытаюсь сформулировать, хоть и понимаю, что в ответственный момент из головы вылетит всё на свете. А читать по тетради... ну такое себе.

Вчера Руслан не остался в общежитии, уехал загород домой. Соответственно, в университете его сегодня нет, но я отправила сообщение, что хочу поговорить и нам нужно увидеться. Сделала это для себя, чтобы не струсить, не пойти на попятную и не передумать. Прочитав, Князев стал обрывать телефон звонками. Пришлось успокаивать и сказать, мол, ничего серьёзного не произошло.

Плюс одна ложь с моей стороны...

Несмотря на долгое ожидание, час икс подкрадывается незаметно.

Телефон издаёт звук, оповещающий о входящем смс:

Руслан: подъезжаю.

Мы договорились, что он заберёт меня после пар и отвезёт на квартиру, чтобы спокойно поговорить.

На ватных ногах иду в гардеробную. Одевшись, решаю дождаться на улице. Морозный воздух освежит, приведёт в чувства, иначе в задании точно потеряю сознание от волнения.

Падающий снег характерно хрустит под ботинками. Поправив на плече тяжёлую сумку, бреду на парковку. Погружённая в мысли, не замечаю на припорошённой земле тонкий слой льда и поскальзываюсь. Благо удерживаю равновесие, вскрикнув.

— Как корова на льду, — знакомый голос, звук захлопнувшейся двери машины и тяжёлые шаги заставляют моё сердце пропустить жизненно важный удар.

Нет! Нет! Нет!

Пусть это будет галлюцинация. Умоляю, пусть это будет галлюцинация!

— Привет, любимая. Скучала?

Трясясь всем телом, поднимаю затравленный взгляд. Демьян стоит передо мной с фирменной мерзкой ухмылочкой.

— Зачем ты здесь? — голос позорно дрожит. Озираюсь по сторонам, как загнанный в угол зверёк. Машины Руслана нет, но он должен быть здесь с минуты на минуту! В панике выпаливаю: — Я не хочу тебя сейчас видеть.

— Ты чё, совсем страх потеряла, соска? — скалится, хватая меня за шиворот куртки.

— Уезжай, если не хочешь проблем, — во мне нарастает самая настоящая истерика.

Господи, не знаю, зачем злю его. В стрессовой ситуации не нахожу иного выхода кроме как этот. Нужно поскорее избавиться от Шведова, пока не приехал Руслан.

— Проблем? Ты башкой ударилась? — встряхивает, приводя в чувства.

— Отпусти меня, — нервно отталкиваю жениха, но я слабее и не получается. Только моя куртка издаёт звук рвущихся по шву ниток. Демьян отпускает, но мгновенно берёт за локоть и дёргает на себя, начиная тащить к машине, как телёнка на убой. — Отпусти я сказала! Отстань!

Здравая мысль проскакивает в голове: если уеду, Руслан не увидит нас вместе. Это лучший вариант из всех возможных.

Я перестаю сопротивляться, но слишком поздно. Устрашающий визг тормозящих шин заставляет кровь в жилах заледенеть.

Сглатываю ком в горле. Это конец.

Кажется, Демьян не обращает внимания на звук, продолжает вести. Он ещё не догадывается, что сейчас произойдёт. Что с ним сделает Руслан. И со мной тоже...

— Отпусти её! — агрессивный голос Руслана заставляет меня неосознанно всхлипнуть и зажмуриться.

— Какие люди! — повернув голову, Демьян замирает. — Давно не виделись, Князев, — произносит с нескрываемым презрением.

Князев... Они знакомы...

В голове яркой вспышкой всплывает воспоминание на гонке, где я увидела Шведова, приближающегося к машине Руса. Почему же я потом это забыла и не сопоставила?!

— Я, блядь, сказал, отпусти её! — Руслан подлетает к нам в два счёта, жёстко хватает Шведова и отталкивает в сторону.

Не удержавшись, Демьян поскальзывается и падает на колени.

— Ты кто такой вмешиваться в мои дела?!

— Ты нахер кто такой водить дела с моей девушкой? — Рус надвигается на него. Понимая, к чему всё идёт, бросаюсь за ним.

— Руслан! Руслан, не надо, пожалуйста!

Но меня не слышат. Всё происходит быстро. Слишком быстро.

— Ты какого хуя к ней лезешь? Забыл, как я тебя в прошлый раз отпиздил? Напомнить?

— Руслан, прошу, давай уйдём отсюда! — рыдая, я умоляю его уйти, пока Демьян не успел заговорить и разрушить мою жизнь окончательно.

Блондин не успевает подняться на ноги. Руслан самостоятельно поднимает его за шкирку и встряхивает словно тряпку.

— Девушке? — несмотря на проигрышное положение в глазах жениха пляшут бесовские искры. Он переводит взгляд с Руса на меня и обратно, чтобы убедиться в его словах. — Трахаешься с ним?

— Сука! — Князев проходится по челюсти оппонента, изо рта того брызгает кровь.

— Твоя девушка – моя невеста, долбоёб! — с кровавой улыбкой на губах хохочет Демьян.

Не знаю, откуда в нём столько сил, но он отталкивает Руслана, и тот отступает. В этот момент я просто не хочу жить. Исчезнуть, испариться, провалиться под землю. Что угодно, лишь бы не находиться здесь.

— Рус... — шепчу, давясь слезами, но не надеюсь, что он услышит.

Князев слегка поворачивает голову, смотря на меня боковым зрением, а затем в этой же позе наносит мощный удар кулаком в живот Шведову. Он сгибается пополам, и Рус добивает коленом уже в голову. Снова упав на землю, на этот раз Шведов превращается в дьявола. Схватив Князева за ноги, он валит его следом. Завязывается настоящее кровавое месиво.

События развиваются будто на перемотке, я не успеваю сообразить, среагировать.

Мелкие снежинки витают в воздухе, кровь брызгает по сторонам.

Во мне срывает все предохранители, видя, что Демьяну удаётся залезть на Руса.

— Отвали от него! Отстань! Пошёл вон! — подбежав, я не разбираю слов, кричу во всё горло и бросаюсь на Демьяна со спины. — Ненавижу! Будь ты проклят!

Шведов со всей дури отпихивает, и я, потеряв равновесие, падаю, завалившись набок, но успеваю прикрыть голову руками. Видимо, моё вмешательство даёт Руслану фору взять главенство над ситуацией.

— Ещё хоть пальцем к ней, сука, прикоснёшься – убью, — рычит мой любимый.

Сил подняться нет, сажусь на колени, роняю голову и плачу, от того, что Руслан узнал правду не от меня. Нужно было раньше ему рассказать! С самого начала! Почему молчала, почему не говорила?! Дура!

Кто-то рывком поднимает меня на ноги. Встрепенувшись, инстинктивно дёргаюсь, но это оказывается Руслан.

Перевожу затравленный взгляд за его спину, на Шведова. Лицо жениха представляет собой фарш. Светлая куртка вся в крови, как и прядки волос.

Князев молчит, испепеляя меня звериным взглядом.

— Я собиралась сказать... Это то, о чём я хотела сегодня с тобой поговорить! — язык заплетается. — Пожалуйста! — О чём прошу? Наверное, поверить мне.

Шведов кое-как поднимается и, хромая, плетётся к своей машине.

— Я еду к отцу. Тебе пиздец, Князев, — бросает он, садясь в кроссовер. — А ты, шалашовка... Молись.

Проклятый жених уезжает, оставляя нас одних.

— Прости... — вжимаю голову в плечи.

— Скажи, что он врёт, — ладонь с разбитыми костяшками ложится на мою шею, сдавливая. — Богом тебя прошу, Лиза. Скажи, что Шведов – не твой жених!

— Прости, — повторяю, как заведённая кукла. — Прости!

— Бля, — горько усмехается, сплёвывая кровь на землю.

— Я не люблю его, клянусь! Я была вынуждена согласиться ради дяди, — хватаюсь ледяной ладонью за его.

— Убери, — голос холоднее льда. — И как давно?

— Выслушай меня, я всё объясню, — задыхаясь, молю. — Давай уедем отсюда, и я тебе всё расскажу!

— Отвечай, — Руслан смотрел на меня по-разному. Но с ненавистью, как сейчас – никогда.

— С момента нашего знакомства... Он ничего не значит для меня!

— Закрой рот.

— Я люблю тебя, Руслан. — Отчаяние. Именно так могу описать своё состояние в этот момент. Я готова сделать и сказать, что угодно, лишь бы он поверил и простил. Но уже поздно.

— Закрой. Свой. Рот.

— Прошу... это правда, — слёзы текут по щекам, падая на татуированную кисть. Морозный пар идёт из мужского рта. Рус дышит, как разъярённый бык. Кажется, готов разорвать предательницу в клочья.

— Всё это время у тебя был жених, и ты трахалась со мной? И с ним? — бьёт словами, а лучше бы дал пощёчину. Может, было бы не так больно.

— Что? Нет, я не спала с ним. Я... я клянусь тебе! — зачем-то оправдываюсь в очевидных вещах. — Ты же был моим первым!

— Ты – лживая тварь, — выплёвывает он по слогам спустя минуту раздумий. — Чтоб духу твоего в моём поле зрения не было. Усекла? Исчезни, иначе превращу твою жизнь в ад.

И отпускает. Руслан отшвыривает меня и уходит к своей машине. А я обессиленно оседаю на землю, упираясь ладонями в холодный снег, окрашенный красными крапинками крови.

Горькие рыдания сотрясают тело, когда я слышу звук заведённого мотора и визг шин.

Он уехал. Оставил меня одну. Не поверил...

Сегодня я разрушила бизнес дяди, который меня вырастил. И осталась с сердцем, вырванным из груди любимым мужчиной.

И всему этому причина – я сама.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

ССЫЛКА НА ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ https://litnet.com/ru/book/lomaya-zaprety-b488592

Вот и подобрались мы к финалу первой книги. С нетерпением жду вас в комментариях для обсуждения и во второй части! Переходите по ссылке во вторую книгу и не забудьте добавить ее в библиотеку, чтобы не потерять. Обещаю, продолжение будет жарким:)