Глава 51 Аж по клитору дало

Крик разноситься далеко по поляне и слышится даже на другой стороне небольшого пруда на берегу, которого сидят вдесятером босые девушки, вонзив отращённые ногти в землю. Одна из них с тёмными волосами и большими губами сама хрупкого сложения произнесла:

— Слышите, крутит кого то?

— Да, — прислушалась Галина, — это от туда доноситься. Я узнаю голос Тани. Наверно опять чего — то у них случилось. Пойдём, поможем?

— Пойдёмте, — ответила, словно за всех высокая грудастая блондинка Арина.

Все вышибли ударами пяток ногти из земли, встали друг за дружкой и направились вдесятером к дому от куда идут крики и визги.

Длинноносая Марина высокая худая одетая в чёрную юбку, заметила:

— Эх ты, как крутит.

Так, переговариваясь и наполняя лесок и полянку множеством юных голосов и шлёпая по траве босыми ступнями, они дошли до дома от куда несутся визги и крики уже в четыре горла. Девушки прошли по крыльцу босыми ногами. Босые ступни прошагали по деревянным лесенкам и все вошли друг за дружкой в дом, наполнив его босоногой ходьбой. Первой вошла в общую комнату низенькая Маргарита в коротком платье, обтягивающим большую жопу:

— Помощь кому нужна?

Тут вступила в разговор мощная грудастая девушка Ира с жирными ногами из под платья и жёлтыми ороговелыми подошвами.

— А, привет Ира, привет, Маргарита, привет Анжела. Ой, сколько вас там ещё много, — проорала бабушка, — вот мы вцеплялись, а потом всех посрывало и крутить пошло.

Схватили Ира и Кира среднего роста с короткими светлыми волосами и огромными грудями Таню и стали её держать.

Ася и Агата схватили маму. Арина же с большими глазами, двумя передними заячьими зубами и светлыми волосами обняла Настю. Богдана, Галина и Марина принялись держать Ладу. Бабушка воскликнула:

— Ой, спасибо вам, девчонки. А то опять бы их ногами спутало.

Девушки подержали их немного, а когда те закончили кричать, то отпустили и одна за другой с задорным визгом, вышли из дома и направились, визжа по тропке в направлении лесной дороги.

Расселись все снова по своим местам.

— Давайте опять вцепляться, — сказала бабушка.

— Давайте, — поддержала её Лада.

Все снова согнули пальцы ног и вонзились.

Бабушка помахала ладонью перед голым волосатым лобком и сказала:

— Когда они вошли, мне сразу как по клитору дало. Я аж, еле сдержалась.

Мама ответила:

— Конечно, вон в них сколько энергии.

А Таня сидит, слушает и только улыбается.

Мама пошлёпала бабушку по волосатому лобку и сказала:

— Остынь, мама, остынь.

Тут вдруг издалека донёсся звонкий крик девушек.

— Ух, как кричат засранки, — прошептала бабушка.

Таня для чего — то вышибла пятками ногти ступней из пола, подошла к окну и закричала долго.

Ответили ей десять юных голосов.

Таня опять прокричала долго-предолго. И снова ей ответили десять женских юных голосов, но уже чуть ближе, а потом запели нежную тонкую песню.

Бабушка сказала, сидя на диване и вонзившись ногтями в пол:

— Таня, засранка такая, не перевозбуждай меня.

Таня надела быстро платье, кухонные сырники на босые ступни, вышла на крыльцо и застучала подошвами кухонных сырников. Она прошла чуть дальше по поляне, оставив в общей комнате вонзающихся бабушку, маму, младшую сестру и всех остальных, издала снова крик громкий и надрывный.

Бабушка крикнула, поглядев в открытое окно общей комнаты:

— Чего блядь творит засранка долговязая. Лада, Оля, сядьте, пожалуйста, с обеих сторон от меня и держите меня за руки, а то чувствую, скоро сорвусь. Как кричат, как кричат.

Мама, бабушка и Лада застучали ступнями, повизжав немного. А затем Лада и мама сели возле бабушки. Мама с правой стороны, а Лада с левой. Все снова вцепились. А Лада с мамой стали держать крепко накрепко бабушку за руки. Мама прислушалась к визгам с улицы и воскликнула:

— Кажется, опять их сюда ведёт. Чего делается, чего делается.

— Держись, бабушка, держись, милая, — пролепетала мама.

Просунулась в окошко голова Тани, а позади неё визги и крики. Таня спросила:

— Мама, а можно я с подругами пойду в свою комнату? Мы там с ними повцепляемся, потанцуем, попоём.

— Можно, — разрешила мама.

Бабушка только рот открыла:

— Да ты что, Таня, сейчас такое начнётся, я точно не выдержу, хоть в цепи куй, всё равно начну себя тереть.

Лада погладила бабушку по голове:

— Бедная, бедная, потерпи.

— Потерпи, мама, — сказала Оля.

Наполнился дом визгами криками и топотом идущих в дом девушек.

Лада сказала бабушке:

— Это только начало. Сейчас как начнут чудить.

— Ой, я не сдержусь, ой, я точно не сдержусь. Я тут же начну себя тереть. Я уже ощущаю, как мне сильно хочется. Что они творят, что творят.

Усилились крики в доме. Орут одновременно одиннадцать юных женских голосов. Слышится смех, разговоры. Бабушка вышибла ногти ступней из пола, сидит уже просто так и терпит. Лада увидела, как бабушке тяжело и попросила Гузель:

— Сядь на бёдра бабушки.

Гузель вышибла ногти из пола и послушно подошла. Лада посадила её на бабушкины ляжки и сказала:

— В случае чего она помешает тебе трогать себя и, кроме того, я не позволю тебе себя трогать, когда на тебе сидит мой ребёнок. Пусть тебя будет это хоть немного останавливать. Вышибла Аиша также ногти ступней, подошла к дивану, забралась на него и встала позади обнажённой бабушки. Она принялась щекотать ей нежно шейку и посмеиваться. Бабушка заулыбалась и сказала:

— Аиша там меня так щекотит, что меня аж мурашит всю. Я аж забалдела. Мама спросила:

— А чего мы вцепляться перестали? Одна Настя только вцеплённая сидит. Ведь мы для этого и собрались.

— И в самом деле. Чего это мы вцепляться перестали?

Все вцепились снова отращёнными ногтями в деревянный пол. Только вцепились, посидели так немного, как бабушка застонала:

— Они так чудят, так кричат, я уже не могу. Дайте я подрочу клитор и успокоюсь.

— Нет — нет — нет, потому что на тебе сидит моя пятилетняя дочка Гузель. Ты же не будешь с ребёнком на бёдрах этим заниматься? — запротестовала Лада.

Бабушка застонала, сжав зубы. Мама помотала головой и произнесла:

— Чего там твориться, чего твориться. Ужас просто. Ор такой стоит.

— Дайте же я себя потрогаю, — взмолилась бабушка.

— Нет — нет. Терпи, бабушка Матрёна, прошептала Лада.

— Ой, как трудно.

Сидят они на диване. Настя постучала пятками, вышибла ногти и расставила носки, а пятки соединила и снова сидит так, вонзив ногти в пол. Мама сидит, поставив правую ступню чуть впереди. Лада же держит ступни прямо. Огромные прямоугольные ногти погружены в доски.

Загрузка...