Ведьмак с Марса. Финал (СИ)

Глава 21

Формирование Альянса Чистых стало тем событием, которое можно было сопоставить разве что с созданием государственных союзов. Раньше ТОП формировался по весу корпораций, которые стремились организовать бизнес в смежных областях. Всегда удобнее иметь собственную компанию по разработке и доставке сырья, потом меньше платишь за логистику — так и вырастали ТОПы корпоративного сектора, государства в государстве, со своей полицией корпоративного права, и сотрудниками-гражданами, чья жизнь была расписана и принадлежала компании — прямо как государства в древности.

Первыми топами стали компании Рюрика и других «Варягов», которые, получив технологии стангеров, смогли организовать рывок к космической эпохе. Сильно уменьшившаяся после апокалипсиса ИИ численность населения Земли и последующее освоение Солнечной системы дали нужный толчок экспансии. ТОПы получали других ТОПов-конкурентов, формируя сложную систему, которая работала не без огрехов, но смогла удерживать равновесие. Сохранились островки государственности, типа Испанского королевства, где институт власти удержался на авторитете прежних правителей и чистой земле — но это стало странами второго порядка, в то время как основной рост населения шел в городах-мегаполисах, штаб-квартирах планетарных корпораций.

И вот сейчас Чистые наконец-то приблизились к высшей форме капиталистического корпоративного хищника — монополии. ТОПы, почувствовав власть и силу, начали прибирать к своим рукам всё больше и больше участников рынка. Постепенно дрязги и свары, вспыхнувшие после взрыва инфо-бомбы, утихли, сменившись закулисной резнёй. Магнусы и Чистые подмяли под себя большую часть затронутых, и волны после взрыва будто угасли сами собой. Отдельно от Чистых продолжали существовать некоторые ТОПы, в том числе исполин «РосТеха», и анонимное движение самаритян, которые помогали тем, кому могли помочь.

Мейсон «Стратег» Магнус знал, что под маской самаритян скрывается Департамент, но после формирования Альянса и демонстрации абсолютного оружия Трона оценил соотношение сил и счел его…

— Их слишком мало, — подытожил Стратег.

— Приемлемо, — сказал Артур Магнус, изучив доклад военачальника. — Действия Рюрика теперь не больше, чем жужжание комара под ухом — раздражают, но не способны причинить реальный вред.

— Тем не менее, хочу отметить, что у Департамента осталось несколько козырей, — напомнил Стратег. — Сеть Ковена, сами возможности Примы Рюрика…

— Не имеют значения, — отмахнулся Старейший. — Я оценил возможности мальчишки во время нашей личной встречи. Да, он силен, но без нужного веса колонии он ничто перед мощью Иерихона.

— Их инженер может повторить разработку.

— Для этого нужны время и ресурсы. И добыть их Рюрик может только в одном месте. Как удобно — стоит нам нажать на эту уязвимость, и комар сам явится на свет, чтобы его прихлопнули.

— Значит, «РосТех»? — уточнил Стратег, делая соответствующую пометку в ворохе планов и заготовок.

— Верно. Пора загнать этого медведя в угол.

— Будет сделано, — поклонился Мейсон и вышел из кабинета.

Он двинулся в центр управления, на ходу обрастая свитой.

— Кстати, — вспомнил он про недавний инцидент, когда операция против Департамента едва не провалилась, и потребовалось его личное участие в переговорах с мелкой сошкой. — Чем закончилась операция с найденным компроматом против Магнусов?

— Секунду, — адъютант вызвал на планшете соответствующий отчет оперативников. — Команда успешно захватила перебежчика и во избежание срабатывания закладки погрузила его в кому. После чего взломала планшет и отследила сервер, куда был загружен файл. Перебежчик не стал заморачиваться с безопасностью и оставил вход через био-сканер. Дальше — дело техники.

— Проблем не было?

— Несколько раненых и убитых в результате перестрелки, были проблемы со связью, когда загнали цель под землю, но больше ничего, — ответил ассистент, пробежавшись глазами по тексту.

— Босс, совещание с лидерами ТОПов через минуту, — напомнил другой ассистент. — Перенести?

— Пусть подождут, я иду, — сказал Магнус, пометил это дело как решенное и выбросил из головы, сосредоточившись на более насущных проблемах.

Всё началось с мелочи. Подобно тому, как царь зверей не обращает внимания на роющихся под ногами насекомых, так и «РосТех» сперва никак не ощутил, что над ним сгущаются тучи. Где-то задержались поставки нужных материалов, где-то в результате ЧП произошел срыв сдачи проекта, не прошел платеж, был проигран суд с подрядчиками, затерялись результаты экспертизы — привычная рутина для работников крупнейшей корпорации, которую нужно было решать, текучка, не стоящая внимания высшего менеджмента, который отвечал за стратегическое управление компанией.

Подобная тактика применялась и раньше с неизменным успехом, но здесь и сейчас муравьям не повезло наткнуться на паука, сидящего в засаде. Осталось только уведомить хозяина берлоги.

Дмитрий Анатольевич Медведев недоуменно нахмурился, когда дверь его кабинета распахнулась с грохотом, словно её пнул мобильный пехотный доспех.

В каком-то смысле так и было, только пинавшая дверь ногой носила чулки и десятисантиметровые шпильки офисного работника.

— Катя? — изумленно спросил Дмитрий Анатольевич, глядя, как дочь его главы службы безопасности невозмутимо поправляет задравшуюся юбку.

— Простите, Дмитрий Анатольевич! — показалась следом начальник секретариата. — Я пыталась объяснить, что вы на совещании. Сейчас охрана разберется…

Старый Медведь невольно усмехнулся, представив, как отец и дочь Орловы будут выяснять отношения, устроив разборки на кулачках за право вламываться в его кабинет посреди рабочего совещания.

— Только недавно ремонт делали, — проворчал он добродушно и махнул рукой в экран проектора. — Господа, давайте сделаем перерыв на десять минут.

— Лучше час, — заявил вошедший следом парень. — В десять минут не уложимся.

— А ты что тут делаешь? — удивился Медведев появлению Люциуса Магнуса.

— Работаю, — беззаботно отозвался парень, на ходу тыкая планшет.

— Чего? — еще сильнее удивился Дмитрий Анатольевич.

— И мне за это даже не платят — представляете? — усмехнулся бывший президент студенческого совета Звездной Академии.

— Не паясничай, — строго произнесла Екатерина Орлова.

— Да, дорогая, — тут же изобразил покорность Магнус.

— Дмитрий Анатольевич, я потом всё вам объясню, — наградив жениха еще одним строгим, выразительным взглядом, произнесла помощница Снежаны Медведевой. — Лучше взгляните на это.

Президент «РосТеха» перевёл взгляд на экран, где уже завершилось рабочее совещание с главами департаментов, и теперь демонстрировалась докладная записка с обзором и анализом текущих проблем и дедлайнов.

— И зачем вы мне это показываете? — не понял Дмитрий Анатольевич, закончив чтение. — Это же текучка.

— Согласно этому отчету, отставание от графика производительности составит пятнадцать процентов.

— И что? Бывают накладки.

— Согласно отчету за прошлый месяц, раньше это подразделение шло с опережением на три процента.

— Так… — медленно протянул Медведев.

Три процента — статистическая погрешность. Почти двадцать — звоночек, и Медведев как никто другой понимал, как важно обращать внимание на такие мелочи.

— Почему это обнаружил ты, а не команда аналитиков?

— Это которые пашут по двенадцать часов каждый день, пытаясь разобраться в творящемся снаружи хаосе? — уточнил Люциус.

Старый Медведь проворчал по нос что-то нецензурное. Он полагал, что после чистки от шпионов и гнилых ростков усилия аналитического отдела можно направить вовне. В итоге аналитики пахали как проклятые, разбирая завалы после инфобомбы, а внутренние дела компании стояли на низком приоритете, и этим вопросом никто не занимался.

— Это не отменяет моего вопроса, — Дмитрий Анатольевич нахмурился, не понимая, как посторонний для компании человек, пусть и вхожий в ближний круг его дочери, смог раскопать такое.

— Катя потом объяснит, — отмахнулся Люциус, словно это была какая-то мелочь. — Как говорят у вас на родине, Дмитрий Анатольевич, это были только цветочки. А ягодки вот они…

— Какого х… — вырвалось у президента, когда следующий отчет показал анимированную картинку, как очень крупный представитель полярных лисичек закусывает логотипом «РосТеха», а следом побежали пугающие цифры. Просадка наблюдалась не только у одного отдела или подразделения. Схожие цифры демонстрировала вся корпорация.

Хорошо налаженный механизм… Проржавел? Засорился? Словно насыпали песка.

— Почему сразу не пришли ко мне? — спросил Медведев.

— А что мы сейчас, по-вашему, делаем? — возразил Люциус. — Собрали отчет и сразу пулей к вам, правда, пришлось прорываться через бюрократические окопы и заграждения из секретарей.

— Ты пролез на внутренний сервер компании, — скорее констатировал, чем спросил Медведев.

Даже если это было сделано из благих побуждений, такое нарушение корпоративной безопасности президент пропустить не мог.

— Не я, — спешно поднял руки Люциус, очень уж угрожающе недовольным выглядел Старый Медведь. — Хотя не скажу, что не пробовал. Исключительно из спортивного интереса. Ваши безопасники не даром едят свой хлеб с икрой.

— Тогда как… — начал Медведев, но договорить ему не дали.

— Это была я, — раздался голос Снежаны Медведевой.

— И ты, Брут, — проворчал недовольно Дмитрий Анатольевич, понимая, что у его дочери был необходимый допуск.

— В защиту вашей дочери скажу, что она получила одобрение мужа, — тут же встрял Люциус.

— И этот тут, — вздохнул президент. — Лезет не в свое дело. Впереди дядьки…

— Папа, без помощи Юлия мы бы не осилили охватить весь объем информации, это же тысячи человекочасов работы.

— И один Рюрик смог? Как? А, кажется, догадываюсь… снова эти рептилоидские штучки? Так, ладно. Вы привлекли мое внимание. Молодцы, хорошая работа. И что дальше?

Люциус вывел следующее изображение: Альянс Чистых, блокирующий «РосТех». Медведев нахмурился, но заголовок с сомнительным юмором сменился хорошо структурированными данными, которые доказывали скоординированную работу Чистых против корпорации.

— Таким образом, — после серии аналитических выкладок сказал Люциус, — нам приходится иметь дело с полномасштабной блокадой «РосТеха» всем Альянсом.

— Со всех сторон, обложили, сволочи, — вздохнул Дмитрий Анатольевич, глядя на схематичное изображение границ, которые окружил Альянс. — Я их в порошок сотру.

— Они это и добиваются, — покачал головой Люциус. — Спровоцировать на первый ход и ударить в ответ в момент внезапной слабости. Блицкриг, как сказали бы стратеги прошлого тысячелетия.

— Но теперь мы знаем, на что они рассчитывают. Ударим первыми и со всей силы.

— И получат одобрение общественности на легитимный ответ против жестоких и ничем не обоснованные нападок медведя-шатуна, — Люциус показал пальцами «кавычки» в ответ на нахмуренный взгляд Медведва, мол, не мои слова, и пояснил метафору. — Магнусы используют свое ультимативное оружие. Иерихон превратит штаб-квартиру «РосТеха» в выжженую пустыню. И всё, финита ля комедия. Так что нам нужно выиграть время. Сыграем в игру по их же правилам.

Тут Медведев заметил, как лицо Люциуса становится более серьёзным.

— Это задача для Профессора.

— Это не по плану, — нахмурился Мейсон, изучая сухие строчки отчетов и цифры.

Это было похоже на шахматную партию. Мейсон двигал свои пешки и фигуры по доске сражения с неизвестным стратегом, но не мог добиться существенного перевеса. Более того — он вообще не мог добиться хоть какого-нибудь перевеса. Он продвигал вперёд новое поколение Чистых — бывших выпускников Звёздной Академии, но на них всплывал совершенно неожиданный компромат. Взрыв инфобомбы был той ещё ядеркой, ослепившей всех, но люди забыли, что помимо этого существуют другие игроки на поле интриги. Выпускники Академии свою задачу провалили, не успев даже приступить к её выполнению.

Мейсон сделал ставку на пиратскую эскадрилью, которая должна была перехватывать грузы, предназначенные для «РосТеха», убив тем самым сразу двух зайцев: во-первых, лишив «РосТех» поставок необходимого сырья, и во-вторых, показав слабость колосса, не способного защитить собственные логистические цепочки. Хорошо оснащённая, укомплектованная отличными пилотами и не страдающая муками морального выбора эскадрилья с готовностью взялась за работу.

Они смогли перехватить один караван, отпраздновали победу и готовились к перехвату второго конвоя. Их носитель, пришвартованный к стыковочному узлу небольшой станции, служившей им базой, был готов принять на борт эскадрилью вместе с десантными ботами, предназначенными для абордажа. Завершались последние приготовления, когда прозвучал сигнал тревоги: радарный пункт отметил приближение неизвестных кораблей. На вызовы со станции неизвестные не отвечали, приближались быстро, и были классифицированы как противник.

Пираты заняли места в кокпитах своих истребителей, по команде покинули станцию и пошли на перехват приближающегося противника.

При сближении сразу стало очевидно, что лёгкого боя не получится — противник выстроился сдвоенным клином, в первом ряду которого шли истребители, тут же завязавшие бой с истребителями пиратов. Вторым рядом двигались тяжёлые бомбардировщики, нацелившиеся на носитель и станцию. Пока быстрые вёрткие машины вели смертельный танец в пространстве около станции, бомбардировщики прошли к своим целям и приступили к торпедированию.

Первой жертвой стал носитель, который разнесли вдребезги за считанные минуты. За ним пришла очередь станции. Один за другим бомбардировщики заходили на позицию огня и выпускали торпеды, которые устремлялись к приюту пиратов. Первая волна торпед прошла в ангар, разворотив там всё и заблокировав возможность вылета десантным ботам. Вторая снесла шлюзовые узлы, лишив уцелевших возможности эвакуироваться с помощью спасательных транспортов. Третья прошлась по всей станции, превращая высокотехнологичное сооружение, обеспечивающее людям выживание в условиях открытого космоса, в груду искорёженного металла.

Тем временем истребители гонялись друг за другом, выбивая одну пиратскую машину за другой. Пираты не сразу поняли, что им противостоят дроны, беспилотные летательные аппараты, несущие дополнительное вооружение, размещённое на борту вместо систем жизнеобеспечения пилота. Каким было программное обеспечение дронов, осталось неизвестным, но пилотаж шёл на уровне лучших асов Земли. Дроны не делали ошибок, их действия были хирургически точными, и ряды защитников станции всё редели, пока последний пират не был уничтожен.

Разгром был полным и беспощадным. Нападавшие не оставили подписи, но Мейсону и не нужна была подпись — он знал, с кем столкнулся. Всё тот же таинственный стратег, выступающий против него на стороне «РосТеха» и срывающий одну акцию за другой. Ещё хуже оказалось то, что нападавшие обыскали разгромленную станцию и нашли в уцелевшем оборудовании следы прокси-компании Магнусов, скупавшей награбленное у пиратов. За этим последовал рейд на компанию, с обыском и всплывшими доказательствами, что она причастна к нападениям на корабли «РосТеха». Утраченных боевых мощностей не хватило для других акций, которые оказались сорваны в итоге поражения пиратской эскадрильи — не имело смысла начинать атаки, заведомо проигрышные по итогам.

Разгромленная пиратская база стала разрубленным узлом, который ослабил давление на других участках фронта. Хуже того, уничтожение станции заставило многих союзников отказаться от сотрудничества или по крайней мере уклоняться от него — никто не хотел терять дорогостоящие активы в результате предоставления своих станций под базы для акций Магнусов.

«РосТех» устоял под натиском Мейсона, перестроился, заранее блокируя возможные направления новых атак на его структуру, и продолжил свою работу, оставшись одним из немногих ТОПов, неподвластных влиянию Магнусов.

Шахматная партия двух стратегов подошла к завершению, окончившись досадным поражением.

На той стороне появился многообещающий, достойный соперник.

— Что же, этот бой ты выиграл… но сможешь ли ты выиграть войну?