Век святых. Мир ирландского монашества до английского завоевания

Паломничество, путешествие, «странствие ради Христа» (peregrinatio pro Christo) занимали важное место в духовности ирландского монашества и воспринимались как особый род подвижничества. В ирландских раннесредневековых произведениях мы встречаем образцы особой проникновенной любви ирландцев к своему острову, своей родной земле (туату), глубокую привязанность к своим родным (клану). На фоне этого трепетного отношения и затворничество, и путешествие становятся особенной жертвой ради Христа и распространения веры.

Трудно назвать Древнюю Ирландию страной путешественников. Устройство Ирландии и внутреннее право ее маленьких королевств не располагали к тому, чтобы люди покидали свои родные земли. Без препятствий перемещаться между туатами могли филиды, брегоны, священники и отшельники. Конечно, в мифах и сагах странствуют герои, которые, благодаря судьбе и доблести, оказывались на особом положении. Обычный свободный член туата без опасения за свою жизнь мог выходить за границы своей земли только во время военного похода, паломничества или для участия в народном собрании с ярмаркой в другом туате. Свободно передвигались и вооруженные группы — наемники, ищущие себе господина, и разбойничающие фении, находившиеся вне социального круга туата. Иногда туаты заключали между собой особое соглашение, и тогда их жители могли посещать земли соседей. Однако если такового договора не было, то путешественник из другого туата оказывался на чужой земле вне закона, его могли убить или ограбить без каких-либо последствий для нападавшего; выкуп за такого путешественника не выплачивался. И тот, кто пришел в чужой туат, и тот, кто приплыл в Ирландию, считался по закону изгнанником.

Как уже говорилось выше, королевства-туаты были невелики — примерно 15–25 км в диаметре. То есть «обжитой мир» обычного ирландца раннего Средневековья был очень ограничен. Христианство же, с первого момента своего появления — можно назвать этим моментом само Рождество Христово, — было связано со странствиями. Переход в Вифлеем св. Иосифа и Девы Марии, приход волхвов, бегство в Египет, проповедь Христа и события Страстной недели, весть апостольская — становление христианства неотделимо от дороги.

Возможно, христианский призыв пуститься в путь привлекал своей героичностью, а может быть, напротив, вызывал внутреннюю борьбу и неприятие. Так или иначе став христианами, многие ирландцы превратились в путешественников, непрестанно перемещавшихся по Ирландии, близлежащим островам, Британии и отплывавших на континент.

С одной стороны, странствие — это отказ от родины и жизнь в чужой среде, с другой — отказ от всего привычного ради жизни в затворничестве, которое не подразумевало каких-либо перемещений в пространстве. Биограф св. Колумбана (Иона из монастыря Боббио) рассказывает о том, как его наставляет одна отшельница, которая называла «местом странствий» свою келью. Странствие, телесное и духовное, было ответом на призыв Христа следовать за Ним.

В истории ирландского христианства мы можем встретиться с несколькими видами странников:

— «изгнанник из-за моря» — тот, кто прибыл в Ирландию и путешествовал по ней, распространяя Благую Весть;

— местный проповедник, путешествующий по Ирландии;

— изгнанник из Ирландии, миссионер — тот, кто, наоборот, покинул свою страну, чтобы проповедовать в Британии и на континенте;

— путешественник на острова, отшельник — тот, кто избирает отшельническую жизнь на одном из небольших островов Ирландии и Шотландии;

— морской путешественник, отправлявшийся в море ради испытания или в порядке наказания за преступление;

— паломник в святые места;

— путешественник в загробный мир;

— и даже затворник в своей келье мог восприниматься как странник, путешествующий духовно.

Изгнанник из-за моря

Св. Палладий и св. Патрик были «изгнанниками из-за моря», то есть не ирландцами, они пришли сюда из другой земли, что сразу ставило их в особое положение. Поскольку они приходили с проповедью, их восприняли как мудрецов, учителей, но статус чужестранца в то же время делал их положение опасным. Любому проповеднику, который хотел добиться успеха и получить землю для церкви или монастыря, нужно было договариваться с королями туатов. Многие святые начинали с основания обители, которая привлекала подвижников и учеников, те, в свою очередь, уходили, чтобы создавать новые «сыновние» монастыри. Св. Патрик, видимо, был сразу настроен на широкую проповедь, а не на уединение, поэтому он переходил из туата в туат, и в каждом новом королевстве его работа начиналась заново. При дворах одних королей он имел успех, при других — нет, где-то его даже пытались убить. Для защиты и помощи в переговорах у Патрика была свита, да и на остров он прибыл не в одиночестве, а с помощниками. В его свиту входили королевские сыновья, которые могли и защитить в случае опасности.

Ни Палладий, ни Патрик не погибли и не стали мучениками на ирландской земле. Земля, которую Патрик получил для строительства аббатства Армы, находилась рядом с главным поселением и сакральным центром провинции Ульстер, Эмайн Махой. В ранней истории христианства в Ирландии почти нет мучеников и крупных конфликтов, тем более вооруженных, связанных с противостоянием вероучений. Хотя было несколько случаев, когда аббатов и братию просили уйти с уже дарованных земель, нет свидетельств, чтобы короли в первые века христианства нападали на монастыри.

Путешествие по Ирландии

Как можно видеть в житиях многочисленных ирландских святых, почти все они так или иначе ощущали призвание к проповеди. Многие из них мечтали прожить в спокойствии и самоотречении в одном месте, но немногим это удавалось. Такие учителя, как св. Энда, если и не странствовали по Ирландии сами, вдохновляли на это своих учеников — так, именно из школы Арана вышла целая плеяда проповедников, в том числе входящих в «двенадцать апостолов Ирландии». Уже решения Первого собора св. Патрика учитывают это миссионерское рвение и устанавливают правила проведения богослужений для епископов и священников, странствующих за пределами своего диоцеза.

Причиной ухода из родных земель часто было желание взятия дополнительного испытания — служить Богу именно вдали от родных мест. Часто в житиях мы видим, что святые основатели создают новую общину по мере того, как предыдущая слишком сильно разрастается, и в ней они уже не могут найти возможности быть в уединении; либо братии оказывается слишком много для одного места.

Среди монашеских традиций особняком стоят общины кулди, которые были более склонны находиться в одном месте, их уставы не позволяли монахам уходить далеко от монастыря, а тем более путешествовать в другие королевства. Это правило, по мнению, например, св. Маэл Руайна, более соответствовало строгому аскетизму.

Великие миссионеры: святой Колум Килле и монашеская семья Ионы

Трудно выделить какой-то определенный период времени, к которому бы можно было отнести миссионерское движение среди монахов и священников Ирландии. Оно появилось одновременно с Ирландской церковью и было одним из самых сильных в течение VI–XI вв. Причины, толкавшие монахов именно к миссионерской деятельности, были различны. Многие из них были как бы вовлечены в миссионерскую деятельность судьбой, частными откровениями или, сами не ища того, привлекали к себе большое внимание и многих учеников. Так центрами миссии становились кельи отшельников или добровольных изгнанников, таких как св. Колум Килле, покровитель Ирландии и Шотландии и основатель самой влиятельной монастырской семьи. Самым ранним его житием можно считать поэму «Чудо Колума Килле». Наиболее раннее полное житие, сосредоточенное, впрочем, на чудесах и пророчествах святого, написано св. Адомнаном мак Ронайном, девятым аббатом Ионы, в конце VII в.

Св. Колумба, или Колум Килле (Cholimb Chille — Голубь Церкви), родился на севере Ирландии. Он принадлежал к клану Кенел Конайлл, ветви рода северных Уи Нейлов, ставших позже верховными королями Ирландии. Кенел Конайлл правили королевством Аргилла. Основатель рода Конайл Губан упоминается в рассказе «Разговор стариков» как спутник Кайльте мак Ронайна, фения короля Финна мак Кувала («Цикл Финна»),

Святой родился в 521 г., его отцом был Федлимид, сын Фергуса, а мать звали Этне. Он рано выбрал путь священника и монаха, учился у некоего Геммана, а затем был рукоположен в дьякона и продолжил обучение у св. Финиана в Мовилле, он считал своим учителем и св. Энду, посещал и другие школы. При этом считается, что он учился и у филидов, поскольку прославился как поэт, которому принадлежит (и приписывается) много прекрасных произведений. В молодые годы он основал в Ирландии много монастырей (по легендам — 26). Самые значительные из них: в Дерри (Дайре Кайглах, Daire Calgach — Дубовый лесок Калгаха, или Derry) — в 546 г., в Келлее (Mainistir Cheanannais, Chenannais Мог, Kells), на земле, дарованной королем Диармайдом мак Кербаллом, — в 554 г., в Дарроу (Дайр-мах, Dair-magh, Durrow), где святой жил до 563 г., — в 553 (556) г.

Переломным событием в жизни Колумбы стала битва при Кул Древне. В 561 г. двоюродный брат Колумбы, Айнмире, сын Сетны, вместе с представителями других ветвей Уи Нейлов и королем Коннахта Аэдом выступает против Диармайда мак Кербалла. Причиной битвы становится убийство Диармайдом Курнана, сына Аэда, который находился у Диармайда в заложниках, при этом под защитой и поручительством Колумбы. В житии говорится, что перед убийством Курнана «вырвали из рук святого»[80]. Согласно другой версии причиной битвы был гнев св. Финиана на Колумбу, который без разрешения переписал у настоятеля Мовилле Псалтырь. Колумба был весьма огорчен и потрясен количеством жертв, павших в этом сражении — какова бы ни была его причина, — и на некоторое время был отлучен от церкви за участие. После битвы Колумба отправился в изгнание — возможно, это было наложенное им самим наказание. По легендам, он пообещал Богу обратить в веру столько душ, сколько погибло при Кул Древне, но в действительности обратил куда больше.

В 563 г. в возрасте 42 лет он отплыл (с двенадцатью, как водится, спутниками) в Британию. Среди тех, кто его сопровождал, четверо были его родственниками: его двоюродные братья Байтене и Кобтах, дядя Колумбы Эрнан и Диармайд. Изгнанники обосновались на маленьком острове Иона близ Шотландии. Но изгнание не стало отшельничеством, святой много путешествовал, в том числе и на Гербидские острова, и принимал участие в политических делах. Он много общался с королем пиктов Бруде, сыном Маэлгуна, участвовал в жизни королевской династии королевства Дал Риада — ирландского королевства в Шотландии. Король Дал Риады Комгалл и его преемник Аэдан хорошо принимали Колумбу. Поддержка королей обеспечивала Колумбе безопасность при путешествиях по Шотландии и распространении новой веры.

Благородное происхождение и статус рода Уи Нейллов только помогали Колумбе в трудах и в общении со знатью, он содействовал мирным взаимоотношениям между пиктскими регионами. В Шотландии он основал еще несколько обителей. Агиограф Колума Килле Адомнан уделяет треть жития пророчествам святого, и в значительной мере это пророчества, связанные с войнами, наследованием и клановыми спорами. Судя по этому тексту, аббатство Ионы постоянно посещали как родственники Колумбы, так и представители других королевских родов. Многие желали получить его благословение для себя или своих детей.

Свой рассказ о чудесах Адомнан начинает с прославления чудес, происходивших при упоминании Колума Килле, и силы песен, исполнявшихся в его честь. Первой он упоминает историю, случившуюся после смерти святого с королем Нортумбрии Освальдом — Колум Килле явился ему во сне и пообещал победу, укрепив его таким образом в христианской вере.

Изгнание не стало препятствием и для путешествий святого в Ирландию. Очевидно, что отлучение было временно (так как он не мог проповедовать, служить литургии и почитаться святым будучи отлученным), но остаться в Ирландии он не мог уже по личному убеждению и выбору. Колумба упоминается в житиях многих святых, он был в дружеских отношениях со св. Бренданом Мореплавателем и Бренданом из Бирра, Кайнехом из Аха Бо, Кормаком Уа Лиатайном (Соrmaс иа Liathdin) — аббатом Дарроу, с монахами Клонмакнойса и Монастербойса.

В 575 (или 590) г. Колумбан принял участие в соборе в Друим Кете (Druim Cetta). Среди вопросов, которые удалось разрешить благодаря участию Колумбы, было несколько политических, связанных с Дал Риадой и освобождением Скандлана, пленника короля Аэда, сына Айнмирэ. На соборе был поднят вопрос об упразднении сословия филидов, содержание которых обходилось слишком дорого населению острова (так как филидов было очень много, а странствующего филида и его свиту любой хозяин обязан кормить и привечать). Заслугой Колума Килле считается сохранение сословия филидов и их школ в Ирландии — он предложил сократить их число, утвердить организацию, при которой существование филидов не будет чрезмерно обременительно. Считается, что именно в благодарность за это заступничество филид Даллан Форгалл сочинил хвалебную песнь в честь святого — «Чудо Коллума Киле» («Amra Choluimb Chille»), которая может считаться его первым житием.

Адомнан свидетельствуете многочисленных и разнообразных чудесах Колума Килле: явлениях ангелов, посрамлениях демонов и языческих магов, исцелениях и предотвращении мора, заботах святого о благополучии семей, деревень и о хорошем урожае, а также о благополучном исходе разных неприятных ситуаций. В житии часто упоминаются работы по переписыванию книг, в которых участвовал и сам Колумба (а написанные им строки не повреждала вода), кроме того, он был поэтом. Из приписываемых святому стихотворений в настоящее время его подлинными творениями признаны два: «Adiutor Laborantium» («Помощник трудящимся») и «Altus Prosator» («Вечный Творец»),

Колумба ушел из жизни на Ионе, 9 июня 597 г. Уставший от странствий и многочисленных посетителей, он предсказал, что в дни его смерти и похорон никто не сможет попасть на остров из-за бури с дождем. Несколько человек — рыбаки и даже некий старец Лугайд, сын Тальхана, находившийся в Ирландии, — видели столп света, поднимающийся от аббатства Ионы. Перед смертью Колум Килле благословил остров и аббатство, сказав: «Место сие, хотя оно тесно и незначительно, не только королям ирландским и с их народами, но даже и правителям чужеземных и варварских народов с подчиненными им племенами подаст великую и немалую честь, и оно будет одарено почтением немалых святых других церквей»[81].

Долгое время Иона был одним из самых значимых монастырей Ирландии и Шотландии — даже несмотря на то, что находился на небольшом острове. Монастырская семья Ионы была самой крупной и значительной, он спорил за право считаться главнейшим христианским центром с Армой.

Управление аббатством Ионы переходило членам клана Кенел Конайлл, за одним только исключением — четвертым аббатом был бритт Фергне (Fergnae Britt mac Failbi, ум. 623 г.). Сразу за св. Колумбой аббатом ровно на год — день в день — стал его двоюродный брат и спутник св. Байтене мак Бренайнд (Baithene mac Brenaind, ум. 598 г.). Следующим — двоюродный племянник Колумбы св. Ласрен мак Ферадайг (Lasren mac Feradaig, ум. 605 г.). Вслед за Фергне аббатом стал племянник Ласрена Сегене мак Фиахнай (Segene mac Fiachnai, ум. 652 г.).

Девятый епископ св. Адомнан мак Ронайн (Adomnan mac Ronan, 624–704 гг.) стал автором не только жития св. Колума Килле, но и «Закона Адомнана» («Cain Adomnain») — первого известного «закона святых», представлявшего собой особые правовые трактаты, с помощью которых духовные учителя регулировали социальный порядок. «Закон Адомнана» был признан как действительный правовой документ (ратифицирован) на соборе в Бирре в 697 г. королями Ирландии, Дал Риады и пиктских земель. Также перу Адомнана принадлежит трактат «О святых местах» («De Locis Sanctis»), посвященный крупнейшим местам паломничеств, и несколько поэм. Адомнан много путешествовал, посещал английские монастыри, поддерживал связи с королем Нортумбрии Эдфритом, был активным участником споров о праздновании Пасхи.

Знаменитым выходцем Ионы был св. Айдан (600–651), апостол Нортумбрии. Король Освальд, прославленный святым, приняв власть, решил вернуть христианство в свои земли, где язычество стало преобладать. Он посетил Иону и просил послать миссионеров. Первая миссия, возглавляемая Корманом, была неудачна, и монахи вернулись на Иону. Затем в Нортумбрию отправился Айдан. Как и св. Патрик в Ирландии, Айдан последовательно посещал одно селение за другим, строил и восстанавливал храмы. Освальд подарил Айдану приливной остров Линдисфарн, где монах основал новый монастырь, ставший одним из самых прославленных. По просьбе короля Айдан принял сан и стал епископом Линдисфарна и Нортумбрии. Он выкупал рабов, а полученные от королей из знати подарки раздавал бедным.

Как пишет Беда Достопочтенный в «Церковной истории народа англов», Айдан был внимательным и мягким, и поэтому его проповедь была успешной, в то время как Корман относился к людям слишком сурово. «Среди прочих душеполезных уроков он преподал духовенству и полезнейший урок воздержания и самообладания; лучшим доводом в пользу его учения служило то, что он с его товарищами жил той же жизнью, которой учил. Ибо он не думал и не заботился о земных благах, но тут же с радостью отдавал первому встречному бедняку дары, полученные им от королей и сильных мира сего. Повсюду, в городе и деревне, он путешествовал не верхом, а пешком, если его не побуждала срочная необходимость. Когда же он в пути встречал людей, богатых или бедных, он всегда обращался к ним и, если они были неверующими, убеждал их принять таинство крещения. Если же они были верующими, он укреплял их в вере как словом, так и дарами милосердия и другими добрыми делами»[82].

Линдисфарнские монахи проповедовали в англо-саксонских землях, прежде всего там, где христианство уже насаждалось, но население вновь вернулось к язычеству. Айдан основал школу для священников, из которой вышли св. Диума (Diurna), епископ Мерсии и Линдси в центре Британии, святые братья Седд (Cedda) и Чед (Ceadda). Седд был поставлен епископом восточных саксов и, согласно Беде, сыграл решающую роль в христианизации их региона. Он основал и возглавил монастырь Ластингем (Lastingem) в Нортумбрии. Беда сообщает, что он участвовал в соборе в Уитби, решавшем вопрос о правилах празднования Пасхи, и был для участников переводчиком. С именем св. Чеда, епископа Йорка, а затем первого епископа и аббата Личфилда, связывают окончательную христианизацию Мерсии. Кроме Личфилдского монастыря (Lichfild), он основал в этом государстве крупные монастыри в местечке Линдси (Lindsey) и в Барроу-на-Хумбере (Barrow-upon-Humber). Наследником св. Айдана и следующим аббатом Линдисфарна стал св. Финдан. Он обратил в христианскую веру короля Эссекса Сигеберта II и короля Мерсии Педа.

Таким образом, воспитанники Ионы сыграли важную роль во вторичном обращении в христианство населения английских королевств.

Великие миссионеры: святой Фурса, святой Колумбан и их последователи

В середине VI века началась ирландская миссия в континентальных странах. Так, получив веру от христиан континента, многие ирландцы отправлялись туда же, чтобы проповедовать в землях, в которых все еще царило язычество, наставлять правителей, создавать монастыри, распространять ученость и грамотность.

Среди ирландцев, посвятивших свою жизнь миссионерству, яркой фигурой является святой Фурса (Fursey). Беда Достопочтенный посвящает Фурсе, как и Айдану, главу в своей «Церковной истории народа англов». Фурса родился во второй половине VI века на юге Ирландии, его отец Финтан был принцем одного из королевских родов, мать звали Гелгес (Gelges), и она была дочерью Аэд Финна, короля Коннахта. Согласно преданию, король Аэд Финн был недоволен браком дочери, поэтому молодой семье пришлось покинуть двор. Их приютил дядя Финтана — св. Брендан Мореплаватель. Супруги поселились в монастыре на острове Ойрбсен[83], где и родился Фурса. Здесь он вырос, получил образование, принял постриг и жил под руководством св. Мелдана. Затем Фурса основал собственную обитель на берегу того же острова, в местечке Ратмат (Rathmat), известную как Киллурса (Kill Fursa, Killursa, церковь Фурсы). Однажды во время тяжелой болезни он удостоился видений, в которых ему были представлены злейшие грехи и величайшие добродетели. Также ангелы повелели ему усердно трудиться на ниве Господней. Через год он снова получил наставление от ангела о том, как нужно вести проповедь, и предписание посвятить проповеди 12 лет. Фурса вверил свое аббатство братьям св. Ултану и св. Фойллану, а сам отправился в путешествие: сначала проповедовал в Ирландии, прославившись как изгоняющий бесов, а потом отплыл в Британию.

В Восточной Британии Фурса был благосклонно принят христианским королем Сигибертом и основал монастырь Кнобхересбург. Когда обитель была отстроена, святой посчитал, что он может удалиться в пустынь. Но трудам его еще не пришло время завершиться. Кнобхересбург подвергался постоянным нападениям язычников из Мерсии, и сначала сам св. Фурса отправился на континент, затем за ним последовал его брат св. Фойллан, а монастырь был разрушен, простояв всего около 15–20 лет.

Св. Фурса был принят майордомом Нейстрии Эрионоальдом, а затем представлен франкскому королю Хлодвигу II, который был в то время еще мальчиком. Здесь Фурса основал монастырь на р. Марне, недалеко от Парижа, который впоследствии разросся в аббатство св. Петра и город Ланьи. Местные жители называли его Перонна скоттов (Peronna Scottorum). Один из последователей св. Фурсы, св. Селлан Пероннский, со своими учениками учредил много других обителей в районе Сены и Мааса. Около 650 г. Фурса решил вернуться в Англию и пригласить брата в новое аббатство, но по дороге он заболел и умер; и по распоряжению Эриноальда был похоронен в Перонне.

Самым известным и «плодоносным» ирландским миссионером в Галлии и Италии является св. Колумбан (Columbarius) или Колумба Младший, родившийся в середине VI в. Самое раннее из житий св. Колумбана составлено вскоре после его смерти по рассказам братии Ионой из монастыря Боббио, который лично основателя не знал. О родословной св. Колумбана ничего не известно, Иона лишь упоминает, что его матери перед его рождением приснился чудесный сон, в котором из ее лона исходил яркий свет, освещающий весь мир. Родился Колумбан в Лейнстере, обучался у Синелла (Sinell), аббата Клениш (Cleenish) на Лох Эйрне (Loch Eirne), где Колумбан составил комментарий к Псалтири. Синелл посоветовал ему учиться дальше в Бангоре у св. Комгалла. Колумбан принадлежит к «двенадцати апостолам», поэтому он был связан и с Клонардом. Из жития Ионы очевидно, что Колумбан обладал упрямым и горячим характером, решения давались ему с борьбой — как и решение стать монахом, — а в случае споров и разногласий он яростно и без компромиссов отстаивал свою точку зрения.

Ок. 585 г. (в двадцатилетием возрасте по свидетельству Ионы) Колумбан с двенадцатью спутниками покинул Бангор и направился на континент, высадившись в Бретани. Для него это путешествие совершенно четко выполняло роль аскетического делания: чем дальше от родины, привычной жизни, привычных лиц и искушений (он думал о браке), тем лучше. Он направился в Западную Галлию, а затем — в Бургундию и был благосклонно принят Сигибертом I, королем Бургундии и Австразии, и поразил всех мудростью и познаниями. Сигибертубедил Колумбана обосноваться в его землях и даровал ему земли с развалинами римской крепости в лесу Аннегрей (Annegray).

«Когда возросшей монашеской общине стало тесно, он задумал сыскать в той же пустыни лучшее место для постройки монастыря. И нашел он замок, некогда укрепленный прочными стенами, находящийся от Анаграта милях где-то в восьми, в старину носивший название Луксовий, где сохранялись остатки бань, построенных при обильных горячих источниках, где в окрестных зарослях было полно каменных статуй, которых в давние языческие времена почитали пагубными и нечистыми обрядами и перед которыми совершали гнусные жертвоприношения, там ныне бродили лишь всякие твари лесные: медведи, туры, волки. Там обосновавшись, достославный муж начал строить монастырь, прослышав о котором отовсюду стекались люди и домогались посвящения в иноческую жизнь, и вскоре собралось столь изрядное множество монахов, что одной киновии было мало, чтобы вместить образованную общину. Туда в изобилии стекались отовсюду сыновья из благородных семейств, дабы, презрев мирские суеты и отвергнув роскошь земную, взыскать вечной награды. Блаженный Колумбан ясно видел, что при таком стечении людей, ищущих целительного подвига, стены одной киновии не способны без сложностей уместить все это полчище насельников, и, пускай у них одно сердце и одна душа (Деян 4:32), жить такому множеству сообща несообразно, поэтому предпринял новые поиски и нашел место, прекрасно орошаемое источниками вод, которое нарек Ключами (Fontanae; совр. Фонтен-ле-Люксей в тех же краях. — Прим. пер.). Он поставил им руководителей из числа тех, в чьем благочестии не было сомнения. Итак, разместив монашескую братию по этим обителям, он поочередно обитал у всех и составил для них, исполнившись Святого Духа, устав, из которого внимательный читатель или слушатель может узнать, сколь обильна и глубока была образованность сего святого мужа»[84].

После смерти Сигиберта I и его сына Хильдерика II править стали его сыновья Теодорих девяти лет и Теодеберт десяти лет, а с ними жена Сигиберта, их бабушка — Брунгильда. Поначалу Теодорих любил посещать Колумбана и слушать его, но впоследствии Брунгильда, согласно житию, настроила Теодориха против подвижника, так как он обличал Теодориха за то, что он «грешит с сожительницами», пренебрегая законной женой, которой Брунгильда не доверяла. Кроме этого, Колумбан получил нарекания от местных епископов за то, что в его монастырях соблюдается кельтский обычай празднования Пасхи. В 602 г. его вызвали на суд, но он не явился, направив письмо собору епископов и два письма папам: Григорию I и его преемнику Бонифацию V. Однако до вмешательства папы ему пришлось покинуть Бургундию. Сначала по велению Теодориха он оказался в тюрьме, но чудом спасся оттуда и вернулся в Луксей. Затем Теодорих изгнал его из своей страны, потребовав, чтобы Колумбан отправился в Ирландию, и разрешив ему взять с собой только соотечественников. Все франкские братья должны были остаться в Бургундии.

Прибыв на берег моря и вознамерившись действительно отплыть в Ирландию, Колумбан сел на корабль, но поднялись волны, вновь и вновь прибивающие корабль обратно к берегу. Увидев в этом знак, Колумбан отказался от намерения вернуться на родной остров. Он решил отправиться с проповедью по Галлии и германским землям. Король Хлотарь II хорошо принял его и даже не хотел отпускать от двора. Святой пообещал, что Хлотарь будет благополучно править всеми франками и мирно получит земли Теодеберта и Теодориха, так как они погибнут в распре. Не вняв уговорам Хлотаря, Колумбан отправился в путешествие по рекам Марне и Рейну, проповедовал алеманам и свевам, побывал на Цюрихском и Боденском озерах. В окрестностях Майнца он вмешался в языческий ритуал в честь бога Бодана: он дунул на чан с пивом, предназначенным божеству, и чан раскололся.

Колумбан основал аббатство в Мерерау и просил своего спутника и друга св. Галла остаться здесь настоятелем. Сам он направился к лангобардам и получил от короля Агилульфа разрешение выбрать любую землю под монастырь. Колумбан выбрал местечко Боббио.

Между тем война между Теодебертом и Теодорихом закончилась смертью обоих, и Хлотарь попросил Колумбана вернуться в Луксей, послав к нему с письмом настоятеля Луксея Евсевия — ученика Колумбана, но святой возвращаться отказался и уже через год, в 615 г., умер.

Во всех своих странствиях и монастырях Колумбан всегда искал возможность пребывать в уединении, долгие периоды времени он жил один в стороне от монастырей. Сохранились письма и Правило святого Колумбана, в котором изложено традиционное для ирландцев представление о жизни подвижника, основанное на труде и надежде. Многие чудеса, которые описывает Иона, связаны с пропитанием монахов и защитой от диких зверей, нападавших на путешественников и отшельников в глухих местах, и в них выражается глубокое доверие Богу.

В целом, под влиянием св. Колумбана в течение VII в. на западе Европы возникло более 100 монастырей (по некоторым источникам эта цифра доходит до 330). Воспитанники каждого крупного монастыря также занимались проповедью и основанием новых обителей. От одного монастыря Луксей произошло еще более 60 монастырей по всей Европе. Из Луксея ирландская монастырская культура распространилась в Эльзас, вдоль течений Луары, Сены, Марны и Рейна. Но при всей стремительности распространения ирландского монашества, при всем множестве новых обителей монастырей, сохранивших чисто ирландские традиции, в Западной Европе было очень мало. Луксей, Мерерау и Боббио пережили столетия и являются действующими аббатствами и в наше время.

Во всех странствиях св. Колумбана, согласно житиям, за ним следовал его друг св. Галл, также выходец Бангора. Происхождение Галла неизвестно, но Колумбан именно его попросил остаться в землях Швейцарии, поскольку Галл хорошо владел местным языком. Галл прожил жизнь странника и отшельника, он отказался от места епископа Констанца и настоятеля Луксея (после смерти Евстасия), жил в одинокой келье, на месте которой в 719 г. был построен Санкт-Галленский монастырь, ставший наряду с Луксеем и Боббио крупнейшим центром учености в Западной Европе и важным сборным пунктом ирландских паломников, державших путь в Рим.

В VII в. в землях франков начинается расцвет религиозной жизни, по большей части благодаря трудам ирландских миссионеров. Для кого-то ирландские обычаи были привлекательны, иные считали ирландскую дисциплину слишком суровой и консервативной и заимствовали только некоторые элементы. И в монастырях, основанных ирландцами, правила жизни претерпевали изменения под влиянием бенедиктинского, цистерианского и других уставов. Но влияние св. Колумбана, сказывавшееся через его монастыри, стало важным фактором в развитии интеллектуальной жизни раннесредневековой Европы. Основанные ирландскими миссионерами монастыри были центрами учености, а также обзавелись со временем бесценными библиотеками, славившимися по Европе. Характерно, что, например, в германских землях таблички для письма назывались «табличками скоттов» (pugilares Scotorum).

Беспрепятственное распространение монастырей, в том числе и ирландских, по Западу Европы объясняется политическими причинами. Меровингские правители стремились усилить свое влияние, поддерживая монастыри неримского происхождения. В новых монастырях, принадлежащих к так называемому ирландско-франкскому типу, был принят устав, названный «правилом Колумбана-Бенедикта»[85]. Его приняли и многие старые обители. Этот устав делал монастыри независимыми от церковных властей, так как они присваивали себе привилегию «полной свободы» (libertas). Данная привилегия включала в себя не только материальную свободу: неприкосновенность монастырского имущества, доходов и освобождение от каких-либо регулярных подношений епископу, но и право самостоятельно регламентировать жизнь монастыря, выбирать своего епископа, обращаться к любому епископу за посвящением в сан монахов и освящением предметов.

В монастырях Колумбана учились франки, которые впоследствии становились важными лицами в государстве и занимали церковные посты и епископские кафедры. Власти устраивало то, что эти лица обучались в независимых ирландских, а не в традиционных римских монастырях. Тот же Луксей был непосредственно связан с двором Меровингов и руководствовался его политическими интересами, что заметно уже в истории св. Колумбана, рассказанной монахом Ионой.

Кроме того, франков интересовали германские земли. Усилению их влияния весьма способствовала христианизация Германии. Но если франкские правители покровительствовали и всячески способствовали миссионерам, в том числе ирландским, несущим христианство за Рейн, то германцы чаще встречали их враждебно, видя в деятельности монахов франкскую экспансию.

Ирландия славилась своими школами, в которые приезжали для получения образования люди из многих мест Европы. Из разнообразных документов и хроник можно узнать об ирландцах-ученых, которых хорошо принимали при европейских дворах. Одним из первых ученых, часто посещавших каролингский двор, был некто Дикуйл, видимо прибывший из Ионы. Он оставил произведения по астрономии и статистике, а также сочинение «Об измерении земли» («De Mensura Orbis»), являющееся первым географическим обзором подобного рода во Франкской империи.

В IX в. ирландцы, перебиравшиеся в континентальные города, создавали там ученые кружки, из которых особый интерес представляют кружки в Лаоне (к северо-востоку от Парижа) и Льеже (к востоку от Брюсселя). С льежским кружком связано имя знаменитого ирландца Седулия Скотта или Скоттиугены, одного из ученейших людей своего времени. Двор в Льеже и двор в Северном Уэльсе в середине IX в. были перевалочными пунктами на пути ирландских паломников, направляющихся в Рим, а потому считались общепризнанными культурными центрами.

Среди ирландцев, проповедовавших в континентальной Европе, известны такие, как:

— св. Килиан (Kilian) — апостол Франконии, ум. 689 г.,

— св. Фридолин Зекингенский (Fridolin of Sackingen) — основатель аббатства Зекинген и просветитель алеманнов, VI–VII вв.,

— св. Донат (829–876) и св. Андрей Скотт (VI в.) из Фьезоле,

— св. Венделин из Триера (554–617) — отшельник, основавший общины в Триере и Сааре,

— св. Дисибод (619 — ок. 700) — основатель аббатства Дисибоденберг в Курпфальце,

— св. Финтан (ум. 879) — основатель обители на острове Райнау, близ Шаффхаузена на Рейне,

— св. Мариан Скотт или Муйредах мак Робартайг (ум. ок. 1088) — основатель Ирландского монастыря в Регенсбурге (Ратисбон).

Кроме Санкт-Галлена ирландское происхождение на континенте имеют аббатство св. Павла в Безансоне, Ремирмонское аббатство, Эбермунстер в Нижнем Эльзасе, Стабло-Мальмеди в Северных Арденнах, монастырь св. Михаила на рейнском острове Хонау близ Страсбурга, Ратисбон в Южной Германии, аббатство св. Мартина в Кёльне, аббатство св. Доната в Фьезоле.

Перечень мест, где, согласно поздним хроникам и легендам, ирландские монахи и учителя основали монастыри или поселения, достаточно длинный; традиционно к таковым относятся: Леконне, Вюрцбург, Жюмьеж, Мо, Жуар, Фармутье, Ребо, Ремирмон, Люр, Кусанс, Фос-ла-Вилл, Сакинже, Боденское озеро, Зальцбург, Нан, Анже, Тур, Огзьер, Безе, Мутье, Таран, Бордо, Нарбон, Рейхенау, Вена, Эрфурт. Ирландцам приписывается христианизация Франконии, Баварии, Гессена и Тюрингии. Но традиция связывания этих монастырей с ирландскими миссионерами не всегда хорошо подтверждена. Многие монастыри и святые этих мест были позднее «иризированы», как и святые, считающиеся их основателями (такие как св. Магинальд, считающийся сподвижником св. Галла, св. Магнус — санкт-галленский монах, свв. Марин и Аниан — патроны монастыря Ротт в Баварии, свв. Пирмин, Эммерам, Арбогаст Страсбургский, Ланделин, Трудперт, Руперт и другие).

Дело в том, что во времена расцвета Средневековья было очень популярно вести биографию монастыря от ирландских миссионеров, и повсеместно создавались подобные «иризированные» биографии святых и обителей. Это явление иногда называют «ироманией». Мифологизация ирландцев была изначально заострена против «романизма». Но это явление и сейчас остается предметом изучения и споров[86].

Христианство пришло в Ирландию и Шотландию из континентальной Европы, из Галлии и Рима; тем примечательнее, что кельты проявили такое сильное миссионерское рвение на континенте, доходя до восточных и южных границ Европы, создавая церкви и монастыри, неся слово Божие всем народам. Их ученость и их манера проповеди и здесь делала их труды мирными — среди миссионеров столь же мало мучеников, сколь и при христианизации самой Ирландии. По подсчетам Ж. Ле Гоффа, в VI–VII вв. из Ирландии выехало около 115 святых мужей в Германию, 45 — во Францию, 44 — в Англию, 36 — на территорию современной Бельгии, 25 — в Шотландию, 13 — в Италию.

Морское странствие

Особым родом странствий в истории ирландского христианства и культуры были путешествия в море и на небольшие отделенные острова. Для ирландских подвижников море играло роль пустыни. Многие монашеские общины создавались именно на маленьких островках, к ним относятся и величайшие школы веры, такие как Аран, Иона, Линдисфарн. Но было и бесчисленное множество малоизвестных отшельнических хижин и поселений у побережий Ирландии и Шотландии.

В библейской традиции мы сталкиваемся с тем, что образы пустыни и океана связаны с представлением о мире мертвых и бесов. Мир стихий, неподвластных человеку, мир тяжелейших условий для выживания соотносился со смертью и выступал элементом обрядов очищения народа.

Переход через пустыню и морское путешествие — это тяжкое испытание. Однако оно может выступать не только как ад, но и как чистилище, быть тем путем, который раскрывает человеку Бога и правду о его личном спасении. Оно имеет духовное значение как трудный путь к перерождению и в конечном итоге открывает двери в рай. Авраам идет через пустыню, исполняя повеление Божие, и встречает Троицу. Именно такой образ можно усмотреть в бегстве Моисея через пустыню из Египта, в котором он обретает свое истинное предназначение и встречает Бога, говорящего из неопалимой купины. Образом спасения Израиля, а затем и народа Божия — Церкви — становится переход евреев через пустыню. Пророки постигают мудрость Божию, находясь в пустынях, и там же Иоанн Креститель возвещает приход Мессии. Испытание в пустыне подготавливает Иисуса Христа к его проповеди и Жертве.

С пустынями связаны подвиги первых христианских монахов. Св. Антоний и св. Павел Фивейский были образцом для многих поколений отшельников и подвижников. Жизнь этих отшельников — это не только физическое испытание и возможность полностью посвятить себя размышлению и молитве. Мир раннехристианской пустыни — это по-прежнему царство дьявола и одновременно царство чудес. Св. Антоний видит многочисленных чудовищ, устрашающих и искушающих его, но также и становится свидетелем чудес, среди которых и малые простые чудеса — такие как милосердие пустынных кочевников, кормящих его хлебом. И среди этого мира страшных или спасительных чудес монах надеется обрести Господа.

В представлении монахов северной Европы пустыней стали море и лес, и символика лесного и морского пространства близка к символике пустыни в традициях Малой Азии. С одной стороны, океан был входом в Другой Мир, обиталищем фоморов[87], потусторонних сил и чудовищ, и в то же время местом обретения мудрости и знаний — в представлении язычников это были колдовские знания и возможность постичь тайны природы, а для христиан — место аскезы, испытания и обретения мудрости, приближающей к Богу.

В ирландской культуре и мифологии значение моря и малых островов схоже, здесь смешиваются волшебство, образы рая и мира демонов. «Другой Мир» ирландцев включал в себя все, что не принадлежало обитаемому человеческому миру. При этом разные представители Другого Мира представлялись не связанными друг с другом «по природе», то есть демоны, фоморы, духи природы, сиды не были представителями какого-то одного многоликого потустороннего рода, но четко различались, поэтому отнесение их всех одинаково к «бесовским силам» неверно. В море путешественник мог встретить как враждебные силы, так и добрые.

На островах живут демоны-фоморы, с которыми приходится сражаться многим племенам и героям ирландской мифологии, а также могущественнейшее из Племен Богини Дану — Мананнан. Острова, на которых живут в блаженстве сиды и где могут жить вечно великие герои, называют Страной Юных, Тир-на-нОг (Tir-na-nOg). В ирландской мифологии описываются многочисленные странствия за пределы Ирландии. Сыновья Туиреана из племени сидов отправляются в путешествие по разным землям, чтобы добыть разные волшебные предметы и животных и тем спасти себя от смерти. Тадг (Tadhg), сын Киана, находит на волшебных островах обиталища всех королей древности. Финн мак Кувал и его фении, высадившись на одном из островов, попадают в мир Подводного королевства, а Ойсина, сына Финна, принимают в Стране Юных как короля.

Независимо от того, насколько сказочными являются те острова, которые посетили герои ирландской литературы в жанре иммрам (immram — плавание), очевидно, что для многих монашествующих средневековых ирландцев далекий остров и отшельническая келья на нем были дверями рая, и чем он уединеннее, тем драгоценнее его камни и волшебнее его растения. Невозможно не увидеть во всех этих чудесах совершенно обыденные искушения и радости, присущие призванию пустынника.

Самыми известными путешественниками из ирландских мифов являются Бран и Майль-Дуйн. Менее известны произведения «Плавание Снегдуса и Мак Риагла» («Immram Snedgusa ocus Maic Riagla») и «Плавание Уа Koppa» («lomramh churraig Hua gCorra», о котором речь пойдет в другом разделе). Герой произведения «Плавание Майль-Дуйна» («Immram curaig Mafle DCiin») Майль-Дуйн, сын Айлиля, отправился в плавание, чтобы найти убийц своего отца. Через два дня после начала плавания обнаруживает их на одном из островов. Но месть не удается совершить, шторм уносит корабль от берега, и Майль-Дуйн вынужден странствовать дальше. Он и его спутники посещают множество диковинных мест с чудесными животными, растениями и необычными явлениями. Трижды они встречают отшельников: первый жил с говорящими птицами, у другого был волшебный источник, а третий нес покаяние за воровство в монастыре, в котором он служил раньше. Именно он просил Майль-Дуйна простить убийц, поэтому, когда путешественники вновь оказались на острове убийц, герой пощадил их, а они устроили для гостей пиршество. Затем Майль-Дуйн смог вернуться в Ирландию.

«Плавание Брана» («Immram Brain») повествует о Бране, сыне Фебала. Его путешествие началось с того, что он увидел во сне серебряную ветвь с белыми цветами и поющую женщину. Проснувшись, он пожелал найти Остров Женщин, о котором пелось во сне. Бран сразу же снарядил корабль и выбрал двадцать семь спутников, среди которых было трое его молочных братьев (как и в команде Майль-Дуйна). Владыка морских островов Мананнан, сын Лира, явившийся перед ними на колеснице, указал, как достичь желанной страны. Достигнув Острова Женщин, Бран и его спутники сошли на берег с помощью королевы острова. Там Бран пробыл целый год, наслаждаясь едой, обществом женщин и музыкой.

Но вот тоска по дому овладела спутником Брана по имени Нехтан, и все они стали собираться в обратный путь. Королева предупредила путешественников, что им нельзя ступать на землю Ирландии. Когда они вернулись, то нетерпеливый Нехтан спрыгнул с борта и рассыпался прах. Оказалось, что уже сотни лет прошли с тех пор, как Бран ушел в свое странствие. Пришлось ему рассказать свою историю ирландцам с борта корабля, а затем снова уплыть в море.

Путешествие св. Брендана рассказывается и в его житии, и в отдельном произведении жанра иммрам: «Плавание святого Брендана, аббата» («Navigatio Sancti Brendani abbatis»), И житие, и иммрам имеются в поздних копиях, но создание их относят примерно к VIII в. Брендан упоминается в житиях св. Колумбы, Иты, в «Мартирологе Таллахта» и «Мартирологе Энгуса».

Брендан мокку Алти (Brenainn moccu Alti) родился в Трайх Ли (Traigh Li, Tralee), в Мунстере около 484 г., его родителей звали Финнлух (Finnlugh) и Кара (Сага) — она, как и многие другие матери ирландских святых, видела во сне перед рождением мальчика свет, выходящий из ее лона. С самого рождения попечение над ним взял епископ Сланэ Эрк. Он крестил мальчика и в годовалом возрасте передал на воспитание св. Ите, а когда Брендану исполнилось 5 лет, забрал и стал учить его сам. Когда Брендан вырос, он основал монастырь в Ардферте (Ardfert), из которого отправлялся в морские путешествия.

Житие Брендана из «Codex Salmankiensis» указывает на две попытки достичь «Земли, обетованной святым», но автор подробно о них не рассказывает, чтобы «не утруждать слушателей». Перед вторым путешествием св. Ита посоветовала Брендану сделать корабли полностью деревянными, а не кожаными, так как на кораблях из шкур убитых животных он никогда не сможет достигнуть желанной земли. Брендан слышит обещание Божие: «Подобно тому, как Я был проводником и помощником народу Израиля в том, чтобы он достиг Земли обетованной, так и тебе обещаю Я этот остров, и исполню это»[88]. По возвращении Брендана «распространившийся слух о его прибытии наполнил людей радостью»[89].

В житии путешественник Брендан уподобляется Моисею. Возвращаясь, он с жаром проповедует, привлекая многих к вере, и таким образом каждое странствие оказывается для него новым этапом посвящения и проникновения в глубины понимания Евангелия, также он очевидным образом приобретает в них и новые силы для своей миссии.

Основное путешествие св. Брендана длится, согласно «Плаванию», семь лет. Перед отплытием в океан они посещают св. Энду на о. Аран. Путешественники видят разные диковинные острова и сталкиваются с искушениями, лишь в конце плавания и совсем ненадолго достигают земли, на которую встреченный ими там отрок указывает как на обетованную и предназначенную сородичам Брендана в будущие годы гонений (на основании чего существуют предположения, что Брендан достиг Америки[90]).

Каждый год Великий Пост, Пасхальное и Рождественское время путешественники проводят в одних и тех же местах, указанных им проводниками. «Бог предназначил вам четыре места для четырех периодов времени до тех пор, пока не истекут семь лет вашего паломничества, а именно: Страстной Четверг — на острове с тем человеком, который будет встречать вас каждый год; Пасху — на спине у огромного зверя; с нами — пасхальные праздники до Пятидесятницы; с последователями Албея[91] справите Рождество Господне. Через семь лет, преодолев множество разных опасностей, вы найдете Землю, святым обетованную, которую ищите, и проживете там сорок дней, а затем приведет вас Бог в страну, где вы родились»,[92] — об этом сообщает путникам птица с Птичьего острова.

«Плавание», по всей видимости, имеет реальные основания, так как Брендан действительно много путешествовал и часто совершал морские поездки на острова (Оркнейские, Шетландские, Фарерские), а также бывал в Шотландии, Уэльсе, Бретани. Он посещал св. Колумбу (упоминание об этом в житии св. Колумбы — самое раннее из известных упоминание о св. Брендане). В Уэльсе он встречался со св. Гильдасом Мудрым и св. Мало, ставшим его учеником.

Автор жития утверждает, что святой привлекал к себе стольких последователей, что ему пришлось создать несколько новых монастырей, а сам он поселился в Иниш-да-друйме (Inis-da-druim), а затем создал Клонферт (Qonfert), который и стал самой знаменитой его обителью и местом погребения. В XII в. Клонферт был назначен епископской кафедрой и является ею по сей день.

Брендан — не единственный святой, имевший тягу к морским путешествиям. В житии св. Колумбы упоминается его спутник св. Кормак, трижды отправлявшийся в плавание. Желание найти Землю Обетованную в океане встречается в рассказах о св. Колумбане из Терригласа, св. Айльбе (хотя, возможно, имеется в виду не тот святой, который входит в число четырех святейших епископов). В «Книге из Лейнстера» св. Айльбе отправляется в плавание с двадцатью четырьмя спутниками, они достигают Земли Обетованной, где и должны остаться до страшного суда. Возможно, именно эта «община св. Албея» упоминается в «Плавании святого Брендана».

Святой Мунн в посвященном ему житии рассказывает: «Я возвращаюсь из Земли Обетованной, где вместе со мной побывали святой Колумба, святой Брендан и святой Кайннех. Это Божьей волей мы были перенесены туда и возвращены назад».

Св. Мало, или Махут (Malou, Machutus, 487–565), ученик св. Брендана и один из просветителей Бретани, тоже был прославленным мореплавателем. Самое раннее известное его житие IX в. рассказывает о нем как о великом проповеднике и основателе множества монастырей. Мало отправляется в морские путешествия, желая подражать своему наставнику. Этот святой также встречает послушного воле Божьей кита, на спине которого (опять же, как и св. Брендан) отмечает Пасху. После семи лет странствий св. Мало не обретает Земли Обетованной, и отец Мало после возвращения того в Ирландию запрещает ему подниматься на борт какого бы то ни было корабля. Впоследствии, однако, сам Господь посылает ему лодку, так что святой продолжает свои странствия.

В житиях отшельников и мореплавателей океан — это укрощенный Другой Мир. Мужественные путешественники противостоят всем опасностям, усмиряют стихию своей верой, противостоят бурям и укрепляются надеждой. Они не только преодолевают большие пространства на достаточно простых кожаных лодках, но могут плыть даже на остове лодки, плаще или ветке[93].

Наказание морем

В Ирландии в море отправляли в качестве наказания или суда (для подтверждения виновности или невиновности предполагаемого преступника в соответствии со средневековыми представлениями о том, что Бог спасает невиновного). Одно из наиболее ранних свидетельств такого наказания встречается как раз в житии св. Патрика авторства Мурьху.

«Между тем повернулся святой Патрик к Мак Куйлу и спросил его: "Зачем хотели вы испытать меня?" Отвечал ему жестокий властитель: "Я виновен в том, что случилось, и готов сделать все, что ты скажешь. Отдаюсь я во власть всевышнего Бога, о котором ты проповедуешь". И сказал святой: "Уверуй тогда в Бога моего Иисуса и покайся в грехах своих, и прими крещение во имя Отца и Сына, и Святого Духа". В сей же час обратился король в истинную веру, уверовал в предвечного Бога и был крещен. Потом сказал Мак Куйл: "Сознаюсь тебе, святой господин мой Патрик, что хотел я погубить тебя. Скажи, чем должен я заплатить за такое злодеяние?" И ответил ему Патрик: "Я не могу судить, но Бог рассудит. Отправляйся немедля к берегу безоружным и покинь край ирландский. Не бери с собой никакого добра кроме простого короткого платья, едва прикрывающего тело, не ешь и не пей ничего, что произрастает на этом острове, и неси на своей голове этот знак греха твоего. Когда подойдешь к морю, скуй ноги свои железной цепью и брось ключ в море, садись в лодку из одной-единственной шкуры без руля и без весла и готовься поплыть туда, куда отнесет тебя ветер и море. И на той земле, куда приведет тебя божественное провидение, исполняй божественные повеления". Ответил ему Мак Куйл: "Сделаю я так, как ты сказал. Что же нам делать с мертвым?" "Будет он жить и восстанет без мучений", — ответил Патрик. В тот же час воскресил его Патрик, и восстал он к жизни невредимым. Немедленно отправился Мак Куйл к морю к югу от Маг Иниш, уверовав неколебимо. У берега сковал он себя цепью и бросил ключ в море, как и было ему сказано, а потом пустился в море в маленькой лодке. Подгонял ее северный ветер и отнес на юг к острову Эвония. Там встретил он двух дивных мужей, воистину блистательных в вере и учении, которые первыми донесли слово Божье и святое крещение на остров Эвонию и обратили в кафолическую веру жителей острова. Имена им были Кониндр и Румил. Увидели они человека в бедном платье и удивились, и сжалились над ним. Взяли они его с моря и приняли как должно. Так, обретя на этом богоданном острове духовных отцов, упражнял он свое тело и душу и провел всю свою жизнь с этими двумя святыми епископами, пока не наследовал им епископство. Это Мак Куйл, епископ Мане и прелат Ард Хумнонн»[94].

Похожая история является завязкой «Плавания Уа Koppa» («lomramh churraig Hua gCorra»), вариант которой приводится в сборнике «MS. Materials of Ancient Irish History» О'Карри[95]. Трое братьев с компанией разбойников грабили церкви и монастыри Коннахта, начиная с самого аббатства Туама. В церкви Клотара они встречают своего деда, служившего епископом, и он радушно принимает их, в то время как они замышляют его убить. Он приглашает их на ночлег. Той же ночью старший из братьев Лохан видит во сне ад и рай, а утром рассказывает сон своим братьям. Вместе они решают, что пришло время покаяться, и спрашивают у епископа Клотара совет, как им испросить Божье прощение. Епископ направляет их в Клонард к св. Финиану, и братья без промедления облачаются в одежды пилигримов и идут в указанную святую обитель. Но когда они подходят к Клонарду, жители прячутся, разбегаются и затворяют ворота, так как знают о дурной славе братьев Koppa. Св. Финиан один выходит к ним навстречу и сердечно приглашает их войти. Выслушав их вопросы, Финиан велит им сначала год провести в обучении делам благочестия, а затем требует, чтобы они восстановили разрушенные ими церкви и монастыри. Самой последней оказывается церковь, разрушенная самой первой, — Сеаn Мага. Настоятель этой церкви св. Коман сооружает для братьев лодку и отправляет их в море без весел, в качестве последнего этапа покаяния.

«Плавание Уа Koppa» подробно рассказывает о различных островах, которые посещают они, чтобы совершить свое покаяние. Они встречают множество людей, испытывающих адские мучения за различные прегрешения. Но попадаются им и блаженные острова — например, они, как и св. Брендан, становятся гостями общины св. Айльбе. В «Плавании Уа Koppa», как и в других, важную роль играют птицы: это души умерших и посланники Бога, передающие путешественникам важные послания. Один из спутников Koppa погибает во время плавания и тут же превращается в говорящую птицу, которая просит братьев не унывать, потому что ей (душе) уготован рай.

Изгнание было характерным наказанием за тяжкие преступления, и, как можно видеть, труды по восстановлению разрушенного и возмещению украденного не избавляли кающихся преступников от этой кары. Причиной душевного переворота, произошедшего с братьями Карра, оказывается видение ада и рая — сюжет, очень популярный как в ирландской, так и в целом в европейской средневековой литературе. Последним островом в плавании братьев Koppa становится остров священника, который направляет путешественников к берегам Испании и предрекает, что они закончат жизнь в служении Богу.

Путешествие в загробный мир

Рассказы о путешествиях в загробный мир не вполне четко можно отделить от путешествий по островам — также сложно отделить мир мертвых в древнеирландской мифологии от мира волшебных сил, богов и сидов. Так, святой Брендан, отправляющийся в «Обетованную землю святых», по сути, ищет рай и образ небесного блаженства на земле, а встречающиеся ему чудеса сравнимы как с чудными «иными землями» (как в рассказах средневековых путешественников), с Другим Миром волшебных существ (как в ирландских мифах), так и с образами рая и ада (как в популярнейшем средневековом жанре странствий в чистилище).

Самым популярным местом паломничества в загробный мир — популярным не только в Ирландии, но и снискавшим славу по всей Европе — было чистилище св. Патрика, которое в полном соответствии с символикой воды и островов также находилось на острове посреди озера Лох Дерг.

Не вполне ясно, что за Патрик в действительности стал основателем этого святого места. Все рассказы, описывающие чистилище, весьма поздние (по отношению ко времени проповеди св. Патрика). Одна из легенд связывает это место с просветителем Ирландии, ее мы находим в «Золотой легенде» Иакова Ворагинского — самой популярной после Библии книге высокого Средневековья (написана ок. 1260 г.): «Проповедуя среди жителей Ирландии, святой Патрик пожинал весьма скудные плоды. Он попросил Господа явить какое-нибудь знамение, дабы люди устрашились и покаялись. По велению Господа святой посохом очертил в некоем месте большой круг. И вот внутри круга разверзлась земля, так что образовался глубокий колодец. Блаженному Патрику было открыто, что в этом месте находится чистилище. Каждый, кто захочет в него спуститься, не должен нести другого покаяния и не попадет в другое чистилище за свои грехи. Однако большинство людей не вернется оттуда. Те же, кто вернутся, должны оставаться на этом месте до утра»[96]. Эта история рассказывается также и в «Трактате о чистилище святого Патрика» Генри из Солтри, написанном в 1184 г., в ней уточняется, что два ирландца, просившие Божественного знамения, хотели увидеть: один — блаженства рая, другой — муки ада.

Весьма популярная в свое время книга о путешествиях «Фортунат», изданная в 1509 г., рассказывает другую историю. Ее герой посещает чистилище св. Патрика и спрашивает аббата монастыря, хранящего святилище, о том, как появилась таинственная пещера.

Аббат сообщает, что много веков назад на том месте, где сейчас стоят город и аббатство, была пустыня. Недалеко отсюда жил святой отшельник по имени Патрик. Однажды он обнаружил эту довольно глубокую пещеру. Он зашел в нее, но в темноте заблудился и понял, что не может найти дорогу назад. После долгих и бесплодных поисков выхода воззвал к Господу на коленях и попросил Господа вывести его из пещеры, если будет на то Его воля. Пока Патрик молился, он слышал доносящиеся из глубины пещеры душераздирающие стоны, как будто души вопили в чистилище. Окончив молитву, он, с Божьей помощью, отыскал выход наружу и с того дня еще больше стал изнурять свою плоть. После кончины Патрик был причислен к лику святых. Его ученики и последователи построили на этом месте монастырь.

Впрочем, возможно, что никаких сведений о каком-либо аббате Патрике и не было вовсе, так как в остальном описание чистилища св. Патрика совершенно не совпадаете его более ранними и собственно ирландскими описаниями.

Паломники и писатели, рассказывавшие об этом популярнейшем в Средние века святилище, описывали его немного по-разному (некоторые из них, впрочем, и вовсе придумывали подробности от себя, как художники, изображавшие в бестиариях никогда не виданных ими черепах и гиппопотамов по рассказам путешественников). «Классическое» описание чистилища представляло его темной «ямой» или пещерой. Для заботы об этом месте был построен монастырь, пещера была обнесена стеной для того, чтобы туда никто не мог проникнуть без благословения аббата и должной подготовки. Генри из Солтри описывает один-единственный остров, однако другие авторы утверждают, что чистилище находилось на одном острове («Остров святых»), а монастырь — на другом («Острове остановки» или «Острове стации»). Подтвердить одну из этих версий сложно, так как святилище неоднократно подвергалось разрушению во время английских гонений на католиков.

Для того чтобы попасть собственно в саму пещеру чистилища, нужно было получить разрешение епископа епархии Клохера, к которой оно принадлежало. Однако не все паломники спускались в пещеру и проходили испытание, многие просто посещали местный монастырь, слушали мессы и проповеди, как это можно делать и в наши дни. Те же, кто отправлялся в пещеру, могли пережить тяжелое испытание — пройти с ангелами через чистилище, увидеть ад и взглянуть мельком на рай. Трактат Генри из Солтри рассказывает приключения рыцаря Овейна, который после своего паломничества, впечатленный пережитыми видениями, становится монахом. Чистилище св. Патрика было чрезвычайно популярным местом, привлекавшим большое количество паломников и упоминавшимся в многочисленных литературных произведениях.

Широкую известность приобрели также и частные откровения, например святого миссионера Фурсы. Трижды он удостаивался посещений ангелов, и во время самого первого он видел страдания грешников и прославление добродетелей. Вот так описывает его видения Беда Достопочтенный: «Однако один случай мы все же сочли полезным включить в настоящую историю, поскольку она может оказаться полезной многим. Когда Фурсей был вознесен на большую высоту, сопровождавшие его ангелы велели ему повернуться и взглянуть на мир. Обернувшись, он увидел под собой нечто похожее на темную долину и четыре огня в воздухе, невдалеке друг от друга. Он спросил ангелов, что это за огни, и получил ответ, что это огни страстей, возмущающих и истощающих мир. Первый из них — обман, когда мы нарушаем свое обещание отвергнуть Сатану и все дела его, даваемое при крещении; второй — сластолюбие, когда мы земные блага любим более небесных; третий — раздор, когда мы не боимся ссориться с ближними даже по пустячным поводам; четвертый — несправедливость, когда мы считаем возможным грабить и обманывать слабых. Постепенно эти огни соединились и образовали одно большое пламя. Приблизившись к нему, святой в страхе сказал ангелу: "Смотри, господин, это пламя совсем рядом". Ангел же ответил: "Пламя, которым ты не воспламеняешься, не сожжет тебя; хоть оно кажется большим и ужасным, оно каждого испытывает по его вожделениям, и зло хочет, чтобы все сгорели в этом пламени. Ведь если в телесном обличье человек горит нечистыми страстями, то, высвободившись из тела, он во искупление сгорает здесь". Потом он увидел, как один из трех ангелов, что оба раза были его спутниками, устремился вперед и раздвинул пламя, в то время как двое остальных летели по обеим сторонам от него, заслоняя его от огня. Видел он и демонов, вылетавших из огня и пылавших злобой против праведников. Дальше в книге описываются обвинения злых духов против него, защита его праведниками и зрелище небесных сонмов, среди которых были и святые его собственного народа, жившие в прошлые времена и знакомые ему понаслышке. От них он узнал о многих вещах, полезных и для него и для всех, кто захочет узнать о них. Когда они закончили рассказывать и вернулись на небо с ангелами, три упомянутых ангела остались с блаженным Фурсеем, чтобы вернуть его в оставленное им тело. Когда они достигли пламени, ангел, как и в первый раз, раздвинул огонь; но когда человек Божий двигался через толщу огня, злые духи схватили одного из тех, кто горел там, бросили в него и опалили ему плечо и подбородок. Фурсей же узнал этого человека и вспомнил, что после его смерти взял нечто из его одежды. Ангел схватил того человека и бросил его назад в огонь, а злобный враг сказал: "Не отвергай того, кого признал; ведь раз ты взял вещи у грешника, то разделишь и его кару". Но ангел рядом с ним сказал: "Не из корысти он взял их, но чтобы спасти его душу". Тогда огонь погас, а ангел повернулся к Фурсею и сказал: "Ты обжегся огнем, который воспламенил тебя, ибо, если бы ты не взял вещи человека, умершего во грехе, тебя не обжег бы огонь его кары". После этого он посоветовал, как можно спасти того, кто раскается в самый час своей смерти. Когда Фурсей вернулся в свое тело, он всю оставшуюся жизнь носил отметины от огня, которым обжег его бесплотный дух, и все могли видеть эти следы на его плече и подбородке. Трудно помыслить о том, как он страдал тайно от того, что было явлено на его плоти. Как и раньше, он неустанно ободрял всех своими проповедями и примером своих добродетелей, но о своих видениях рассказывал лишь тем, кто его спрашивал, ради их спасения. Престарелый брат, доныне живущий в нашем монастыре, слышал от одного благочестивого и достойного доверия мужа, что тот видел Фурсея в провинции восточных англов и сам слышал от него об этих видениях. Он добавил, что, хотя это происходило зимой, в сильный мороз, а на святом было лишь тонкое одеяние, он весь вспотел, словно в разгар лета — то ли от страха, то ли от радости, разбуженной воспоминаниями»[97].

Одним из лучших художественных произведений раннесредневековой Ирландии является «Видение святого Адамнана», самая ранняя копия которой встречается в рукописи IX в. В своих образах «Видение святого Адамнана» опирается на иудейскую и христианскую литературу и на апокрифы, которые были в ходу в Ирландии до XII в. В «Видении Адамнана» душа св. Адамнана покидает тело и, сопровождаемая ангелом-хранителем, проходит Семь Небес Рая, Чистилище и Землю мучений. Сначала Адамнан видит святых и Трон Господа, отделенный от Земли Святых хрустальным покрывалом. Затем он видит людей, ожидающих входа в райские земли, стены, окружающие их, с семью вратами. Перед каждыми вратами находятся привратники, проводящие души через различные испытания, один из них — Архангел Михаил. Последнее видение — ад, где Адамнан видит различные испытания, а автор подробно описывает, за какое преступление какое следует наказание.

В XII в. монах Марк аббатства св. Иакова в Регенсбурге создал «Видение Тнугдала», пользовавшееся в свое время большой популярностью. Автор утверждал, что услышал рассказ от самого Тнугдала. В отличие от Фурсы или Адамнана, Тнугдал — грешник, его путешествие начинается с внезапной болезни, во время которой его душа на три дня покидает тело. Ангел сопровождает путешественника и ведет его сначала через 10 кругов ада («пассусов» или «шагов»), а затем показывает ему 7 радостей или «гаудий», первые из которых уготованы душам, еще проходящим очищение. Тнугдал встречает во время своего путешествия нескольких героев ирландских сказаний и некоторых ирландских святых. Два героя «Уладского цикла» — Фергус мак Ройх и Коннал Кернах — находятся в 5-м пределе ада, там, где страдают скупцы. А на втором шаге «гаудий» — радостей — он встречает короля Конхобара мак Несса, Кормака мак Арта и Донаха мак Карти, которые пребывают здесь благодаря своему милосердию и лишь время от времени подвергаются очистительным страданиям.

В седьмой гаудии Тнугдал видит прекрасный город с самой высокой стеной, где девять ангельских чинов поют славу Господу. Среди людей этого города он узнает святых Патрика, Руадана, Келлаха, Малахию. После посещения рая душа героя возвращается в тело. Все увиденное полностью меняет отношение Тнугдала к жизни, с сожалением он узнает, что в самых страшных местах ада томятся многие, кого он знал. История заканчивается тем, что Тнугдал постригается в монахи.

Путешествия в загробном мире увлекали ирландцев так же, как и жителей других регионов. Они выполняли назидательную роль, но при этом увлекали и будоражили слушателя. Ирландская визионерская литература, однако, отличалась мягкостью и добросердечностью в описании как радости, так и страдания.