Ветер с севера

Глава 111

111.

Проверяющих было двое: молоденький восторженный капитан Сарычев из профильного НИИ Министерства обороны, по странном недоразумению одетый в морскую форму, хотя за плечами у него было инженерное училище, и толстый капитан второго ранга Петровский из ГРАУ (Главное ракетно-артиллеристское управление).

Кавторанга Ветров смутно помнил по училищу. Тот был года на четыре старше. И уже в курсантские годы носил прозвище "Пузырь". То ли за форму тела, то ли за попытки проставиться на всех заведомо завальных зачётах и экзаменах.

— И как он будет по трапам то бегать? — хмыкнул Думченко, увидев Петровского на борту. — Полагаю, ногами, — бросил старом Леонидов, которому кавторанг сразу не понравился.

Задача проверяющих была фиксировать результаты стрельб. Остальное было не их ума дело. Кавторанг Петровский, видимо, думал иначе. "Разящий" не успел покинуть рейд, как тот уже пошёл с инспекцией по боевым постам.

Первым жаловаться Ветрову прибежал Никитенко. К нему проверяющий пытался зайти на пункт специальной связи. "Пузырь" орал, что у него есть допуск к сведениям особой важности. Но Никитенко стоял на своём. Ссылался на режим секретности на боевом корабле. Грозился "восьмерышником"* из штаба флота. Пришлось Петровскому искать другой объект.

Попытка спуститься к механикам тоже была быстро пресечена. Кавторангу объяснили, что без рабочей одежды там делать нечего. А его форменная тужурка точно будет чем-то испачкана. И даже помахали перед его носом вонючей тряпкой в масле.

Сарычев впервые выходил в море. У него всё вызывало массу эмоций. И построение экипажа на подъем флага, и виды сопок и волн за бортом.

Он исхитрился в первый же день уронить за борт фуражку. Думченко хмыкнул, но пожалел растерянного капитана. Выдал пилотку из своих запасов.

Уже на второй день похода Сарычев умудрился простудиться и слег в лазарет под опеку Селиванова с температурой и кашлем. — Недоразумение какое-то ходячее, — прокомментировал это старпом. — Скажи спасибо, Сергей Сергеевич, что он под ногами у нас на стрельбах не будет мешаться. Завтра приходим в заданный район, — хмурый Ветров вернулся после связи с начальством. — Нам и одного хватит, мало не покажется, — Леонидов кивнул на Петровского.

Из рубки было прекрасно видно, как тот идёт по правому борту, стараясь не смотреть за борт. Направляясь явно в хозяйство Голованова.

Тот ещё выговорешник за утопленный клин не переварил. А тут новая беда, отворяй ворота. Кавторанг, который точно в башню не поместится. Даже если очень захочет. А если и рискнет, то потом нужно будет, как в мультфильме про Винни-Пуха, ждать, пока он похудеет. И это не потому, что на корабле узкие двери. А "потому что кто-то слишком много ест".

— Андрей Владимирович, гости к тебе, — успел по внутренней связи предупредить старпом. — Спасибо. Вижу. Начинаем показательные выступления.

В рубке захохотали. Даже Ветров позволил себе улыбку.

Голованов умел виртуозно заговаривать зубы кому угодно. Сейчас они вдвоём с мичманом Березиным отрабатывали свой косяк с артустановкой. Вид оба имели, как в наставлении Петра Первого, "лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство".

Последнюю свою ошибку кавторанг Петровский совершил, попытавшись на правах старшего по званию сесть во главе стола за обедом. Леонидов вскипел. — Товарищ капитан второго ранга, займите, пожалуйста, место справа от командирского, — старпому стоило большого труда удержать лицо, — Это место Вадима Андреевича.

Выручил вестовой, быстро накрывший обед на предложенном старпомом месте. Петровскому ничего не оставалось, как сесть, куда велели. Разговор при нем не клеился. Кавторанг пытался рассказывать какие-то штабные истории. Но успеха не имел.

— Чтоб тебе на трапе поскользнуться, — Думченко только что не плюнул вслед "Пузырю", проверявшему не ясно с чего вдруг вещевое довольствие.

На ужине не было Селиванова. — Где док? У него там что, Сарычев один боится остаться? Или Петровский пошёл и у него подотчетные препараты пересчитывать, — спросил Ветров. — Так у него теперь два пациента. — Кто второй? — Капитан второго ранга Петровский, — доложил старпом. — Что случилось? Мы ещё стрельбы не начали, а у нас уже оба проверяющих в лазарете?

В кают-компании все улыбались. Ветров как-то не разделял общего веселья. — Ну, и? Чего все довольные такие? — Так ему, говорят, Виталий Егорович на выходе от вещслужбы пожелал на трапе поскользнуться, — продолжил старпом, — И наш уважаемый проверяющий не заставил себя ждать. Да ещё и приложится головой об комингс. Первую помощь ему Селиванов как раз сейчас и оказывает.

_______________

*восьмерышник — офицер 8 отдела, отвечающий за спецсвязь и режим секретности