Ветер с севера

Глава 44

44.

Катя почти бежала домой. Её колотило после этого разговора с Вербицким.

Телефонный звонок немного отрезвил. Взгляд на экран на имя абонента, и настроение быстро пошло вверх. Вадим. Значит есть связь. И несколько минут на разговор. — Катюша, привет! Ты где сейчас? — Привет! Бегу из универа. — Что с голосом? Тебя обидели? Катя очередной раз поразилась способности Вадима чувствовать её на таком расстоянии. — Всё хорошо. — Врешь ведь. — Вру. Но сейчас все и правда отлично. Как ты? — Кать, я тут… Сердце у Катерины подскочило к горлу. Внутренности узлом скрутило. — Что? Что-то случилось? — Да. То есть. Кать, я в Москве. И у меня всего пара часов до самолёта.

Катерина подпрыгнула на месте. Хотелось визжать от радости. Он тут! Быть в одном городе — это же на расстоянии вытянутой руки. — Где? Вадя, где ты? — Буду на Арбатской минут через десять. — На какой? — Их несколько? — Ох, ты же в Питере учился… Я сейчас. Ты стой около любой Арбатской. На улице. Мне минут пятнадцать.

Катя сорвалась на бег. Прожив в Москве уже приличное время, она умела бегать по эскалаторам в обоих направлениях, подгадывать двери вагонов метро и выскакивать в нужные выходы.

Возле той Арбатской, что на синей линии, Вадима точно не было. Пришлось оббежать здание Генерального штаба вокруг. Возле "круглой" Арбатской стоял Ветров, всё время оглядывался. В руках цветы. И когда только успел?

Увидел Катю. Рванул навстречу. Подхватил на руки бегущую девушку. Закружил. Прижал к себе. — Поцелуй меня, — почти потребовала Катя. — Слушаюсь! — хохотнул Вадим. Мимо них спешили по своим делам люди. Но только для этих двоих остальной мир не существовал. Были только они. Одно целое.

Катя не выдержала. Расплакалась. Рыдала навзрыд прямо в форменное пальто Ветрова, в белый шарфик. Остановиться не могла. Вадим был растерян. — Катюша, родная, что такое? Мне нужно кого-то убить? — Вадька! Вадюша… Я с ума схожу, кажется. А можно бы никуда сегодня не полетишь? Пожалуйста! Я сейчас одна живу. Мне ключи отдали от квартиры на Филях. У нас там дурдом мелкие устраивают. А мне заниматься надо. Я же обещала тебе учиться, — лепетала Катя, хватаясь за лацканы пальто. Гладила пальцами погоны и якоря на петлицах.

Как было Вадиму сейчас говорить ей о том, что он всё равно уедет? Что никакие "пожалуйста" к его великому сожалению не работают. Потому что его жизнь сейчас ему самому не принадлежит.

— Катюш, давай пройдёмся немного. Подышим. Тут у вас ещё золотая осень. — А там? — У нас снег пошёл двадцатого августа. Потом растаял. Сейчас около нуля. Видишь, я ещё в осеннем. Но на рейде ребята уже в бушлатах, конечно.

Они неспешно брели вниз по Гоголевскому бульвару. Вадим глянул на уличные часы. Есть ещё время. Смотреть на наручные при Кате не хотелось категорически.

Кате хотелось рассказать Вадиму про выходку Вербицкого. Но тратить на это драгоценные минуты она не стала. Потом как-нибудь. Они висела сейчас у него на локте, разглядывала профиль. Неправда, что он взрослый. Это всё в погонах дело. А без погон Ветров совсем мальчишка. Особенно когда улыбается. Вот как сейчас.

С Гоголевского свернули на Пречистенку. — Пойдём, тут всего квартал. Я покажу тебе школу, где я училась. Пять минут. У нас есть пять минут? Вадим кивнул. Ему было интересно своими глазами увидеть мир, в котором она живёт. Город, улицы и дома. Смотрел бы и смотрел на неё.

Около школы остановились. — Катюш, мне уже пора. Самолёт не будет ждать. — Беги. Ты знаешь, как добраться? — Сначала ты. Вадим поймал такси. Поцеловал Катю коротко, усадил в машину. Она назвала адрес родительской квартиры. Одна она этот день не переживёт.

Ветров постоял несколько секунд, глядя вслед удаляющемуся такси. Глянул на часы. И прибавив шаг, двинулся к метро.