Если люди думают, что правда прячется не там, где её ищут, то это не всегда так. Иногда она прямо перед тобой, нужно только задать правильный вопрос. А это не сложно, если ты будущий журналист.
Я чувствовала, что Егор что-то скрывает. Его взгляд, его странная реакция на мои вопросы о лесе — всё это было слишком очевидно. И когда я снова встретила его у церкви, то решила, что пора получить ответы.
Он размешивал голубую, как небо, краску в банке, рядом был припаркован байк. Чёрный, большой, он блестел на солнце каким-то хищным блеском. Рядом лежал валик и перепачканная в краске кисть. Я подошла к Егору, стараясь казаться спокойной, хотя внутри всё кипело от любопытства.
— Ты ведь знаешь что-то о волке в лесу, да? — спросила я без предисловий.
Егор замер, словно не ожидая вопроса. Но я твёрдо вознамерилась узнать правду, и если бы не сумка с пирожками, скрестила бы руки на груди для пущей уверенности. Он медленно повернулся ко мне и встал. Близко.
Сейчас, в свете дня я отметила красивые, цвета неба глаза под густой линией бровей, лёгкую щетину и плотно сжатые губы. Я невольно прошлась взглядом по широким плечам, крепкому торсу, мышц которого не особо скрывала футболка. Ноги сильные, обтянутые синими джинсами. Он красивый.
Но я тут же отдёрнула себя — и странный! Я перевела взгляд на других байкеров: все были разных возрастов, от школьников до почти пенсионеров. Кто-то таскал доски, кто-то косил траву. А две девушки мыли окна, отважно взобравшись на длинные лестницы.
Голос Егора был напряжённым, но он пытался сохранять невозмутимость:
— Алёна, почему ты спрашиваешь?
— Потому что я видела этого волка, забыл? На поляне, ночью. И ты тоже был там.
Егор вздохнул и сказал серьёзно:
— Ты не должна была выходить в лес одна.
— Это не ответ, — возразила я. — Кто этот волк? Почему он наблюдает за мной? И почему ты всегда рядом, когда происходят странные вещи?
Он молчал несколько секунд, словно решая, стоит ли говорить правду. И когда я поняла, что моё терпение вот-вот лопнет, Егор наконец произнёс:
— Ладно. В лесу действительно бродит волк.
— И? — подтолкнула я.
— И он опасен. Очень опасен.
— Я догадываюсь. Но почему ты так много знаешь о нём?
Егор снова замолчал. Он выглядел так, будто каждое слово давалось ему с трудом.
— Потому что... Потому что я следил за ним. Этот волк... он не обычный.
Чувствуя, как сердце начинает биться чаще, я спросила:
— Что ты имеешь в виду?
Егор говорил медленно, словно подбирая слова:
— Я имею в виду, что он... другой. Он крупнее, быстрее и умнее, чем любой обычный волк. И он... он выбирает своих жертв.
— Выбирает? — переспросила я, чувствуя холодок на спине.
— Да. Он не просто охотится. Он играет с людьми. Подкрадывается, наблюдает, а потом...
Стараясь скрыть страх и на грани паники вспоминая расписание электричек до города, я спросила:
— И ты думаешь, я могу быть его следующей целью?
Егор быстро ответил:
— Нет! Я не позволю этому случиться.
Не веря в происходящее, я задала главный вопрос. Мой голос звучал резче, чем я хотела:
— Почему ты так уверен?
Егор посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, чего я не могла понять:
— Потому что я знаю, как он мыслит. Я знаю, как он действует.
Я почувствовала, что Егор говорит не всё. Понимая, что я запуталась ещё больше, сделала шаг назад. Молча. Но прежде чем я успела развернуться и уйти, он добавил:
— Просто обещай мне одно: больше не ходи в лес одна. Особенно ночью.
Я не ответила. Не обернулась. Совсем забыв про пирожки, я с удивлением глянув на сумку с гостинцами и поспешила к батюшке. Но вдруг в два прыжка Егор нагнал меня и схватил за локоть, останавливая. Не больно, не резко, вполне аккуратно.
— Алёна. Я не смогу защитить тебя, если ты пойдёшь в лес.
По спине пробежал холодок. Мы замолчали. Я смотрела на него, и уже не пытаясь понять, что он скрывает, тихо сказала:
— Какое тебе до меня дело? И вообще, я уеду отсюда в город!
Егор ничего не ответил, вернувшись к банке с краской. Но затем глянул на меня через плечо и сказал:
— Погоди уезжать, всё не так плохо.
Несмотря на то, что на нас уже с интересом поглядывали, я подошла ближе и спросила:
— Почему ты мне помогаешь?
Егор улыбнулся. Улыбка ему шла, вся хмурость на лице исчезла, а я любовалась его крепкими ровными зубами и ждала ответа. Что скажет?
От чего то мне было важно услышать это. Егор не заставил долго ждать:
— А кто ещё поможет той, которая любит по ночам в лесу гулять? Точно такой же чудак, как и ты. То есть — я.
Я развернулась, пряча улыбку, и пошла к батюшке. Когда поднималась по ступеням церкви, то слышала разговоры его друзей, шутки и прочее. Мне не было до них дела, я вдруг поняла, что толком ничего и не узнала. Журналист из меня никчёмный.