Волколак

9 глава

- Ведь я не призывала вас?

Черный рассмеялся, отчего его глаза заблестели, и обожгли искрами душу.

Я уже видела его мрачным и холодным, видела яростным и горячим, но именно такой – хитрый, лукавый и веселый – он заставлял меня едва дышать, оттого что его голос становился манящим, чувственным и в буквальном смысле совершенно гипнотическим, а в глазах словно загорались чертовщинки, делая из хищного, строгого мужчины обаятельного наглеца.

- Ты действительно считаешь меня дьяволом, девочка?

Я быстро заморгала, пытаясь отыскать в себе ответ, но забыв об этом, когда Черный сделал шаг вперед, припирая меня со спины своим стройным красивым телом, и проурчав:

- Я из плоти и крови, такой же, как все люди. Если меня ранить - я могу умереть. Как все я иногда опаздываю на работу и ненавижу метро. А еще не люблю чеснок.

- Как вампиры?

Он снова рассмеялся, склоняясь надо мной, но не касаясь руками, когда я поняла, что сама тянусь к нему, прижимаясь спиной и стараясь вобрать в себя его аромат и тепло, прошептав заворожено:

- Как вы здесь оказались?

- Проезжал мимо, - пожал он плечами, словно действительно был простым человеком, и может я бы в это поверила, если бы не хитрые облизывающие глаза и его оживший необычный зрачок, в котором снова видела полную луну и языки синего пламени.

- Решили отдохнуть после долгого рабочего дня именно в этом заведении совершенно случайно? – выгнула я бровь, даже если в общем-то это все уже было не важно. Он был здесь. Рядом со мной.

- Что-то вроде этого, - усмехнулся Черный, зарываясь лицом в мои волосы и блаженно закрывая глаза, когда мы оба замерли, просто наслаждаясь присутствием друг друга.

- Вы действительно чувствуете меня настолько сильно, что способны найти в любой точке мира?...

Он кивнул.

- Чувствую каждую секунду с момента твоего рождения.

Это было более, чем странно, но заставляло мое сердце заколотиться и налиться какой-то необъяснимой нежностью, от которой стало не по себе, когда я смущенно застыла, не сразу отыскав в себе силу, чтобы продолжить разговор.

- Значит, и на метле не летаете?

Мне нравился его смех – глубокий, проникновенный, завораживающий, обволакивающий той невидимой силой, которой хотелось подчиниться, ощущая его власть не только над собой, но и всем миром, когда рядом с ним была не страшна ни одна беда.

- Если только с четырьмя колесами и эмблемой Лексуса.

- Наверное много штрафов за превышение скорости приходится платить за свою «ступу»?

- Много, - усмехнулся он.

- То есть вы обычный человек? Ничего особенного? - в этот раз настал мой черед хитро прищуривать глаза, глядя на него в отражении зеркала и до мурашек ощущая его дыхание на своей коже, которое щекотало. И возбуждало.

- Я человек, который обладает некоторыми знаниями, не доступными для других, - прошептал Черный, приоткрывая глаза, и обхватывая руками с той силой и жаждой, от которой кости едва выдерживали его напор, а я судорожно втянула в себя воздух, наполненный его ароматом, делая это блаженно, и с тем внутренним трепетом, что испытывала только рядом с ним, становясь зависимой от его прикосновений и этого желания, сквозившего в каждом движении и взгляде.

Когда он был рядом, начиналась сказка – темная, мрачная, но завораживающая своей чувственностью, когда я ощущала себя Красной шапочкой в страшном лесу, уходя все глубже и глубже в него, понимая, что спасения не будет, но даже не смотря на это не в силах остановиться, чтобы спасти собственную душу, потому что она манила меня, как никто и никогда ранее.

- Эти знания сотворили сегодня большие проблемы тому бедолаге в библиотеке? - прошептала я, понимая, что если перестану говорить, то Черный снова погрязнет в своей одержимости, которую сегодня утром едва удержал в руках, дав мне уйти.

- Всего лишь их маленькая часть.

- А тот теленок во сне? Вы действительно оживили его?

Черный хмыкнул, сокрушенно покачав головой:

- Это была самая большая глупость, которую я сделал за всю ту тысячу жизней, что прожил.

- Почему?

Он повернул меня к себе лицом, аккуратно поправив мои волосы и едва касаясь пальцами лица, словно не был уверен в том, что поступает правильно, проговорив:

- Любая сила не дается просто так, из неоткуда. Она накапливается, собирается по мелким частям из разного рода действий, не всегда приятных. И растрачивая ее, из жизни выдирается определенный пласт. Мы черпаем знания и силу из определенного источника, словно из сосуда, но если мы берем, то должны и отдавать. В этом нерушимый закон гармонии.

- Тогда зачем вы сделали это?

Тонкие губы Черного дрогнули в улыбке мягкой и слегка кривой, когда правый кончик губы приподнялся чуть выше левого, напоминая горькую усмешку, словно мужчина даже спустя столько времени поражался тому, что сделал:

- Чтобы ты не плакала.

Это было самым трогательным и нежным признанием, которое я только могла услышать!

Колдун, который убивал людей и держал в страхе всю округу, оккупировав лес, сам пришел к простой девушке и оживил животное лишь для того, чтобы не видеть ее слез!

В сердце словно что-то кольнуло, но не причиняя боли, а раскрываясь навстречу ему в благодарности и трепете, когда хотелось встать на цыпочки и потянуться, чтобы поцеловать кончик этих улыбающихся губ.

-…почему ты выбрал Марьяну? - еще более тише выдохнула я, видя, как и сейчас его синие глаза не прятали своего необычного зрачка, выпуская полную луну, в которой я видела собственное отражение, объятое синим пламенем его желания.

- Потому что у тебя хрустальная душа, девочка. Ты могла бояться меня. Ты видела, что я творил и не пыталась найти оправдания моим поступкам. Но никогда не проклинала и не обвиняла. Просто была рядом, даря свое тепло, которого я не заслужил всей своей жизнью.

Я чуть улыбнулась, думая о том, что и сейчас хочу быть рядом, кем бы он не был в этой жизни, потянувшись осторожно к нему, чтобы обвить руками мощный стройный торс, и блаженно прижаться щекой к его груди, слыша как его сердце тут же сорвалось в пропасть, заколотившись так отчаянно и сильно, а тело окаменело и застыло на одном рваном выдохе.

Каждый раз, когда я касалась его сама, он замирал, словно не мог поверить, что это действительно происходит, а потом боялся пошевелиться, чтобы не сделать хуже, хотя понимала, что он может причинить много боли и страданий своей силой и той жаждой, с которой смотрел на меня.

В том, как он сдерживался было что-то возвышенное, хрупкое и такое дорогое моего сердцу, что я не боялась касаться его снова и снова, доверяя, даже если синие глаза начинали загораться совершенно диким нечеловеческим огнем.

- Ты ведь не только Колдун? Нечто большее? - прошептала я в его грудь, наслаждаясь ароматом горячей кожи и тем, как он дышит, стараясь сделать ровные вдохи и выдохи, но не предпринимая попыток наброситься на меня, когда осторожно обнял обеими руками, зарываясь пальцами в мои волосы.

- Ты узнаешь все, что только захочешь, но немного позже. Время еще не пришло.

Я лишь кивнула в ответ, соглашаясь со всем и вздрагивая, когда за дверью кто-то настойчиво подергал ручку и раздался знакомый голос:

- Детка, ты в порядке?

Дэн стучал в дверь, и пришел мой черед напряженно застывать, оттого, что тело Черного под моими ладонями стало буквально каменным и снова полыхнуло тем кусающим жаром, который я уже чувствовала сегодня утром в библиотеке.

Он был зол. И способен на многое в таком состоянии.

- Ты почему закрылась?

Не убирая рук от мужчины, я отклонилась немного назад, чтобы только была возможность заглянуть в его яростные глаза, в которых Дэн жарился на синем огне, посаженный на кол, теперь прекрасно понимая, что Черному не нужно даже выходить из этого помещения, чтобы с Дэном случилась беда пострашнее той, что настигла того нелепого ловеласа в библиотеке!

Я еще не знала всех возможностей Блэкстоуна, но если он сказал, что утром использовал лишь малую часть своих знаний, то не нужно было долго рассуждать, что случится трагедия, если он постарается немного больше.

- Черный, пожалуйста! - я прижалась щекой к его груди, вобрав собственным телом то, как он дрогнул, вдруг низко рыкнув:

- Ты делаешь это намеренно! Называешь меня так, чтобы я не мог дышать!

Отрицать не было смысла, но правда была не только в этом.

- Мне нравится называть тебя именно так.

Черный тяжело сглотнул, и его сильные пальцы сжались на мне, прижимая в каком-то немом отчаянном крике, словно он не мог представить, как сможет разжать ладони и отпустить меня. К Дэну.

- Пожалуйста, не делай ему ничего плохого! Он не виноват…

- Не жалей того, кто не пожалеет тебя! - злобно и яростно прорычал Черный, становясь с каждой секундой все более злым и мрачным, когда я видела, что та самая темная неуправляемая сила, которая и делала из него опасного, мрачного и страшного колдуна снова просыпается в этом теле, отвоевывая каждый его кусочек, чтобы совершить много зла.

- Он не виноват в том, что происходит! Я поговорю с ним, слышишь? - потянувшись вверх, я положила ладони на лицо Черного, ощущая, что он становится все холоднее, словно его питала какая-то жуткая энергия из темного мира.

Я не представляла, что именно происходило с ним, не знала, откуда он черпает свои силы и что это за сосуд, о котором он говорил еще пару минут назад, но ощущала теперь, как каждый тонкий волосок на моем теле встает дыбом от ужаса и того, что я не могла объяснить словами.

Я старалась заглянуть в его глаза, чтобы он остановился сейчас, пока было еще не поздно, говоря настойчиво, но мягко, чтобы не разозлить еще сильнее:

- Я разорву нашу помолвку завтра же! Просто отпусти его!

Черный моргнул.

Тяжело и медленно, словно вязкая темнота цеплялась за него, не давая сразу понять мои слова.

Но он боролся с ней! Прогонял из своих колких глаз и напряженного тела, когда я ощущала, как постепенно его кожа снова становится теплой, а луна в зрачке потухает и скрывается за долгожданным полным затмением, делая из него снова человека.

- Все не будет так просто, как ты думаешь, девочка, - проговорил Черный мрачно и тяжело, медленно выдыхая и закрывая свои глаза, когда за дверью послышалось какое-то копошение, и теперь раздался звонкий голос Изы:

- Ты и в туалете ее караулить будешь? - по ту сторону двери подруга язвительно хмыкнула, почти пропев, - Не хочу тебя пугать, Дэн, но мужчин с такой вот маниакальной заботой бросают чаще, чем пьяниц и дебоширов. Задумайся!

- Прости, Изабелла, но сейчас мне не до твоих сомнительных шуточек!

- Какие тут могут быть шуточки, милый? Считай это последним дружеским советом! - тут же парировала Иза, которая всегда знала, что ответить и как поставить на место, делая это изящно, но не без ехидства, на что Черный мрачно усмехнулся, бросив лукавый взгляд на дверь, но не торопясь отвечать на мою просьбу или отпускать из своих крепких рук.

Дверную ручку снова принялись дергать, в этот раз нервно и истерично, на что Иза снова не удержалась, хохотнув:

- И что теперь? Будешь строить из себя Джеймса Стэтхэма и выбивать дверь плечом? Смотри только не сломай себе чего-нибудь! И побриться налысо не забудь!

Я прикрыла глаза, сдерживая нервную улыбку и подумав о том, что Иза его доведет. Она умеет.

- Мы сейчас же поедем домой, - быстро проговорила я, открывая глаза и с ужасом думая о том, что если у Дэна на самом деле хватит сил, чтобы открыть эту дверь, то за его сохранность и здоровье придется переживать очень сильно.

- Еще как поедите! - полыхнули злобно и хищно глаза Черного, когда в ту же минуту шорохи и попытки открыть дверь прекратились так резко, что мое сердце икнуло от паники, но не успела даже вскрикнуть, слыша сконфуженный и натужный голос Дэна: «Прошу прощения, я отойду на пару минут!», а затем его поспешные удаляющиеся шаги под ядовитую улыбку Черного, с которой он чуть дернул бровью, - Вызывайте такси.

- Что ты сделал? – ахнула я, пока мало что понимая, кроме того, что Блэкстоун и в этот раз не смог удержаться оттого, чтобы не пошалить, - Хотя бы скорую не придется вызывать?

- Только если он обнаружит в унитазе собственные кишки.

- Черный!

На мой возмущенный и слегка испуганный вопль, он лишь рассмеялся довольно и язвительно, чуть выгибая черные брови, и выпуская меня из рук, чтобы открыть дверь самому.

Глаза бедной Изы распахнулись и рот приоткрылся, когда вперед меня из женского туалета вышел Черный, с совершенно непроницаемым видом подмигнув ей, и быстро поцеловав меня в губы, просто пошел вперед, возвышаясь над всеми практически на голову.

Мы молчали еще пару минут, даже когда он скрылся из вида, пока я краснела и не знала как смогу объяснить появление мистера Блэкстоуна здесь, а Иза пару раз потыкала указательным пальцем вперед, открывая и закрывая рот, и в конце концов выдохнув протяжно:

- Моооооооооощь!

Она не задавала вопросов о том, кто это был, с первого взгляда поняв, что собственно тот, кого она называла «нашим маньяком» явил себя во всей красе.

- Кажется я ему понравилась! - на широкую улыбку ошеломленной Изы, я лишь нервно посмеялась, умолчав скромно о том, что если бы это было не так, то, пожалуй, место в туалете потребовалось сейчас не только Дэну. И это как минимум.

- Черт! Ты была права! Он выглядит просто….

- Магнетически, - выдохнула я, на что подруга активно закивала головой, пока не в состоянии сразу прийти в себя, даже когда я потянула ее за руку к нашему столику, чтобы собраться домой, вызвать такси и позвонить Дэну, который только горячо согласился с идей покинуть это заведение. Но позже.

- Езжайте без меня, завтра созвонимся.

- Ты точно в порядке? - на всякий случай уточнила вкрадчиво я, слыша по голосу, что ему пришлось не сладко, на что Дэн только быстро пробормотал, что все отлично, и у него еще есть небольшие дела с другом, поэтому он хотел бы остаться, и отключился.

Всю дорогу Иза без умолку тараторила только о Черном, пока я улыбалась и кивала в ответ, соглашаясь с каждым ее словом и в душе радуясь тому, что подруга смогла разделить мои эмоции в отношении этого загадочного, более, чем харизматичного мужчины.

Уже дома я получила сообщение от Дэна, что он поехал к себе, и перезвонит завтра, написав в ответ лишь: «Хорошо», потому что знала, что наш разговор не будет простым и принесет нам двоим много боли, непонимания и скорей всего испортит все то чистое и светлое, что было между нами. Но иначе было нельзя.

- Дочка, с тобой все в порядке? - мама проводила меня до комнаты, странно заглядывая в глаза, словно что-то тревожило ее, но пока не решаясь заговорить об этом открыто, на что я лишь недоуменно, но мягко закивала в ответ:

- Конечно! Все отлично!

- Хорошо. Спокойной ночи, милая.

- И тебе, мам!

Она как всегда поцеловала меня и погладила по спине, но еще какое-то время стояла за дверью, словно прислушивалась, пока я переодевалась и готовилась ко сну в эту ночь в предвкушении того, что же будет происходить дальше и погружаясь в Черного все сильнее и сильнее.