XX век. Уроки истории. 1900-1939

Гитлер побыл неудачливым художником, жил в Вене в крайней нищете и приобрёл там крайне правые настроения. В столице Австро-Венгерской империи, с одной стороны, всё было замешано на декадансе, а с другой, там присутствовала и явно протофашистская эстетика. Например, в центре Вены есть фонтан с торжествующим над врагом героем, который имел какое-то влияние на будущую эстетику нацизма. Из Вены Гитлер переехал в Мюнхен, где встретил начало Первой мировой войны. Как патриот он отправился на военную службу добровольцем, но не в австрийскую армию (он был австрийским подданным и германского гражданства у него не было вплоть до февраля 1932 года), а в немецкую, точнее, в баварскую (германские государства имели собственные армейские подразделения).

Здесь важно отметить, что в отличии от фашистов, Гитлер был совершенно маниакальным расистом, что опять же довольно хорошо передавало ситуацию в Австро-Венгрии, многонациональном государстве, где немцы однозначного доминирования не имели, хотя очень этого хотели. Напомним, что половина населения империи были славянами, а сама Вена была одним из ведущих еврейских центров. Самым знаменитым евреем, проживавшим в этом городе, как известно, был Зигмунд Фрейд. И там, особенно в немецких низах столицы, к которым как раз принадлежал Гитлер, была колоссальная ненависть к венской прослойке еврейской буржуазии, еврейской интеллигенции и еврейской богемы. Это была совершенно животная личная ненависть, которая потом приобрела характер целенаправленной политики.

Здесь нужно отметить, что там был в то время очень популярный лидер местной народной партии Карл Люгер, который был многолетним бургомистром Вены. Он активно занимался этой демагогией, но при этом всём у него был здоровый цинизм, которого у Гитлера не было. Когда Люгера спросили, как он может сотрудничать с этими же евреями, он ответил: «Кто здесь еврей, решаю я!». (Практически те же самые слова позже повторит Геринг в отношении Люфтваффе, прикрывая своего заместителя Эрхарда Мильха, имевшего еврейское происхождение). Гитлер же никогда такой практики не придерживался, наоборот, относился ко всему со звериной серьёзностью и перенёс её в немецкую политику в условиях этого французского прессинга в период оккупации Рейнской области и Рурского кризиса.

Отправившись на фронт, Гитлер хотел защищать именно Германию, а не ненавистную ему Австро-Венгрию. Гитлер сражался на фронте во Франции, попал под газовую атаку и сильно пострадал, был награждён Железным крестом. Несмотря на то, что некоторое время он был членом солдатского совета и числился военнослужащим Баварской Красной Армии, у него были правые взгляды, которые теперь только усилились. Он, как и значительная часть немецких патриотов, прежде всего, из числа фронтовиков, считал, что Германию предали, что это не она сама проиграла войну, что это вот негодяи социалисты, капиталисты и евреи предали Германию и она поэтому и потерпела поражение. Гитлер начинает входить в политическую жизнь Мюнхена и становится членом небольшой Германской рабочей партии, впоследствии переименованной им в Национально-Социалистическую Германскую Рабочую Партию (по-немецки – National-Sozialistische Deutsche Arbeiter Partei, сокращённо НСДАП). Постепенно политические ставки его стали расти, он становится известным и довольно популярным оратором.

В это время Гитлер познакомился с генералом Людендорфом, который был, фактически, главным военным руководителем Германии на протяжении все второй половины Первой мировой войны. В начале войны он сыграл крупную роль в неудаче русских войск в Восточной Пруссии вместе с Гинденбургом, у которого был начальником штаба. В конце войны они оказались во главе всей военной машины Германии. Именно Людендорф, осуществлявший, фактически, всё командование, войну, практически, для Германии и в самом деле почти выиграл. В первой половине 1918 года, когда можно было использовать результаты Брестского мира, ликвидировавшего Восточный фронт, немцы прорвались очень близко к Парижу, но всё равно стратегически поражение Германии было предопределено. Основная масса этого не понимала, поэтому и появился миф о «ударе в спину». Людендорф не был христианином, он был какой-то лютейший неоязычник и, собственно, Гитлер тоже был таких же взглядов. Это их между собой сблизило и в условиях 1923 года они предприняли попытку произвести государственный переворот.

В Веймарской Германии всё время кто-то пытался произвести государственный переворот, один за другим происходили путчи. Наиболее известен Капповский путч, произошедший в марте 1920 года и носивший монархический характер, в котором принимали активное участие фрайкоры. Хотя путч получил название по имени журналиста Вольфганга Каппа, тот играл в событиях второстепенную роль, фактическим лидером путчистов был генерал фон Люттвиц при содействии Людендорфа. На сей раз путч состоялся в ноябре 1923 года в Мюнхене и вошёл в историю с названием Пивной путч, поскольку главным местом событий была мюнхенская пивная Бюргербройкеллер. Первоначально национал-социалисты, как и представители других политических течений, собирались, преимущественно, в пивных, и, собственно, НСДАП родилась на свет 24 февраля 1920 года в мюнхенской пивной Хофбройхаус, которую некогда посещал живший в начале 1900-х годов в Мюнхене Ленин. У нацистов уже была своя значительная гвардия штурмовиков, готовых к решительным действиям.

Как символ партии была избрана свастика, потому что важную роль во всём этом становлении гитлеровского нацизма играла ариософия – набор совершенно выдуманных привязок немцев к древним арийцам, хотя, как раз немцы довольно далеко отстояли от классических индоариев, гораздо дальше, чем, например, отстоят славяне. Они ухватились за этот солярный символ именно для того, чтобы не пользоваться крестом, который был классическим символом немецких правых консерваторов. Гитлеровцы же претендовали на то, что они не правые консерваторы и не монархисты, они не за старый порядок, они за рабочий класс и за «правильный социализм», но не так, как коммунисты, а по-другому.

Путч был благополучно разгромлен властями, но сыграл свою роль в окончании этого самого Рурского кризиса, потому что после произошедшего англичане и американцы испугались, что французы сейчас реально доведут Германию до массового националистического подъёма, до того, что там будут такие гитлеры-людендорфы, которые придут к власти и возобновится война. Французов, что называется, выкрутив руки, заставили убрать войска из Рейнской области (хотя у тех уже начали появляться планы о создании там независимого государства Ренании, которое было бы барьером между ними и Германией, прикрыв восточные рубежи Франции).

Было принято несколько планов выплаты немецких репараций, один смешнее другого – дело в том, что немцы выплачивали их, как и обычно, но кредит на них им давали … американцы. Ими были созданы планы Дауэса и Юнга (Чарльз Дауэс был директором Бюро бюджета США, затем возглавил международный комитет экспертов, разработавший план выплаты репараций для Германии, затем стал вице-президентом и получил Нобелевскую премию мира; Оуэн Юнг был американским промышленником, основателем и лидером Американской радиокорпорации, разработавшим и выдвинувшим свой план репарационных выплат Германии). Гитлер, разумеется, против них категорически выступал, заявляя, что это планы ограбления Германии. Но, по факту, это были планы финансирования Германии со стороны Америки. Получалась шизофреническая конструкция: Германия выплачивала репарации англичанам и французам, те платили свои военные долги американцам, которые, в свою очередь, давали деньги немцам на репарации – и эта система продолжалась до начала кризиса Великой депрессии. Разумеется, что в выгоде оказывались здесь именно американцы.

Гитлера за организацию путча и участие в нём посадили в тюрьму, где он написал свою базовую книгу «Моя Борьба», которая известна своим немецким наименованием – «Майн Кампф». Она включала в себя его размышления о себе и о своей жизни, о геополитике, о национальном и расовом вопросе. В России эта книга запрещена как экстремистская, хотя я, конечно, считаю, что его главу о России должен прочесть каждый, потому что после неё всякие иллюзии относительно того, что Гитлер якобы шёл «бороться с большевизмом», а против русских будто бы ничего не имел, рассеиваются тут же. Из этой книги очень хорошо понятны корни немецкой политики против СССР и что желанием «освободить» русских от коммунистов там дело, мягко скажем, не ограничивалось. Собственно говоря, конструкция у Гитлера была прямо противоположная: по его мнению, Россия, если раньше существовала и была великой, то только потому, что во главе её стояла немецкая элита, а большевистская революция немецкую элиту уничтожила и, соответственно, российское государство теперь, фактически, ничто, оно очень ослаблено – и это благоприятное время для того, чтобы захватить для немцев «жизненное пространство». То есть, надо понимать, что немцы пришли вовсе не за нашими коммунистами, как пропагандировали разные власовы и ему подобные, они пришли за нашими землями и, буквально, за нашей кровью.

Собственно, чем кардинально отличался гитлеровский дискурс от фашизма в духе Муссолини? Тем, что в нём никакого значения не имело государство, но очень большое значение имела нация. Однако, вопреки тому, что гитлеровцы назывались «национальными социалистами», на самом деле, строго говоря, они националистами не были. Те взгляды, которых придерживался Гитлер, это мистический расизм. Согласно нему, существует некоторая биологическая субстанция, определяемая кровью раса. Она не имеет ничего общего ни с нынешним расовым делением, ни даже с популярным тогда, где рас было несколько десятков, например, нордическая (хотя, немцы при Гитлере пользовались, конечно, этим языком).

Главным было понятием арийства, которое не имело ничего общего с реальными ариями, восточными индоевропейцами. Это некая мистическая биологическая сущность, определяемая кровью, но при этом, по Гитлеру, получалось, что эта хорошая кровь рассеяна среди дурной крови других народов, что не все немцы являются носителями этой истинной арийской крови, а с другой стороны, что часть этой крови потерялась среди славян и других соседних европейских народов и, собственно, эти участки крови надо, что называется, выкачать, а всё остальное уничтожить. Собственно, предполагалось выкачать из тех же славян это «истинно-арийское» начало, а всех прочих – отправить в «отбраковку».

С другой стороны, среди немцев тоже примерно 20% Гитлер считал необходимым уничтожить, что было совершенно в духе модных тогда идей евгеники и социал-дарвинизма. Именно поэтому в Германии первой в мире появилась т.н. эвтаназия, которая сейчас всюду. Здесь надо отметить один любопытный факт из современности. Есть такой израильтянин, еврей, содомит, веган, очень популярный сейчас автор, которого раскручивают всюду, особенно активно это велось до пандемии до ковида – Юваль Ной Харари. Это, конечно, очень странно – человек живёт в Израиле, он израильский профессор и при этом всём он с симпатией относится к Гитлеру (впрочем, ныне, на фоне ожесточённого уничтожения с помощью бомбардировок всего живого в Палестине израильтянами, это смотрится не так уж и странно). Почему? Потому, что с его точки зрения, Гитлер был ошибавшийся биологический эволюционист, он просто не понимал, что нужно отбирать не большими популяциями, а по генам, а, в сущности, пишет Харари, он всё понимал правильно. Такое безбожное восприятие мира всегда неизбежно ведёт к примату биологического начала: то есть, если люди не верят в Бога, если люди не верят в какую-то высшую реальность, то они начинают думать, что всё дело в биологии, в биологических предпосылках, что история никакого значения не имеет, а имеет значение понятие крови, у кого-то – генов, у кого-то что-то ещё. Соответственно, для этой мистической общности арийцев у Гитлера необходимо было большое пространство, которое он должен был найти на востоке, то есть, прежде всего, на территории России.

И здесь важно отметить, как эта идеология выделяла Гитлера на фоне остальных. Дело в том, что в то время в Германии существовала масса консервативных организаций, которые, по большей части, были вполне прорусскими и даже, в некотором смысле, просоветскими и, соответственно, антианглийскими и антифранцузскими. Например, был такой немецкий мыслитель Артур Мёллер ван ден Брук в своих послевоенных трудах призывал к союзу с Советской Россией против либерального Запада. Данное направление именовалось национал-большевизмом и считало, что октябрьский переворот якобы был «национальным» по своему духу. Советский Союз рассматривался национал-большевиками в качестве главного союзника Германии в борьбе с «буржуазным Западом». Как писал ещё один немецкий мыслитель и идеолог национал-большевизма Эрнст Никиш, «революционная и социалистическая Германия в союзе с революционной Россией может победить буржуазный Запад, а затем национальное освобождение Германии от Версальского диктата послужит импульсом к мировой социалистической революции» (впрочем, сам он был при этом убеждённым русофобом).

И на одной идеологии не останавливались, было и практическое воплощение данных мечтаний. В апреле 1922 года был заключён договор в итальянском городе Рапалло, где Германия договорилась о сотрудничестве с советской Россией. Результаты Рапалльского договора зашли настолько далеко, что, скажем, немецкий рейхсвер тренировался на территории СССР. Под Липецком была база немецких ВВС, поскольку немцам запрещено было иметь авиацию и по этой причине они тренировались в СССР. Поскольку им запрещено было иметь танки, то немецкие танкисты тренировались в Казани, в танковой школе «Кама» (в 1932 году её посещал с инспекцией считающийся «отцом немецких танковых войск» Хайнц Вильгельм Гудериан).

Немецкие офицеры тренировались в СССР. было налажено очень активное сотрудничество, сторонником которого был командующий сухопутными войсками рейхсвера генерал-полковник Йоханнес Фридрих Леопольд фон Сект, который считал главным врагом Германии на Востоке появившуюся там по итогам Версальского мира Польшу, которая была также и врагом Советской России. По своим взглядам он был правым, сочувствуя всем антиреспубликанским путчистам, но в плане сотрудничества с СССР проявил себя как прагматик, готовый на подобное во имя интересов Германии.

СССР получал взамен новые технологии и новые военные разработки, а также довольно большой опыт. Понятно, что у немецкой армии, по сравнению с Красной армией, которую всё-таки наполовину создавали дилетанты, хотя там и были офицеры Русской армии, этот опыт крайне мал. Но главным для СССР был именно доступ к немецкой технике. Значительная часть технических разработок германских вооружённых сил и советских вооружённых сил были совместными. Не забудем, что гражданская война нанесла серьёзный урон промышленности и экономике, немалая часть технических кадров погибла в её пожаре или же была вынуждена покинуть Россию. Вообще, в принципе, обе стороны придерживались такой концепции, что Германия и СССР должны действовать вместе. Фактически, это было продолжение линии Ленина, что немцы будут поставлять в Советскую Россию машины, а в ответ им будут поставлять хлеб, Германия и СССР будут вместе бороться за пересмотр несправедливых условий Версальского мирного договора. Это всё, конечно же, происходило в эпоху Веймарской республики, готовой идти на сотрудничество с большевистской властью.

И вот, в отличие от большинства немецких консерваторов, которые выступали за то, чтобы опереться на Россию и вместе с нею разбить Англию и Францию, Гитлер отличался тем, что он говорил о необходимости, прежде всего, идти войной на восток за «жизненным пространством». Он из всех немецких правых политиков был максимальным русофобом. Именно в этом и есть объяснение того, почему на его пути появлялись какие-нибудь американские агенты, которые его поддерживали (например, американский немец Эрнст Ганфштенгль, бывший личным другом Франклина Рузвельта), английские агенты, которые его поддерживали. Неудивительно, что американцы, как только Гитлер пришёл к власти, начали очень активно экономически накачивать Германию (впрочем, им было не привыкать это делать). Он устраивал англосаксов тем, что был агрессивно русофобски настроен и они рассчитывали, что гитлеровская армия обязательно, первым же делом, рванёт на восток, а не на запад – в чём, конечно, он не оправдал их ожиданий в полной мере. Но англичане реально очень симпатизировали Гитлеру именно потому, что он, по их мнению, представлял для них минимальную угрозу, а максимальную, соответственно, представлял для русских. В этом плане, кстати, любовь была взаимной – Гитлер был большим поклонником Британской Империи, в частности, его крайне интересовал их опыт управления Индией, который он хотел использовать в управлении завоёванным «жизненным пространством». Французы понимали, что по ним, в любом случае, прилетит, но они тоже думали, что по сравнению с другими правыми, наверное, в случае Гитлера, есть надежда на то, что он займётся не западом, а востоком. Пожалуй, одним из немногих трезво мыслящих французов был убеждённо антигермански настроенный французский мыслитель и публицист Шарль Моррас, лидер французских монархистов «Аксьон Франсез». С самого момента прихода Гитлера к власти, он предупреждал о том, какую угрозу тот представляет для Франции.

4. Нацистский режим в Германии

Национал-социализм в Германии был реально массовым движением, которое обращалось, что называется, к простому немцу, простому избирателю. С одной стороны, при этом активно использовались демократические механизмы, потому что нацисты постоянно участвовали в выборах, на которых одерживали подчас достаточно крупные победы, особенно после того, как началась Великая депрессия. Представительство нацистов в рейхстаге всё возрастало и возрастало. В 1928 году НСДАП проводит в парламент 12 депутатов, в 1930 году – 107, в июле 1932 года – 230, в ноябре 1932 года – 196 (в 1932 году они стали первой партией в парламенте, но необходимого большинства ещё не имели).

С другой стороны, они не менее охотно использовали и антидемократические насильственные процедуры, и технологии. У нацистов были свои штурмовые отряды – SA (Sturmabteilung), они же коричневорубашечники. Если в Италии рубашки были чёрные, то у немцев – коричневые (данный цвет был наследием колониального прошлого Германии – для снаряжения штурмовиков была закуплена форма, предназначавшаяся для солдат в немецких африканских колониях). Они охраняли нацистские митинги, расклеивали листовки нацистов и срывали листовки коммунистов и прочих врагов, с которыми дрались на улицах. У нацистов были свои «мученики», погибшие в борьбе за «дело национал-социализма». Например, после подавления Пивного путча у них появилась своя «небесная сотня» – 16 «мучеников», погибших при подавлении мятежа от пуль полиции и армии. И вот, незадолго до захвата ими власти, у нацистов появилась культовая фигура, ещё один «мученик» – погибший в криминальной разборке с сутенёром-коммунистом нацист Хорст Вессель, в честь которого был написан один из главных нацистских гимнов. Всем этим делом вместе с Гитлером руководил Эрнст Рём, ветеран войны, отставной капитан немецкой армии, участник фрайкора, очень харизматичный человек – и при всём этом гомосексуалист, что приводило к многочисленным скандалам. Рём был ответственным за брутальную эстетику и за пропаганду национальной революции. Нацисты привлекали молодых людей и массы заявлениями, что они совершат национальную революцию, в ходе которой избавятся не только от международного диктата по Версальскому договору, не только от евреев, но ещё и от капиталистов и заставят их служить народу.

При этом сам Гитлер был настроен прямо противоположным образом, поскольку он усиленно пытался установить контакты с верхушкой германского общества, с германской элитой. Здесь его агентом стал один из виднейших представителей тогдашней германской экономической элиты Ялмар Шахт, который руководил множеством отделений американских банков в Германии, а затем германским Центробанком. Шахт начал устанавливать отношения Гитлера с высшим германским экономическим руководством и с крупнейшими предпринимателями. Много помогал Гитлеру промышленник Фриц Тиссен, которому принадлежали «Объединённые сталелитейные заводы». Активную помощь оказал нацистам крупнейший немецкий военный концерн Крупп. То есть германский ВПК с какого-то момента поставил на Гитлера, как на единственного сильного человека, который может реально справиться и с экономическим положением Германии, и не допустить к власти коммунистов, восстановить германский международный престиж, возродить немецкую армию и дать им новые военные заказы. И при этом, по всей видимости, англичане и американцы тоже ничего против такого плана с Гитлером не имели, потому что тот, как уже отмечалось, в отличие от большинства немецких правых консерваторов, главным геополитическим вектором считал нападение на Россию. Англо-американцам Гитлер мог казаться в этом плане более выгодной персоной для них, чем любые другие немецкие консерваторы. Они в этом, конечно сильно ошиблись, но осознали это далеко не сразу.

И вот в 1933 году, после того, как Германия запуталась в многочисленных правительственных кризисах, после того, как ни один претендент на власть не сумел добиться достаточной поддержки в рейхстаге, рейхспрезидент Пауль фон Гинденбург, знаменитый герой Первой мировой, назначил 30 января рейхсканцлером Гитлера при полной поддержке центристов и правых. У самих нацистов была большая фракция в рейхстаге, хотя и не самая большая за последние годы (196 из 584 депутатов, тогда как на прошлых выборах, несколько месяцев назад, у нацистов было 230 депутатов из 608).

Вопреки устойчивому убеждению, что нацисты якобы пришли к власти демократическим путём, выиграв выборы, это абсолютно не так. Они, как это видно по численности депутатов, не имели абсолютного большинства в парламенте, поэтому не получили право на формирование правительства сразу же после выборов, тем более, что для этого нужно было составлять коалицию из партий. Гитлер стал рейхсканцлером, во многом, путём закулисных переговоров и интриг, в которых принимал участие, в том числе, и сын рейхспрезидента Оскар фон Гинденбург. Первоначально всё это выглядело абсолютно легальным, несмотря ни на что, проделано, при всех закулисных играх, вполне парламентским путём.

Но радость эта продолжалась недолго, потому что вскоре после этого, в конце февраля произошёл пожар в здании рейхстага при довольно загадочных и до конца не ясных обстоятельствах. Нацисты обвиняют в поджоге коммунистов, тем более, что был пойман человек, названный поджигателем – Маринус ван дер Люббе, который оказался бывшим голландским коммунистом. Под это дело запрещается немецкая компартия, вводятся всевозможные чрезвычайные законы, производятся аресты коммунистических лидеров и активистов. На этом они не остановились – следом за коммунистической начали громить социал-демократическую партию. В марте проводятся новые выборы, по которым нацисты уже получают полный контроль над рейхстагом – 288 депутатов из 641. Назвать конкретно эти выборы демократическими не поднимется язык ни у кого, учитывая то, что основные возможные конкуренты нацистов были нейтрализованы и говорить о каком-то реальном выборе попросту не приходится.

А вскоре после этого, в конце июня 1934 года Гитлер устраивает грандиозную резню политической верхушки Германии, которая вошла в историю под названием «Ночь длинных ножей» (не путать с Хрустальной ночью – массовыми еврейскими погромами). Кто был убит в ходе этой резни? Прежде всего, Рём. Гитлер избавился от проблемного персонажа в своей партии, который сначала помог ему взойти на вершину, но дальше стал продолжать обещать своим штурмовикам революцию, продолжал обещать, что они будут контролировать Германию. Но Гитлеру это было теперь совершенно не нужно. Он вполне себе хотел встроиться и интегрироваться в общую германскую элиту. Поэтому этот революционер Рём ему был ни к чему. Он был схвачен, помещён в тюрьму, где его вскоре попросту застрелили без суда. Также был убит Грегор Штрассер, лидер левой оппозиции Гитлеру внутри самой НСДАП. Он тоже был идеологом национал-социализма с упором на второе слово – что нацисты, прежде всего, должны быть левыми, поставить под контроль капиталистов и управлять в интересах простого народа. Это Гитлера тоже не устраивало, так что Штрассер также был убит. Помимо нацистов были убиты и люди, не имевшие отношения к НСДАП и СА. Был убит генерал Курт фон Шлейхер. бывший канцлер Германии, монархист по своим взглядам. Убит был его близкий соратник и доверенное лицо генерал фон Бредов, бывший руководитель абвера. Был убит видный представитель и теоретик «Консервативной революции» Эдгар Юлиус Юнг, убеждённый противник нацизма. Чудом избежал гибели ещё один бывший канцлер Франц фон Папен, благодаря которому, в том числе, Гитлер пришёл к власти, но был убит его референт по политическим вопросам Герберт фон Бозе, младоконсерватор по своим взглядам. Были убиты те, кто считал, что нужно дружить с Россией, даже советской, для того чтобы победить англичан и французов. То есть Гитлер избавился одновременно и от левого крыла и от правого крыла в своей партии, а также от представителей альтернативного «третьего пути».

Одним из главных людей, фактически, вторым лицом в стране стал Герман Геринг, известный во время Первой мировой войны лётчик наряду со своим командиром эскадрильи – Манфредом фон Рихтгофеном, самым известным асом Первой мировой, настоящей суперзвездой. Он известен по прозвищу «Красный барон» – поскольку носил титул барона, а свои самолёты красил в красный цвет, желая, чтобы соперники его видели и узнавали. У Геринга была серьёзная степень поддержки в кругах немецкой военной аристократии и, соответственно, то, что он стоял рядом с Гитлером, добавляло тому очень много очков. Кроме того, у него были серьёзные связи в Швеции, что также могло пригодиться Германии в будущем (действительно, нейтральная Швеция во время Второй мировой сочувствовала Германии и поставляла ей необходимое для военной промышленности сырьё).

Пропагандой занимался Йозеф Геббельс, в прошлом едва ли не коммунист, очень хорошо знавший русский язык. Он имел высшее образование и степень доктора филологии. К тому же это был человек невысокого роста с травмированной ногой и кучей комплексов, поэтому стать главным пропагандистом Рейха и сделать карьеру при Гитлере для него было очень важно в плане собственного самоутверждения. Они вместе с Гитлером читали Зощенко, который описывал послереволюционный быт нэповского общества и в его произведениях люди предстают сплошь дегенератами и уродами. И, соответственно, Гитлер с Геббельсом сделали совершенно неправильные выводы относительно того, что их ожидает в России и как их там встретят. Интересно, что у Зощенко в его «Партизанских рассказах» был эпизод, когда немец имел разговор с русской учительницей о русской литературе и оказалось, что немцы неправильно поняли русских, читая русскую литературу. А Зощенко, что интересно, когда после войны в 1946 году на него очень наехали партия и правительство, эту историю, как не странно, не вспомнили.

Рёма же в качестве главы припартийной силовой структуры сменил Генрих Гиммлер, такой скучный человек, который возглавлял охранные отряды СС. Если СА была такая общепартийная структура, то СС это была личная охрана Гитлера. Он был одним из главных идеологов того, что Рёма надо уничтожить, и Гиммлер же был одним из главных идеологов всей этой мистической ариософии – всего этого вампиризма, отбора чистой крови, уничтожения всех нечистых и неполноценных рас и социальных групп. За наиболее фактурные, поражающие воображение ужасы нацизма отвечал, прежде всего, именно Гиммлер. Именно он внёс в деятельность нацистов нечто такое совсем уж инфернальное.

Когда говорят о нацистской пропаганде, то очень часто вспоминают фильм «Триумф воли». Его создательница Лени Рифеншталь – крупный талантливый режиссёр, но нельзя сказать, что данный фильм по-настоящему выдающийся. По большему счёту выдающегося там только монтаж и умение снимать все эти немецкие мероприятия. Но при этом сами мероприятия ставила не Рифеншталь, их ставили под руководством как раз-таки Гиммлера, за всё шоу она ответственна не была, а только за съёмку этих шоу, которые, действительно, у нацистов были эффектными. Это были факельные шествия и сожжения «неарийской» и «дегенеративной» литературы (Фрейд, Ремарк, Маркс, Манн и прочие).

Если же говорить о реально эффектном кино, то это, конечно, фильм всё той же Рифеншталь «Олимпия», посвящённой берлинской Олимпиаде 1936 года. Это было главное суперпропагандистское мероприятие Гитлера, потому что практически весь мир приехал, приехали все, кто тогда участвовали в олимпиадах (кроме СССР). И здесь они посмотрели на чистую вылизанную Германию, на хорошо организованную Олимпиаду. Именно для неё придумали кучу всевозможных интересных штук, вроде эстафеты олимпийского огня – её автором стал Геббельс. Значительная часть европейских команд шла на олимпийском параде с нацистским приветствием. Берлинская Олимпиада считалось триумфом олимпийского движения, так что это была, вне всякого сомнения, очень успешная пиаровская акция Гитлера.

А в это время в Германии в течении уже девяти месяцев действовали расовые законы, принятые в Нюрнберге в конце 1935 года. Согласно этим законам евреи лишались всяких гражданских прав вообще. Евреем считался тот, у кого трое из четырёх предков на уровне бабушек-дедушек в любой комбинации были евреями. Те же, у кого только один или двое предков были евреями, считались мишлингами – полукровками. Их первоначально в гражданских правах не ограничивали, но потом, во время войны, всё стало становиться всё жёстче и жёстче.

При этом, на самом деле, первоначально Гитлер пытался решить еврейский вопрос в Германии и радикально избавиться от всех евреев, но по понятным причинам во время мира он не мог себе позволить массовые убийства. Самый простой способ избавиться от евреев, не убивая при этом никого – поддерживать сионистское движение, чтобы евреи уезжали из страны в Палестину. Сионизм выступал за то, чтобы все евреи мира переехали туда и создали бы там государство Израиль. Нацисты достаточно долго поддерживали очень активные контакты с сионистским движением и организовали целую кампанию трансфера немецких евреев в Палестину. Это, фактически, была скрытая депортация, потому что их принуждали при отъезде продавать всё имущество, на которое выдавали определённый сертификат, с которым они выезжали в Палестину, где его обналичивали через тамошние сионистские структуры. Евреи других стран ужасно ругались на лидеров сионистов за то, что они вообще сотрудничают в этом вопросе с нацистами, особо жёстко выступали против этого польские евреи. В результате, когда немцы пришли в Польшу, то тамошних евреев они никуда высылать не стали, а просто начали их массово уничтожать. Собственно, холокост как таковой начался именно с истребления польских евреев. Если немецких евреев старались выдавить в Палестину, то с польскими уже решили не церемониться – но это было именно во время войны. Так что подобное переселение немецких евреев в Палестину спасло множество жизней от гибели.

Одновременно открываются концлагеря по английско-советскому образцу. Как известно, придуманы они были англичанами во время войны против буров и применены против тамошнего мирного населения. Во время Первой мировой войны эту идею подхватили на родине Гитлера, в Австро-Венгрии, где был создан концлагерь Талергоф, в котором осуществлялось массовое истребление закарпатских русинов. Ну и уже потом концлагеря стали появляться у большевиков и, в конечном итоге, стали организовываться нацистами. Первыми заключёнными Дахау, а затем Заксенхаузена и Бухенвальда, были коммунисты, социалисты, представители секты «Свидетели Иеговы» (запрещена на территории РФ) и гомосексуалисты – дело в том, что с 1933 года в Германии валом растёт число приговоров по 175-й статье «мужеложство». Сама эта уголовная статья действовала с 1870-х годов, но именно при Гитлере она начала очень активно применяться – тогда как в Веймарской Германии был буквально расцвет порока и различных гомосексуальных заведений. Важно отметить, что до начала войны евреев за то, что они евреи, в концлагеря ещё не отправляли, это началось уже во время войны.

Первое время то, что делает Гитлер значительной части немецкого населения очень нравилось, потому что он начал восстанавливать экономику. Был установлен достаточно жёсткий контроль за капиталистическим производством, была сделана ставка на максимально полную занятость и привлечение молодёжи ко всевозможным строительным отрядам. Собственно, это делалось абсолютно по той же технологии которую в то же время использовал в Америке Рузвельт. Звучали различные обещания, вроде обещания создать «народный автомобиль», на который с народа были массово собраны деньги (то, что сейчас называется краудфандингом). Был разработан проект, но автомобиль тогда немцы так и не увидели. Только после войны был создан автомобиль марки Фольксваген (Volkswagen, это так и переводится с немецкого как народный автомобиль). Народным он назывался потому, что это должен был быть автомобиль, доступный для широких масс, который каждый немец может себе позволить, по минимальной цене. В США подобной концепции придерживался Генри Форд, но у него были чисто рыночные механизмы – в частности, автомобили стимулировали покупать рабочих его предприятий. Создателем Фольксвагена стал немецкий промышленник Фердинанд Порше, во время войны создававший оружие для немецкой армии.

После прихода Гитлера к власти немецкая экономика начала активно расти и это очень нравилось немцам. Ответственен за это был упоминавшийся Ялмар Шахт, ставший руководителем Рейхсбанка и одновременно министром экономики. Он это сделал очень хитрым способом, при помощи создания такой специальной системы фактически параллельных денег, которые существовали и действовали только между крупными промышленными предприятиями и фирмами. Эта система называлась МЕФО (Metallurgische Forschungsgesellschaft, Металлургическое научно-исследовательское общество). Это был такой специальный якобы институт по изучению металлургии, который выпускал векселя – обязательства вкладчикам на выплату. И вот такие крупнейшие немецкие фирмы как Крупп, Фарбен, концерн Рейнметалл (который сейчас активно снабжает танками и всем прочим Украину – впрочем, когда-то продукция этой компании уже ездила по русским полям и ничем хорошим для неё это не закончилось), Порше и так далее обменивались этими векселями между собой. Они могли делать заказ на металл для производства машин или пушек и оплачивать его этими векселями, а те могли им ещё за что-нибудь расплатиться. При этом к обналичиванию этих векселей фирмы прибегали только в крайних случаях, когда нужно было выплатить зарплату рабочим. Во всех остальных случаях эта система была закрытой и замкнутой. Там, конечно, было много всяких нюансов, но это самое главное.

На самом деле эта система очень похожа на ту, которая примерно в то же время была изобретена в СССР, во время индустриализации тоже была введена двухконтурная денежная система. Продолжала существовать система наличных денег для бытовых расходов, а между предприятиями осуществлялся безналичный рубль. Эта система просуществовала в СССР до начала 1990-х годов, когда в ней создали громадную дыру т.н. кооперативами, потому что кооператив получал безналичные деньги, но имел их право обналичить. Значительная часть наших олигархов они поднялись именно на кооперативах за счёт обналичивания безналичного рубля, что, в принципе, делать было нельзя, поскольку эта система была заточена именно на то, чтобы быть безналичной. Это потому, что только при таком условии она не провоцирует инфляцию и при таком условии она не расшатывает экономику.

И вот за счёт этого круговорота бумажек МЕФО немцы обеспечили себе рост экономики в 102%. Были произведены немыслимые для Германии сокращения безработицы. Немецкие рабочие получали квартиры, пользовались многими благами социальной системы. У всех было ощущение, что всё хорошо.

Одновременно с этим Гитлер добивался выдающихся внешнеполитических успехов, хотя начал он откровенно с прямого разбоя. В июле 1934 года нацисты убили в Австрии её канцлера Энгельберта Дольфуса, который был лидером австрофашистов и возглавлял страну с 1933 года. Это были фашисты, которые ориентировались на Италию, а не на Германию. Соответственно Дольфус выступал за то, чтобы Австрия была независимой, чтобы она не ориентировалась на Германию, а ориентировалась на Италию. Муссолини его первое время поддерживал, тем более, что первое время он был в довольно враждебных отношениях с Гитлером, в частности потому, что он претендовал на контроль над Австрией. Для Дольфуса это закончилось печально – в его резиденцию ворвались австрийские нацисты, прямые агенты Германии (в числе которых были Эрнст Кальтенбруннер и Отто Скорцени) и застрелили канцлера.

9 октября 1934 года состоялось ещё одно громкое политическое убийство во французском Марселе – убили министра иностранных дел Франции Луи Барту и вместе с ним короля Югославии Александра Карагеоргиевича, благодетеля наших эмигрантов. За что убили – совершенно понятно: Барту пытался выстроить для Франции систему коллективной безопасности именно против гитлеровской Германии. У Франции был договор с Чехословакией, подготавливался договор с СССР (заключён в 1935-м). подтянул к этому делу Румынию, попытался подтянуть даже Польшу. Делалось это для того, чтобы Германия была окружена со всех сторон, чтобы вокруг неё военные противники, и чтобы в случае малейшего прыжка на Францию, она получила бы, как и раньше, удар на два фронта. Понятное дело, что ключевой в этой схеме была история с подключением СССР, потому что это была большая мощная держава и всё равно это, в общем-то, геополитически была Россия. В 1933 году СССР вступил в Лигу наций и нарком иностранных дел СССР Литвинов, сменивший к тому времени Чичерина, всячески выступал там с идеей коллективной безопасности. Французы при Барту старались на эту идею ориентироваться.

Важно отметить, что Югославия тоже была одним из самых мощных антигерманских игроков в восточной Европе, частью Малой Антанты. При этом у неё была очень серьёзная внутренняя напряженность, потому что там была страшная вражда между сербами и хорватами, которые появились там после раздела Австро-Венгрии. Король Александр правил достаточно жёстко, потому что, в противном случае, страна начала бы разваливаться. Фактически там тоже был авторитарно-диктаторский режим.

Для ликвидации Александра и Барту немцы привлекли хорватских усташей, хорватских националистов фашистско-нацистского толка, которые во время оккупации Югославии в годы Второй мировой войны устроили геноцид сербов с жертвами в несколько сот тысяч человек. Причём резня осуществлялась с помощью специальных ножей, которые были приделаны к перчатке и назывались серборезами.

После убийства Александра Югославия резко ослабела, а во Франции политиков, которые также жёстко были бы настроены на то, чтобы окружать Германию врагами, уже не было. Многие другие французские политики считали, что нужно с немцами договориться любой ценой, что нужно тем или иным способом, что называется, Германию умиротворить, «потому что мы все устали от войны». Вообще это была очень популярная тема в послевоенное время, что все от неё устали и, соответственно, никогда больше этого быть не должно. В Германии проводником таких настроений был писатель Эрих-Мария Ремарк. Во Франции таких авторов было много, в Британии. В США в таком же духе написал свой роман «Прощай, оружие!» Эрнест Хемингуэй.

И вот на этом фоне Гитлер в марте 1936 года произвёл ремилитаризацию Рейнской области, где ранее было запрещено находиться любым немецким военным. Как мы помним, какое-то время она была оккупирована французами в 1923 году, что привело к гиперинфляции и первому выступлению нацистов. И вот Гитлер вводит туда немецкую армию, которая была встречена населением с восторгом. В мире же общая реакция была такой, что немцы имеют полное право катать пушки по своему «заднему двору». Французы же, понятное дело, очень сильно нервничали, потому что этот немецкий «задний двор» был рядом с их границей и теперь, соответственно, германские войска к ней подошли. Но все остальные силы в мире были к этому настроены достаточно расслаблено. Тем более, что дальше, летом 1936, последовала уже упомянутая ранее Олимпиада, которая была грандиозным пиар-мероприятием Германии.

5. Гражданская война в Испании

В июле 1936 года, началась гражданская война в Испании. Понятное дело, что в советских учебниках она всегда описывалась только с одной точки зрения – что якобы были «благородные» республиканцы, на которых напали «злобные фашисты». Но ситуация была совершенно другой. Испания была очень нестабильной страной, где с одной стороны были выраженные консервативные тенденции – развитый католицизм и национальная рыцарская идея, а с другой стороны действовала и либерально-коммунистическая сторона. Там было очень много масонов, которые контролировали всю либеральную элиту Испании. Там было очень много социалистов и коммунистов, а главное анархистов. Испания была в тогдашней Европе главной цитаделью анархизма. В XIX веке там было очень много анархических террористов, от рук которых гибли министры и премьер-министры. После Первой мировой войны в Испании на какое-то время установилась такая достаточно консервативная диктатура генерала Мигеля Примо де Риверы. Все 1920-е годы он благополучно правил, но потом начались внутренние сложности, экономические проблемы, и его заставили от власти уйти. Вскоре в 1933 году была свергнута испанская монархия и в стране установилась республика. В ней немедленно начали захватывать власть самые крайние элементы, которые были, в частности, совершенно помешаны на ненависти к католической церкви. В Барселоне леваки достали похороненных в склепе монахинь, вытряхнули их на улицу и всячески над их телами глумились. Кроме того, стоит отметить. в этом городе было сожжено 58 храмов, уцелел только кафедральный собор. Дело не ограничилось только глумлением над мёртвыми телами и уничтожением храмов: были массовые расправы и расстрелы представителей католической церкви, консервативных кругов. На территории, подвластной республиканцам, от расстрелов и пыток погибло, в общей сложности, 7937 лиц духовного звания, в том числе 12 епископов. Епископ Сюидад Реаль был убит в тот момент, когда он работал над историей Толедо. После убийства палачи уничтожили всю собранную епископом историческую документацию и черновики. Епископ Жаэаны был убит вместе с сестрой на глазах толпы.

В 1936 году ситуация дошла до точки кипения. Этой точкой стала расправа над лидером испанских монархистов Кальво Сотело, который был крупным экономистом, специалистом по финансам и довольно хорошо ими при Примо де Ривере управлял. Он был активным лидером монархической оппозиции и вызывал ненависть у республиканцев. И вот 13 июля 1936 года за ним приехали, забрали из дома, увезли и убили. После этого все консервативно-националистические силы пришли к выводу, что так дальше нельзя, что их всех просто перестреляют поодиночке и необходимо что-то делать, давить уже этих коммунистов, социалистов и анархистов.

В июле 1936 года вспыхнуло восстание националистически настроенных военных. У него было два очага. Один – в Марокко, где находилось довольно значительное количество испанских войск, которые вели там колониальную войну. Другой – на севере Испании. Под контролем республиканцев остались центральная и южная Испания, а также два национальных района, в которых были сепаратистские настроения – Каталония и Страна Басков, поэтому понятно, что идеи испанского национализма им совершенно не нравились.

С обеих сторон сразу начался совершенно беспощадный террор, причём, по совершенно странным принципам. Левые захватили лидера испанских фалангистов Хосе Примо де Риверу, сына того самого диктатора, и расстреляли его, при том, что он был фактически только оратор и не успел даже принять никакого активного участия в гражданской войне, он был идеологом. Примо де Ривера создал организацию «Испанская фаланга», которая многое переняла у муссолиниевского фашизма и гитлеровского нацизма. Для испанских националистов он стал мучеником, посмертно ему был присвоен титул герцога, его тело было погребено в базилике в Долине павших до того, как она подверглась посмертным репрессиям со стороны испанских леваков.

Националисты же поступили ещё интереснее – они зачем-то схватили и расстреляли Федерико Гарсия Лорку, известного поэта, который не был ни левым, ни коммунистом, ни кем-то ещё (хотя и высказывал свои симпатии к левым, в том числе к Народному фронту), к тому же он периодически тусовался с фашистами (мало того – дружил с Примо де Риверой), по большей части он пил и писал эротические стихи. Самая правдоподобная гипотеза была связана с тем, что им просто не понравилась нетрадиционная ориентация и поэтому решили его заодно расстрелять (испанские националисты были за всё консервативное – за католическую церковь, за нацию, за государство и против извращений). Но в результате они подложили себе серьёзную свинью, потому что, фактически, Гарсиа Лорка считается главной жертвой гражданской войны. Жертв коммунистов практически никто по имени не помнит, а вот Лорку помнят практически все.

Очень скоро в националистическом восстании определился лидер – Франсиско Баамонде Франко, крупный генерал, очень хитроумный политик, человек, который в наибольшей степени последовательно сумел мобилизовать именно идеи этих консервативных ценностей. Дело в том, что значительная часть других генералов, участвовавших в восстании, придерживались следующих принципов – «всё достало, надо просто унять леваков, а так против республики мы ничего не имеем». Франко же сумел поставить именно на такие консервативные и монархические ценности, с таким даже ностальгическим оттенком.

Есть очень хороший испанский фильм «Во время войны», посвящённый личности философа Мигеля де Унамуно, который был, вообще, очень консервативным, но один раз на одном публичном мероприятии поругался с одним из представителей франкистов, генералом Хосе Мильяном-Астраи, и из этого раздули легенду, что Унамуно якобы выступил против франкистов. На самом деле, конечно, он всегда был абсолютно и, главное, идеологически, а не только практически, на их стороне. Фильм в этом плане несколько искажающий, но он хорошо передаёт атмосферу. Там есть совершенно гениальная сцена того, как Франко возвращает королевский флаг – «такой же как был всегда». Республиканский флаг был трёхцветным – красная, жёлтая и пурпурная полосы, королевский – две равновеликие красные полосы и посередине – большая жёлтая. Этот флаг в Испании по сию пору, менялся только герб на нём. При вывешивании флага в фильме собравшиеся начинают исполнять гимн. Здесь стоит отметить один интересный факт – дело в том, что у испанского гимна нет определённых слов, там несколько вариантов. Поэтому в фильме некоторые напевают просто «ля-ля-ля-ля» или насвистывают мелодию. После этой сцены идёт сцена, где другие генералы обсуждают то, что Франко начал всюду вывешивать королевские флаги. И один из них говорит, что республике ничто уже не поможет – этим генералом является Эмилио Мола Видаль, человек, который придумал и поднял всё это восстание. И после этого повсюду, где появляются восставшие националисты, поднимается королевский флаг.

Эта история с испанской гражданской войной для Муссолини и Гитлера оказалась колоссальным шансом. Они смогли осуществить силовое вмешательство, массовую военную помощь националистам. Особенно важным было то, что немцы сразу же очень оперативно подогнали самолёты в Марокко и перевезли на них армию Франко на материк, потому что без этого у франкистов ничего бы не получилось. Потом они ввели туда танки и воздушный легион «Кондор» (истребители и бомбардировщики). Всё это подавалось в мировой прессе, как то, что Германия и Италия помогают испанскому народу бороться с коммунистами.

А с другой стороны, в испанскую гражданскую войну активно влез СССР, чего от него никто не ожидал – что он влезет и настолько активно. Туда были отправлены советские лётчики и танкисты, большое количество танков и самолётов и, соответственно, советские, германские и итальянские военные контингенты сражались очень часто друг с другом напрямую. Но в советском вмешательстве была одно добавочная проблема, которая опять же добавила только очков Франко и его сторонникам. Дело в том, что наряду с лётчиками и танкистами в Испанию активно приехали нквдшники, т.е. советские карательные органы, и они там начали совершенно отчаянную борьбу против части самих же испанских коммунистов, потому что они были троцкистами, которые были страшнейшими врагами Сталина, что называется страшнее любых фашистов. Соответственно они очень активно, особенно в Барселоне, начали зачищать этих вот испанских троцкистов из партии ПОУМ, начали уничтожать массово испанских анархистов. На фоне этого власть в республиканском правительстве всё в большей степени переходила к коммунистам. И, таким образом, эта картинка, что «демократическая республика сражается против фашистских мятежников» и изначально-то не совсем была верна, но по мере развития событий в глазах мировой общественности всё больше и больше начала блекнуть, потому что было видно, что с одной стороны Сталин и его репрессивные органы, а с другой Гитлер – но он казался просто ангелом, которого только что видели на Берлинской олимпиаде и ничего в нём страшного не увидели. Соответственно, мировое общественное мнение стало склоняться если не на сторону Франко, то, по крайней мере, на сторону позиции «чума на оба ваших дома».

Франкисты всё это весьма активно использовали, да и к тому же они ещё и создавали один за другим героические мифы. Например, героический миф из расстрела Примо де Риверы. Самый героический миф возник вокруг обороны цитадели в городе Толедо – Алькасар, которой руководил полковник Москардо. Однажды ему позвонили по телефону от осаждавших его левых, которые потребовали сдачи Алькасара в течение десяти минут, пригрозив в случае отказа расстрелять находящегося в их руках сына полковника, Луиса. Для подтверждения этого юноше передали трубку и у них состоялся следующий разговор.

И Алькасар действительно выстоял, потому что в это самое время у Франко был вопрос – наступать сразу на Мадрид, который он мог бы взять, но при этом пожертвовать Алькасаром, или же наступать на Толедо. И он выбрал Толедо, чем снискал огромную популярность и уважение. Это выглядело как эффектный рыцарский жест – не политическая эффективность на первом месте, а спасение своих товарищей.

При этом как-то коммунисты тоже создавали свой миф. На их стороне воевало огромное количество представителей т.н. Интербригад, где служили представители левых движений из других стран мира. Было огромное количество прокоммунистически настроенных журналистов, включая упоминавшегося Хемингуэя, который потом написал роман «По ком звонит колокол», где так описал действия коммунистов при поддержке нквдшников, что она очень долго была запрещена в СССР. Зато там не оставляет равнодушными сцена расправы леваков над испанскими правыми, которые умирают с честью и достоинством. Другим журналистом был английский писатель Джордж Оруэлл, автор знаменитых романов «Скотный двор» и «1984».

Испанские республиканцы бросили знаменитый лозунг No pasarán! («Они не пройдут!»). Франкисты не просто прошли, они ещё и ответили на это лозунгом Hemos pasado! («Мы прошли!») и спели песню с этими словами на победном параде в Мадриде. Поэтому я очень не рекомендую людям выдвигать лозунг «Но пасаран!», а заодно – не употреблять термин «пятая колонна» в негативном ключе, особенно если вы придерживаетесь консервативных убеждений. Этот термин употребил впервые всё тот же Эмилио Мола, когда он говорил о будущем взятии Мадрида – что у него четыре колонны вокруг города и пятая – в самом городе, то есть это нормальные консервативно настроенные граждане, которым вся эта коммунистическая нежить не нравилась совершенно. В этом смысле пятая колонна – это не какие-то предатели, а скорее наоборот, сознательные патриоты.

Из-за этой атмосферы коммунистического террора, который был экспортирован в Испанию, поддержка республиканцев падала на глазах. А с другой стороны Франко консолидировал вокруг себя всё больше и больше немалую часть общества, особенно идейных консерваторов. В частности, его очень активно поддержали карлисты. Дело в том, что в Испании в XIX веке уже была гражданская война, и даже не одна, между двумя претендентами на престол. Проигравшая сторона в этой войне – карлисты – получили это наименование по имени своего лидера, принца дона Карлоса. Они были как раз ультраконсерваторами – католики, монархисты, одержимые крестоносным рыцарским духом. Они именовались «Рекете» – это была организация крайне правой молодёжи, готовой отдать жизнь за свои идеалы. Эти самые боевые подразделения карлистов сражались под своим традиционным знаменем с красным бургундским крестом на белом фоне в знаменитых красных беретах с золотыми кисточками и были самыми боеспособными в рядах националистов. В рядах «Рекете» сражались также русские белые эмигранты, воевавшие, несмотря на чины и награды, в качестве рядовых бойцов, получая повышение в чинах в обычном порядке. Георгиевский кавалер, русский генерал-майор Анатолий Фок в 1937 году погиб в бою в чине лейтенанта «Рекете». Другой генерал-майор, Николай Шинкаренко, получил чин лейтенанта после ранения в голову.

6. На пути к Второй Мировой Войне

За счёт этой атмосферы испанской гражданской войны, в ходе которой это противостояние коммунистов и антикоммунистов в Европе приобрело вооружённую форму, Гитлер в значительной степени смог создать ситуацию лояльного к себе отношения многих – он воспринимался как защитник Европы от коммунистов, поэтому нужно было помочь ему, укрепить. И на фоне этого, с 1938 года, немцы начали уже массированную политическую экспансию за границы Германии.

Первым актом этого дела был аншлюс Австрии в марте 1938 года. На её территорию вошли германские войска, не встретив практически никакого сопротивления. Муссолини к этому моменту австрийцев поддерживать уже перестал и помощи им оказать не мог. Гитлер же, можно сказать, въехал к себе на родину, ведь и там и там жили немцы – в общем, всему миру казалось логично, что Германия забрала себе Австрию: имеют право. Понятное дело, что встречали немецких солдат там восторженно. Что интересно, после войны австрийцев союзниками почему-то было решено рассматривать как оккупированную страну, типа что они пострадали от Гитлера и немцев. Хотя никакой разницы в Рейхе между австрийцами и немцами не делалось. Австрийцы также, как и прочие немцы, активно служили в Вермахте и СС, состояли в НСДАП. Например, 45-я пехотная дивизия Вермахта была бывшей 4-й австрийской пехотной дивизией. Она принимала участие в штурме Брестской крепости, в наступлении на Москву, в боях на Курской дуге, а в 1944 году в Белоруссии была почти полностью уничтожена. В фельджандармерии проходил службу и воевал под Ленинградом, где получил ранение, отец будущего актёра и губернатора Калифорнии Арнольда Шварценеггера, Густав. Как им удалось закосить под жертв – это отдельная загадка.

Осенью 1938 года Гитлер перешёл к следующему этапу, а именно к наезду на Чехословакию. Дело в том, что эта страна была вырезана по достаточно искусственным границам из Австро-Венгрии, причём в её состав было включено довольно большое количество территорий, где было большое немецкое население. Это были судетские немцы, жившие в Судетских горах. При разделе Австро-Венгрии они просились в состав Австрии или Германии, но в этом им было отказано. В данных районах во многих случаях немецкое население просто доминировало. На этом основании Гитлер начал требовать, чтобы эти Судетские области были переданы Германии и угрожать Чехословакии войной в случае, если это не будет исполнено. В принципе, в этот самый момент для Франции и для Англии абсолютно логично было бы объявить войну Германии. Тем более что в этом случае вполне способен был вступить в неё СССР на стороне Чехословакии. Сама Чехословакия же была вполне боеспособной единицей и могла оказать отпор Германии, ещё не набравшей в полной мере свою силу.

Но Англия и Франция в этот момент рассчитывали на то, что Гитлер поест Чехословакию, ещё какие-нибудь территории, а потом бросится на СССР, то есть сценарий, что Гитлер двинется на восток, был базовым. И поэтому 30 сентября 1938 года представителями Британии, Франции, Германии и Италии было подписано Мюнхенское соглашение, в котором Чехословакия фактически отдавалась Германии на растерзание.

Мир подошёл к порогу Второй мировой войны…

ПРИЛОЖЕНИЕ 1. СССР В 1930-е ГОДЫ

1. Трудовой энтузиазм

Одной из ключевых тем данного периода является тема «трудового энтузиазма советского народа», которая музыкально выражена в знаменитом «Марше энтузиастов» (музыка Исаака Дунаевского), который прозвучал в фильме 1940 года «Светлый путь», отразившем этот официальный дух эпохи – эпохи индустриализации, строительства различных предприятий в годы первых пятилеток (Магнитка, Днепрогэс).

Собственно, именно с темы индустриализации и стоит начать разговор об эпохе 1930-х годов. В самой этой индустриализации было много очень странного. Дело в том, что она уже шла достаточно активно в Российской Империи, давая весьма серьёзные показатели (Россия по темпам экономического и промышленного роста шла в числе первых в мире). Однако потом эта индустриализация по объективным причинам прекратилась – сперва произошла революция, затем грянула гражданская война. И, в результате, фактически по всем показателям, Россия была отброшена в XVIII век – по месту в промышленном производстве мира она дошла именно до этого уровня. Потом был поставлен вопрос о том, что если страна хочет выжить, то она должна быть очень высокоразвитой и индустриальной. Поэтому надо было проводить индустриализацию, создавать новые производства, создавать целые новые отрасли.

Хотя, в некоторых случаях, когда говорилось о новых отраслях, например, об этом говорил Сталин в своих речах, то он, как правило, откровенно врал. Вот, скажем, обратимся к его речи 1933 года. «У нас не было чёрной металлургии, основы индустриализации страны. У нас она есть теперь». Это, конечно же, совершенная неправда, поскольку уж что-что, а металлургия в России была и насчитывала целые века. «У нас не было тракторной промышленности. У нас она есть теперь».

Советская пропаганда любила эту тему с тракторами, которые, якобы, принесла в деревню, в сельское хозяйство только советская власть, а до того якобы пахали только сохой (вспоминается приписываемая Черчиллю цитата троцкиста Дойчера про «принял с сохой», которую так любят наши сталинисты) – но и это тоже неправда, поскольку трактора в Российской Империи уже начали появляться. Стоит вспомнить имя замечательного русского изобретателя и механика Якова Мамина, выходца из крестьян, который создал в 1906 году двигатель внутреннего сгорания, способный работать на тяжёлом топливе – «Русский дизель», а через четыре года – «Русский трактор», способный на этом двигателе работать.

Массовому производству тракторов помешала начавшаяся война, но русская индустрия вполне была способна наладить это производство и начать снабжать деревню отечественными тракторами. Тем более, что тот самый «советский трактор» производился на Путиловском заводе, доставшемся от «проклятого царского режима». Правда, есть один нюанс – этот самый трактор, «Фордзон-Путиловец», как видно уже даже из названия, производился по лицензии американской компании «Форд» (что бы там не говорил и писал Генри Форд про большевиков, но вот экономическому сотрудничеству с ними это, оказывается, никак не мешало), являясь копией модели Fordson-F.

«У нас не было автомобильной промышленности. У нас она есть теперь». Это, конечно же, тоже враньё. В царской России автомобильная промышленность была одной из самых развитых в мире. Известны русские автомобили марки «Руссобалт», производившиеся на Русско-Балтийском вагонном заводе в Риге. Один из передовых заводов сталинской индустриализации, Завод имени Сталина, который потом был известен как Завод имени Лихачёва – ЗиЛ (выпускал грузовики) был построен в 1916 году братьями Рябушинскими и, соответственно, никакого отношения к Сталину не имел. Кстати, тут снова стоит вспомнить про ещё одно появление Форда – в 1929 году было заключено соглашение с автоконцерном Генри Форда на строительство автозавода под Нижним Новгородом (вскоре переименован в Горький), который нам известен как ГАЗ и на нём копировались изначально модели Ford-A и Ford-AA. Так что, по сути. Выходит, что Форду было не принципиально, с кем сотрудничать – с большевиками или с Гитлером, лишь бы это было выгодно ему.

Так или иначе для создания промышленности потребовались достаточно серьёзные усилия, и они утыкались в следующее. За счёт чего проводится настоящая индустриализация в обычной капиталистической стране? За счёт капитала, за счёт того, что у кого-то есть деньги и он на эти деньги покупает сырьё, покупает станки, нанимает рабочих и, соответственно, создаёт новые производства. Советская власть же, как известно, капитал успешно победила, капиталистов успешно изгнала. Правда, с международными капиталистами, конечно, частично в годы НЭПа дружили (как мы видим на примере того же Форда), но, в общем, отношения эти были достаточно напряжённые, поскольку там тоже всё нужно было покупать за счёт твёрдой валюты. Капитала же для того, чтобы создавать индустрию, в общем и целом, у Советского Союза не было, либо было очень мало.

Как можно решить проблему? Есть важный фактор, необходимый для того, чтобы что-то работало, чтобы работали заводы – рабочие руки. Если вы что-то не можете создать за счёт капитала, то, значит, можно это попытаться создать за счёт труда. Но только для этого труд должен быть очень дешёвый. Каким образом можно сделать труд очень дешёвым, практически до уровня бесплатности? Можно это сделать за счёт пропаганды – убедить людей ради «светлого будущего» работать больше. Есть способ платить пайками – но люди обычно не согласны, когда им платят не деньгами, поэтому людей нужно заставить, поставить в такие условия, когда работать им придётся всё равно, хотят они того или нет, то есть надо было сделать труд принудительным, рабским. И вот советская индустриализация сопровождалась обоими этими факторами.

Первый фактор – это действительно массовая пропаганда «пролетарского энтузиазма», о которой мы упомянули в самом начале данного повествования. Здесь возникает фигура Алексея Стаханова. Это был донбасский шахтёр, который в одну смену вырубил в несколько раз больше угля, чем это делалось обычно. Вот только тут надо понимать, что это был подготовленный рекорд – он в течение смены занимался только тем, что кайлом вырабатывал уголь, а все дополнительные операции, которые делают шахтёры, например, крепление ствола шахты, за него делали другие. В работе обычных шахтёров, конечно же, так не бывает. Инициатором этого достижения стал парторг шахты, который ещё и отбирал подходящего кандидата из нескольких. Но, тем не менее, этот стахановский рекорд стал главным во всей стране и распространилось т.н. стахановское движение.

Стали появляться люди, которые делали подобные рекорды, которые делали выработку гораздо больше, чем остальные рабочие. Собственно, в фильме «Светлый путь», который был упомянут ранее, как раз показана такая героиня-стахановка, ткачиха Таня Морозова в исполнении популярной в те годы актрисы Любови Орловой. И мы видим её в фильме – вот она уже с орденом Ленина, в автомобиле и в хорошем костюме, но она это всё не заработала, в том смысле, что заработала деньги, а в том смысле, что ей партия и правительство дали это всё, соответственно, как стахановке. То есть, если в капиталистических странах подразумевалось, что рабочий, если будет упорно и хорошо трудиться, то заработает много денег и сможет купить себе автомобиль и хороший костюм и даже свой собственный дом, то в СССР все эти блага были наградой за «передовой труд», к тому же, сопряжённый с рядом моментов, о которых мы скажем ниже. Это именно такой дар «с барского плеча» от советской власти. Но и эта ткачиха-стахановка, заметьте, теперь вместо того, чтобы работать, катается по выставкам, где она, по сути, если не главный, то один из экспонатов уж точно. Вот этот мотив – будешь стахановцем, будешь меньше работать – он тоже был важен.

Стахановское движение начало распространяться в разных областях по всей стране, о нём активно писали. пионеры в школах испытывали перед стахановцами восторг. Была, правда, одна деталь, которая всё портит – непосредственно на работе этих самых стахановцев просто отчаянно ненавидели. Каждый год в стране случалось несколько случаев убийства этих стахановцев-рекордсменов. Дело в том, что то, что делали стахановцы, было основанием для того, чтобы сказать всем остальным – «смотрите на него, вы можете работать больше» и, соответственно, увеличивались нормы выработки, то есть, работать приходилось больше и больше затрачивать физических сил. Есть песня Владимира Высоцкого «Случай на шахте», в которой он очень точно выразил саму суть этого отношения. Там по сюжету заваливает некоего стахановца в шахте и вот что по данному поводу говорит один из рабочих, поддержанный остальными:

Беда для нас для всех, для всех одна:

Вот раскопаем – он опять

Начнёт три нормы выполнять,

Начнёт стране угля давать, и нам хана.

Так чтобы, братцы, не стараться,

А поработаем с прохладцей

В общем, было решено его не откапывать, потому что если этот стахановец останется в живых, то, соответственно, плохо придётся всем остальным. Впрочем, вот эта тема энтузиазма, конечно, работала, особенно среди молодёжи и особенно – у комсомольцев.

2. Комсомольская мораль

И вот здесь стоит немного обратиться к тому, а что же такое комсомол? Это была молодёжная организация при партии – ВЛКСМ (Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи), созданная практически сразу, после захвата власти большевиками. Для чего была так нужна и почему так важна данная организация?

Дело в том, что комсомольцы очень были нужны для борьбы с религией, в которой коммунисты видели своего серьёзного и непримиримого врага, своего соперника в борьбе за умы людей. Кроме собственно комсомола, в который входили молодые парни и девушки с 14 лет, появились чуть позже ещё и пионеры, куда брали детей помоложе и также направляли на борьбу против Православия. Они должны были бороться с Церковью, например, активно поощрялось стукачество – сообщать «куда следует» о том, кто был в церкви на Пасху или кто носит крестик. Применялись они и против своих же членов семьи, детей учили доносить на родителей. Тут известна фигура Павлика Морозова, который донёс на своего отца, крепкого крестьянина, и был позже убит. С тех пор в сознании многих личность Павлика Морозова прочно ассоциировалась именно с доносительством, по сути, встав в один ряд с Иудой, Брутом и Мазепой.

Для создания пионеров была взята структура и образ другой известной дореволюционной организации – скаутов. Собственно, в числе организаторов пионерской организации были бывшие скауты, принявшие коммунистическую идеологию. Именно от скаутов были взяты знаменитые галстуки и полувоенная форма, а также приветствие: «Будь готов!» с отзывом: «Всегда готов!» В России это движение активно распространялось до революции и активно поддерживалось, в том числе, и сверху. Понятное дело, что большевики стремились как можно больше поживиться за счёт конкурирующей организации (хотя были и «красные» скауты). Доходило до смешного: такая известная памятная мне по детству песня «Ах, картошка, объеденье, пионеров идеал» – она, на самом деле, тоже написана до революции, скаутским деятелем, редактором журнала «Вокруг Света» Владимиром Поповым, это старая скаутская песня, переписанная специально советским поэтом Жаровым. Другие песни скаутов вообще приходилось писать заново, поскольку там было про Бога и любовь к России. Пионерам же внушалось совершенно противоположное, их натравливали на Церковь, заставляя, в частности, бороться с очень страшным, очень вредным по большевицким понятиям праздником – Рождеством и традиционным атрибутом этого праздника, страшно вражеским – ёлкой. Был даже такой стишок на эту тему:

Тот, кто ёлочку срубил,

Тот вредней врага раз в десять,

Ведь на каждом деревце

Можно белого повесить!

Неизвестно, реальное это стихотворение или же пародия, но оно вполне отражает суть происходившего. Вплоть до середины 30-х годов пионеров активно заставляли бороться с ёлками.

Комсомольцы очень тщательно, всякими хулиганскими методами, боролись с религией. Например, проводились комсомольские безбожные шествия с лозунгами вроде «Религиозное воспитание – преступление против детей». Им активно проповедовали идею «красных дьяволят», когда на какую-нибудь «комсомольскую пасху» они натурально выряжались в чертей.

Очень важной темой для комсомольцев был слом патриархальных нравов. При большевиках стали значительно более свободные отношения между юношами и девушками. Мало того, фактически регистрация брака в СССР была отменена, когда можно было просто жить друг с другом, при этом именуясь «мужем и женой» (постепенно появилось и наименование подобных отношений «гражданским браком», хотя таковой изначально был обычной регистрацией в органах власти, противопоставлявшейся церковному венчанию). Были выражения типа «пошла путём комсомолки – дошла до тридцатого мужа».

К тому же в СССР впервые в истории официально были разрешены аборты – первая страна в мире, которая подобное легализовала. Это тоже стало крайне негативно сказываться на демографии и на общем уровне морали, но при этом свою функцию для советской власти это всё выполняло. Молодые люди тянулись в эту энтузиастическую комсомольскую среду, потому что там было весело и были объекты противоположного пола, с которыми можно было свободно совокупляться без всяких рамок.

Здесь также надо сказать, ещё про один момент. Советской властью была объявлена кампания по «ликвидации безграмотности». Хотя, если вам будут рассказывать, что, якобы, до советской власти в деревне никто не умел читать и писать, типа советская власть «ликвидировала безграмотность», то знайте, что это – враньё. В русских деревнях до революции грамотность мужчин уже достигла 75-80%, то есть, практически все взрослые и молодые мужчины в русской деревне, не говоря уж о городе, конечно, писать и читать умели, поскольку существовали созданные в 1890-х годах народные школы при Александре III и Победоносцеве, где их очень хорошо учили. С базовым начальным образованием проблем в стране не было, дело было только в желании учиться.

Гораздо менее грамотными были, в основном, женщины, старики и всевозможные окраины с местным инородческим населением. В Средней Азии уровень грамотности был гораздо ниже, чем в Центральной России, а он тоже засчитывался в средний уровень грамотности по стране.

Советская власть развернула кампанию ликбеза по всей стране – внушалось, что вот, крестьяне были дикие, а они их сейчас выучат. Учили, правда, в известно каком духе, напирая на то, чтобы не столько научить крестьян писать и считать, а вбить им в головы свою идеологию. То есть. По сути, это не было просвещением, как таковым, а самой натуральной пропагандой.

Был ещё один такой же пример, абсолютно канонический в этом смысле, где то, что прекрасно было в царской России, объявлялось таким, как бы, «даром» советской власти. Это т.н. «лампочка Ильича», то есть наличие ламп для электрического освещения. Однако есть один важный момент. Дело в том, что лампу накаливания изобрёл Александр Николаевич Лодыгин, который сделал это гораздо раньше, чем Эдисон. И именно Лодыгин придумал вещь, на которой строилось вообще всё освещение на протяжении долгого времени, практически до наших дней – применить вольфрамовую нить как главный элемент накаливания в этих лампах.

Когда пытаются выяснить, что же изобрёл Эдисон, то выясняется, что, по большому счёту, изобрёл он только фонограф, а всё остальное – это то, что он переделывал чьи-то другие изобретения, немножко их редактировал и брал массовым пиаром. Плюс он усиленно пытался добиться затормозить развитие электросетей, борясь с переменным током, который можно передавать на гораздо большее расстояние и он, в целом, гораздо мощнее, хотя, при этом, понятно, что опаснее. Этот ток продвигала компания Дорджа Вестингауза. Если бы в «битве токов» победил Эдисон, то у нас всюду были бы провода, провода, провода, потому что иначе постоянного тока бы не хватало. Лампочку Лодыгина исходно продвигал именно Вестингауз, а лампочки Эдисона были гораздо менее эффективными. Хотя Лодыгин немалую часть жизни провёл в США, последнее десятилетие перед революцией он работал именно в России, был активным членом партии русских националистов, даже писал брошюры на эту тему. Никакой редкости электрической лампочки даже в деревне в 1920-е годы не было. Но советская власть усиленно рассказывала, что это она всем принесла лампочку в нашу жизнь.

3. ГУЛАГ. Внеэкономическое принуждение

Вторым каналом трудовой мобилизации, гораздо более суровым и жестоким, был ГУЛАГ. Фактически, отцом этого явления, был Нафталий Френкель, вор в законе из Одессы, совершенно отчаянный контрабандист и мафиози, подельник Мишки Япончика. Он был арестован и приговорён к смертной казни, заменённой ему десятью годами заключения в лагере на Соловках.

Соловецкий монастырь ещё в начале 1920-х годов был превращён в лагерь особого назначения (СЛОН), где держали политических заключённых. На первом этапе это был такой чисто политический лагерь, где держали священнослужителей, белогвардейцев, меньшевиков, эсеров, троцкистов, там была даже какая-то трудовая деятельность, какой-то местный театр, биологическая лаборатория, которой заведовал крупный философ и учёный священник отец Павел Флоренский, расстрелянный в 1937 году. При этом, это был, по всем описаниям, такой зверский режим. На Соловках есть Секирная гора, где в монастырские времена был отдалённый скит. Там очень красивая местность, но вот именно там людей пытали просто жесточайше, например, привязывали на достаточно тонкую жёрдочку, и они сидели так в течение многих часов. Понятное дело, что почти все после этого умирали. Это страшное место и, при этом, какое-то тихое и умиротворённое, что меня очень поразило, никогда не подумаешь, что это вот всё там происходило. На Соловках были одновременно смешные и жутковатые лозунги, придуманные ещё в 1918 году, например, ставший символом всего этого режима – «Железной рукой загоним человечество к счастью!».

Когда в этом лагере оказался Френкель, то он, для того, чтобы самому как-то подняться и выжить, предложил советской власти новую систему – пусть эти заключённые будут работать, но не для удовольствия и не для того, чтобы их чем-то занять, а действительно выдавать систему по промышленным показателям, что если они не выполняют план, то им меньше дают еды или же кого-нибудь расстреливают или как-нибудь ещё их мучают. Все эти жёсткие производственные здания на тяжёлых работах (валить лес, что-нибудь копать) – для того, чтобы эта лагерная система окупалась. Именно Френкель предложил эту систему и на ней он из заключённого превратился в одного из ведущих сотрудников советского НКВД. Именно он, по сути, и является создателем этой системы ГУЛАГ (Главное Управление ЛАГерей). Причём, он сумел избежать расстрелов и умер в 1960 году своей смертью, будучи на пенсии.

Выяснилось, что вообще-то арестовать огромное количество людей по достаточно вздорным обвинениям – это довольно экономически прибыльное дело, что они будут строить каналы и дороги. Надо их заставлять работать жестоко, предельно, выматывая все их силы, все их ресурсы и не очень-то, в общем, заботясь о том, живы они будут или умрут. Конечно, потребуются некоторые расходы на их содержание, но они гораздо меньше, чем если бы им платили зарплату на воле. Потом додумались до такой же системы даже в отношении учёных, специалистов по науке и технике. Были созданы шарашки – учреждения, где собирали инженеров, техников, конструкторов и они работали в лагерном режиме. Она была описана в романе Солженицына «В круге первом», который сам в подобной шарашке в послевоенное время сидел. Условия в ней были гораздо лучше, хотя, конечно, это по-прежнему была тюрьма. Но в ней, если заключённый не справлялся с определённым заданием, то его просто отправляли в обычный лагерь.

Вот так сформировалась и функционировала эта огромная система ГУЛАГа, через которую прошло огромное количество людей либо по политическим, либо по экономическим статьям – как мы помним, была создана специальная статья для массовой посадки трудовых ресурсов, на основе «закона о трёх колосках». Если человек хоть немного брал колосков с колхозного поля, которое ещё десять лет назад было его собственное, то он вполне мог загреметь в лагеря достаточно надолго. Это была форма накачки ГУЛАГа дешёвой рабочей силой из числа крестьян. И что в этой связи происходило, прежде всего, в 1937 – 1938 годах?

В течение начала 1930-х годов страна покрылась этими лагерями, где нужно было активно валить лес или добывать какую-нибудь руду. Появились, например, лагеря на Колыме, которые добывали золото. При помощи труда заключённых активно строили Байкало-Амурскую железнодорожную магистраль. Впрочем, тогда её не достроили и довершили это строительство только уже в 1970-е – 1980-е годы энтузиасты-комсомольцы за очень хорошие зарплаты. Строили в тяжелейших условиях, в вечной мерзлоте Трансполярную магистраль, которая должна была через север России идти аж до Норильска. Её тоже не достроили, потому что тоже выяснилось, что технического уровня тогдашнего не хватает и никаким рабским трудом его не заменить. Сейчас её вроде бы уже собираются достроить. Кстати вот, всё это очень интересно соотносится с тем, что в той же вечной мерзлоте при царе-батюшке построили железную дорогу на Мурманск, сделали за несколько лет и совершенно прекрасно.

Строили также каналы. Самым знаменитым каналом является Беломорканал, который должен был обеспечить доступ в Белое море с Балтики через Ладожское и Онежское озёра и через реки. Руководил строительством как раз тот самый Нафталий Френкель. Туда пригнали огромное количество самых разных людей. Там ещё использовалась достаточно позитивная мотивация, когда заключённым говорили, что вместе с ростом канала тают их сроки. При этом всё равно там погибли десятки тысяч людей, большое количество тяжело пострадало. Известный наш философ Алексей Фёдорович Лосев, который был репрессирован, на Беломорканале начал слепнуть и, в итоге, практически ослеп. А самое странное, что вроде как этот канал был предназначен для того, чтобы перебрасывать в Белое море военные корабли, но фактически он оказался для этого не очень пригоден. Когда ты там оказываешься, то видишь, что он очень узкий. Крупные военные суда по нему пройти не могли, известно только, что в 1941 году, в начале войны, на Северный флот с Балтики перебросили по каналу 8 подводных лодок, 6 торпедных катеров и 4 сторожевых катера – то есть, достаточно небольших по объёму кораблей.

У системы теперь появилась мотивация сажать как можно больше людей. Стали появляться новые уголовные статьи в Уголовном кодексе, которые были предназначены специально под посадку большого количества людей. 7 августа 1932 года было принято постановление «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности», которое в народе получило название «Закон о трёх колосках». Этим постановлением в юридическую практику СССР было введено понятие «хищения социалистической собственности» как «преступления против государства и народа». Если колхозник брал с колхозного поля хотя бы очень небольшое количество еды, то его сажали по статье 162-й статье УК РСФСР «Кража государственного имущества». За это было предусмотрено заключение сроком до 10 лет и была исключена амнистия.

4. Голод 1932-33 гг.

Подобное явление, когда крестьяне пытались хоть что-то найти на колхозном поле в пищу, было вызвано коллективизацией и по цепочке индустриализацией, которые привели страну к самому настоящему голоду, который произошёл в 1932 – 1933 годах. По тем цифрам, которые утвердила Госдума при принятии постановления о памяти жертв голода, погибло 7 миллионов человек. Украинцы выстроили на этом целую мифологию т.н. «Голодомора», согласно которой они утверждают, что это якобы был специальный голод, который Сталин организовал, чтобы уничтожить украинцев. На самом деле это абсолютная чушь, мало того – Украина была далеко не самой пострадавшей от голода частью СССР. Существенно выше был коэффициент смертности на Кубани или в некоторых регионах Поволжья, где был уже голод 1921 – 1922 годов.

Откуда вообще этот голод произошёл и по какой цепочке событий? Для индустриализации нашлись рабочие руки – через энтузиазм и массовые посадки. Но как было достать важнейшее для строительства новых заводов – станки? Произвести самим, тем более нужное количество, было очень сложно. Поэтому оставался вариант – купить за границей. Но для этого нужна валюта, причём твёрдая валюта. Таковой у СССР было недостаточно, а главное, что получить её на иностранном рынке он мог одним-единственным способом – продавать зерно.

Хотя, конечно, были и другие формы продать ещё что-то за рубеж и получить хоть немножко валюты, а именно – продавать картины из коллекции Эрмитажа. Тамошним богатым было продано очень много картин, так что, в результате, Эрмитаж превратился из ведущего музея европейской живописи в просто хороший. Удар по коллекциям был нанесён просто колоссальный. У нас была ни с чем несравнимая коллекция того же Рембрандта – теперь же его у нас было не больше, чем у всех. Известно стихотворение Осипа Мандельштама:

Оно было написано в 1937 году – как раз тогда находившаяся в Эрмитаже картина Рафаэля «Мадонна Альба» была продана за границу и находится в коллекции Меллона в США. Распродажа полотен воспринималась как настоящая культурная трагедия.

Но главным источником доходов всё-таки было зерно. Однако тут вмешалась одна довольно неприятная вещь. В 1929 году, как известно, случилась Великая депрессия, в результате которой западные станки значительно подешевели. Казалось бы, что теперь купить их стало выгодно. К тому же значительная часть инженеров также стала никому не нужна и их стало можно пригласить в страну за какие-то более-менее вменяемые деньги (это было сделано, правда, впоследствии, многие из них попали в жернова репрессий).

Но при этом мировая экономика – это целостная система. Поэтому цены на зерно также упали, причём, упали ещё более серьёзно, чем цены на станки. И, соответственно, для того, чтобы получить эту валюту, которая была необходима для покупки новых станков и для привлечения иностранных инженеров, приходилось продавать просто нереальное количество зерна, которое попросту отбирали у колхозов. И в некоторых областях страны уровень отбора стал уже просто огромным. Причём, всё это происходило в сочетании с тем, что крестьянам запрещено было идти в город просить милостыню – все были жёстко прикреплены к тем местам, в которых находились (чего совершенно не было при крепостном праве – там помещики нередко очень охотно отпускали крестьян на отхожие промыслы в города, поскольку с этого они получали гораздо больше оброка, чем если бы те просто трудились как обычно на поле).

В итоге, началось массовое вымирание деревни. Украинцы пытаются представить это как некую акцию, направленную чисто против них, тогда как на самом деле, это была акция против всех русских крестьян. В этот момент советский режим находился в самой рискованной ситуации, они всерьёз ждали, что против них могут начаться какие-то массовые волнения и массовые бунты. Кое-где мужики действительно восставали, достаточно обширные волнения были на Кубани, но, в целом, уровень репрессивности системы уже был такой, что всерьёз против неё уже выступить никто не решался. Восстаний типа Тамбовского и Западно-Сибирского уже не было.

И этот уровень репрессивности постепенно повышался с начала 1920-х годов. Даже в середине 1920-х, когда советский режим выглядел вроде бы «либерально», шли всевозможные посадки и репрессии. Иногда, когда репрессировать кого-то было трудно, то с ним случалось что-то странное, как, например, с известным русским поэтом Сергеем Есениным. Против его друзей было сфабриковано дело т.н. «Ордена русских фашистов», по которому было арестовано 14 человек во главе с его близким другом Алексеем Ганиным, которого вместе с ещё пятью арестованными попросту расстреляли. Они действительно были очень резко настроены против советской политики, поскольку считали, что она антикрестьянская и антирусская.

Сам Есенин такие взгляды высказывал и особо их не скрывал. Есть у него такая известная, якобы революционная, поэма «Пугачёв» – самое интересное в ней, что вроде бы она повествует про крестьянское восстание «против царизма» и типа вся из себя революционная, но на самом деле под пугачёвским восстанием в ней имеется ввиду Тамбовское крестьянское восстание. Это, по сути, было совершенно такое подстрекательство мужиков к тому, чтобы восставать против советской власти. Кстати, известный сериал «Есенин» с Безруковым прямо сообщает нам о том, что эта поэма непосредственно связана с Тамбовским восстанием и там по тексту развешаны разные отсылки и намёки, порой прямые, типа «фонарщика из города Тамбова». И закончилось всё это вот таким странным образом. Всем сообщали, что Есенин якобы повесился, но сейчас уже однозначно ясно, что его убили.

При этом советская власть довольно активно вела борьбу со всякими старыми русскими национальными символами, причём не только взрывали церкви, не только преследовали священников, но и, например, сносили памятники полководцам. Ещё в 1918 году в Москве снесли памятник генералу Скобелеву, покорителю Средней Азии, снесли памятники царям Александру II и Александру III, лично Ленин сносил памятник на месте гибели от рук террориста Великого князя Сергея Александровича (был восстановлен уже в наше время). В 1928 году в Севастополе убрали памятник адмиралу Нахимову, главный памятник города, с потрясающей формулировкой – что этот памятник якобы «оскорбляет турецких моряков», которые приплывают в Севастополь, видят царского адмирала, разгромившего турецкую эскадру при Синопе, и испытывают очень тяжёлые чувства и поэтому данный памятник надо снести. Что и было, в итоге, сделано. Уже только после войны поставили вместо него новый, в 1959 году, а до этого там стоял Ленин. Причём, что интересно, когда ставили новый памятник, то трофейную турецкую саблю, которая была у Нахимова, заменили на обычный адмиральский палаш – всё-таки турок, видимо, решили не обижать.

Возмутительный и мерзкий случай был с разорением могилы Багратиона на Бородинском поле. Раньше там была красивая чугунная могила и вот, в какой-то момент, в 1932 году, решили, что в связи с пятилеткой стране остро не хватает чугуна. Поэтому все чугунные части с могилы сняли, а её саму разорили. Каким-то чудом какие-то люди из окрестных сёл спасли очень небольшое количество его костей и очень долго их берегли. В 1960-е годы поставили на этом разорённом месте кенотаф – когда ставится знак, что тут могила, но на самом деле никакой могилы нет. Только уже в 1980-е годы вот эти вот оставшиеся спасённые кости нашли и захоронили. Это была уже эпоха перестройки, Советский Союз уже кончался – так что большую часть советского времени мы провели без фактической могилы Багратиона, притом, что уже с середины 1930-х годов стало принято его уважать и рассказывать про Бородинское сражение, про его героев и про Кутузова. При том, что могила к тому моменту уже была разорена.

А некий советский поэт Джек Алтаузен, ныне совершенно забытый, писал омерзительные стишки, типа:

Я предлагаю Минина расплавить.

Пожарского. Зачем им пьедестал?

Довольно нам двух лавочников славить.

Их за прилавками Октябрь застал.

Случайно им мы не свернули шею.

Им это было бы подстать.

Подумаешь, они спасли Расею.

А может лучше было б не спасать?

Эти стихи сохранились только потому, что их привёл в своём трактате «Русофобия» великий русский учёный и национальный мыслитель Игорь Шафаревич как образчик советской коммунистической русофобии. Начинало казаться, что идёт подготовка к уничтожению памятника Минину и Пожарскому на Красной площади. Его и так уже перенесли с изначального места – прежде он стоял как раз у главного входа в ГУМ (Верхние торговые ряды), аккурат напротив Кремля и мавзолея. Ходила даже такая легенда, что однажды на нём появилась надпись: «Смотри-ка, князь, какая мразь в стенах кремлёвских завелась!», после чего памятник, якобы, и переставили на другое место, дабы он не указывал на Кремль, а также ещё и потому, чтобы не мешал первомайским и ноябрьским парадам на Красной площади.

В стране шла систематическая борьба с русским историческим наследием. Был т.н. «План реконструкции Москвы», подразумевавший широкомасштабные мероприятия по сносу памятник истории, культуры и архитектуры и по расширению улиц. Многое снесли (в частности, уничтожили дома, где родились пушкин и Лермонтов) и многое планировали снести. В частности, рассказывают о том, что Лазарь Каганович, один из виднейших соратников Сталина, бывший тогда руководителем Московской партийной организации, как-то начал рассказывать и показывать на макете, что планируется снести. И вот, предлагая сделать на Красной площади больше места для всё тех же парадов, он взял маленький собор Василия Блаженного и тоже его снял, предложив его снести, на что Сталин будто бы сказал: «Лазарь, поставь на место!» По сохранившимся до нашего времени проектам, Гостиный двор и Верхние торговые ряды (ГУМ) действительно рассматривались для сноса и строительства там огромной уродливой коробки.

Самой знаменитой жертвой этого плана был Храм Христа Спасителя, варварски снесённый в 1931 году, что называется, в прямом эфире, с формулировкой: «не представляет никакой художественной ценности» – хотя пошедший от его создателя Константина Тона русский стиль активно развивался в XIX – начале XX веков и имел совершенно громадную художественную ценность. На его месте собирались построить самое большое здание в мире – Дворец Советов, проект гигантского, просто циклопического здания с огромной статуей Ленина на его крыше. Впрочем, это здание, в любом случае, просто было обречено на провал, потому что, во-первых, в реальности такое здание было попросту невозможно построить, а, во-вторых, большую часть года он выглядел бы совершенно ужасно – Ленин и вся верхняя часть были бы в облаках, потому что в Москве погода видеть это дело позволяет только очень незначительную часть года. После уничтожения храма там долго был котлован, в котором долго копались, но, в конечном счёте, построили там бассейн «Москва», который был там до окончания советской власти. Только в 1990-е годы на этом месте восстановили Храм Христа Спасителя (в отличие от того храма, который был разрушен, он был построен в довольно короткие сроки). За это, в своё время, высказывался Юрий Гагарин, который был поражён увиденным им в Лавре макетом здания храма и в своей речи упирал на его военно-патриотическое значение как памятника героям 1812 года.

Много было таких странных историй в идеологии, например, ещё в 1920-е – начале 1930-х годов была, например, идея латинизации русского алфавита, чтобы мы писали на русском языке латинскими буквами. Была создана целая комиссия, которая этим усиленно занималась, но, по счастью, этого не случилось.

5. Судебные процессы начала 1930-х

С началом индустриализации началась удивительная вещь – а именно массовые репрессии против инженеров. Вот это, казалось бы, совершенно поразительная штука, потому что логично, что когда проводится индустриализация, то инженеры как раз-таки очень нужны. К тому же в России была очень хорошая, очень высокоразвитая инженерная школа, огромное количество инженеров в горной промышленности, которые и создали угольную индустрию Донбасса, в металлургии, строительстве и прочих отраслях. И вдруг их начали массово сажать.

Дело в том, что инженеры начинали протестовать тогда, когда всё делалось не по уму и не по технологии. Они говорили: «Это сделать невозможно, это тоже сделать невозможно – сломается». А задача состояла не в том, чтобы оно в перспективе как можно дольше не сломалось, а в том, чтобы вот здесь и сейчас выполнить план. Тем более, что надо было выполнить пятилетку в четыре года. Про этих инженеров было такое ругательное слово – «предельщик»: если инженер-железнодорожник говорит, что нельзя гнать больше такого-то количества поездов в такое-то время, потому что просто износятся рельсы и поезда начнут с них сходить, то он – предельщик. То есть, не понимает, что есть вещи, которые большевики могут добиться на голом энтузиазме. А если поезд-таки сходил с рельсов, то виноватым объявлялся этот же самый инженер – и он из предельщика превращается во вредителя.

Вот как раз по этому принципу и прошёл первый сталинский процесс – Шахтинский процесс 1928 года. Группа старых инженеров, служившая на донбасских шахтах, была обвинена в том, что они – «вредители». Одиннадцать обвиняемых были приговорены к расстрелу и в отношении пятерых из них приговор был приведён в исполнение, а остальным казнь заменили 10 годами заключения. Дальше в 1930 году произошёл процесс Промпартии. Это уже были столичные инженеры во главе с Леонидом Рамзиным, которых опять же обвиняли в том, что они якобы вредят индустриализации и вообще промышленности. Там их, по счастью, не приговорили к расстрелу и того же Рамзина даже потом выпустили, и он даже стал советским академиком. (Правда ещё до процесса, в 1929 году, был расстрелян инженер Пальчинский, который в 1917 году руководил обороной Зимнего дворца). Но, тем не менее, это был очень громкий процесс, который очень сильно напугал старую техническую интеллигенцию, которая осталась в СССР и согласилась работать с советской властью.

Дальше, в 1931 – 1932 годах, произошёл процесс т.н. «Трудовой крестьянской партии», на котором, в частности, судили двух крупнейших экономистов не только России, но и всего мира – Александра Чаянова и Николая Кондратьева. На самом деле, значительная часть мировой экономической мысли сейчас базируется, в основном, на их идеях. Но эти идеи Сталину категорически не подходили.

Чаянов говорил о том, что, вообще говоря, крестьяне не очень любят работать, что вообще, в принципе, люди не очень любят работать. Он провёл массу всевозможных исследований, которые доказали, что когда люди достигают порога самообеспечения, то они стараются не работать больше, чтоб накопить себе богатства, а наоборот, стараются работать меньше и для того, чтобы они работали больше, нужны достаточно серьёзные экономические стимулы. Но, как вы понимаете, в концепцию колхозов взгляды Чаянова, который, наоборот, защищал НЭП, который говорил, что с крестьянином нужно уметь торговаться и его экономически стимулировать, совершенно не укладывались.

Кондратьев был автором теории циклов, названных его именем. Он вывел, что, в принципе, мировая экономика развивается циклами: сначала идёт подъём, потом спад и они занимают условно 50 лет. И, строго говоря, против этого цикла не попрёшь – есть такая вещь, как мировая экономическая конъюнктура. Это как раз и была та ловушка, в которой СССР оказался в начале 1930-х годов, из-за чего был массовый голод – что нужно продавать на мировом рынке зерно, а оно стоит очень дёшево, тогда как нужно получить как можно больше денег. Это всё прекрасно объяснялось циклами Кондратьева, которая гласила о том, что сейчас вот неподходящая экономическая конъюнктура для массовой продажи зерна. Но эти его идеи полностью противоречили тому, чего хотел на этот момент от экономики добиться Сталин. Закончилось для обоих всё очень печально: на процессе Чаянов получил 5 лет лагерей, Кондратьев – 8 лет. Первый был расстрелян 3 октября 1937 года в Алма-Ате, второй – 17 сентября 1938 года на полигоне «Коммунарка» под Москвой.

Дальше начали запугивать учёных-гуманитариев – в 1929 – 1931 годах случилось т.н. Академическое дело. Посадили немалое число учёных, в частности, двух крупнейших историков: одного – специалиста по русской истории Сергея Платонова, а другого – специалиста по европейской истории Евгения Тарле. Большинство фигурантов процесса было приговорено к ссылке. Не все оттуда вернулись – Платонов умер в 1933 году в Самаре, некоторые потом, впоследствии, были расстреляны. А вот Тарле повезло больше – по счастью, его, в конечном счёте выпустили, и он в итоге стал любимым историком Сталина, написал биографию Наполеона и книгу про нашествие Наполеона на Россию в 1812 году. Он принёс довольно много пользы, потому что начал возрождать позитивное отношение к Российской Империи в советской исторической науке. Ему, правда, довольно скоро дали по рукам, но какие-то элементы этих его усилий остались.

Потом дело дошло до военных. Конечно, большевики выиграли гражданскую войну, в значительной степени, потому что с ними согласилось сотрудничать довольно большое количество царских офицеров и генералов, людей, у которых было объективное военное образование, достаточно серьёзное. Среди них были, в частности, такие крупные фигуры как Андрей Снесарев, ведущий военный теоретик, специалист по военной географии, осуществлявший подготовку захвата Российской Империей Афганистана и Индии у Британской империи, и Александр Свечин, который вообще был очень яркий военный теоретик, автор трудов «Стратегия» и «Эволюция военного искусства». Были и генералы-практики.

Того же Свечина отчаянно ненавидел тогдашний главный красный военачальник, будущий маршал Тухачевский, который «прославился» тем, что проиграл Варшавскую военную операцию, зато в другой военной операции он победил, применяя, в частности, химические снаряды – подавление Тамбовского восстания. Ему очень не нравилось всё то, что писал Свечин, ему очень не нравилось, то что Свечин говорил, что если на нас нападёт какая-нибудь Германия, то нам придётся большой кровью пехотными частями долго отбиваться на нашей же собственной территории. «Нет! – отвечал Тухачевский. – Это всё вредительство! Мы бросим массы танков и самолётов и очень быстро Германию завоюем и установим там социализм!». И, соответственно, за то, что Свечин осмелился с ним спорить, его тоже посадили. Идеи Свечина совершенно противоречили планам военного руководства. Кстати сказать, внимательным читателем работ Свечина был молодой красный командир, служивший в кавалерийских частях – Георгий Жуков.

В 1930 – 1931 году произошло т.н. дело «Весна», по которому посадили тысячу людей, так или иначе связанных с Русской армией, которые теперь служили большевикам. Часть из них расстреляли, других отправили в тюрьмы и лагеря. Был репрессирован и расстрелян бывший генерал-майор Ольдерогге, который, будучи командующим Восточным фронтом красных, сыграл важную роль в победе над войсками колчака, а потом принимал самое активное участие в разработке Перекопско-Чонгарской операции по захвату Белого Крыма (там фронтом красных официально командовал Фрунзе, который вообще никаким военным не был и военного образования и опыта в русской армии не имел в принципе – поэтому ему активно помогали старые русские офицеры и генералы).

В течении 1928 – 1931 годов Сталин массово терроризировал тех людей из старой русской интеллигенции, которые согласились с ним сотрудничать. Не все из них были прямо в этот момент расстреляны, но они получили клеймо врагов народа и были дорасстреляны в 1937 – 1938 годах.

6. Массовый террор 1934-1938 гг.

Совсем жёсткая кампания террора началась в 1934 году, когда 1 декабря в Ленинграде в Смольном был убит один из главных соратников Сталина и лидеров страны, руководитель Ленинградской парторганизации Сергей Миронович Киров (настоящая фамилия Костриков). Его застрелил муж его любовницы Мильды Драуле Леонид Николаев, но при этом, соответственно, как бы тут же была дана установка на то, что это не случайное убийство по личным мотивам, что это всё «происки врагов народа». Причём, некоторые вообще считали, что чуть ли не сам Сталин это убийство организовал. Как пели в народе:

Ой, огурчики-помидорчики,

Сталин Кирова убил в коридорчике!

Но мне кажется, что это маловероятно, поскольку Киров был убеждённым сторонником Сталина, нисколько не претендовавший на его место. Убийство Кирова было использовано как повод для новых расправ. Сначала в Ленинграде массово арестовали бывших царских офицеров, бывших царских чиновников, дворян, кого-то тоже посадили, кого-то выслали, но потом решили, что по белогвардейской линии идти как-то неправильно и надо бороться с троцкистами и зиновьевцами, что это вот якобы они убили Кирова. Соответственно, Зиновьева и Каменева (Троцкого, к этому моменту, из СССР уже выслали – он всё-таки был настолько крупной и влиятельной фигурой, что совсем его посадить и расстрелять Сталин не решался, поэтому пришлось всего лишь выслать) арестовали и обвинили в том, что это они виноваты в убийстве Кирова.

Поэтому репрессии пошли сначала против этой партийной антисталинской оппозиции, уже к тому моменту разгромленной, а уже потом начали расширяться. В 1936 году состоялся первый т.н. Московский процесс, как раз против Каменева и Зиновьева, по результатам которого они были расстреляны 25 августа того же года. Тогда же был снят с должности наркома внутренних дел и через год арестован активный специалист по террору, организатор первого процесса, но связанный отчасти со всей этой старой средой, Генрих Ягода, которого заменили на Николая Ежова.

Ежов прежде никакого отношения к органам госбезопасности не имел, он был партийный деятель, но вот именно ему поручили руководить массовыми репрессиями. А Сталин подвёл под эти массовые репрессии теоретическое обоснование, сказав, что по мере того, как идёт движение к социализму, классовая борьба ожесточается, поскольку враги становятся не слабее, а сильнее и агрессивнее, чем ближе к социализму, тем враги эти более вредны. Соответственно, выводил Сталин, всех их надо массово казнить. И эти казни обрушились, прежде всего, на саму советскую верхушку.

Была такая достаточно популярная долгое время среди сталинистов тема, что «товарища Сталина обманули враги, он ничего не знал, он не знал, что расстреливают так много людей». Но это не имеет никакого отношения к реальности – в архивах давно уже найдены подписанные лично Сталиным, его красным карандашом, списки на 45 тысяч человек – и по Москве, и по регионам. Эти списки были подписаны ключевыми членами Политбюро – Молотовым, Кагановичем, Ворошиловым и Ждановым, а также Микояном и даже расстрелянным позже Косиором. Изредка Сталин кого-нибудь из них вычёркивал, считая, что не надо ещё его расстреливать, но это была одна фамилия на тысячу.

В мае 1937 года была раскрыт военный заговор (реальный или мнимый) под руководством уже упоминавшегося маршала Тухачевского. Тухачевского и его окружение в высших слоях армии арестовали. (Один из фигурантов, Гамарник, успел застрелиться до ареста). Они очень быстро признали, что готовили военный переворот по заданию Германии. После этого их всех довольно быстро расстреляли. До сих пор до конца не вполне понятно, было это на самом деле или нет. Но это тот редкий случай, когда это, в принципе, вполне могло быть, потому что Тухачевский был очень амбициозным человеком. В принципе, идея провести против Сталина военный переворот регулярно витала в воздухе. И почему бы эти люди не могли вести какие-то разговоры о том, что, может быть, стоит попробовать. Утверждать об этом, до сих пор, вполне достоверно, всё-таки невозможно. Кстати вот любимой темой обвинений троцкистов в адрес Сталина было обвинение в термидорианстве – поскольку после свержения якобинцев во Франции 9-10 термидора к власти пришли более умеренные революционные силы и считалось, что после этого революция прекратилась, а уже потом власть захватил в результате переворота генерал Бонапарт.

На очень коротком процессе обвиняемые присутствовали с подглазными мешками, которые явно свидетельствовали о том, что им просто не давали спать, и признавались, что они действительно планировали заговор в пользу германских фашистов. Существует гипотеза о том, что информацию на Тухачевского, действительную или же, возможно, мнимую, подбросила немецкая военная разведка Абвер через чехословацкого президента Бенеша, а оттуда её переслали в Москву и там была уже такая реакция. Сделано это было, по мнению сторонников данной гипотезы, для того, чтобы накануне грядущей войны, обезглавить Красную армию.

Расстрел Тухачевского и практически всей военной верхушки РККА привёл к массовому погрому РККА. Практически вся её верхушка была, фактически, одномоментно снесена, причём, как люди, полезность которых во время войны была очень сомнительна, как тот же Тухачевский, у которого были безумные авантюристические военные идеи, не соответствовавшие реальному состоянию Красной армии, так и люди, которые, по большей части, находились в среднем звене, но были очень компетентными в военном деле.

Расстрел Тухачевского привёл к массовому террору в армии, в ходе которого фактически весь высший командный состав РККА был уничтожен. Сталин попросту истребил всю военную верхушку, выжили буквально единицы. Ещё чудо, что некоторые военачальники, которые потом сыграют большую роль во время Великой Отечественной, были арестованы, но их, в итоге выпустили, когда кампания террора закончилась. Например, будущий Маршал Советского Союза Константин Рокоссовский был арестован и провёл практически два года в тюрьме и большое счастье, что он оттуда вообще вышел. Во время войны он сыграл важную роль в обороне Москвы, где каждый человек и тем более компетентный военачальник был на счету. А сколько ещё таких, как Рокоссовский, было расстреляно и загублено в лагерях? Мы не знаем, потому что они свои военные таланты на войне не сумели проявить.

Итак, в 1937 сносилась тысячами человек советская номенклатура – и в центре, и на местах, массово уничтожался военный комсостав, параллельно с этим жесточайшая чистка шла и в НКВД, где убирали соратников Ягоды. Ежов воспринимался как главный организатор и проводник репрессий, хотя понятно, что он был, прежде всего, исполнителем.

И вот огромная страна, в которой диктатура, пусть и называемая «диктатурой пролетариата», где куча людей ненавидит власть коммунистов, где, в общем-то, гражданская война была всего-то 20 лет назад – и из этого получается угроза общей политической стабильности режима. Сталин резко ослабил коммунистов и возникла, по крайней мере, теоретическая возможность того, что это ослабление приведёт к тому, что весь режим, как таковой, ослабеет и рухнет.

И в этих условиях, если можно так выразиться, для того, чтобы «выровнять корзины», была проведена т.н. «кулацкая операция». Что она из себя представляла? Это были проведённые по утверждённым Политбюро, но формально по приказу НКВД, массовые чистки представителей «старого режима» – бывших офицеров, бывших солдат белых армий, бывших полицейских, а главное – бывших участников т.н. «кулацких восстаний». Ну и т.н. «лиц, занимающихся антисоветской агитацией», то есть всех тех, кто открыто вслух говорил что-то против даже не советской власти как целого, а по крайней мере каких-то отдельных её элементов и проявлений. Это был приказ №00447 от 30 июля 1937 года.

И когда мы говорим о массовых репрессиях 1937 года, то надо иметь ввиду именно, прежде всего, эту самую «кулацкую операцию». Дело в том, что в сознании позднейшей советской интеллигенции произошла такая определённая аберрация, которая выразилась в том, что многие из них думали, что 1937-й ужасен тем, что Сталин начал массово истреблять эту вот коммунистическую интеллигенцию. Поскольку это всё были люди пишущие, они позже написали очень много об этом разных произведений. Был такой роман «Дети Арбата» Анатолия Рыбакова, в 1930-е годы подвергнувшегося репрессиям и бывшего сыном инженера-технолога (то есть, относящегося как раз к этой самой интеллигенции). Название это стало нарицательным для обозначения этих самых жертв репрессий из слоя интеллигенции и советской номенклатурной элиты. Был роман Юрия Трифонова «Дом на набережной», был роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба». Выходили позже и мемуары, например, была такая знаменитая книга Евгении Гинзбург «Крутой маршрут» – она была женой видного партийного работника в Татарстане. Её сыном был известный в будущем советский писатель Василий Аксёнов, автор романа на эту же самую практически тему – «Московская сага». (В 2000-е годы вышли в свет одна за одной экранизации – сначала «Московская сага» и практически сразу же за ней – «Дети Арбата», а уже в начале 2010-х к ним присоединилась «Жизнь и судьба»). Поэтому, создалось впечатление, что сажали, в основном, вот этот самый контингент. Да, безусловно, его сажали, сажали даже больше, чем в предыдущие и последующие годы. Но главными жертвами этого периода были вовсе не они.

У историков нет чёткого ответа, почему Сталин массово начал истреблять советскую номенклатуру в 1937 году. Есть много разных теорий и гипотез, существовали такие романтические теории, что вот Сталин, на самом деле, истребил наследников Ленина, «ленинскую гвардию» и всё в том же духе. Некоторые даже упирают на национальность Троцкого, Зиновьева и Каменева и считают это «избавлением от еврейских большевиков», которых в руководстве «сменили русские люди». Хотя, на деле, конечно, большинство жертв террора были вполне себе русскими людьми, а тот же Каганович под репрессии вообще не попал и оставался одним из доверенных соратников Сталина. Существует такая экстравагантная теория историка-коммуниста Юрия Жукова о том, что типа это номенклатура начала истреблять сама себя, потому что Сталин якобы хотел ввести альтернативные выборы и вообще привести СССР к демократии. Существует версия, что будто бы в результате борьбы кланов НКВД это всё вышло из-под контроля. Но это всё никак не объясняет тот факт, что действительно были составлены в списки на 45 тысяч человек, подписанные лично Сталиным.