Яд Лаоха

День 21

19 лет назад. Лето. Месяц Грозник 5036 г.

Вечером, когда Вильос вернулся, Сония получила то самое вознаграждение, о котором он говорил днем. Это был платиновый браслет шириной пять сантиметров на щиколотку. Выглядел он как кандалы, только без цепи. Закрывался на магнитный ключ, который он убрал себе в карман. Сония помня, как нужно благодарить за подарки положила руки на его плечи и потянулась к его губам. Вильос, улыбнувшись, наклонился и, заключив ее в объятья, впился поцелуем в губы. Сония, как всегда, в такие моменты, словно отключалась и представляла, что она где-то далеко. Весь вечер и половина ночи она была словно пластилин в его руках. Он не выпускал ее из объятий, гладил, щипал, целовал, мял, носил на руках, бросал на кровать и, примостившись сверху, начинал тереться своей колючей бородой о ее нежное тело, оставляя красные полосы и следы раздражения. А после ставил ее в разные позы и получал наслаждение от оральных ласк. Наконец насытившись, глубоко за полночь он уснул. Сония, вымотанная его любвеобильностью, не чувствовала своих языка и губ. Она долго лежала и смотрела в потолок, и казалось, что только прикрыла глаза как он опять начал ее целовать и шептать какая она сладкая. Сония приоткрыла глаза и увидела, что уже утро. Вильос раздвинув ей ноги, примостился сверху и поступательными движениями начал двигаться. Сония попыталась, отодвинуть его, но он словно обезумев начал рычать и подняв ее руки выше головы, придавил их к изголовью кровати.

– Мне больно, отпустите, пожалуйста, – всхлипнув, попросила она.

– Я, – начал хрипло говорить он, – и так… долго ждал, – и с каждым словом он начал вбиваться в нее все сильнее.

Она вскрикнула от боли, но он закрыл ей рот своим поцелуем. Она продолжала кричать ему в губы, но от этого он становился все яростней. Когда она уже перестала кричать и только тихо скулила, как раненый зверь, он, наконец, дошел до пика и вжался в нее со всей силы, а потом обмяк и отпустил ей руки. Вот тогда она замолчала и повернула голову набок. Полежав так некоторое время, он скатился с нее и лег на бок, подгребая ее под себя. Она лежала с закрытыми глазами, и ровно дышала. Вильос решив, что она уснула, поцеловал в висок, накрыл одеялом и поднялся с кровати. Она так и не шелохнулась. Когда закрылась за ним дверь, Сония провела рукой по внутренней стороне бедра и, вынув руку из-под одеяла, увидела кровь. «Он опять там все порвал», – подумала она. На нее накатила такая апатия, что она решила не вставать с кровати. Понадеялась, что к вечеру, когда он придет, она истечет кровью и умрет. Поэтому закрыла снова глаза и ждала когда уснет, совсем забыв про ту записку от ее возможного спасителя.

Но не прошло и получаса, как в комнату быстрым шагом вошла Фрици, Сония приоткрыла один глаз и посмотрела на нее. Та сунула ей в руку записку и так же быстро вышла. Сония развернула клочок бумаги и прочла:

«Вчера я передала сообщение жене Вильоса. Она сегодня обязательно приедет. Постарайся, что бы она помогла тебе»

«Жена поможет? Скорее волосы выдерет, за то, что ее муж со мной ей изменяет», – подумала она и, скомкав бумажку, положила рядом с собой. Через пару минут снова зашла Фрици и принесла завтрак. Поставив поднос на стол, она быстрым шагом подошла, подобрала бумажку и сунула к себе в карман. Жестом стала показывать, что бы Сония встала и шла есть. Потом постучав пальцем по запястью, изобразила, что нужно торопиться. Сония кивнула и, немного приподняв голову, сделала вид, что встает. Фрици, увидев это, вышла из комнаты. Но Сония не могла встать. Она, поморщившись, положила обратно голову и перевернулась на бок. Полежала некоторое время и, подхватив одеяло, сползла на пол. Медленными шагами дошла до столика, садиться не стала. Взяла ложку и зачерпнула кашу. Еда совсем не лезла, но она смогла съесть еще пару ложек, а потом отломала от бутерброда с сыром маленький кусочек. Так как болела челюсть, она не могла нормально откусить хлеб и, положив в рот этот кусочек, с трудом прожевала его. Затем сделав глоток чая, поспешила обратно в кровать, легла на кровавое пятно, и накрылась одеялом. Она не хотела, что бы Фрици видела кровь. Пару часов никто ее не беспокоил и она, уплывая в бессознательное состояние, вдруг услышала звук подъезжающего авто.

«Неужели уже время обеда и он опять, как вчера решил дома пообедать. И ему что? Утреннего секса мало было?» – в голове зазвенело от напряжения.

Но через некоторое время она услышала женский крик.

– А! Это жена приехала, – хриплым шепотом озвучила она свою мысль.

Сония лежала и слушала, как внизу началась какая-то возня, звон стекла, мужской бас и непрекращающийся крик жены Вильоса. Голоса становились все громче, и она поняла, что они приближаются к ее комнате. Сония лежа на боку, смотрела на дверь и ждала, когда же она, наконец, откроется. Ей было все равно, кто убьет ее, он или его жена, но хотелось уже скорее с этим покончить. Наконец открылась дверь и в комнату ввалилась очень крупная женщина. На ней было красивое платье кофейного цвета, каштановые волосы прихвачены заколками, в виде веточек с листиками, которые выглядывали из-за макушки. Лицо от гнева перекошено, но не безобразно, наверное, когда она была на несколько размеров меньше, была красавицей.

«Если такая на меня сядет, то раздавит в два счета, или задушит, что тоже неплохо. Попросить ее, что ли об этом?» – пронеслась дикая мысль, но вслух не решилась ничего сказать. Женщина, зайдя внутрь, со всей силы захлопнула дверь, не давая зайти охране.

– Так вот ты какая. Вставай, поговорить надо, – очень громко сказала она.

Сония немного поморщилась. За эти дни она привыкла к тишине, и голос этой женщины бил по ушам как молот по наковальне. Подхватив одеяло и придерживая его одной рукой, она начала вставать. Второй рукой оперлась на матрас и сдвинулась ближе к краю.

– Ты что голая? Совсем стыд потеряла? – завопила она.

Сония молча встала возле кровати и, пошатнувшись, сделала шаг вперед. Потянув за собой одеяло, оголила матрас с кровавым пятном и накинула одеяло на плечи. Женщина, увидев хрупкую Сонию в полный рост от удивления прикрыла рот рукой и уже не так грозно сказала:

– О Боги, да ты ведь еще ребенок. Он обезумел совсем? Откуда кровь? Одевайся, уходим отсюда.

– У меня нет одежды, – тихо ответила Сония и, сделав пару шагов к ней, почувствовала, как начинает кружиться голова, а по бедрам потекла кровь.

– Как? Он что тебя тут голой держит? Кормит хоть? Совсем синяя. Идём, – сказав это спокойным голосом, она открыла дверь и вышла в коридор. Тут же вбежала Фрици и, оценив обстановку, показала, что бы Сония оставалась на месте, выбежала за дверь. Женщина спустилась вниз и начала орать на охранников, Сония не прислушивалась, что она там кричала. У нее от слабости и страха совсем голова отключилась, но вспомнив про листок, спрятанный под окном, медленно направилась за ним. Вынула его из щели, положила в пододеяльник и пошла в сторону двери. Не успев, сделать и пару шагов, как забежал в комнату Крон, и, не спрашивая ничего, подхватил ее на руки и понес на выход. Когда спускались по лестнице, он почувствовал, что рука, которая держала Сонию под коленями, стала липкая. Он разжал пальцы, и глянул на них, увидев кровь, шепотом сказал: «Ублюдок, что он делал с тобой?» Сония откинув голову, не могла ничего ответить. Крон быстрым шагом пронес ее мимо кричащей женщины на выход. Жена Вильоса загородив собой, проход к двери кричала на охранников, чтобы они не лезли не в свое дело. Говорила, что она сама разберется со своим мужем и им не надо знать, куда она ее забирает. Потом увидев, что Крон усадил девушку на сидение, быстрым шагом направилась на выход. Села в другой авто, где ее ждал личный водитель и они мгновенно выехали из ворот. Крон уложив Сонию на заднее сидение, захлопнул дверь и направился к охранникам, а в это время Фрици, сидевшая за управлением нажала кнопку ускорения и с визгом шин по брусчатке выехала за ворота и на огромной скорости поехала к центру города. Когда выезжали из ворот Сония приподнявшись, повернулась и через заднее стекло увидела, как мужчины из охраны схватили Крона и начали его избивать, а потом лысый мужик с рыжей бородой, достал нож и перерезал ему горло.

Сония вскрикнула и, заикаясь, зашептала:

– Ф-фрици, его уббили. О Боги, из-за мменя его убили. Фрици, что же д-делать? Они нас догонят и тоже убьют. Н-нет, они убьют тебя. Остановись. Выпусти меня и уезжай. О Боги! Фрици, ты слышишь? А та женщина, жена его? Он ведь ее накажет за это. Фрици!

Фрици лишь громко вздохнула, но что-либо ответить она не могла, поэтому молча везла ее на бешеной скорости в оживленный центр города. Сония захлебываясь слезами начала тереть свое лицо и вспомнила, какКрон усаживая ее в авто сунул что-то ей в руку. Она раскрыла ладонь и увидела медальон с ее фотографией и сложенный в несколько раз лист бумаги. Развернув трясущимися руками письмо, она не смогла ничего прочитать. Буквы прыгали и расплывались, а когда с ресниц упала слеза на бумагу и эта капля размыла несколько букв. Сония свернула обратно листок, решив прочитать позже, когда немного успокоится. Потом вспомнила, что засунула еще одну записку в пододеяльник и начала искать ее. Как только она ее нашла и подняла голову, она увидела, что они заехали в знакомый квартал. Тут неподалеку жили пожилые женщины, к которым она ходила, когда подрабатывала социальным работником. Воспоминания ее немного отвлекли от реальности, и она не ожидав, что Фрици резко затормозит, ударилась головой об подголовник. Фрици выбежала из авто и открыв дверь схватила Сонию за руку и вытащила на улицу. Она подгадала момент, когда никого не будет в округе. Жестами и звуками означающие «Беги» начала толкать в сторону многоквартирного дома. Сония быстро сориентировалась и, поблагодарив пошла к двери. Фрици с сожалением посмотрела на нее, быстро села в авто и уехала. Сония помнила этот дом. Там жила добрейшая женщина по имени Зои. Она всегда была дома, поэтому она поспешила к ней, пока никто не увидел ее.

Постучав в дверь, на удивление Зои быстро открыла. Оказывается, она видела ее в окно. Как много людей ее тоже видели? «Нужно скорее отсюда уезжать, только нужно переодеться», – подумала Сония, когда перешагивала порог. Зои не стала ничего спрашивать, она сразу повела ее в ванную. Пока Сония сидела под душем, Зои позвала свою соседку медсестру. Сония вкратце рассказала ситуацию. Женщины вздыхали и обещали молчать. Еще Сонии повезло, соседка по имени Лайла оказывается, училась на хирурга, но не хватило денег на защиту диплома, так что она считай доктор, только без документов. Она сбегала за медицинским чемоданчиком и на кухне развернула целую операционную. Зои в силу своего возраста была плохой помощницей, но она не отходила от Сонии и все время держала ее за руку.

Сония проснулась посреди ночи на кухонном столе. На полу вытянув ноги, сидела Лайла. Зои не было видно.

– Я ее спать отправила, – тихо сказала Лайла, видя вопрос в глазах Сонии.

– Спасибо, – прошелестела она.

– Не меня благодари, а Богов. Они милостивы к тебе. Я удивлена, как ты быстро очнулась. Лежи пока, не шевелись. Сейчас отдохну и дам тебе воды.

То ли у Лейлы руки платиновые, то ли действительно Боги смилостивились, потому что Сония на следующий день чувствовала себя сносно. Намного лучше, чем после прошлой операции. Возможно, повлияла обстановка, ведь Зои окружила ее своей безграничной любовью. Сония проспала весь день и ближе к вечеру Зои сообщила, что она позвонила Свее Эспен и та должна скоро приехать. Она сможет увезти Сонию в безопасное место.

Свея приехала за два часа до полуночи. Молча села рядом с кроватью и погладив по руке, расплакалась. Сонии стало совестно, что она, возможно, подвергает опасности этих милых женщин, но вслух она не могла ничего сказать, так как глядя на Свею, она вспоминала мать, которая слишком рано ушла от них с сестрой. О сестре она старалась не думать, потому что знала, Вильос первым делом будет ее искать там. Сония надеялась, что если сестра нечего не будет знать, то он не тронет ее. Глубокой ночью, когда у всех соседей погас свет. К дому подъехал черный авто, престарелая женщина, опираясь на клюку, вышла из дверей, села на заднее сидение и уехала в неизвестном направлении.

День 21

Командор Дамиан Трэйн

Кира постоянно в моих мыслях. С каждым днем мне становится все сложней держать себя в руках. Будь я моложе на несколько лет, уже давно затащил бы ее в постель, ведь раньше я был менее терпелив в отношении женщин, но рядом с Кирой я каждый раз проверяю себя на прочность. Мне нравится в ней ее естественность, она не хочет показаться лучше, чем есть. Она даже не делает себе макияж. Все мои девушки перед встречей со мной проводили по несколько часов в салонах красоты, но меня никогда не привлекали девушки с ярким макияжем, особенно напомаженные губы, они скорее отталкивали, чем вызывали желание поцеловать их. А ярко-красный натуральный цвет губ у Киры теперь словно магнит для меня, они сводят меня с ума.

Когда я зашел за ней на ужин я не ожидал ее увидеть такой красивой. За эти дни я привык видеть ее домашней и скромной, а в этом платье она была словно прекрасная незнакомка. Совсем ничего общего с той Кирой, с которой я познакомился в кафе на Солтресе. Ладно, внешность, но и поведение ее стало иным. Порой мне кажется, что я разговариваю с ровесницей. В ней больше нет той детской непосредственности. Я себя который раз ловлю на мысли что, женившись на той Кире, я, возможно, быстро устал бы от нее. Зная свой характер, я не смог бы долго терпеть ее болтливость и восхищенные рассказы о платьях, и пересказ разговоров с ее подругами. А ведь Кира именно об этом и болтала весь вечер напролет, когда была у меня в доме. Как я мог тогда не замечать этого? Она всегда была такой яркой, живой, активной и меня поражало то, как она могла резво бегать на высоченных каблуках. Кира старалась при помощи обуви компенсировать свой невысокий рост. Помню, как говорила, что ей так легче до меня дотянуться, чтобы поцеловать. А вчера, когда она робко поцеловала меня в комнате, я удивился ее способу остановить меня. Ведь раньше она задействовала другие способы своего влияния на меня. Начинала своим нежным голосом называть меня ласковыми словами и уговаривать исключительно разговорами. Специально держала дистанцию, показывая, что если я захочу к ней приблизиться, то нужно пойти на ее условия, чем порой и раздражала. Очень самоуверенная была, а вчера я заметил, что она явно неуверенно себя чувствовала в том платье и держалась за меня так крепко, словно ей было трудно идти в купленных мною туфлях, но она старалась ни словом, ни движением не выказать свое неудобство. Девушка-загадка! А еще я вспомнил, как Кира раньше любила общественные места и сама тянула в рестораны и кафе. Любила, что бы я делал за нее заказ. Потом принесенную еду всегда предлагала мне попробовать. Зачерпывала полную ложку и тянула через весь стол к моему рту, но вчера в ресторане все было по другому… Вот как так потеря памяти совершенно меняет человека? После того как проводил ее в комнату, я еле нашел в себе силы спокойно выйти. Она смотрела на меня с такой грустью в глазах, что мне стало совсем невыносимо. Я знаю этот взгляд. Это жалость. О чем она думала в тот момент? Выйдя из комнаты, я попросил Арда приставить к ней Фроста, а его пойти со мной в спортзал, мне было просто необходимо, что бы в спарринге друг выбил из меня всю дурь, что лезет ко мне в голову.

Утро, как всегда, началось рано. Позвонила Ингрид. Она дала мне пару советов, как вести себя с Кирой. Опять напомнила про внуков и напоследок сказала, что с нетерпением ждет, когда я вернусь домой и желательно не один. Потом позвонил Тилл и сообщил, что командор Фаунд разместил на странице Совета информацию о моей свадебной церемонии. «Вот же, старый интриган, опять заботливого дядюшку включил», – подумал я, но вслух спросил у Тилла про Тизу. Он ответил, что она, как всегда, вся в работе и, наверное, ночует в кабинете. Дав Тиллу задания на день, проверил почту. Насчет Тизы, решил ближе к обеду позвонить ей, если сама не наберет первая. Потом прислал сообщение генерал Снорк, он спросил, как долго им еще «развлекать» майора Ивара Леннса. На что я, поблагодарив за службу, дал добро отправить его завтра домой.

Собравшись на завтрак, я вышел в коридор и увидел целующихся Арда с Минной. Услышав мое появление, она отстранилась от него, опустив голову, поздоровалась и сказала, что Кира готова и ждет меня. Постучавшись, я зашел в комнату. Кира и вправду ждала меня. На голове был повязан цветастый платок в форме большого банта, что придавало ей вид озорной девчонки. Разноцветные глаза блестели, надеюсь от радости видеть меня, а свободная белая майка и широкие светлые джинсы, подвернутые на щиколотках, автоматически сбавляли ей несколько лет, и на вид ей теперь было не больше шестнадцати. Я почувствовал себя старым извращенцем, который встречается с несовершеннолетней, но она не дала мне впасть в уныние от этой мысли, сделала шаг навстречу, обняла и прошептала:

– Доброго утра, ты помнишь, что обещал свозить меня на ферму?

– Конечно, помню. Я договорился на одиннадцать утра, поэтому идем скорее завтракать.

Я отстранил ее немного от себя и, продолжая держать за плечи, посмотрел на ее манящие губы. Меня можно награждать медалью за выдержку, одним Богам известно, чего мне стоит держать в своих объятиях любимую девушку и не поцеловать. Кира видимо догадалась, о чем я подумал, потому что, улыбнувшись, она приподнялась на носочки и, чмокнув в подбородок, вывернулась из моих рук. Затем зацепила на запястье ключ-браслет от двери, обулась, взяла меня за руку и потянула на выход.

За завтраком у нее было хорошее настроение, она на удивление много смеялась и болтала с Минной. В эти моменты я ловил взгляды Арда, направленные на нее. Он смотрел не моргая. От этого проснулась моя ревность. Хотя я прекрасно понимал, что Ард не тот к кому я мог бы ее ревновать.

После завтрака Кира ушла на какую-то процедуру и в десять тридцать мы уже шли к авто. Минна несла медицинский чемоданчик, а Кира прозрачный пакет с овощами для кормления животных. Где они успели это взять? Всю дорогу Минна рассказывала истории из детства связанные с животными. Даже Ард вставил пару слов о своих приключениях, когда был на заданиях. Кира слушала их с широко открытыми глазами и ее эти рассказы явно удивляли.

На ферме она погладила и подержала на руках практически всех мелких животных. Скормила целый кочан капусты горным кацаркам. На лошади побоялась прокатиться, к большому облегчению Минны. А когда она увидела уличного милона, она села на корточки, стала так забавно его звать и говорила непонятные слова. Мы, втроем переглянувшись, наблюдали за ней как за маленьким ребенком. «Кыс-кыс-кыс, котя», – умилительным голосом говорила она. На удивление милон к ней пришел и стал тереться о ее колени. Она гладила его и шептала: «Какой ты красивый котик, какая мягкая у тебя шерстка». А потом, пощупав живот воскликнула: «Да ты кошка! У тебя скоро будут котята!» Почему она милона называла такими словами, мы не поняли, но спрашивать ничего не стали. Обошли почти всю ферму, скормили целый пакет и направились обратно. Кира держала меня за руку и шла, чуть ли не подпрыгивая. Как для счастья оказывается мало нужно человеку! Я крепко сжимал ее руку и откровенно наслаждался этим моментом. В авто она продолжала улыбаться и спросила какие еще есть на планете животные. Ард ответил, что она сама как диковинный зверек. На что она ответила ему какую-то колкость, а он только посмеялся в ответ. Я заметил, что ему доставляло радость выводить ее из себя, но делал он это так осторожно, что я диву давался. Я знаю Арда с самого детства. Мы часто дрались с ним после уроков. Ингрид с его матушкой после каждой нашей драки устраивали чаепитие и заставляли сидеть нас за одним столом. После смерти матери он изменился. Ушел служить по контракту, а вернулся угрюмым сухарем. Так что, видя его сейчас улыбающимся, мне остается порадоваться за друга. Тем более он решил остепениться и жениться, видимо устал воевать. Из моих раздумий меня вывел сигнал смарта. Посмотрев на дисплей и приняв вызов сказал:

– Тиза! Я сам хотел тебе уже звонить.

– Командор Трэйн! – услышал я голос Тилла.

– Тилл? Почему звонишь с ее смарта?

– Тиза упала в обморок прямо в коридоре, ее сейчас несут в медицинский кабинет. Я бегу следом.

– Когда она придет в себя, срочно мне звони, и вызывайте кэб из больницы Норвала Тоулса.

– Так точно, командор Трэйн, – твердо сказал он и отключился.

Тиза! Что же она делает? Зачем довела себя до такого состояния? Она, наверное, переутомилась, работая до поздней ночи. Хоть бы с ребенком было все в порядке! Нужно по приезду отправить ее в отпуск, Тилл без сомнений справится с ее работой, он парень толковый. Повернув голову, я посмотрел на Киру, она с задумчивым видом смотрела в окно, и я только сейчас понял, что в салоне стоит тишина, и разговор никто не начинает. Я тоже не стал ничего говорить и взял Киру за руку, перекрестив наши пальцы, на что она сжала в ответ свою ладонь, но так и не повернулась ко мне, а потом откинула голову на подголовник и прикрыла глаза. Мы приехали точно к обеду, и сразу пошли в ресторан. Я заметил, что после звонка Тилла, Кира замолчала и совсем ничего не говорила. Спросив у нее про это, она лишь ответила, что немного устала. После обеда она попросила посидеть с ней в парке. Я отпустил Арда и они с Минной ушли. В парке мы сели на большие качели. Кира, придвинувшись вплотную, положила голову мне на плечо и сказала:

– Спасибо за ферму. Перед отъездом съездим туда еще раз?

– Как пожелаешь. Я узнаю, что есть тут еще интересного. Ты сегодня была такая веселая, я хочу, что бы ты всегда была так счастлива. Я для тебя все сделаю, веришь?

– Верю. Я хочу тебе верить всегда. У меня есть кое-что, что мне нужно тебе рассказать, но чуть позже, ладно? Мне нужно собраться с мыслями. Перед тем, как мы поженимся, я хочу, что бы между нами не было никаких тайн и секретов.

– У меня от тебя точно нет никаких секретов. Может просто есть информация, которую я считаю не важной, что бы ты знала, но если спросишь, то расскажу.

Остановив ногами качели, она встала, повернулась ко мне глядя в глаза и села ко мне на колени, оседлав их. Положила руки на плечи и уперлась мне в лоб своим лбом.

– Если заведешь любовницу, сразу мне скажешь? – спросила она.

– Не заведу, – твердо сказал я.

– Скажешь или нет? – продолжала меня выпытывать.

– Не заведу, – уже смеясь, ответил я.

Я вообще не понял, к чему она стала спрашивать про это? Она так тяжко вздохнула и обняла меня за голову, привстав на колени. А я, обняв ее за талию, вдыхал ее аромат. Какая же она у меня хрупкая. Долго так сидеть мне не дал сигнал смарта. Услышав его, она резко отстранилась и слезла с качелей. Грустно посмотрев на меня, предложила возвращаться в комнату. Когда я встал и пошел за ней следом, вытащил смарт из кармана и посмотрел, кто меня выдернул из состояния блаженства. Это был Тилл.

– Говори, – быстро ответил я.

– Тиза пришла в себя, но лететь в больницу отказывается. Говорит, что сейчас полежит и все нормально будет. Никого не слушает. Меня выгнала, я в кабинете у Вас.

– Хорошо, сейчас ей позвоню.

Когда мы поднялись на второй этаж, я уже набирал номер Тизы. У моих дверей я поцеловал Киру в щеку, и она направилась к себе, а я зашел в свою комнату.

Ирина Игоревна Самарская (Кира Ригли)

Когда ему опять позвонил его помощник, он в лице переменился. Я не стала его спрашивать, что там опять случилось. Я еще на пути с фермы поняла, что той прекрасной Богине, помощнице Хэлтор нездоровится, и там, наверное, некому работать, раз он так напрягся. Когда мы зашли в коридор, где были расположены наши комнаты, я обратила внимание, что Ард был у себя, так как дверь его была приоткрыта. Я вчера еще спросила, почему он ее не закрывает. Оказывается, что бы слышать, кто подходит к моей комнате и быстро среагировать. Поэтому, как только мы появились на этаже, он высунул голову, кивнул и ушел обратно. Дамиан держал в руке смарт и уже набирал номер своей помощницы, когда мы приблизились к его апартаментам. Он чмокнул меня в щеку, и я сделала вид, что пошла дальше, а он шагнул к себе, но дверь почему-то плотно не закрылась и осталась щель. Я остановилась, и вдруг во мне проснулось любопытство. Захотелось послушать, что он ей скажет. На носочках подошла к его комнате и прислонилась к щели.

– Тиза! Я тебе сказал встать на учет! Ты была у доктора? Почему нет? Не плачь. Сейчас же собирайся и лети на кэбе к доктору Аленту. Если ты о себе не заботишься, то подумай о ребенке. Не плачь, я сказал. Я не кричу. Я волнуюсь о тебе. Если ты не будешь меня слушать, я запру тебя в больнице и потом заберу ребенка себе. Тиза! Ладно, прости. Ты же знаешь как ты мне дорога. Я никогда тебя не брошу.

Дальше я просто не могла слушать, у меня все поплыло перед глазами, слезы побежали по щекам, а в ушах стал нарастать такой гул, что я не поняла, как отошла от двери и, перебирая руками по стене, пыталась убежать подальше отсюда, но сделав пару шагов, просто повалилась на пол, тихо всхлипнув. Услышав этот шорох, выглянул Ард. Увидев меня, выскочил, подбежав ко мне, наклонился и взволновано спросил:

– Хрусталька, что с тобой?

– Помоги, пожалуйста, – уже рыдая, сказала я и протянула руку с ключом-браслетом. – Отнеси меня в комнату.

Ард подхватил меня одной рукой, и в два шага мы оказались у моей двери, он поднес мою руку к замку и пинком открыл ее. Положил на кровать и вопросительно посмотрел на меня. Я, уже взяв себя в руки, вытерла слезы и спокойно сказала:

– Позови, пожалуйста, Минну. Дамиану не говори, чтобы не волновался. Уже все в порядке.

– Сейчас позову. Дэм должен знать, так что лежи пока, – и с этими словами он быстрым шагом вышел из комнаты.

Вот к чему привело мое любопытство! Приподнявшись на локти, я начала лихорадочно придумывать, что сказать Дамиану. Я не хотела признаваться ему в том, что я подслушала разговор. Если я сейчас ему все выскажу, то мы переругаемся, а мне жить с ним, скорее всего очень долго. Прибежала Минна со своим чемоданчиком.

– Минна, срочно придумай, почему мне плохо. Ноги отказали. Потом все расскажу. Сделай так, что бы Дамиан успокоился и оставил меня, – зашептала я.

Она достала свой портативный сканер, аппарат похожий на местный тонометр, высыпала из чемоданчика какие-то лекарства и медицинские приблуды. Только нацепила мне манжет на руку, как в комнату вошли Дамиан с Ардом.

– Дамиан, все в порядке, – сказала я, пытаясь придать своему голосу бодрости.

– Просто упало давление, слишком долго гуляли, устала, да и избыток положительных эмоций, – сказала Минна и улыбнулась Дамиану.

Он выдохнул и, скинув обувь, приблизился к кровати.

– Оставьте нас, пожалуйста, – тихо сказал он.

– Но, ей нужен покой. Пусть лучше поспит, – попыталась выполнить мою просьбу Минна, но командор Трэйн так на нее посмотрел, что она быстро сложила все в чемоданчик. Встала, сочувствующим взглядом посмотрела на меня и вышла из комнаты, а за ней следом вышел Ард и плотно закрыл дверь.

Дамиан начал расстегивать рубашку.

– Ты что делаешь? – взволнованно спросила я.

– Спать с тобой буду.

– Тебе рано спать, день на дворе, у тебя там, наверное, дел полно?

– Тебе помочь раздеться? – спросил он, стягивая с себя брюки.

Я сглотнула и уставилась на его тело. Супермен. Мой супермен. На нем остались черные боксеры и часы на руках, он замер на секунду и выжидающе посмотрел на меня.

– Помоги, – прошептала я, глядя на него большими глазами.

Он быстро снял с меня мокасины, расстегнул ширинку и двумя движениями стянул с меня джинсы. Я успела подумать, что, слава Богу, нижнее белье нормальное сегодня надела. Потом приподнял меня и снял с головы платок и так же быстро майку. Потом посмотрел на бюстгальтер и спросил:

– Оставить или тоже снять?

– Я сама сниму, возьми на спинке стула мою ночную сорочку.

Безоговорочно встал, принес и отвернулся. Я моментально скинула с себя бюстгальтер и нацепила сорочку.

– Всё, ложись, а, нет, задерни шторы, – попросила его.

Дамиан быстро справился с задачей, лег рядом, накрыл нас одеялом и, обняв меня всем телом сказал:

– Я думал, что выгонишь меня.

– А ты бы ушел?

– Нет. Я от тебя никогда не уйду.

А у меня в голове его другие слова, предназначенные не мне: «Ты же знаешь как ты мне дорога. Я никогда тебя не брошу». Тиза. Значит, все-таки она его любовница. А тогда говорил, что она ему как сестра. Ничего так сестричка. Вот почему, узнав, что она упала в обморок, всю дорогу пока мы ехали с фермы, был мыслями с ней, а не со мной. Она, правда, ему дорога. Мне стало так обидно. Я только вчера настроилась не думать об Иваре и целиком посвятить себя Дамиану… И утро сегодня, такое чудесное было. А там, на качелях я чуть снова не поцеловала его. Такой соблазн был. Хорошо, что не поцеловала, много чести ему.

– Чего пыхтишь? Не спится? – вдруг спросил он.

– Не спится. Не каждый день с шикарным мужиком лежу в кровати.

– А я шикарный? Правда?

Хотела сказать гадость какую-нибудь и чуть не ляпнула, что пресс у Ивара покруче будет, но вовремя прикусила себе язык. Вздохнув, я повернула голову и посмотрела ему в глаза. Он лежал и улыбался, а мне хотелось его огреть, чем-нибудь. На качелях говорил, что не заведет себе любовницу. Ну, честно ведь сказал, что не заведет. Она ведь уже есть. Хотелось высказать ему все, но от нашей ругани ничего не изменится. Свадьба у нас пятого. Я не в том положении, что бы устраивать тут разборки. Вздохнув еще раз, решила пользоваться мужиком по полной.

– Разомнешь мне ступни? – тихо спросила я.

– Только их? Что еще мне можно размять?

– Раз сегодня я не посетила местный массаж, то будьте любезны начните со стоп, потом икры, затем бедра. Потом поможете перевернуться на живот, и продолжите массировать мне спину и шею, – с придыханием сказала я.

– Ты знаешь, как ты сейчас меня возбуждаешь?

– Догадываюсь, мой будущий супруг.

Дамиан засмеялся, и сев возле моих ног сказал:

– Я люблю тебя Кира, будущая Кира Трэйн.

А я про себя подумала: «Трэйн Ирина Игоревна, тоже неплохо. Знали бы мои родители, что я жива и относительно счастлива».

После массажа, который был весьма неплох, я уснула в его объятьях. Было очень приятно. Проснулась от тихого разговора, который доносился с балкона. Я прислушалась и поняла, что Дамиан разговаривает с кем-то по смарту. Потом поняла с кем, это был Норвал. Мне тоже захотелось услышать его голос. Поэтому я позвала Дамиана, он заглянул, раздвинув шторы. Сев, я попросила дать мне смарт, тогда Дамиан зашел в комнату и я, увидев его тело, опять «подобрала слюни». Он был в одних брюках! Оглядев его великолепный торс, я прикрыла глаза и легла обратно на подушку. Дамиан, подойдя ближе, включил громкую связь и сказал доктору, что я хочу поговорить.

– Ира, девочка моя, как ты? – услышала я голос Норвала.

– Соскучилась по Вам. Когда прилетите? – спросила я, повернувшись на бок. Дамиан сел рядом со мной и положил смарт рядом с подушкой.

– Послезавтра. Что у тебя сегодня случилось? Чего напугалась? Или разволновалась? Кто обидел?

– Командор Трэйн. Он оголился передо мной, и моя психика не выдержала такой красоты, – сказала я и посмотрела на Дамиана.

– У вас там так далеко зашло? Как себя чувствуешь?

– Ни куда не зашло, Норвал, я пошутила. Вы бы видели сейчас выражение его лица.

Доктор так заразительно рассмеялся, что я тоже невольно начала улыбаться.

– Обожаю твой юмор. Я тоже соскучился. Ладно, меня тут ждут уже пациенты, отключаюсь.

Я посмотрела на Дамиана, а он, сложив руки на своей могучей груди хмуро на меня взирал.

– Что? – не поняла я его взгляда.

– Как себя чувствуешь?

– Хорошо. А сколько времени?

– Пора на ужин. Пойдем? Правда мне придется покинуть тебя на десять минут. Ничего с тобой не случится за это время? Нужно собрать вещи и перевезти тебя ко мне. Я не смогу больше спать один.

– А может ко мне? Мне тут нравится.

– Ты не против?

– С тобой мне хорошо спалось, так что не против. Вроде бы не храпел, – улыбнулась я.

Он усмехнулся и, взяв рубашку, аккуратно развешанную на спинке стула, надел ее и застегивая, направился на выход.

– А поцеловать? – крикнула вдогонку.

Дамиан резко остановился и чуть ли не бегом ринулся ко мне, запрыгнул коленями на кровать и, повалив на подушки, впился поцелуем в губы. А у меня Ивар опять перед глазами и невольно начала сравнивать их. В животе вспорхнуло целое облако бабочек. Обняла его, провела ладонью по спине, рукам и, застонав начала его отодвигать от себя. Он, оторвавшись от моих губ, чмокнул в нос, вскочил с кровати и направился к себе. Поднявшись с кровати, я пошла в ванную и уставилась в зеркало. Помятая, лохматая, но довольная. Плевать. Даже не буду себя отчитывать. Будь что будет. Говорит, что любит, пусть любит. А Ивару я ничего не обещала. Замуж за него все равно не смогу выйти. А что будет через семь лет, когда я буду по их меркам самостоятельной личностью, никто не знает.

На ужин я решила надеть спортивный костюм, кроссовки и кепку. Если там опять будет званый ужин, то надо предупреждать. Минна была в легком шелковом платье и туфлях на низком каблучке. Элегантная, красивая. Когда она меня увидела, посмеявшись, спросила, правда ли я так пойду. Я утвердительно кивнула. Тогда она нахмурилась, сказала, что не пустит меня в таком виде и напомнила, что я будущая жена командора, вот тогда я сдалась. Сняла с себя удобный костюмчик и согласилась на платье. Минна быстро сделала мне легкий макияж, вплела накладные волосы и прицепив красивую заколку в виде цветка. Предложила надеть платье из своего гардероба. Для нее оно было коротковато, а мне в самый раз. Оно было свободного кроя, так что на моей небольшой груди оно сильно не болталось и выглядело, на мне, так как нужно. Наши мужчины ждали нас в коридоре. Дамиан сиял как начищенный самовар. Ард стоял рядом и ухмыльнувшись спросил:

– Ну, наконец-то, что так долго-то? Зачем так наряжаться на простой ужин?

– Я о том же. Я хотела пойти в спортивном костюме и кроссовках, но Минна не пустила, пришлось переодеваться.

– Правда что ли? – хохотнул Ард и посмотрел на Минну, та лишь кивнула. Тогда он захохотал на весь коридор. – Дэм, да она огромный кусок пла́тины. Минна, солнышко, учись у Хрустальки, быть проще. Это ведь куда удобнее ваших платьев и шпилек. Хотя с твоим платьицем мне легче подобраться к твоему телу.

– Ард, – предупреждающе сказал Дамиан и предложил мне свой локоть. Я сразу же зацепилась за него и посмотрела на Минну, она стояла красная как рак.

Во время ужина Дамиан озвучил местные вечерние развлечения. Танцы, кинотеатр, настольные игры, бильярд, боулинг и еще что-то. Только он это называл другими словами, но по описанию выходило, что это мне знакомо. Я от всего отказывалась. Не было желания идти туда, где могут быть эти высокомерные богачи, а потом вспомнила про закрытую вечеринку для персонала и намекнула Минне, но она замотала головой.

Пока мы ждали десерт, я потянула за собой Минну в туалет. Дверь находилась в зоне видимости, поэтому Ард отпустил нас вдвоем. Около входа к нам подошел Стэн Диго, мой массажист, спросил, почему сегодня не пришла на массаж, и протянул листок с двумя черными масками для лица с прорезями для глаз. Подмигнув Минне, сказал, что будет ждать, и пошел дальше. Она, фыркнув, зашла в туалет, а я, смотря на эти маски, шагнула следом.

– Что тут написано? – я протянула ей листок.

– Сегодня в одиннадцать в малом зале вечеринка-маскарад. Но мы туда не пойдем, поняла?

– Минна, пить-то там ничего не будем. Только посмотреть сходим, – и только я это сказала, как заглянул Ард и внимательно посмотрел на нас.

– Что он хотел? – спросил он, глядя на то, что у меня в руках. Я отдала ему маски и направилась в комнатку с унитазом.

Вернувшись к нашему столику, я сразу обратилась к Дамиану:

– Сегодня у персонала закрытая вечеринка-маскарад. Пошли, заглянем ненадолго, посмотрим, как местные отрываются? Тем более есть маски и нас с тобой никто не узнает.

– Ты, правда, этого хочешь? – спросил он.

– Я сегодня решила, что пора мне вылезти из своего кокона и начать привыкать к толпе и вообще к людям.

– Хорошо, – как то неуверенно сказал он и посмотрел на Арда, тот кивнул в ответ.

– Спасибо, – воскликнула я и, подскочив со стула, подбежала к Дамиану, обняв за плечи, поцеловала в щеку. Потом подошла к Минне и, обняв ее, прошептала на ухо:

– Прости меня, но мне это нужно. Не бросай, меня с парнями, пошли с нами. Мы там недолго будем.

Она кивнула и похлопала по моей руке. Когда десерт у Минны и мое фруктовое пюре были съедены, мы отправились прогуляться до озера, а потом разошлись по своим комнатам собираться на маскарад. Минна пришла ко мне в сорочке из атласа с каким-то необычным принтом, пока не приглядишься, что это маленькие человечки и не поймешь что изображено, зауженных джинсах и на высоких каблуках. Волосы заплела в свободную французскую косу и украсила объемным ободком. Я даже засмотрелась, какая она красавица. Я же к тому моменту стояла у шкафа в нижнем белье. Она подошла и встала рядом. Короткие шорты и юбки сразу отмели в сторону. Перебрав все, Минна посоветовала остаться в комнате и лечь спать. Тогда я взяла коктейльное платье оранжевого цвета, открывающее плечи и руки, да босоножки. Быстро надела его и покрутилась перед Минной, она кивнула. Предложила закрутить красиво платок на моей голове как чалму, не убирая мою длинную челку. Платок выбрали светлый с оранжевыми разводами. Вышло очень симпатично, и голове не тяжело как с накладными волосами. Глаза красить не стали, все равно там будем в маске, а губы только блеском увлажнила. Ровно в одиннадцать за нами зашел Дамиан. Он был в обычных джинсах и белой рубашке поло. Хорошо быть мужиком, можно вообще не заморачиваться. Я обняла его и попросила, что бы он завязал мне маску. Повернулась спиной, он быстро справился с задачей и поцеловал меня в шею. Мурашки табуном пробежались по спине, но вспомнив, что мы уже опаздываем, разогнала их и, повернувшись обратно, я увидела, как он улыбнулся. Затем приложил к своим глазам свою маску, так же отвернулся и немного присел, что бы я смогла завязать ее. Минна вышла в коридор к Арду. Он протянул ей похожие маски, только темно-синего цвета.

Вечеринка была шумная, при подходе к малому залу мы услышали звуки ритмичной музыки и несколько парней с девушками, что обогнали нас в коридоре, громко смеялись, остановившись у дверей. Дамиан дал знак Арду, что бы те зашли первыми. Ард и так собирался это сделать, так как, взяв за руку Минну, шел быстрым шагом к входу. Мы зашли через пару минут, и я мгновенно вспомнила эти ощущения, когда от звуков музыки вибрирует весь организм. И как же невероятно круто оказаться в такой атмосфере. Я такое испытывала, когда была на первом курсе. Мы с Вадимом несколько раз ходили в ночной клуб, что был рядом с моим домом. В последний раз я там напилась коктейлей, так что Вадим, притащив меня домой долго оправдывался перед моим отцом, а потом обиделся на меня и два дня со мной не разговаривал. Вынырнув из воспоминаний, я обратила внимание, что хоть мы и пришли вовремя, тут уже давно зажигали и пили. Девушки в ярких нарядах порхали как птички между столиками и разливали алкогольные напитки. Абсолютно у всех на лицах были похожие маски. Я в восхищении рассматривала людей и все крепче сжимала руку Дамиана. А он стоял и смотрел на меня. Когда заиграла другая более громкая музыка, мимо нас, визжа от радости, пробежали девушки и полезли на сцену. Я стояла и улыбалась. Потом увидела в толпе Арда. Он хмуро смотрел на парней, которые вились около Минны, она как потом, оказалось, очень любила эту песню и не удержалась пошла танцевать. Я посмотрела на Дамиана. Он был серьезен. Я поняла, что ему здесь не нравится. Улыбнувшись, я потянулась к его лицу, он решил, что я хочу что-то сказать и поэтому подставил ухо, но я обхватила его голову и потянулась к губам. Пусть расслабится немного. Вот тут он не стал теряться, обнял меня и углубился в наш поцелуй. Еле оторвавшись, я потащила его в сторону бара. Разместившись на высоких стульях, Дамиан заказал мне сок. Среди такого грохота и танцующих людей мне было намного легче, чем тогда на ужине, среди богачей. В такт музыки я качала ногой и рассматривала танцующих. Потом снова увидела Арда, он держал какого-то парня за грудки, а на его руке висела Минна, пытаясь его успокоить. Я показала направление, куда смотреть Дамиану, он улыбнулся и губами сказал, что все в порядке. Когда я выпила свой сок, местный диджей объявил, что сегодня отмечают годовщину свадебной церемонии чета Сондж и для них звучат подряд три медленных танца. На середину сцены вышла парочка без масок, и под медленную песню они начали танцевать. На танцполе сразу образовались парочки и вскоре заполонили все пространство. Я увидела, как Минна тащит Арда в центр, и он нехотя идет за ней. Тогда я решилась попросить Дамиана научить меня. Мне все равно, рано или поздно придется это делать. Дамиан сразу же встал и подал мне руку. Сначала я дико стеснялась, улыбалась и шептала, что я оттопчу ему все ноги, а он говорил, что будет только рад. Я чувствовала себя щепкой, которая могла сломаться, если неправильно сделаю движение. Потом втянулась, и стало немного получаться. К третьему танцу я немного расслабилась. Дамиан даже начал меня хвалить. Но мелодия закончилась и началась опять ритмичная музыка, тогда он наклонился и поцеловал меня быстрым поцелуем в губы и спросил, не устала ли я. Я кивнула, что пора уходить. Глазами нашли Арда с Минной, которые стояли возле выхода и ждали нас. В коридоре меня оглушила тишина. В голове продолжала греметь музыка, так что мне пришлось даже остановиться и закрыть глаза.

– С тобой все в порядке? – спросила Минна и взяла меня за руку.

– Да все отлично. Кого там Ард за грудки тряс?

– Диго, массажиста твоего, – прошептала она.

– Ард, да ты ревнивец, – задорно сказала я и посмотрела на него.

Он на удивление ничего не ответил, посмотрел на Дамиана и жестом показал, что пора идти. Около дверей Дамиан сказал, что возьмет некоторые вещи и придет ко мне. Я лишь кивнула. В голове табуном пронеслись мысли о нашей первой ночи, поэтому зайдя в комнату, на ходу разделась, зашла в душ, быстро помылась, завернулась в халат и прилегла на край кровати ждать своего будущего мужа. И вроде бы только моргнула, а оказалось, что крепко уснула. Сквозь сон я почувствовала, как Дамиан меня перекладывает на середину кровати, подкладывая под голову подушку, снимает халат и накрывает одеялом.

«Я ночную сорочку ведь не надела… Да и фиг с ней!»