Язык цветов

Глава 14

Неделя спустя

Неделя прошла почти незаметно.

По утрам Агату в ресторан возил водитель Кира. Машина всегда ждала у ворот, ровно в одно и то же время. Кир уезжал раньше — когда она ещё спала. Иногда она находила на кухне записку, иногда просто понимала это по тишине в доме.

Вечером её всегда забирал он сам.

Мамина операция прошла хорошо. Врачи были довольны, восстановление шло без осложнений. Агата впервые за долгое время позволила себе выдохнуть. Она говорила с мамой по видеосвязи, улыбалась, слушала, как та строит планы на возвращение.

Они подали заявление в ЗАГС.

Свадьбу назначили через три недели.

Кир не торопил. Не давил. Не напоминал. Он по-прежнему спал отдельно — в своём кабинете. Агата понимала: у неё есть отсрочка. До свадьбы.

Об Илье он не говорил. Никогда.

Агата тосковала по нему молча. Он так и не позвонил. Телефон по-прежнему молчал. Она не знала, что с ним, как он, выписали ли его из больницы. Мысли о нём возвращались каждый вечер — когда она оставалась одна в комнате.

Кир позволял себе немногое. Иногда — обнять. Коротко. Сдержанно. Иногда — поцеловать в голову, когда она уставшая возвращалась с работы. Когда забирал её из ресторана, всегда держал за руку. Спокойно. Уверенно. Иногда подносил её ладонь к губам и легко касался поцелуем.

Агата заметила, что перестала вздрагивать.

Перестала отстраняться.

Перестала ловить себя на желании отойти на шаг.

Она начала привыкать.

Кир это видел.

В один из дней она проснулась и сразу поняла — в комнате что-то изменилось. У стены стоял большой пакет. А рядом — огромный букет пионов. Свежих, тяжёлых, с густым ароматом.

На кровати лежала записка.

«Пионы — символ красоты. А ещё — заботы и привязанности.»

Агата долго смотрела на слова, не зная, что чувствует.

В пакете оказалось платье. Красное. Глубокого оттенка. Шикарное. То самое, которое она даже не успела увидеть в салоне.

Она примерила его почти машинально — и замерла у зеркала.

Платье село идеально. Подчеркнуло фигуру, сделало её взрослой, спокойной, другой. Не невестой. Женщиной.

Ей неожиданно понравилось.

— В нём и пойду, — сказала она вслух, сама себе.

Ей не хотелось снова ездить по магазинам. Не хотелось выбирать. Белое или красное — это не имело значения. Это всё равно была не та свадьба, о которой она мечтала.

Она сняла платье, аккуратно повесила его в шкаф и закрыла дверцу.

И только тогда позволила себе подумать о самом страшном:

что, возможно, она уже начала соглашаться.

Трещина

Это случилось в самый обычный вечер.

Кир забрал её из ресторана, как всегда. Она вышла позже обычного — был сложный день, много гостей, шум, усталость. Села в машину и устало откинулась на спинку сиденья.

— Тяжёлый день? — спросил он, заводя двигатель.

— Да, — честно ответила она.

Он не стал расспрашивать. Просто включил тихую музыку и повёл машину плавно, без резких движений. За окном тянулись огни города.

Когда они подъехали к дому, Агата не сразу вышла. Несколько секунд сидела, глядя в лобовое стекло.

— Кир… — она замялась. — Ты можешь сегодня… поужинать со мной?

Слова вырвались сами. Она не планировала их говорить. Даже не сразу поняла, что именно сказала.

Он повернулся к ней. Внимательно. Без удивления.

— Конечно.

И не спросил «почему».

Они ужинали вместе. Без формальностей. Без напряжения. Он заказал еду, расставил тарелки, налил ей воды. Они говорили о мелочах — о работе, о погоде, о том, что мама идёт на поправку.

Агата поймала себя на том, что ей… спокойно.

Когда ужин закончился, она не ушла сразу наверх. Осталась сидеть за столом, обхватив чашку ладонями.

— Я могу остаться здесь ещё немного? — спросила она тихо.

Он кивнул.

— Сколько хочешь.

И в этот момент она поняла.

Он ничего не требовал.

Не тянул.

Не пользовался моментом.

Он просто был рядом.

Позже, уже у лестницы, она вдруг остановилась.

— Спокойной ночи, Кир.

Она подошла сама. Наклонилась и поцеловала его в щёку. Коротко. Почти невесомо.

Он не двинулся. Не ответил поцелуем. Только положил ладонь ей на спину — осторожно, будто проверяя, не исчезнет ли она.

— Спокойной ночи, Агата.

Она поднялась в комнату и закрыла за собой дверь.

Села на кровать — и только тогда до неё дошло.

Это был её шаг.

Её выбор.

Не вынужденный. Не продиктованный страхом. Не купленный деньгами.

Маленький. Почти незаметный.

И от этого — самый страшный.

Она легла, глядя в потолок, и впервые за всё это время подумала не об Илье.

А потом испугалась этой мысли сильнее всего.

Потому что поняла:

Кир не отнимает у неё прошлое.

Он просто делает так, чтобы оно стало слишком далёким, чтобы за него держаться.

POV Кирилл

Он остался на кухне, когда она поднялась наверх.

Не стал сразу убирать со стола. Просто стоял, опираясь ладонями о край столешницы, и смотрел в пустоту. Дом снова стал тихим.

Она поцеловала его первой.

Ничего большего. Щёку. Почти невинно. Но для него этого было достаточно.

Он знал этот момент. Ждал его. Не торопил. И теперь понял — первый рубеж пройден.

Кир налил себе воды, сделал глоток и медленно выдохнул. Ни торжества. Ни улыбки. Только внутреннее, холодное удовлетворение.

Он не подошёл к ней. Не удержал. Не ответил поцелуем.

Потому что если бы ответил — это был бы его шаг.

А он хотел, чтобы все шаги были её.

Он поднялся в кабинет и закрыл дверь. Достал телефон, пролистал контакты и остановился на одном номере.

Илья.

Палец завис над экраном на секунду дольше, чем нужно.

— Пока рано, — тихо сказал он сам себе.

Он не хотел, чтобы Илья исчез навсегда. Нет. Исчезновение — это резкий обрыв. Боль. Сопротивление.

Ему было нужно другое.

Чтобы Илья стал тенью.

Воспоминанием без продолжения.

Человеком из прошлой жизни.

Кир убрал телефон и подошёл к окну. Во дворе горели фонари, машина стояла ровно на своём месте.

Через три недели у них свадьба.

Он знал: она ещё будет сомневаться. Плакать. Тосковать. Это нормально. Но теперь у него было главное — её согласие на близость. Пусть крошечное. Пусть почти незаметное.

Он не сомневался: дальше будет легче.

Потому что привыкание — это вопрос времени.

А время у него было.

Он выключил свет и сел в кресло, закрыв глаза.

Наверху она, наверное, не спала. Думала. Сомневалась. Боялась.

Он позволял ей это.

Пока.

Первый выход

Он сказал об этом вечером, будто между делом.

— Завтра ужин, — сказал Кир, просматривая сообщения на телефоне. — Ничего большого. Партнёры. Пара знакомых. Ты поедешь со мной.

Агата подняла на него взгляд.

— Как… невеста?

Он посмотрел прямо.

— Да.

Слово прозвучало неожиданно тяжело.

— Тебе не обязательно много говорить, — добавил он. — Просто будь рядом.

Она кивнула. Отказываться было поздно.

На следующий день он привёз её домой раньше обычного. В комнате уже висело то самое красное платье — аккуратно, отдельно от остальных вещей. Рядом лежали туфли и маленький клатч.

— Если не хочешь — можешь не ехать, — сказал он спокойно. — Это не приказ.

Она понимала: это правда.

И всё равно взяла платье.

Она одевалась медленно. Когда вышла, Кир на секунду замер. Не подошёл. Не сказал комплимента сразу. Просто посмотрел — внимательно, оценивающе, будто фиксировал картину в памяти.

— Тебе идёт, — сказал он наконец. — Очень.

В машине он держал её за руку. Как всегда. Спокойно. Уверенно.

Ресторан был дорогой, закрытый. Без вывески, без лишних глаз. Их встретили сразу — кивками, улыбками, вниманием.

— Кир, рад видеть!

— Кирилл, наконец-то!

— А это…?

Он даже не посмотрел на неё.

— Моя невеста. Агата.

Слово ударило сильнее, чем она ожидала.

Руки пожимали ей. Улыбались. Делали комплименты. Спрашивали, как давно, где познакомились. Она отвечала автоматически, как будто заучила роль заранее.

Кир всегда был рядом. Иногда касался её спины. Иногда клал ладонь на талию. Не удерживал — обозначал.

В какой-то момент она поймала на себе чужой взгляд. Мужчина лет сорока, оценивающий, задержавшийся слишком долго. Кир заметил это раньше.

Он ничего не сказал. Просто притянул Агату ближе и положил ладонь ей на плечо. Чуть сильнее, чем обычно.

Взгляд исчез.

Она поняла:

её здесь видят не как женщину.

А как чью-то.

Позже, когда они вышли на улицу, она выдохнула так, будто всё это время не дышала.

— Ты справилась, — сказал Кир, открывая ей дверь машины.

— Я старалась, — ответила она честно.

Он посмотрел на неё внимательно.

— Ты была идеальна.

Это должно было быть приятно.

Но почему-то внутри стало пусто.

По дороге домой она смотрела в окно и думала, что сегодня впервые перестала быть просто Агатой.

Сегодня она стала невестой Кира — не на бумаге, не в доме, а на глазах у других.

И это делало всё гораздо реальнее.

Когда они подъехали к дому, она не сразу вышла из машины.

— Кир…

— Да?

— Они… всегда будут так смотреть?

Он не стал делать вид, что не понял.

— Да, — ответил он спокойно. — Но со временем ты привыкнешь.

Он вышел первым, обошёл машину и протянул ей руку.

— Пойдём.

Она вложила свою ладонь в его.

И в этот момент с ужасом поняла, что на людях это делать проще, чем наедине с собой.