Язык цветов

Глава 24

POV Агата

Утром она проснулась раньше будильника.

Не потому что выспалась.

Просто сон закончился — как выключили.

Несколько секунд Агата лежала, глядя в потолок, и пыталась понять, что чувствует.

Боль?

Злость?

Стыд?

Ничего.

Внутри было тихо. Пусто. Ровно.

Как после сильного шторма, когда море вдруг становится стеклянным — но ты знаешь, сколько всего утонуло на глубине.

Она медленно села на кровати. Вчерашние слёзы напоминали о себе тяжестью в веках, но даже это казалось чем-то далёким. Как будто плакала не она.

В ванной она долго смотрела на своё отражение.

Лицо как лицо.

Глаза чуть опухшие.

Губы бледнее обычного.

— Нормально, — тихо сказала она себе. — Ты выглядишь нормально.

Это было важно. Выглядеть нормально.

На кухне пахло кофе.

Кир уже был там — в рубашке, с закатанными рукавами, как всегда по утрам. Он что-то читал в телефоне, второй рукой помешивая кофе.

Он поднял глаза, когда она вошла.

И сразу посмотрел внимательнее.

— Доброе утро, — мягко сказал он.

— Доброе, — ответила она спокойно и села напротив.

Голос звучал ровно. Даже слишком.

Он поставил перед ней чашку.

— Я сделал тебе кофе. Как ты любишь.

— Спасибо.

Кир смотрел на неё чуть дольше обычного.

— Как ты себя чувствуешь?

Она пожала плечами.

— Лучше. Наверное, просто устала вчера.

Он кивнул, но взгляд не отвёл.

Он чувствовал — что-то изменилось. Только не мог понять, в какую сторону.

В машине она смотрела в окно.

Не в телефон. Не на людей. Просто на дорогу.

Кир несколько раз начинал говорить — про погоду, про работу, про какие-то мелочи — и сам же замолкал. Её «угу» звучало вежливо, но как будто из другой комнаты.

Когда он остановился у ресторана, она уже тянулась к ручке двери.

Он мягко коснулся её руки.

— Агат.

Она повернулась.

— Если тебе сегодня тяжело… я могу отменить часть встреч. Заберу тебя пораньше.

Она чуть улыбнулась. Очень аккуратно. Как рисуют улыбку на стекле пальцем.

— Не нужно. Всё нормально.

И вышла.

День прошёл мимо неё, как поезд за окном.

Она делала всё правильно:

✔ проверила поставки

✔ поговорила с поваром

✔ ответила поставщику

✔ улыбнулась гостям

Она даже смеялась один раз — когда официантка что-то уронила и сама испугалась громче всех.

Смех получился настоящий по звуку.

И совершенно пустой внутри.

В какой-то момент она поймала себя на мысли, что уже два часа ни разу не подумала об Илье.

Не потому что стало легче.

А потому что внутри не было сил вообще о чём-то думать.

Это пугало больше, чем слёзы.

Вечером Кир приехал раньше обычного.

Она вышла из ресторана, увидела его у машины — и автоматически улыбнулась. Он открыл перед ней дверь, как всегда.

— Как день? — спросил он.

— Спокойно.

— Устала?

— Немного.

Короткие ответы. Мягкий голос. Отсутствующий взгляд.

Кир чувствовал: она не закрылась.

Она… выключилась.

И это было страшнее.

В дороге он положил руку ей на колено — осторожно, как проверяют температуру воды.

Раньше она бы чуть напряглась. Или наоборот, незаметно подвинулась ближе.

Сейчас — никак.

Ни реакции. Ни отстранения.

Просто позволила.

Кир медленно убрал руку и отвернулся к дороге.

Дома она помогла накрыть на стол. Спросила, будет ли он рыбу или мясо. Пожелала приятного аппетита. Убрала посуду.

И всё это — так спокойно, что становилось не по себе.

— Агат, — тихо сказал Кир, когда она протирала стол.

Она подняла глаза.

— М?

Он секунду колебался.

— Ты сейчас со мной?

Вопрос вырвался сам. Без упрёка. Почти шёпотом.

Она посмотрела на него. Долго. Внимательно.

И честно ответила:

— Я просто очень устала.

Это было правдой.

Просто не всей.

Он кивнул.

И больше ничего не спросил.

Ночью она легла в постель и выключила свет.

Слёз не было.

Мыслей почти тоже.

Только ощущение пустого места внутри, где раньше что-то болело.

Она лежала на боку, глядя в темноту, и впервые подумала не об Илье.

А о том, как странно спокойно рядом с Киром.

Не тепло.

Не счастливо.

Но спокойно.

И сейчас это было единственное, что не причиняло боли.

POV Кир

Кир проснулся среди ночи.

Не от звука.

От ощущения.

В доме было слишком тихо.

Он лежал в кабинете на диване, глядя в потолок, и вдруг понял — он уже несколько минут прислушивается. Как будто ждал, что где-то хлопнет дверь, зашумит вода, послышатся шаги.

Ничего.

Он сел, провёл рукой по лицу и посмотрел на часы — 02:17.

Сам не до конца понимая зачем, он встал и вышел в коридор.

Свет не включал.

Дверь в спальню была приоткрыта.

Он замер на пороге.

Агата не спала.

Она лежала на боку, спиной к двери, глаза открыты. Смотрела в темноту перед собой.

Не плакала. Не двигалась. Просто… лежала.

Словно её здесь было только наполовину.

— Агат… — тихо позвал он.

Она чуть вздрогнула, будто вернулась издалека, и повернула голову.

— Ты чего не спишь?

— Не знаю, — спокойно ответила она. — Просто не хочется.

Голос был ровный. Пустой. Без ночной хрипоты, без усталости.

Кир вошёл в комнату.

— Можно? — кивнул он на край кровати.

Она кивнула.

Он сел осторожно, будто боялся её спугнуть.

Несколько секунд они молчали.

— Хочешь воды? — спросил он.

— Нет.

— Может, открыть окно?

— Не надо.

Кир сжал ладони.

Он знал, как она выглядит, когда злится.

Знал, как — когда плачет.

Знал, как — когда врёт.

Но вот такой он её не знал.

— Агата… — начал он и остановился. Слова казались громкими и грубыми. — Ты… где сейчас?

Она моргнула. Вопрос будто прошёл сквозь неё с задержкой.

— Здесь, — тихо сказала она. — С тобой.

Но это было не так. И он это чувствовал кожей.

Он осторожно протянул руку и коснулся её пальцев.

Холодные.

Она не отдёрнула руку. Но и не сжала в ответ.

И вот это напугало его по-настоящему.

Лучше бы она плакала. Кричала. Обвиняла. Ненавидела его.

А не исчезала вот так — тихо, в нескольких сантиметрах от него.

— Я рядом, — сказал он негромко. Неуверенно. Почти как просьбу, а не обещание.

Она посмотрела на него долго. Спокойно. Уставшими глазами.

— Я знаю.

И слабо улыбнулась.

Эта улыбка была вежливой.

Не живой.

У Кира внутри что-то медленно сжалось.

Он вдруг отчётливо понял:

вчера он боялся, что она всё ещё любит другого.

Сегодня он боялся другого —

что она вообще больше ничего не чувствует.

— Ложись спать, — тихо сказала она. — Тебе рано вставать.

Забота. Мягкость. Тепло в словах.

И полное отсутствие себя внутри.

Кир встал не сразу.

Ему хотелось лечь рядом. Обнять. Заставить её что-то почувствовать — злость, раздражение, что угодно.

Но он видел: любое давление сейчас только отдалит её дальше.

Он аккуратно наклонился и поцеловал её в висок.

Она закрыла глаза. Вежливо. Терпеливо.

Как человек, который позволяет.

— Спокойной ночи, Агат.

— Спокойной ночи.

Он вышел из комнаты и тихо прикрыл дверь.

Вернувшись в кабинет, он не лёг.

Сел на диван, упёрся локтями в колени и закрыл лицо руками.

Он может бороться с соперником.

Может решать проблемы.

Может защищать.

Но как вернуть человека, который медленно гаснет изнутри —

он не знал.

И впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно.

POV Агата

Утро началось так же, как вчера.

И так же, как будто не с ней.

Кофе. Душ. Одежда. Машина. Дорога.

Она смотрела в окно и ловила себя на мысли, что не запоминает ни одного светофора.

В ресторане было неожиданно людно — обеденная бронь сдвинулась, повара нервничали, официанты путались в заказах.

Раньше она бы мгновенно включилась — чётко, быстро, собранно.

Сегодня она делала всё правильно.

Но как будто через стекло.

— Агата, можно вас на минуту? — тихо позвала официантка Лена.

Агата кивнула и отошла в сторону.

Лена мялась, теребя край блокнота.

— Тут… это странно, наверное… Я просто спросить хотела. Вы в порядке?

Автоматический ответ уже был готов.

«Да, конечно».

Он почти сорвался с губ.

Но Лена смотрела не формально. Не из вежливости.

А по-настоящему.

— Вы сегодня… как будто вас нет, — тихо добавила она. — Простите, если лезу.

И вот эта фраза почему-то задела сильнее всего.

Как будто вас нет.

Агата моргнула.

В груди что-то дрогнуло — впервые за два дня не тупо, а остро.

— Я… — голос чуть подвёл, и ей пришлось прокашляться. — Я просто не выспалась.

Лена кивнула, но не ушла.

— Если нужно, я могу сегодня закрытие взять на себя. Вы иногда нас всех спасаете. Можно и вам выдохнуть.

Это было сказано просто. Без жалости. Без пафоса.

И вдруг стало тяжело дышать.

Не от боли.

От тепла.

Агата резко отвернулась, будто рассматривая лист с бронями.

— Спасибо, Лен. Я подумаю.

Лена мягко улыбнулась и ушла.

А Агата осталась стоять, глядя в таблицу, но не видя цифр.

Вас как будто нет.

Она медленно выдохнула.

И вдруг поняла — это правда.

Последние два дня она не жила. Она функционировала. Как официантский планшет — нажал кнопку, получил действие.

А где она сама?

Где та, которая смеялась, спорила, злилась, чувствовала?

Куда она делась?

И почему исчезла не тогда, когда увидела Илью…

а позже?

Ответ пришёл тихо. Непрошено.

Потому что тогда больно было по нему.

А сейчас больно по себе.

Глаза резко защипало.

Она быстро прошла в служебный коридор, прислонилась к стене и закрыла лицо руками.

Слёзы выступили неожиданно — не истерикой, а тихо, горячо, живо.

И в этом было облегчение.

Она не пустая.

Раз болит — значит, ещё живая.

Вечером Кир приехал за ней, как всегда.

Она села в машину и впервые за два дня сама заговорила:

— Сегодня у нас официант разбил три бокала подряд. Я думала, повар его убьёт.

Кир повернул голову так резко, что чуть не пропустил поворот.

— И чем всё закончилось? — осторожно спросил он.

— Я заставила повара съесть десерт. Для снятия агрессии.

Уголок её губ дрогнул.

И вот эта крошечная, настоящая улыбка ударила его сильнее любого признания.

Он не улыбнулся в ответ. Не пошутил. Не стал развивать тему.

Он просто кивнул.

Потому что понял —

это не разговор.

Это возвращение дыхания.

И если сейчас не спугнуть — она сама сделает следующий шаг.