Затерянные во времени. ДНК из прошлого

Глава 27 Десять негритят…

Мы вышли из портала один за другим — десять теней в чёрных комбинезонах, будто призраки из иного мира. Кольцо за спиной пульсировало, источая фиолетовые всполохи, а потом медленно растворилось в воздухе, оставив нас посреди этого… безумия.

Я пригляделась. Металлическое кольцо самого портала едва просматривалось среди густой зелени, отражая в своей полированной поверхности окружающий нас лес и словно растворяясь в нем.

— Оригинально придумано! Вроде и не маскировка, и прячет идеально, — похлопал по зеркальной поверхности Игорь.

— Идеально, только нам потом как найти его в этих… джунглях? — поёжилась Милана, со страхом оглядываясь.

— У нас компасы есть для ориентировки, или как там Кент назвал этот прибор со стрелочкой? А пока нам бы оглядеться да внимательно изучить наше снаряжение. Что-то мне очень не нравятся голоса обитателей леса. Они мне напоминают… Надеюсь, я ошибаюсь, — я оглянулась на наших притихших спутников.

Аборигены столпились в кучу, стоя спинами друг к другу и заслоняя собой двух девушек. В глазах этих людей светилась тревога, но не страх. Их крепкие тела были напряжены, и сами мужчины, приподняв головы и держа в руках подаренные островитянами тяжёлые тесаки, настороженно нюхали воздух, напоминая готовых к броску хищных животных. Мы подошли к ним и, обменявшись взглядами, принялись внимательно осматриваться.

— Когда я была на подписании договора у одного из клиентов агентства, у него в гостиной по телевизору показывал канал Дискавери. Так там на экране были ужасные хищные динозавры, — Милана, громко сглотнув, зыркнула в мою сторону испуганным взглядом и снова уставилась на стену из странного вида деревьев.

— Ну и что? — голос Игоря был тих, но резок, — что ты этим хочешь сказать?

— Лес и папоротники, здесь всё выглядит так, как в том фильме, — прошептала Милана, ее тело сотрясалось крупной дрожью, но я была уверена, что не от холода. Выданные нам костюмы и вправду очень хорошо контролировали температуру тела.

Я промолчала, не желая создавать раньше времени панику. Но, судя по всему, мои подозрения были не беспочвенны. Густой, почти осязаемый воздух в этом страдающем гигантизмом лесу пропитан влагой и запахом прелой листвы. Исполинские папоротники — выше трёх метров — тянулись к небу, их перистые листья шелестели, словно переговаривались между собой, а над ними возвышались стволы гигантских секвой, чьи кроны смыкались высоко над головой, превращая день в вечный полумрак.

Я задрала голову. Сквозь переплетение ветвей пробивались последние лучи уходящего на покой солнца, окрашивая небо в багровые тона. День клонился к закату.

— Пора строить укрытие! — резкий голос Тени почему-то вызвал мурашки на моем теле. В том, как он это сказал, чувствовалась некая первобытная сила. Я на мгновение замерла, пытаясь идентифицировать странные ощущения, которые вызывал во мне этот мужчина. Здесь, в этой глуши, они были ярче и немного пугали своей необычностью. Мне вдруг захотелось придвинуться к нему ближе, как к огню в холодный день.

— Да, давайте сделаем общий шалаш из веток! — к нам шагнул еще один абориген и, раздувая ноздри, с вызовом посмотрел на Тень.

Несмотря на не располагающую к веселью атмосферу, мне стало смешно. Ну прям как дети малые соревнуются, кто здесь больший главнюк.

— Так, харэ письками меряться! — гаркнул Игорь, и все дружно на него зашикали. Он примирительно выставил ладонь и тихо добавил:

— Ищем ровное место и разбиваем лагерь, — его голос звучал ровно, но я заметила, как дрогнули пальцы, когда он поправил рюкзак.

Мы медленно продвигались вперёд, пробираясь сквозь заросли. Под ногами хрустели сухие ветки, а где‑то вдали раздавались жуткие звуки: то низкий гул, то пронзительный визг, то раскатистый рёв, от которого земля подрагивала. Я сжала в руке нож — длинный, с зазубренным лезвием. Он казался жалкой защитой против того, что могло скрываться в этих зарослях.

Наконец мы вышли на небольшую поляну. Здесь было чуть светлее, а землю покрывала низкая стелющаяся трава.

— Стоп, — я остановилась, оглядываясь. — Помните, что говорил распорядитель на инструктаже? В комплекте выживальщика есть энергетический защитный купол. Нужно найти его среди снаряжения.

Мы уселись на траву и принялись потрошить свои рюкзаки. Игорь первым достал из своего странный штырь — металлический, с рифлёной рукояткой. Наверху — небольшая кнопка, окружённая светящимся кольцом.

— Похоже, это оно, — пробормотал он.

Мы сгрудились вокруг него и, воткнув штырь в землю, нажали на кнопку. С тихим гудением от него во все стороны разошлась полупрозрачная волна, образуя купол диаметром в два метра. Он мерцал, словно дрожащее марево, и казался хрупким, оставалось лишь верить его изготовителям, что это надёжная защита.

Вскоре вся поляна покрылась этими куполами — десять дрожащих полусфер, будто гигантские мыльные пузыри, тускло поблескивали в последних лучах заходящего солнца, пробивающихся сквозь густые кроны деревьев.

— Ну, с одним справились! Теперь давайте посмотрим, что нам еще пригодится для ночлега, — Игорь уселся в центр своего защитного купола и вытряхнул на землю все его содержимое.

И тут земля содрогнулась, отчего я подпрыгнула на месте, словно шарик от пинг-понга.

— Это что, землетрясение? — пискнула Милана.

— Это похоже на гнев горы, — с испугом заговорила одна из девушек — аборигенок.

Земля снова содрогнулась, будто от удара гигантского молота. Из глубины леса вырвался рёв — не просто звук, а физическая волна, от которой задрожали листья на десятиметровых древовидных папоротниках. Это был голос самой тьмы: низкий, вибрирующий бас, переходящий в пронзительный скрежет на верхних нотах, словно раскалывался базальтовый утёс.

Мы вскочили, испуганно вертя головами и не зная, откуда ждать опасность. Казалось, этот звук звучит отовсюду.

Сначала пришёл ветер — внезапный порыв, от которого затрепетали листья на ветвях кустарников. Потом наступила тишина, в которой даже цикады замерли. И вдруг — БАХ! Словно гигантский барабан лопнул у самого черепа. Я упала на колени, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Этот звук не слышался — он проникал: сквозь кожу, сквозь мышцы, до самых костей. Казалось, сама земля стонет от боли. Но теперь я чётко услышала, откуда приближается опасность!

— Быстро всем под купола! Быстро! И не двигаться! — прошипела я, в мгновение ока оказавшись у генерирующего защитное поле колышка, и на автомате обвила его руками, как утопающий хватается за соломинку.

Все также метнулись к своей, кажущейся эфемерной защите, и в глазах у каждого читался немой вопрос: «Сколько она продержится? И сколько таких тварей бродит поблизости?»

И вдруг мой взгляд упал на траву. Она была не просто низкой — она была примята, словно кто‑то недавно здесь лежал. Очень недавно.

«О нет», — подумала я, чувствуя, как холодеет спина.

Мы по глупости устроили ночлег на месте лежанки древнего хищника.

БУМ.

Не звук — удар.

УУУУ‑АААААРРГХ!

Низкий, как землетрясение. Резкий, как трещина в камне. Длинный, как вечность.

После него мир на три секунды стал тише. Даже ветер затаил дыхание.

Я обернулась на звук — из зарослей папоротника медленно выдвигалась огромная морда. Зубы — как кинжалы, глаза — холодные, жёлтые, с вертикальными зрачками. Хищник приподнял голову, шумно втягивая ноздрями воздух, его дыхание вырывалось клубами пара.

Страх сковал меня. Я лихорадочно оглядывалась, ища пути отступления. Что, если купол не выдержит? Что, если эта тварь просто раздавит его, как яичную скорлупу?

Взгляд снова упал на примятую траву. Мы действительно устроили лагерь на чужой территории. На месте, где недавно отдыхал хищник. Возможно, даже этот самый.

Динозавр разразился новым душераздирающим рёвом — звук прокатился по джунглям, словно раскат грома, заставляя содрогаться лианы и вздрагивать исполинские папоротники. В этом вое смешались ярость, голод и первобытная мощь, от которой кровь стыла в жилах.

Медленно, с леденящей неторопливостью, он вытянул вперёд свою шишковатую морду. Серая, будто вытесанная из грубого камня, кожа испещрена буграми и складками, в которых таились шрамы давних битв. Его взгляд впился в ближайший к нему мерцающий купол, словно пытался пронзить его взглядом.

Под куполом сидел один из аборигенов. Я видела, как его спина напряглась, когда рёв ударил по нервам. Мужчина вздрогнул всем телом — резкое, непроизвольное движение, от которого у меня внутри всё оборвалось. Медленно, почти незаметно, он отполз назад, прижимаясь к дрожащей полупрозрачной стене.

«Замри! — мысленно кричала я, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. — Не двигайся, ради всего святого, не двигайся!»

Динозавр уловил это едва заметное перемещение. Его голова резко дёрнулась, вся туша напряглась, как сжатая пружина: могучие лапы вжались в землю, мышцы под грубой кожей перекатывались буграми. Он готовился к броску — я чувствовала это каждой клеточкой тела.

Воздух сгустился от напряжения. Время словно замедлилось, растягивая каждое мгновение в вечность. Я не дышала, не моргала — только смотрела. Купол мерцал, но мне казалось, что он становится всё тоньше, всё прозрачнее. Динозавр сделал шаг вперёд, его морда почти коснулась эфемерной границы. Я зажмурилась, ожидая удара…

Но тут сидевшая в соседнем от мужчины куполе девушка не выдержала и закричала. Голова ящера резко мотнулась в ее сторону, а зрачки сжались в маленькую точку, словно наводя прицел.

Девушка в куполе продолжала кричать, закрывая лицо руками. Динозавр наклонился к полупрозрачной преграде — и раздался оглушительный треск, посыпались искры. Ящер отпрянул, замотал головой, из его пасти вырвалось низкое, утробное рычание.

Я затаила дыхание. Всё зависело от того, поймёт ли он, что добыча недосягаема, или решит испытать барьер на прочность.

Он сделал шаг назад, пригнул массивную шею к земле, словно готовясь к прыжку. Мышцы под грубой серой кожей перекатывались, глаза не отрывались от жертвы.

— Не двигайся! — прошептала я, хотя знала: девушка меня не слышит. — Просто замри…

Словно в ответ на мои слова, динозавр резко выпрямился. Его хвост с силой ударил по земле, взметнув комья грязи и обрывки листьев папоротника. Ящер открыл пасть — в полумраке блеснули ряды острых, как кинжалы, зубов — и издал ещё один рёв, от которого задрожали листья на ближайших деревьях.

И вдруг… он отступил. Шаг, ещё один. Медленно, не отводя взгляда, начал обходить купол по кругу, будто изучая его, выискивая слабое место.

Я рискнула чуть приподняться, чтобы лучше видеть. В этот момент девушка наконец замолчала. Её плечи дрожали, но она больше не кричала. Может, поняла, что крики только злят зверя? Или просто потеряла голос от ужаса?

Динозавр замер напротив неё. Его ноздри раздувались, втягивая воздух. Он наклонил голову, почти касаясь купола, и… тихо, протяжно зарычал. Не яростно, как прежде, а словно с досадой.

Я замерла, едва дыша.

Всё произошло в считанные секунды — девушка вскрикнула, вскочила на ноги и рванула прочь, купол послушно расступился перед ней, а динозавр, издав яростный рёв, бросился следом.

Его массивные лапы с грохотом обрушивались на землю, заставляя её содрогаться. Он пронёсся мимо наших куполов, задевая их краем туловища — каждый контакт сопровождался вспышками и треском разрядов. Ящер вздрагивал, но не останавливался, устремившись за беглянкой.

— Нет! — вырвалось у меня. — Не беги!

Но было поздно. Девушка, не разбирая дороги, мчалась сквозь заросли, а за ней, словно живая гора, двигался хищник. Его хвост, словно бич, сметал папоротники, оставляя за собой просеку.

В наступившей тишине мы сидели, сжавшись, словно комок нервов, и прислушиваясь к удаляющемуся топоту. Издалека лишь изредка доносились обрывки криков и треск ломаемых ветвей.

— Она… она погибла, — прошептал кто-то.

Я сжала кулаки. Злость на неё — за панику, за необдуманный побег — смешалась с отчаянием. Мы ведь все слышали: купола защищают. Нужно было просто замереть.

Тишина обрушилась на поляну, словно тяжёлый плащ. Я выдохнула, только сейчас осознав, что всё это время держала воздух в лёгких.

— Он ушёл? — раздался дрожащий голос Миланы из соседнего купола.

— Да, — ответила я, всё ещё не веря до конца. — Он ушёл.

Я огляделась. Остальные сидели в своих куполах, бледные, с расширенными от страха глазами. Никто не решался заговорить. Только дыхание, прерывистое и осторожное, да отдалённый шорох листвы — вот и всё, что нарушало тишину.

— «Десять негритят отправились обедать, один поперхнулся, их осталось девять…» — глядя в пустоту, продекламировал Игорь жуткую считалочку, и мне снова стало не по себе.

— Лучше бы этот ящер девушкой поперхнулся! — зло прошипела Милана, мы с Игорем переглянулись, но ничего не ответили.

— Что дальше будем делать? — к моему куполу подошел Тень.

Я на мгновение убрала защитный барьер, впуская незваного гостя. Он сел рядом со мной и, резко воткнув колышек своего защитного поля рядом с моим, активировал его. Я вскрикнула от испуга, так как не знала последствий подобного действия.

— Соф! Твой купол стал немного больше, примерно на полметра! — восхитился Игорь, поднимаясь с места. — Думается мне, что нам лучше объединить нашу защиту и быть всем вместе под одним многослойным куполом. — Эй, идите все сюда! — Махнул он рукой, подзывая аборигенов, да штыри с кнопкой захватите!

Я же вдруг вспомнила, что нам еще говорили про тепловизор. Не знаю, все ли хищники ревут, прежде чем напасть, или есть такие, которые подкрадываются бесшумно, но мне очень бы хотелось быть уверенной, что за моей спиной никто не собирается выскочить из зарослей. Я быстро открыла рюкзак и вытряхнула из него все содержимое.

Вот он! Экран походил на небольшой планшет. Включался он просто, и управление было интуитивным, вот только для кого? Если бы эти приборы оказались в руках людей из прошлого, живших до появления смартфонов, вряд ли бы они быстро разобрались в современных новинках, что уж говорить об этих аборигенах! Зачем давать им то, чем они даже не могут воспользоваться? И почему не провести бы полный инструктаж не спеша? На эти вопросы я не могла найти ответа, может быть, чуть позже.

Я подняла взгляд на своих соседей по уже общему куполу, они хмуро и настороженно смотрели по сторонам, изредка бросая взгляд на нас с Игорем. Он тоже, как и я, порывшись в рюкзаке, что-то оттуда вытащил и принялся разглядывать. Я же отвернулась и снова занялась тепловизором. Экран засветился тусклым зелёным светом, показывая контуры местности и несколько небольших тепловых сигнатур — они двигались где‑то за пределами поляны, медленно, но неуклонно приближаясь к нам.