Затерянные во времени. ДНК из прошлого

Глава 40 Что вы от меня хотите?

На какое-то время я словно выпала из реальности. Когда же я немного пришла в себя, то поняла, что теперь я одета, если совершенно прозрачный комбинезон из похожего на целлофан, но приятного к телу материала, можно считать одеждой. Аннунаки, как ни странно, сами носили именно такие комбинезоны, и, похоже, для них имела значение именно функциональность одежды.

Я моргнула и огляделась. Просторный зал, и я, словно памятник самой себе, на постаменте в самой его середине. Я лежу в узкой прозрачной капсуле под углом градусов сорок пять. Меня окружают гигантские гуманоиды, которые, как мне показалось, одновременно что-то транслируют в мою бедную голову. Их слова сливаются в ужасную какофонию, отчего голова просто раскалывается, и я несколько раз теряю сознание. Но раз за разом прихожу в себя, и эта пытка продолжается.

Людей все это время я не видела, да и, к стыду своему, почти не вспоминала остатки нашей «диверсионной» команды. Лишь в редкие моменты псионической тишины в своей голове в памяти всплывало лицо Тени, и я с тоской и волнением думала об этом мужчине.

И тогда на меня раз за разом обрушивалась мощная смесь ощущений, которая буквально сшибала с ног. Я теряла ориентацию в пространстве, перед моим мысленным взором с бешеной скоростью менялись различные образы, и я ощущала себя одновременно там, где была, и под жаркими лучами солнца, среди каменной пыли, потной, с забившимися мышцами. Я чувствовала себя очень уставшей и одновременно невероятно сильной. У меня начинала жутко кружиться голова, я садилась на пол и, упершись в него руками, стиснув зубы, ждала, когда земля перестанет бешено вращаться и пройдет подступившая тошнота.

А придя в себя, почему-то обнаруживала себя в другом месте, словно, будучи в забытьи, бродила по огромным каменным коридорам величественно прекрасного, но какого-то безжизненного и неуютного дворца великих «небожителей».

И меня это пугало. Очень!

Я ощущала, словно разделилась на две половинки, которые конфликтуют между собой, не желая слиться воедино. Вот и сейчас, едва сдержав приступ рвоты, я поморщилась, ощутив ее привкус у себя во рту. Задыхаясь, словно после быстрого бега, я сидела на зеркально гладком черном полу с серебристыми прожилками, пытаясь вспомнить, в каком конце дворца я нахожусь.

Хотелось бы знать, как это вообще работает! Я устала ощущать себя словно разобранной на атомы и разбросанной в пространстве.

Но вдруг я замерла и напряглась. Волосы на моей голове приподнялись, а вдоль позвоночника пробежали колючие мурашки. Это снова она. Та самая инопланетянка, что впервые заговорила со мной, сделав подопытной мышкой. Я всегда чувствовала ее появление.

Незваная гостья замерла, словно прислушиваясь к далёкому эху. Её перламутровые пальцы слегка дрогнули, и в воздухе повисли мерцающие символы — не буквы, не звуки, а ощущения, которые сами складывались в мысли у меня в голове.

— Ты спрашиваешь о псионике…

Перед внутренним взором вспыхнули образы: волны, пронизывающие пространство, нити сознания, сплетающиеся в узоры, разум, способный касаться других разумов, как пальцы касаются ткани.

— Псионика — это власть над сигналами. Над теми, что текут в мозге, в эфире, в самой ткани реальности. Это не магия. Это… физика иного порядка.

Я попыталась сформулировать вопрос — и она тут же ответила, будто читала его до того, как он оформился в моём сознании.

— Ты привлекла нас не случайно. В твоём мозгу — инородный объект. Металл. Он разрушил часть барьеров, которые природа ставит между сознанием и… чем-то большим.

Да. Конечно. Я помню. Авария, в которой погибли мои родители, а я выжила чудесным образом, сроднившись с этим маленьким кусочком металла. Осталась жива, и ладно. Воспоминание о «госте» в моей голове казалось неважным — пока не прозвучало сейчас, в этом зале, под взглядом чёрных бездонных глаз.

— Этот дефект… он стал трещиной. Через неё просочилось то, что обычно недоступно людям. Ты уже чувствовала это — до нашей работы. Мимолётные озарения. Чувство, что знаешь, о чём думает другой. Сны, которые потом сбывались.

И правда. Я вспомнила эти, вроде бы, незначительные случаи, которые все вместе отвечали на главный вопрос: «почему?»

Я вспомнила, как однажды, стоя на перекрёстке, резко шагнула назад — за секунду до того, как из-за угла вылетел мотоциклист. Как часто подхожу и беру в руки телефон за миг до того, как он позвонит! Да мало ли таких случаев⁉ А, собственно, решение сходить на «экскурсию» в лабораторию тёти за несколько минут до взрыва атомной бомбы было ли случайным совпадением?

— Мы усилили то, что уже было. Мы сняли оставшиеся барьеры. Теперь ты — наш эксперимент.

Её мысль ударила, как холодный ветер.

— Может ли существо, рождённое в грязи, коснуться звёзд? Может ли плоть, скованная законами эволюции, прорваться к иному уровню бытия? Ты — ответ на этот вопрос!

Я сжала кулаки. Под кожей снова заструились серебристые нити — теперь я чувствовала их отчётливо, как пульс.

— Что вы от меня хотите? — вырвалось у меня вслух. Голос прозвучал глухо, будто из-под воды.

Инопланетянка не ответила словами. Вместо этого в моём сознании развернулся образ:

Я, стоящая на вершине пирамиды;

Внизу — тысячи людей, их разумы сливаются в единый поток;

Над нами — корабль, похожий на каплю ртути, впитывающий этот поток. Через меня!

— Ты — мост. Между ними и нами. Между прошлым и будущим. Между тем, что есть, и тем, что может быть.

Я хотела спросить ещё — но она уже повернулась, и её длинная тень скользнула по стенам, словно крыло невидимой птицы.

Вот уж не мечтала о такой «чести»! Это что ж, они хотят сделать меня кем-то вроде управляющей над своими рабочими? Прорабом хотят сделать?

Я, морщась, приподнялась с ледяного пола, вдруг почувствовав, что мысли в моей голове становятся прозрачнее и легче.

Ну уж нет, господа псионики, у меня другие планы на свою жизнь! — И все же, я ясно поняла, что просто так меня отсюда не отпустят! Мне нужно научиться не только тому, что умеют эти умники, но и куда больше. Мне нужно научиться скрывать свои мысли!

А потому: «Учиться, учиться и еще раз учиться! Как завещал…», а тьфу ты, уже не важно. Я прислушалась. С улицы доносились резкие крики работавших на строительстве динозавров.

Вот с них я, пожалуй, и начну!