Алые крылья гнева

Глава 10

— Ты умный.

— Да не то, чтобы очень. Просто это ж понятно. Государством управлять — не кирпичи таскать. Хотя и их с умом надо брать, не то спину сорвешь! А для управления и история нужна, и политика, и экономика, и юриспруденция, и еще до фига всего… но этот ваш, черный-то способен? А то вон у этих… ума, как у шпрота в банке, а туда же, в политику лезет! — Костя кивнул в сторону телевизора. — Чуть ли не клоунов дешевых во власть тащат! Цирк устроили! *

*- даже если вся Европа обидится на автора — увы. Таких псевдополитиков надо не в правительства, а в кунсткамеру. В цирк уродов. Прим. авт.

— Способен ли Клаус? Я рядом с ним была примерно год. Я приглядывалась… вот как наемник, я тебе скажу прямо. Он неглупый, но ограниченный. Очень злой, очень обиженный на своих же, и это играет с ним плохую шутку. Он страшный враг и ужасен в бою, но как политик — у вас говорят «на троечку». Его достаточно легко прогнуть в нужном направлении — при желании.

— У тебя такого желания не было?

— Нет. У его любовницы было. Но это другой разговор…

— А тот — это который?

— У меня была плохая вилка. Я обязана была отомстить за отца, но мне это было не под силу. Я почти не связана с алтарем, сил он мне бы много не дал. А Клаус — один из сильнейших. Это не бой, это убийство.

— Тебе бы гранатомет. И под крыло его, в полете.

— Не было у меня ни гранатомета, ни возможности. Хотя идея мне нравится. Я как раз думала, когда мне привезли письмо. Клаус предлагал мне встретиться, и поговорить. Я согласилась.

— И чего он сказал?

— Он предложил мне хотя бы частично удовлетворить желание алтаря.

— Это как?

— Я могу выйти за него замуж и родить ему сына. Ланидира, который сможет объединить два клана.

— Очешуеть, — У Кости чуть пузыри носом не пошли. — А что — и так можно?

— Нет.

— Но он же предложил?

— И я даже согласилась!

Костя едва окончательно не подавился воздухом. Пришлось стучать по спине и откачивать.

— Чё-то я ни… хвоста не понимаю. Объяснишь?

— Алые это знают, остальные… тоже, но как сказку, что ли. У людей же иначе, было одно королевство, стало три, через сто лет — два, людям не все равно, но и с магией их ничего не будет. А драконы строго разделены по кланам. Есть черные, есть красные, черно-красных не будет. Так — нельзя.

— А Дуб этого не знал?

— А кто ему будет основы родовой магии объяснять? С дневниками, с таблицами, с… да с кучей всего? Если б я сама не училась, я бы дурой была. А его кому учить было? Воевать он умеет, не поспоришь, да и традиционно черные в магии слабее, в бою сильнее.

— Сила есть, ума не надо.

— Есть там ум. Они стратеги, тактики, боевики, но не политики. Да и для магии крови другое нужно.

— Допустим. Получается, он такую цель поставил, которая нереальна?

— Да. Мой сын родился алым, он не сможет командовать черными. Магия черных ему будет чужда.

— И Дуб этого не поймет?

— А как? К алтарю алых я сына принесла, мой род продолжен — условно. К алтарю черных его пока нельзя, только через год, не ранее, а до того мне надо забрать Леонидаса.

— Придешь и попросишь?

Далина пожала плечами.

— У меня есть план. Давай я расскажу тебе пока, что было дальше. Я заключила с Дубдраганом договор. В общем-то у меня не было выбора. Или я соглашаюсь на его условия, рожаю ребенка и умираю, или я не соглашаюсь — и умираю сразу же.

— А он бы остался без бэбика?

— Нет. Была возможность… если пресекается наш род, следующие по силе — Тандилары. Можно было повторить с ними тот же фокус. Дать им алтарь, и когда они возьмут его под контроль, опять вырезать род, опять оставить кого-то из девчонок, получить от нее сына — не одна, так другая, была б чешуя алая.

— Погано как-то.

— Не то слово. А самое паршивое, я бы все равно померла. В первом случае у меня был шанс, плохой, но был. Во втором — меня бы сразу убили.

— Ты согласилась на брак…

— Да. Кое-что оговорила, у нас был полноценный брак, только без возможности причинить поддонку вред. С моей стороны. Клаус-то как раз мог навредить, но мы оговорили это. Без битья, без телесных повреждений, брачный контракт у нас был достаточно строгий. Таскай в постель хоть три раза на дню, но кулаки чесать не смей. Убить можешь, но сам. А прихвостни — мимо.

— Я понял. Что могла, ты оговорила.

— Торговались мы долго, как два барышника на конской ярмарке. Главное я сделала, брак мы заключили, мой отрыв от алтаря он увидел, но тут я отговорилась. Мол, слабая связь, все такое, родовая травма…

— Поверил?

— Влегкую. Такое бывает, плохой доступ к родовой магии. Вот Клаус и не запретил мне проводить ритуалы, ему просто в голову такое не пришло.

— А ты их проводила?

— Всю беременность. Я старалась, делала для малыша все возможное, привязывала его к алтарю, напитывала силой рода. Сейчас мой сын намного сильнее меня связан с алтарем, да он и просто сильнее. Я видела его потенциал, он… я не зря старалась! Там куча ритуалов, под фазы луны… я чуть не рехнулась. Спасибо Берту, он мне помог в свое время, я это знала! Если б пришлось в спешке искать, в жизни бы половину не нашла, упустила.

— Ты ему нравилась, наверное.

— Да нет, я ж говорю, друзья с детства, — отмахнулась Далина. — Ну и ему же выгоднее без Клауса.

— Ну-ну.

— Пффффф. Потом ребенок родился — и через три дня, после первого ритуала у алтаря, меня не стало.

— П…есец.

— Как-то так, да. Клаус сам убил меня. Он меня тоже ненавидел, понимаешь? Я — его, он меня, отношение не скроешь, мы друг к другу едва не в перчатках прикасались. Высчитали ночь, подходящую для зачатия, ну и… гадость, чтоб его! Ладно, тебе об этом слушать не надо.

— А то я чего нового услышу. Хотя… да! А драконам хвосты не мешают — в процессе?

Ответом был щелбан по лбу.

— Помогают.

— Уй, блин! Драконица! Ладно, убил тебя любимый муженек, а потом что?

— Я же ритуалы проводила. Я почти не привязана к алтарю, но я привязана к своему малышу, а малыш — к алтарю. Несколько капель крови — и моя душа смогла отправиться не на перерождение, а на поиски тела. Это бывает, знаешь?

— Киношку видел. Там в мужика демон вселялся, и прочее…

— Я не демон. Но бывает вот так, как у Даши. Она не справилась, она умирала, и просила защиты и помощи для своего ребенка. Я справилась, но мне нужно было продолжать. И я… в нашем мире бывало такое, что дух алого дракона находил себе новое тело — пока не закончены его дела на земле. Но это верно для Ардейла. А вот в другом мире свои законы.

— Какие?

— Уфффффф! Дракон-первопредок, как же сложно объяснять то, что всем известно!

— Тренируйся, потом мелкому объяснять будешь, будет весело.

— Я тебя в няньки позову, не отвертишься.

— В армию удеру.

Далина фыркнула, и принялась объяснять.

— Душа через сорок дней должна уйти. Это — закон.

— А, у нас это тоже есть. И что? Ты скоро загнешься?

— Если вернусь в свой мир — то через сорок дней. Если останусь здесь, то буду жить, сколько и обычные драконы. Еще лет двести мне отпущено, крови и магии хватит. Сына успею выучить, на крыло поставить, дочь выращу, тебя человеком сделаю.

— Ну-ну. Так тебе что — на Ардейл возвращаться нельзя?

— Можно. Но на тридцать дней, к примеру. Чтобы запас был. Лучше даже быстрее, забрать сына — и смыться.

— А тебе его так и отдадут?

— Ты что! Дубдраган сопротивляться будет, как сможет! Поэтому лучший вариант — забрать малыша и сразу же сюда. Худший… хотя нет, не худший. Можно убить Дубдрагана.

— Давай убьем, в чем вопрос?

— В оружии?

— Интересно, а дракона можно дроном завалить? Или гранатомет нужен? Или ракетная установка?

— Притормози. Ваше оружие у нас не сработает, у нас слишком большая насыщенность магией. Порох — еще куда ни шло, это простая химия, это и на коленочке смешать можно, а вот остальное никак. Электроника при проходе через портал погорит, как свечка.

— Неужели у нас нет шанса?

— Боюсь, что нет. Но отчаиваться мы не будем, если все сложится хорошо, Клауса свои же разорвут. Я пока весь план четко не вижу, я пока думаю, но шансы у нас есть. И подставить, и забрать малыша… и жить здесь.

— А ничего, что вы драконы?

— Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.

— М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме — повесишься. Скажи, а у вас есть такое — компенсация за моральный ущерб?

— Чего? — не поняла уже Далина. Послушала Костины пояснения, и кивнула.

— Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.

— Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?

— Тандиларами.

— Долго на скороговорках тренировалась?

— Годами.

— Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого, Дуба пришьешь, кто-то ж должен будет власть взять в свои лапки?

— Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.

— Блин, как все сложно!

Далина развела руками. А жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.

Ардейл, замок Ланидиров

— Долго ты еще валяться будешь?

Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валяется, словно так и надо!

Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.

Далины нет.

И он связан клятвой.

И все темно, и пусто, и тоскливо… можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?

— Что-то не так?

— Ты мне нужен!

— Зачем?

Клаус аж поперхнулся.

— Зачем⁈ Да ты… ты что — с ума сошел?

Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так, что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненному. Остановило лишь одно соображение — выздоравливать будет дольше.

— Мне нужна твоя работа!

— Понимаю. Вот, как встану, так сразу, — согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.

— Скоро ты встанешь?

— Не знаю.

— Что лекарь говорит? — пока еще спокойно поинтересовался Клаус.

— Не спрашивал, — отозвался Беннет.

Клаус рыкнул вовсе уж зло, и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.

— Хватит разлеживаться.

Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.

— Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?

Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям

И то, что Далина — мать маленького Леонидаса особо ничего не меняет. Отец-то Клаус!

— Что ты от меня хочешь? — шевельнулись бледные губы.

— Приходи в себя. Тогда расскажу.

— Не хочу.

Ридола притопнула ногой.

— Хочешь, чтобы последнюю ее памятку убили?

— Не убьют, Клаус позаботится.

— О чем? Он своей бабе доверяет, а у той глаза, как у кошки. И сало сожрать, и тряпкой не получить! Дорвется она до малыша, ничего хорошего не будет!

— Не дорвется.

Звучало это вроде бы безжизненно, но… Ридола усилила нажим.

— Я старая. Ты мне помоги, сынок, а потом хоть крылья складывай! Я тебе даже яд достану, если захочешь!

— В чем помочь?

Самоубийство Беннету клятва запрещала, но ведь ее и обойти можно. Если эта драка понимает, насколько ему плохо… он ей поможет выжить, а она ему — умереть. И неплохо получится!

— Мне мальчишку нужно до третьего посвящения довести, а там уж он сам разберется. Это лет пятнадцать, но куда торопиться?

— Пятнадцать?

Драконов к алтарю представляли трижды. Первый раз — как можно скорее после родов отец и мать. Второй раз глава рода, примерно, лет в десять — двенадцать, как начиналось взросление, третий раз — когда дракон обретал свой второй облик. Или первый?

Дракон делился кровью, алтарь делился силой.

Далина, кстати, и второе и третье представление алтарю прошла сама. Родители ее со счета списали, это уж потом, когда жениха нашли, хотели дочь к алтарю привести. Только Далине уже не нужно было…

— Пятнадцать лет — это рано.

— Далина даже раньше второй облик приняла, ей четырнадцать было.

Беннет вспомнил рассказ библиотекаря, и кивнул.

— Понимаю…

— Ты вот, во сколько перекинулся?

— В двадцать шесть.

— А Клаус?

— В двадцать два.

Беннет помрачнел, вспоминая кое-что, и Ридола выругала себя. Рано сказала… попробуем повернуть.

— Далина сына любила. И понимала, что планы Клауса — это химера. Такого быть не может.

— Почему? Ну, будет он править двумя кланами, что такого?

Ридола качнула головой.

— Где ж вы растете-то, такие незнающие? А?

Беннет вздохнул.

— Вот, и так бывает.

— Расскажи, хоть знать буду — как?

Беннет пожал плечами.

Рассказать? А что тут рассказывать? Среди драконов, как ни странно, самые плодовитые синие, а самые любвеобильные — черные. И плевать чернышам, кого под себя грести. После боя, в горячке, они кого угодно вылюбят. И частенько после такого появляется потомство.

Только вот не все дети нужны родителям.

Печально? Но факт. Очень часто дракончик, когда рождается, забирает жизнь матери. Если она человек, если обычная, не слишком одаренная… дракон же магический, он просто высасывает несчастную. И получается, что одного родителя у дракончика сразу нет, а второй… да хорошо, если он вспомнит, с кем спал!

Проявится ли у ребенка дракон?

Этого никто не знает сразу. Считается, что если лет до пятидесяти не проявился, то дальше точно его не будет. Но на младенце-то не узнаешь! И даже подростки находятся в подвешенном состоянии.

В то же время, драконов не так много. Разбрасываться ценными хищниками никто не хочет, и черные — тоже. А потому… детей, которые вот так, остаются без родителей, они собирают на своих землях в несколько детских домов. Учат их там, кормят, воспитывают в верности клану, дважды представляют к алтарю, в младенчестве и когда дети начнут созревать, мальчики осознают себя мужчинами, девочки уронят первую кровь…

Алтарю от этого ни жарко, ни холодно, не-драконов он просто не воспринимает. Кстати, часто матери сами в эти дома приходят, знают, если умрешь во время родов, ребенок хоть жив останется. Если есть вероятность, что папа драконом был… не всегда женщина точно знает, кто отец.

Потом мальчики получают профессию, девочки тоже учатся чему-то полезному в жизни, замуж выходят, им даже маленькое приданое дают…

Красиво звучит? Благородно даже.

Только вот нравы в таких приютах не драконьи, а волчьи. Старшие вытирают ноги о младших, те сбиваются в шайки, иначе не выжить…

Клаус был полукровкой.

Беннет — чистокровным драконом, только родившимся вне брака. У матери уже был другой жених, и ей случайный ребенок нужен не был. У отца тоже была своя семья, вот и получилось ни туда, ни сюда. То есть — в приют.

А там стало еще хуже. У маленького дракончика рано проявились признаки второй ипостаси, уже после второго прихода к алтарю у него начали расти зубы, тот самый, второй ряд, начали время от времени появляться чешуйки…

Тут и началась травля. Детская, а значит вдвойне жестокая и бессмысленная.

И пропасть бы Беннету, но рядом оказался Клаус.

Клаусу на тот момент уже семнадцать было, и прикрыть мальчишку он мог. Связываться с ним никто лишний раз не хотел, а Клаус уже и сам демонстрировал те же признаки. И зубы у него росли, хотя и плохо…

Сначала мальчишки держались вместе. Потом постепенно подружились. А потом Клаус просто подставил Беннета.

Ну кто там, в приютах, будет мальчишкам про родовые особенности рассказывать? Про клятвы, про кровь? Это уж потом, когда мальчишки вторую ипостась получат, какой-то род их к себе примет, вот там пусть и объясняют, сколько захотят. А в приюте…

Зачем всем подряд такое знать?

Беннет и не знал.

Этим Клаус и воспользовался.

Кто в детских играх не клянется другу в верности? Играли же в рыцарей? Было? И короля выбирали, и присягу ему приносили, вроде бы понарошку, до конца игры…

Только вот однажды в огонь полетели волосы и кровь Беннета. А в остальном…

Текст клятвы тоже составлял Клаус.

Огонь, волосы, кровь, клятва — все оказалось настоящим. Тогда-то Беннет и не понял, уже потом, когда Клаус затянул поводок на шее друга.

Ридола внимательно слушала.

— И тебе оставалось только следовать за ним.

— Да.

Первое-то время плохо не было, Клаус рвался к власти над черными… и что? Беннету они — кто? Спасибо, не дали помереть с голода? Ай, благодетели!

Им бы такое детство, с постоянной травлей, в лохмотьях, впроголодь, с вороватыми воспитателями и «темными» по ночам. Уже не нравится? А почему?

Так что Беннет поддерживал друга.

А вот когда затосковал… Да вот, когда увидел Далину Ланидир.

Наверное, для Беннета она стала идеалом драконицы.

Алые волосы, алые глаза, алые губы, мощная, красивая, яркая… она сразу привлекала к себе внимание. Но не внешность была самым интересным. Беннет же собирал о ней информацию… как могла больная дракошка стать капитаном наемников? Как прошла такой путь? Участвовала в войнах, поединках, была лучшим клинком отряда…

Сколько ей пришлось приложить труда?

Уважение, восхищение, а потом еще и влюбленность… и все сложилось, и ударило в самое сердце.

А когда Клаус поставил такое условие, когда потребовал от женщины пожертвовать собой, Далина и тогда вела себя более, чем достойно! Это Клаус потерял лицо! А она…

Она была королевой! И ради клана сложила крылья, ради всех алых, и ради своего рода… Беннет сам не понял, когда по уши влюбился. Он привык просто пользоваться женщинами, просто брать, бросать, идти дальше, только вот…

Далина.

Прекрасная. Алая.

Как вообще можно было смотреть на какую-то Рассину, когда рядом такое сокровище? Целовать жабу, если рядом королева? Даже смешно!

Ридола слушала. Внимательно, чутко, а потом… потом погладила дракона по черным волосам.

— Ты выздоравливай, мальчик. А я тебе вот что скажу. Я посмотрю по архивам. Если кто и мог бы разорвать твою клятву, то только алые.

— Разорвать?

— Хочешь, небось, отомстить?

Глаза Беннета сверкнули черными бриллиантами.

— Я не могу. Клятва.

— Я поищу, как ее можно разорвать. Но ты не сдавайся.

— Так не бывает.

— Алые — могли. Просто не говорили об этом, но шансы у тебя есть, если все так, как ты рассказываешь. А если не получится, так что же? Помоги мне, чтобы отомстить за нее, а потом уйдешь, если захочешь. Яда на твой век достанет! Только помоги! Я ж Далину с яйца растила, думаешь, мне сейчас легче? Она меня незадолго до родов просила сына поберечь, я и сделаю, она мне, как родная дочка была!

Беннет медленно положил руку на ладонь Ридолы.

— Крепись.

— Сам видишь. Не складываю крылья. И ты не смей — пока! Понял?

Беннет понял. И опустил ресницы.

Он продержится. Какое-то время еще он продержится. Если есть надежда отомстить…

Ради такого стоит еще немного пожить! Определенно, стоит!

Россия, наши дни

— Далька, как идет перестройка в дракона?

— Полным ходом, — потянулась Далина. — Энергетический каркас почти завершен, начинают проявляться драконьи черты. Да ты сам можешь увидеть, чем ярче волосы и глаза, тем активнее процесс.

— Они у тебя уже достаточно яркие.

— И все остальное… идет потихоньку. Вот, и когти, и клыки, и сила…

— Сила?

— Иди сюда

Костя себя легким не считал. Достаточно рослый мальчишка, хотя и худой, но… чтобы вот так?

Далина вспрыгнула на стул и вытянула вперед руки.

— Держись за мои ладони. Жестко.

— Ну… держусь.

И все равно было неожиданностью, когда Костю вдруг резко подняли вверх.

— Ух ты!

— Да. Я уже могу поднять больше, чем вешу сама. Не так, чтобы очень намного, но могу.

— Отлично!

— Возрастает сила, ловкость, гибкость, формируется энергетический каркас, потом я летать смогу, пусть и в энергетическом виде, но это лучше, чем ничего!

— Покатаешь?

— Не смогу. Сам подумай, какая моя масса, а какая тридцатиметрового дракона? У меня будет консистенция… киселя, если хочешь. Ты просто упадешь через меня.

— А ты не можешь сделать отдельные части поплотнее?

— Могу. Но это не сразу, и не надолго, может, минут на пять — десять. Вот, как чешую или когти. Магии у вас тут недостаточно!

Костя печально вздохнул.

А как было бы здорово! Вот он, на спине дракона, рассекает облака…

— На Ардейле покатаю. Обещаю.

— Здорово!

Вот не было печали, явился знакомый. На боях он был, но там подойти не успел, да и ни к чему солидному мужчине в очереди толкаться. Можно в клуб подъехать, и словно бы издали завести разговор о том, что у тебя товар, а мне он приглянулся. Вот та, розовенькая, она и в постели такая же гибкая?

Умару такой друг и рядом не нужен был, но с Фаридом приходилось считаться. Потому он и старался переубеждать знакомого словами. Не надо, ни к чему, найди кого другого… Фарид не убеждался и активно требовал розовенькую Кэсси и лучше себе в полное владение. Да-да, с бабой он договорится, главное, чтобы друг Умар претензии не выставил!

Кэсси может не согласиться? Так БАБА же! Кто ее спрашивать будет?

— Умар, да что там эта сопля может?

— Что надо, то и может. Тебе запись с тренировки показать?

— Э, нет! Мне это не интересно! Давай я сам попробую!

— Хабиб попробовал. Больше не хочет.

— А, это его трудности! Ну не может баба быть сильнее мужика!

— Она не сильнее, она опаснее, — попытался объяснить Умар, но Фарид махнул рукой.

— Не верю в такое!

Умар закатил глаза.

Да, в бизнесе иногда и такое случается. Фарид приметил Дашу еще на боях, и ему стало интересно. Только он думал, что все подстроено, и пришел выяснять, через кого Умар все провернул.

Ну не могла ж она сама… там же немочь бледная, дунешь — улетит! Какие там победы? И волосы еще эти розовые — даже подумать смешно!

— Фато, ты ее положить сможешь?

— Если прикажешь — отозвался телохранитель.

— Вот, пусть с Фато попробует.

Умар скрипнул зубами.

— Ладно. Я ее попрошу.

— Ее еще и просить надо? Прикажи и все, — Фарид даже удивился. Вот ведь… идиот! Но куда деваться? Он может быть трижды идиотом, но у него свой бизнес, и обороты хорошие, и Умару не надо бы с ним ссориться. А вот это может случиться, если Даша что-то выкинет.

Или сам Фарид.

Они оба могут, и не знаешь, кто хуже.

В любом случае…

— Пошли, пройдемся в японский зал. Сразу и поговорите.

Заодно и кабинет целее будет. А то вы его разнесете, если не договоритесь. Запросто.

Далина как раз тянулась. Ногу на перекладину, да повыше, самой телом наклониться к ноге, потом другую… лучше разогреть мышцы до занятия. Да-да, у тренера на занятии времени нет. Ему надо за всеми посмотреть, поправить тех, кто косячит, показать, как правильно, так что тренироваться получается или до или после занятия. Лучше — до. Если показывать приемы, то на разогретые мышцы.

— Даша!

— Что случилось?

Голос Умара она узнала, но оборачиваться не стала, вот еще. Растянется — тогда. И вообще, в зеркале все видно. Ей. И самого Умара, и толстяка рядом с ним, и глыбу в дорогом костюме, которая стоит за толстяком — телохранитель? Ха, бараны!

Кто ж телохранителя так одевает? Ему нужно свободно двигаться, легко доставать оружие, а тут костюм! Он в нем, бедный, как шкаф в чехле, не шевельнуться, не повернуться. А галстук чего стоит?

Кто придумал нацеплять на телохранителей эти удавки?

— Ты не могла бы повернуться?

— Секунду — Далина сложилась еще раз, чувствуя, как приятно начинает тянуть сустав, потом сняла ногу с перекладины, развернулась и выпрямилась. — Слушаю?

— Вот мой друг, Фарид.

Далина посмотрела на квадрат в дорогом костюме. Точнее — куб.

— Рада знакомству?

— Он считает, что твой бой был подставным.

Далина пожала плечами.

— И что я должна сказать по этому поводу?

— А ты не говори, ты попробуй с Фато справиться? — предложил Фарид, азартно блестя глазами из складок сала.

Далина подняла брови.

— И что мне за это будет? — Толстяк даже опешил. Не ожидал? А зря. — Что мне будет, если я справлюсь с вашим человеком.

— Ээээ… денег хочешь?

— Хочу. Я дерусь не ради удовольствия, а ради заработка, — не стала оправдываться Далина.

Умар хмыкнул, понимая, что может уесть «друга Фарида».

— Десять тысяч на Дашу.

— Отвечаю десятью тысячами.

— И выигрыш заберет победитель.

— Всего десять тысяч? — возмутилась Далина. — Меня так низко ценят?

Ума пожал плечами, и увеличил ставку вдвое. А потом и еще вдвое, когда Даша сморщила нос. Фарид даже не засомневался, увеличивая ставку. Он-то рассчитывает, что платить не придется.

— Ладно. За эти деньги я согласна поработать. Фато — это то? — Далина невежливо ткнула пальцем в телохранителя.

— Да.

— Когда?

— Здесь и сейчас. Нас не заденете?

— Нет. Уважаемый, вас не затруднит подойти? — Даша отступила подальше от начальства и поманила к себе груду мышц.

Фато медленно снял пиджак. Наверное, мужчина рассчитывал произвести впечатление, но… Далина даже бровью не повела. Перекачанная гора мышц, с проработанным рельефом, это, конечно, красиво. Но вот сразу видно, что ноги у телохранителя слабее. А рельеф… кому он вообще нужен? Ты воевать собираешься, или перед бабами в салонах красоваться? Во втором случае и рельеф можно. А в первом…

Наемники кубиками и ямочками похвастаться вообще не могут, у них другие задачи. Ладно, сам пришел, сам и напросился. И галстук не снял, баран.

Еще и пальцем ее манит.

Вот наивный человек!

Далина улыбнулась и сделала шаг вперед, покачивая бедрами. И еще один. И еще… она рассчитывала шаги так, чтобы оказаться ровно в полутора шагах от Фато. И тот не выдержал.

Потянулся вперед, вот, сейчас он достанет эту девицу и скрутит ее… ладно! Не причиняя особенного вреда!

Он и правда был достаточно быстр — для человека. Только вот драконы другие. И Далина размазалась в воздухе, скользя под вытянутую руку. Галстук словно сам собой лег в ладонь, перекрутился, затянулся и дернулся вниз. А за ним и телохранитель.

— Ухххх!

Большой шкаф и падает громко, а Далина жалеть не стала. Если бы она весила побольше, она бы смягчила падение Фато, а так… грохнулся несчастный всей тушкой да об маты. Аж зал вздрогнул. Плавно, как лепесток сакуры, слетел со стены расписанный японскими красотками веер.

Далина пожала плечами. Она понимала, что удар пусть даже сильный, телохранителя так просто не остановит. Взгляд на Умара.

— До трех раз?

— Да.

Фато поднялся на колено. В этот раз он смотрел внимательно, настороженно, и уже Далина поманила его пальцем.

— Твоя очередь подходить.

Мужчина двинулся вперед. Галстук полетел в сторону. А хорошее качество — такую тушу свалил и не порвался! Фирма!

Теперь он был внимательным и сосредоточенным вот, сейчас, ему только схватить…

Он даже ощутил под своими пальцами теплое девичье плечо. А потом его закрутил какой-то неумолимый вихрь, размазал в пространстве, заставил пошатнуться…

— Уххххх!

— Два — прокомментировала женщина.

Третий раз был еще более осторожным. Но Фато не повезло и в этот раз. Оружие он применять не мог, а в рукопашной… у него был опыт! Да, безусловно, целых десять лет, или даже пятнадцать. А у Далины — более полувека. И за это время она и в войнах участвовала, и в поединках, а уж сколько у нее было просто потасовок по тавернам, сколько поножовщины, сколько драк…

Счет шел не на сотни — на тысячи и десятки тысяч.

Далина и не собиралась драться с теми, кто сильнее ее, лоб в лоб. Она позволила себя схватить — и нажала на одну из болевых точек. Секунды хватило.

Последствий практически не остается, но когда нажимаешь, ощущение такое, словно тебя пробило током. Любая концентрация собьется, руки дрогнут. Они и дернулись, и Далина ударила уже всерьез, подсечкой сваливая противника, добивая…

— Уххххх!

— Еще надо, или хватит?

— Думаю, достаточно, — кивнул Умар. Потом сгреб со стола деньги (не свои, понятно) и протянул Далине. — Свободна.

— Э, пастой! — опомнился Фарид. — Слушай, я такой еще не встречал! Не хочешь у меня поработать?

Взгляд мужчины скользил по тонкой фигурке. И явно не со спортивным интересом. Далина даже опешила. Хотя…

Мало ли извращенцев? Может, нравится ему, когда его баба тряпкой по стене гоняет?

— Нет.

— Я заплачу. Хорошо.

— С меня и этого довольно.

— Я в пять раз больше заплачу. И премии будут

Масляные глаза блеснули, Далина поморщилась.

Что уж там, и в бытность ее наемницей, бывали клиенты, которые путали воина с продажной девкой. Только тогда она была на две головы выше, и объемы соответствующие, и голос… одного взгляда хватало, чтобы самые упертые понимали: нет — это когда НЕТ. А если не дойдет, то Далина может просто сесть сверху и раздавить самомнение.

— Значение слова «НЕТ» посмотрите в толковом словаре, — сухо сказала наемница. — У меня скоро занятие начнется.

Может, Фарид и сказал бы что-то еще, но Умар оценил и стойку женщины, и нехорошие искры в глазах, и сжатые кулаки… и кое-как уволок приятеля. Далина выдохнула и стала ждать учеников.

Ну что за тупые люди попадаются?

Хотя это не только люди. Ей встречались и тупые сирены, и тупые драконы… идиот — понятие вне рас и национальностей. Но здесь идиоты хотя бы магией не владеют.

Здоровущий черный кадиллак Далину больше разозлил, чем испугал. Хотя и затормозил буквально в полуметре от ее кроссовок.

Стекла поползли вниз… кто бы сомневался? Тот самый навязчивый идиот, и его невезучий телохранитель. Почему невезучий? Потому что любой идиот рано или поздно нарвется, это закон мироздания. Может, позже, может, раньше, но это обязательно случится. А телохранители в таких ситуациях мигом становятся козлами отпущения, если вообще выживают.

— Садыс, падвезу.

Фарид явно волновался, акцент стал более заметным.

Далина качнула головой.

— Нет.

— Пагаварым, я тебя атвэзу, куда скажэш…

— Нет.

— Фато…

— Мало получил? Добавлю.

Да, с этим вопросом была небольшая недоработка. Но Фарид подстраховался, и из машины вышло уже двое «шкафов».

— Мы проста пагаварым, да?

— Нет, — отрезала Далина. В этот раз речь уже не шла о спорте, и потому она не стала ничего ждать. Упала, перекатилась, какой-то камешек больно впился в ладонь, но это была ерунда. Главное то, что оба телохранителя, сбитыми кеглями полетели на асфальт. Далина буквально в метре от них извернулась, и ударила своим телом, ногами, как варан — хвостом. Прямо по их ногам.

Кость Далина, конечно, не сломала, да и не каждый варан это сможет. Но мужчины повалились на тротуар. Фато, как более опытный и уже «летавший» сполз по джипу, успел в последнюю минуту слегка сгруппироваться, а второй рухнул со всего размаха. Далина, следуя кодексу наемников, тут же вскочила на ноги, и Фато тут же сильно пожалел, что не упал. Следующий удар последовал в пах — и в горло, на добивание. Попутно досталось второму телохранителю, на которого Далина просто прыгнула сверху, чтобы достать до Фато. В нем и так не особо много воздуха оставалось, а она еще добавила приятных ощущений.

Фарид смотрел на все это круглыми глазами из окна машины.

Далина перевела на него плотоядный взгляд.

И — направилась к окну.

Мужчина пискнул… поднять-то стекло он поднял, но…

Далина молча, не говоря ни единого дурного слова, ударила в стекло пальцами, скрюченными, словно когти.

Где уж там в полумраке Фариду было приглядываться? Есть свечение на кончиках пальцев, нет свечения… да и Далина постаралась, чтобы оно было едва-едва заметно.

В стекле осталась аккуратная дырка. Сквозная. Пробитая пальцами. И побежали от нее в разные стороны веселенькие трещинки…

Далина вежливо оскалилась.

— Нет — это значит НЕТ! Ехай на…!

Развернулась и ушла. А что ей еще оставалось делать?

Кадиллак стоял на том же месте. В машине дурно пахло — пришло осознание. До самой глубины пробило. Постепенно приходили в себя телохранители. Поднялся сначала тот, на которого Далина просто прыгнула, потом Фато кое-как собрал себя в кучку.

— Хозяин?

Фарид, бледный как мел, уже горячо радовался тому, что в машине кожаный салон. И распоряжение его было кратким.

— Мне — домой. Машину — мыть и в химчистку.

— А эта баба? — начал, было, второй телохранитель. Потом посмотрел на Фато, на пробитое стекло, и очень задумчиво замолчал.

— Х… с ней, — махнул рукой Фарид, стараясь изобразить барственность. — всех не пере… любишь.

Телохранители еще раз посмотрели на дырку. Потом вспомнили, что хозяин отдавал кадиллак на переделку, и стеклышки у него бронированные. Прикинули силу удара — и загрустили.

Ну его в болото с такими заданиями.

Им сейчас четко и ясно показали, что пожалели. Могли бы убить. Если такими пальчиками бронестекло пробили, то как это могло бы в горло прилететь? Или в живот? Да какая разница — куда? При такой-то силе удара!

Фато полез за руль.

— На мойку, хозяин?

— Да, домой меня отвезешь, а потом все мыть.

Запаха, стоявшего в салоне, никто не замечал. Выветрился, наверное. Через свежесделанную вентиляцию.

— А стекло?

— Пусть заменят. А вот это — мне домой привезете.

Телохранители закивали.

Привезут. И лишний раз подумают, что Даша — добрая и вежливая девушка. Била б она ИХ с такой силой, лежали б на асфальте два трупика.

Фарид по приезде домой засосал три бутылки коньяка в одно рыло. Потом проспался, а потом еще раз посмотрел на стекло и отдал Фато еще один приказ.

Что бы там ни было, но…

Уж очень все унизительно получилось для «настоящего мужчины»! Может, не напугайся он так, или поведи себя Далина чуточку иначе, но вот, занесло! Закоротило и искры посыпались в разные стороны, то ли от ярости, то ли от дурости.

Не хочешь по-хорошему?

Так будет по-моему!

Никуда ты не денешься! А потом и самой понравится!