Аттрактор [RealZPG]

Глава 15. Затишье, спецагент Данте, спецагент Фемида

— Приятель, нет! — Булав вырвался из толпы, схватив своего недавнего противника за руку с металлическим шипом. В спину ему прилетело несколько тяжелых ударов от Вильмута, все еще находящегося под действием неизвестных эффектов.

Но Гарри оказался слишком умел и изворотлив, он поднырнул под плечо Булава и жестким пинком в бок, заставил того покатиться в толпу. Чемпион был уже близко, готовый нанести серию сумасшедших ударов по корпусу врага. Но претендент вдруг остановился. Его глаза едва не вылезали из орбит, шея вздулась, синие вены пульсировали от бешеного ритма сердца.

Гарри оказался сильнее той заразы, что пустили в его кровь, но драться сразу с двумя соперники одновременно, казалось, у него не выйдет. Что бы это ни было, оно приняло две ипостаси, став монстром внутри и воплотившись в монстра внешнего. Даже Вильмут растерялся, занеся кулак для удара. Его испугал вид Гарри, смутило бездействие, как будто он увидел себя самого в отражении чужого взгляда.

Фемида выскочила на палубу именно в этот момент и могла поклясться, что увидела в толпе людей изувеченное лицо отреченного. Он улыбался, хотя с его особенностями, это можно было назвать, разве что, гримасой боли.

Вновь в круг вступил Булав, он стоял чуть в стороне от застывших бойцов, словно судья. Все это продолжалось несколько секунд, почти никто ничего не заметил. Только четверо крепких парней рассекли толпу насквозь, огораживая своего бойца от внешнего мира. Вильмут исчез на несколько дней, а Гарри пролежал в горячке всю ночь и весь следующий день.

Фемида долго искала встречи с Бахти, который куда-то запропастился. На судне всего за один вечер повисло напряжение, грозящее перерасти в серьезные неприятности. Деньги за молчание не были отданы в нужные руки, участникам подпольных боев также не было оплачено ни единой монеты. Кто-то украл всю «кассу». И если компания цыган фактически вела себя открыто, скрывался только их заводила, то без вести пропавший организатор вызывал определенные подозрения.

Казалось бы, куда можно деться с корабля, находящегося в километрах над уровнем земли? Но камион поистине представлял из себя летающую крепость, за долгие годы службы насквозь проеденную крысами. Так рассказывал Булав, который без особых церемоний принял Фемиду и Гарри за лучших друзей. Что удивительно, у такого открытого человека здесь не было никого по настоящему близкого.

Было и еще кое-что, что волновало Фемиду — она длительный период не была в Лимбе, не выполняла никакие контракты, оператор все меньше выходил с ней на связь. С одной стороны это порождало слабые проблески свободы, но с другой — вопросы. Какова будет плата за длительный простой?

В один из дней, тянущийся слишком долго от все нарастающего напряжения, в трюм к приблудкам спустился один странный человек. Был он уже в возрасте, коренаст и широкоплеч. Правый глаз закрывала повязка, а вместо левой руки из рукава торчал металлический крюк. Его сходство с капитанами из детских сказок поражало.

Как и его поведение. Он казался веселым и добродушным. Но слова, которые произносил этот весельчак, заставили Фемиду очень сильно переживать. Фемиду и ее товарища просили оказать большую услугу во имя справедливости. Так уж вышло, что некоторые люди забыли, на чьей стороне должны воевать, посвятив себя погоне за деньгами. Но тех, кто мог бы использовать их, кто мог бы платить и принимать плату, становится все меньше.

«Они», эти предатели, не подозревают, что в действительности становятся приспешниками зла. Поэтому пара приблудков, которые все равно не способны сопереживать никому в этом мире, могли бы рассказать, как обстояли дела во время турнира. Не происходило ли чего-то странного?

Посланник сразу оговорился, что люди, взявшиеся за это дело, в меньшей степени интересуются сундуком с монетами. Их богатства исчисляются в совсем иной плоскости…

Фемида, как завороженная, смотрела на улыбчивого мужчину, и никак не могла сопоставить его образ с тем, что он говорил. Когда он ушел, девушку и Гарри подняли на борт камиона. За ними же увязался Булав, хотя его никто об это не просил. Подпольный боец обещал, что найдет людей, которые решат все эти вопросы. В подобный исход верилось с трудом.

«Когда будете готовы, поднимитесь вон к тому строению. Наш агент будет ждать вас в любое время!» — сказал напоследок одноглазый «капитан». С одной стороны, им предоставили свободу выбора и неограниченное время, но с другой — как долго их будут терпеть? И что сделают, когда терпение кончится?

Не нужно было обладать особыми умственными способностями, чтобы догадаться, чем именно заинтересовались в высших кругах. Допингом, который превратил местного чемпиона в сумасшедшего зверя. Но все это — дела политические. Фемиду они интересовали в последнюю очередь.

В тот момент ее волновала пропажа магистра, молчание Сины, спасенной из Лимба в первый же день. Если местная аристократия обладала хоть каплей благородства, то кто-то из Картрайеров должен был объявиться и поблагодарить спасителей!

Когда Фемида и Гарри вошли в указанную пристройку, первым на глаза им попался Вильмут. Он сидел в углу, опустив лицо, но даже несмотря на это было видно, что он избит до посинения. Руки он свободно положил на колени, его синюшные от побоев пальцы сильно тряслись. Бедолагу явно пытали. И очень долго, вероятно, все те дни затяжного затишья.

За небольшим столиком у низкого окна сидел другой человек. Фемида видела его впервые. Ухоженный молодой мужчина, в униформе обычного цепаря. Несколько элементов на одежде неуловимо придавали ему особый вид. Девушка не могла понять, что именно не давало ей покоя, пока не увидела серьгу в его ухе. Серебряная, с крупным изумрудом.

Отследив ее взгляд, парень улыбнулся. Его улыбка становилась все искреннее, по мере того, как до Фемиды доходило осознание, что перед ней другой приблудок. Только его положение, исходя из общего впечатления, находилось намного выше.

— Я правильно понимаю, что вы оба из Лимба? — спросил он, вместо приветствия, не дожидаясь ответа, продолжил. — Тогда мое дело выглядит куда проще, чем я думал!

Поднявшись, он открыв шкафчик, скрытый в тени, достав оттуда бутылку вина. Три железные кружки он поставил прямо поверх тех бумаг, что лежали на столе. Протянув одну Фемиде, а другую Гарри, он приподнял вверх свою и выпил. В это же время девушка обратила внимание, что его левая рука скрыта перчаткой. Правда, не совсем обычной.

Больше всего материал напоминал чешуйки, едва уловимо излучающие свет на кончиках граней. Скорее всего, эта вещь относится к технологиям другого мира, а значит человек допрашивающий Вильмута очень опасен.

— Присаживайтесь, я Данте, — представился он, указывая на две табуретки у входа. — Уполномочен расследовать дело о хищении энергенов третьего порядка. Вы, кстати, будете моими агентами. Думаю, наши операторы договорятся между собой на этот счет…

Фемида, до этого сидевшая в легкой растерянности, стала белая, как снег. Брошенная невзначай фраза повергла ее в шоковое состояние. Ей все еще с трудом верилось, что перед ней не отреченный, а самый настоящий… Кто? Вопрос огненным росчерком прошелся по ее сознанию.

— Кто мы? — осипшим голосом произнесла девушка.

— Эм? — Данте сначала не понял, к чему этот вопрос, а потом улыбнулся, это ему удавалось делать по хищному обаятельно. — Ах, ты об этом! Исполнители воли Королевы. Это ты должна вбить себе в голову, как дважды два. Она наш воздух, ее любовь к нам — пуповина, позволяющая умирать и воскресать во имя ее благополучия.

— Но я видела отреченного! — возразила Фемида.

— И что? Хорошо ему было? — раздраженно бросил Данте, эта тема явно была ему неприятна.

— Ну, он был свободен…

— От чего? От бессмертия? От сотен миров с тысячами благ? Хочешь стать смертной и никогда больше не покинуть вшивый закуток, обреченный на погибель?

С такой точки зрения Фемида на проблему не смотрела. Это резко охладило ее пыл, девушка замолкла, переваривая информацию. На несколько минут наступила тишина, агент задумчиво пил вино, порой поглядывая в сторону Вильмута. Тот сидел не меняя позы.

— Знаете, кто это? — кивнув в его сторону, спросил Данте. — Побочник. Он решил вырваться из Лимба, став вторым подопечным одного оператора. Смертный, чужой для всех в этом мире, зависимый от того, с кем пришел. Только оператор бросил его здесь, отправив своего основного помощника на другие контракты.

— Гарри такой же, — отозвался Гарри.

— Да? — агент удивленно хмыкнул. — А ты основная? Зачем его сюда притащила?

— Он был не один. Еще девушка… — не очень охотно поведала Фемида, услышав вопрос «И где же она?», ответила. — Ее ранили неупокоенные. У меня было подозрения, что она одна из местных аристократок Королевства. Так и оказалось, мы настигли воздушное судно, ее узнали и забрали, а про нас как-то забыли со временем.

— Сто-о-оп! — Данте улыбался, но это было недоумение, которое он выразил таким образом. — Как это — одна из местных? В Лимбе? Ты встретила ее в Лимбе? И как ты ее узнала?

— По имени. Был контракт, долго рассказывать. В общей, мой оператор все это понял и сделал, как я просила. Но в выигрыше никто не остался…

— Я бы на твоем месте не был так уверен… В особенности сейчас. Как ты, говоришь, ее звали? — Данте преобразился в одно мгновение.

— Сина Картрайер, — повторила девушка.

— Картрайер, Картрайер… — агент задумчиво прищурился. — Да, знаю таких. Они в полном составе летят этим рейсом. Я видел списки пассажиров из числа особых господ.

С того момента Фемида и Гарри получили отдельную каюту на верхних палубах, где обитал младший офицерский состав. Им приносили еду три раза в день, для Гарри подобрали одежду поприличнее, также выдали специальные документы, по которым можно было свободно перемещаться на судне.

Девушка получила некоторое внимание от местных мужчин. Кое-кто вызвался учить ее фехтованию в обмен на разрешение ужинать вместе. Гарри также не остался без внимания. Его способности в рукопашной схватке местные оценили по достоинству, так как никто не мог одолеть этого человека, на какие уловки бы не шел.

Эффективность приемов того мира, из которого он попал в Лимб, оказалась на голову выше местных. Дни наполнились новыми событиями, которые в своей массе можно было считать хорошими. Только одно мешало Фемиде в полной мере почувствовать себя счастливой — понимание того, что полет однажды закончится.

Но потом настал момент, который вернул Фемиду в тот вихрь событий, из которого ей удалось вырваться совсем недавно. Данте пришел ночью, не разбудив Гарри. Всучив Фемиде большой набитый вещами рюкзак, он велел следовать за ним.

На палубе никого не было, так как царила глубокая ночь. Потрясающее звездное небо, которым девушка любовалась при любом удобном случае, сопровождало ее. Путь не занял много времени. Вскоре оба оказались у переброшенного трапа. По ту сторону мостика Фемида увидела небольшое судно.

Оно на первый взгляд казалось пустым, но стоило приглядеться, как тени ожили. «Не шуми, и не бойся. Все в порядке, но нам нужно уходить…» — шепнул Данте, после чего первым ступил на трап. Девушка попыталась привести мысли в порядок, но недавний сон мешал сосредоточиться.

В полной тишине корабль отчалил и резко снизив высоту, свернул в сторону от прежнего курса. Фемиду завели в кубрик, где находилось несколько человек. Одним из них оказался магистр Сиамар. Теперь на нем не было одежды старого аристократа, он выглядел, как полевой командир на задании. Неброская униформа и многодневная щетина говорили о том, что он давно находится в стесненных условиях.

Впрочем, на его внутреннем состоянии это никак не отражалось. Живые, внимательные глаза встретили Фемиду доброжелательностью. Помимо магистра и Данте девушка не узнала здесь никого.

— Итак, мы в сборе! — с долей торжественности объявил Сиамар. — Можно начать совет…

На столе, вокруг которого собрались люди, не было карт и фигурок, не было важных документов. Только миска с фруктами, несколько бутылок вина и железные кружки. Правда, к угощениям никто не прикасался, не решалась и Фемида. Она слушала внимательно, ведь послушать было что. Неизвестно по чьему плану, но именно она стала ключевой фигурой в тех действиях, что вынесли на общий суд.

Судно направлялось на один из клочков Королевства, являющийся когда-то залогом процветания всей страны. В его недрах добывался редкий вид минералов — энергон. Сотни ученых-алхимиков посвятили свои жизни его изучению, каждый правитель клялся на крови, что будет поддерживать разработки денно и нощно, никогда не урезая финансирование, даже в военное положение.

Происходило это по причинам, до сих скрытым от большинства. Только члены королевской семьи, прошедшие специальный обряд инициации могли знать назначение энергона, никогда не применяющегося в жизни Королевства.

Но с момента катастрофы, когда орды неупокоенных, которых никогда не собралось бы такое количества, даже воскреси неведомые силы сотню поколений прошлого, мир изменился. Как оказалось, именно энергон позволили скрытым в глубинах земли механизмам свершить то, что свершилось.

Множество клочков тверди поднялись к облакам, спасая города от напасти. Вот только с течением времени зараза добралась и до них. Они материализовались из пустоты. Никто так и не смог выявить источник орд неупокоенных. Сиамар один из тех людей, кто играл ключевую роль в этой проблеме. Спец агент самого короля, назначенный искать способ все исправить.

В ходе поисков, ему пришла в голову мысль возобновить добычу минерала, но вот беда, кое-кто оказался быстрее. Огромная армия врагов собралась у источников. Некто крайне сообразительный понял, как следует поступить во время общего хаоса. Рудники станут новым штабом агентов Короля, а магистр — источником контрактов для Фемиды. Они могли бы подрядить кого-то еще, но им нужен человек, точнее приблудок, готовый проникнуться к проблеме. В обмен на такую ответственную работу, Сиамар пообещал девушке очень весьма прозрачные перспективы: избавление от необходимости возвращаться в Лимб — за правдивость этих слов поручился Данте, а также обеспечение максимального комфорта вне выполнения контрактов.

Как пояснил все тот же Данте, только десятая часть мучеников Королевы могут похвастать такими уникальными условиями. Фемида ничего не ответила, она была согласна еще до того, как ей принялись рассказывать о плюсах такого соглашения. На нее вдруг нахлынула память того, что она пережила. Сильная дрожь практически сковала мышцы.

— Она согласна! — улыбаясь, заявил агент.

— Тогда что с ней происходит? — обеспокоенно спросил Сиамар.

— Это Лимб. Он истязает ее в последний раз, так как не хочет отпускать. Несколько дней бедняжка пролежит в страшной горячке, придется уделить ей много сил. Но потом наступит период реабилитации. Прошлое начнет забываться.

— Ты тоже пережил подобное? — поинтересовался магистр.

— Да, поэтому прекрасно ее понимаю. Кстати, почему от Картрайеров нет никаких благодарственных вестей?

— Сину не удалось спасти, зараза пробралась слишком далеко и убила ее…

— Бедняжка…

— Ладно, давай отнесем твою подопечную в свободную каюту. Составляй списки того, что тебе потребуется, я постараюсь это раздобыть.

Этот диалог для Фемиды перестал существовать где-то на середине. Перед ее глазами застыла странная картина. Она видела сотни стянутых вместе вен, по которым тысячами носились мерцающие сферы. Девушка не могла оторваться от созерцания происходящего, а потом вдруг осознала себя этими венами, с содроганием и болью, пропускающим внутри себя души мучеников.