Бес Славы

Глава 29

Матвей

Дверь за Славой закрывается. Я отрываю глаза от телефона, а зад от кресла и иду в прихожую. Зачем-то выглядываю через окно во двор и провожаю взглядом девушку.

Вот что в ней такого? А смотреть хочется. Еще она готовит вкусно, да и сама вся такая светлая и правильная. Даже не верится, что такие бывают. Деревенское воспитание? Вот отец считал, что, наоборот, все деревенские хваткие и изворотливые. Желая вырваться поближе к большим деньгам, они идут на многое. Эта не такая, ей движет не тяга к баблу.

Что тогда?

Мелькает в голове одна мысль, я от нее даже истерично усмехаюсь: может, я ей просто нравлюсь? Может, наш секс оставил у Славы неизгладимое впечатление?

Так, стоп, я вчера, кажется, вспомнил одну деталь – во время нашего секса девушка пыталась сопротивляться. Тогда, получается, трах действительно впечатление оставил, но далеко не положительное?

Перед глазами вдруг всплывает картина: девушка лежит на земле, светлый подол, юбки или платья, а на нем темные пятна.

Блядь! Точно! Я ж тогда еще пьяным бредом подумал, что девушка до этого момента была целкой! Была? Или подсознание сейчас со мной играет, подкладывая ложные воспоминания?

Ну нет, не может быть... не стала бы Слава после такого работать на меня. Да еще помогать...

Однако на душе противно и тошно. Такое четкое ощущение и признание этим своей вины.

Отгоняю эти мысли. Задвигаю шторки и возвращаюсь в гостиную. Рань такая, а заняться нечем. Встреча с Дамиром а три часа, времени вагон.

Здесь в моих руках оживает телефон. Смотрю на экран – звонит Илюха.

– Да, – отвечаю я.

– Матвей Георгиевич, – с издевкой произносит друг.

– Утро доброе, вы уже проснулись?

– Проснулись и бодры, на удивление.

– Отлично. Тогда везите свой модельный зад в фитнес-центр на Кольцевой. У нас форс-мажор. Без вас никак.

– Еду, – бросаю я и отключаюсь. И, признаться честно, даже рад пока неизвестному мне форс-мажору. Вот хочется чем-то заняться, поработать.

Как выяснилось, дело было в замене тренажеров. Я на свой страх и риск связался с молодой фирмой и, увы, прогадал. Тренажеры пришли с браком, однако администратор их принял, явно не глядя. Пришлось разбираться, и по итогу разборок – админ уволен, а тренажеры после часа ругани по телефону на списание и под замену со скидкой.

И все это я успеваю разрулить буквально за полчаса до встречи с отцом Ильдара. Благо, место этой встречи в квартале от фитнес-центра.

Только захожу в один из самых пафосных ресторанов города, как передо мной возникает симпатичная блондинка с улыбкой от уха до уха и говорит:

– Здравствуйте. У вас забронирован столик?

– Добрый день, – улыбаюсь в ответ. – Меня ожидает Дамир Сафин.

– Я вас провожу, – кивает девушка и, виляя бедрами, идет вглубь зала.

Точно пора кого-нибудь трахнуть, а то у меня уже, как у прыщавого подростка, встает, когда вижу женскую задницу в приталенной юбке.

Блондинка останавливается у входа в отдельный кабинет с надписью «Privat». Англичане хреновы. Странно, что еще никто на ошибку в слове не указал. Хотя всем пофигу, наверное. Главное, чтобы кормили и обслуживали на десять баллов.

Дамир сидит за небольшим деревянным столом с чашкой кофе в руке и хмурится, глядя в планшет. Потом поднимает голову, и складка у него на лбу разглаживается.

– Матвей, дорогой, рад тебя видеть.

Я подаю руку, а отец Ильдара во время рукопожатия притягивает меня к себе и хлопает по спине. Что за нежности?

– Здравствуйте, – отвечаю я сдержано.

– Спасибо, Катенька, – поворачивается Дамир к блондинке. – Нам по бизнес-ланчу и кофе.

Девушка закрывает дверь, мы садимся за стол друг напротив друга, и наступает тишина. Я откидываюсь на спинку стула и отбиваю тремя пальцами какой-то неизвестный ритм. Дамир делает последний глоток кофе и тоже откидывается, сложив руки под грудью. Смотрит на меня, так внимательно, что я себя чувствую будто на сеансе у экстрасенса.

– А ты возмужал, Матвей. Жаль, что при таких обстоятельствах. Моему бы оболтусу за ум взяться.

Ильдару уже это вряд ли грозит, учитывая, во что он ввязался. Интересно, а отец его в курсе? Где-то я сам краем уха слышал, что и Дамир связан с наркоторговлей. Конечно, курьером он не бегает – по статусу не положено. Я в наркобизнесе и всех их схемах не шарю, но людей там должно быть задействовано много. От курьера до поставщика, от торчка до изготовителя.

Я не комментирую слова Дамира, лишь усмехаюсь и качаю головой.

– О чем вы хотели поговорить? – перехожу сразу к делу.

Ответа сразу не дожидаюсь. После короткого стука в дверь Дамир нажимает кнопку на столе, которая, видимо, как-то сообщает, можно ли нарушить уединение гостей. Появляется официантка, ставит перед нами тарелки и спрашивает:

– Кофе чуть позже?

– Да, минут через десять.

Она кивает и оставляет нас одних.

Дамир берет приборы, тянет время. Ну и хрен с ним. Я тоже жрать хочу. Молча обедаем, потом нам приносят кофе, и только тогда отец Ильдара начинает издалека, судя по всему:

– Как дела в компании?

– Нормально, – пожимаю плечами.

– Матвей, ты же понимаешь… Если вдруг тебе понадобится какая-то помощь, то я всегда готов.

– Спасибо, Дамир.

Мы снова молчим. И такое ощущение, что он приценивается или оценивает. Нет, я спрашивать ничего не буду, хоть и язык прям чешется.

– Матвей, как ты, я думаю, знаешь… – Дамир задумался, будто подбирая слова. – В общем, о делах отца ты знаешь хорошо?

Я киваю и спрашиваю:

– Вы про казино?

– Да-да, – уже немного облегченно выдыхает отец Ильдара. – Перед смертью Жоры мы задумывали новый проект. Не казино, но еще более прибыльное дело. Все более-менее обеспеченные люди города сбегутся…

– Дамир, – прерываю я его. – Вы уже говорите о прибыли, но еще не сказали, что за проект.

– Матвей, дорогой, мы с твоим отцом доверяли друг другу. Я хочу, чтобы у нас были такие же отношения.

Доверяли – да. Работали вместе – да. Но тот разговор, который я случайно услышал перед дверью кабинета папы… Нет, он отказался, я помню. Дамир, кажется, думает, что нарвался на мальчика, которому можно запудрить мозги. Может, и закосить под такого? Было бы отлично, чтобы узнать.

– Я тоже хочу, – говорю, улыбаясь. – Дамир, я не в курсе, что вы планировали, но очень хотел бы узнал, учитывая, что с бухгалтерскими отчетами я уже ознакомился. Понимаю, что многое шло на оффшоры.

– Ты умный парень. Мы с Жорой хотели организовать такой закрытый клуб, куда был бы доступ только проверенным людям…

Дамир делает паузу, ожидая моей реакции. Я заинтересованно облокачиваюсь на стол и спрашиваю:

– И что же в этом клубе такого особенного?

– У всех есть тайные желание, – точно так же нагибается ко мне Дамир. – Девственницы, мальчики, трансвеститы, опытные шлюхи… Матвей, мы предоставим всем и всё.

Блядь, блядь, блядь… И еще раз блядь! Надеюсь, хоть педофилов они в свою тусовку не пригласили. Хотя и все остальное отдает несколькими статьями УК. Наверное. С юристом я, конечно, по этому поводу консультироваться не стану.

Держать лицо, Матвей. Улыбаться и восхищаться этой идеей, от которой отказался мой отец. И не зря, судя по всему.

– А это интересно, – киваю я задумчиво, видя напряженность Дамира.

– Я знал, что ты так же зришь в корень, как и твой отец, – расслабляется он и смотрит на часы. – Я подъеду через пару дней в офис, чтобы все обсудить.

– Конечно, – улыбаюсь я, встав из-за стола.

Кажется, меня тошнит. Не Дамир ли убрал отца, когда тот отказался? Они столько лет дружили, что слабо верится…

Я выхожу из ресторана, сажусь в машину и в сердцах пару раз бью кулаками по рулю. Что, блядь, за рабовладельческий строй? Я сам не ангел. Трахал разных девок, но в таком извращенном варианте… Фу. Интересно, это все по согласию будет?

Даже работать нет сил, хочу душ принять. А лучше в бассейн. Да, туда и направлюсь.

До вечера сижу в воде. Хорошо. Рассекаю воду, просто лежу на поверхности… И так хорошо, что не хочется выходить. Но надо…

На работу я сегодня забил, только еще кое-что хочу посмотреть в ноутбуке отца.

Выхожу из бассейна – хочется обратно. Но нет. Иду в душ, одеваюсь и, не говоря ни с кем из персонала, выхожу из здания.

Захожу в дом уставшим как никогда. И сразу ловлю запах еды. Да такой, что желудок моментально срабатывает голодным спазмом.

– Добрый вечер, – слышу тонкий голосок Славы, ее светловолосая голова выглядывает в прихожую. – Ужин готов. Накрывать в гостиной?

Молча киваю, направляясь в свою комнату.

Переодеваюсь в шорты с футболкой и спускаюсь в гостиную.

Слава вовсю суетится: расставляет посуду и приборы. Замечаю салфетку на тарелке, сложенную в виде птицы. Усмехаюсь, надо же, как изголяется и старается.

Сажусь за стол. Слава передо мной тут же ставит тарелку с супом. На вид – мясная солянка. Пробую – она. И обалденно вкусная.

Девушка как будто слышит или чувствует, что тарелка опустела, и выносит мне второе блюдо. Микс из всевозможной зелени – салат, украшенный дольками перепелиных яиц. И две то ли котлеты, то ли оладьи по виду из картофеля. Пробую. Котлеты на деле оказываются драниками – с тонким слоем фарша внутри. Вкусно. Да и салат, несмотря на то, что я не очень люблю всю эту зеленую хрень, тоже вполне себе съедобный, с нежной заправкой.

Съедаю все, и Слава появляется в гостиной в третий раз.

– Десерт? – спрашивает она, убирая пустую тарелку.

– Десерт? – удивляюсь я. Фаина редко их готовила, потому как я не любитель сладкого.

– Клюквенный мусс, – произносит девушка.

– Неси, – киваю я.

Слава направляется к выходу, и в этот момент и я, и она слышим простой сигнал телефона, принадлежащий, по всей видимости, моей новой домработнице. Девушка ускоряет шаг. Вскоре телефон прекращает звенеть. Однако Слава довольно долго не возвращается. Я уже собираюсь ее позвать, но она наконец появляется. Несет в руках прозрачную креманку, наполненную розовой жижой. Девушка ставит передо мной десерт и спрашивает:

– Матвей Георгиевич, я могу быть на сегодня свободной?

Смотрю на нее: руки немного дрожат, глаза опущены. Боится чего-то?

– Нам надо еще Саше сегодня позвонить, с отчетом, – напоминаю я.

– Мне... срочно уехать надо... – вздыхает она, поднимая на меня глаза. Красные, заплаканные.

– Что-то случилось?

– Ребенок заболел, надо лекарство в деревню отвезти, – отвечает девушка.

– У тебя есть ребенок? – с удивлением спрашиваю я.

– Да, дочка... – голос Славы дрогнул.

Надо же! Никогда бы не подумал! Слава сама как ребенок... ей лет-то не больше двадцати, а уже дочка. Н-да, все-таки деревенские такие деревенские. Ранние... но не мне судить. Да и дети – это святое.

– Серьезное что-то? – зачем-то спрашиваю я.

– У нее кашель, температура высокая, бабушка не справляется и боится оставлять ее одну... Мне надо ехать, Матвей Георгиевич, я постараюсь обратно успеть на последнем автобусе, – слезно просит она. И вся такая, как оголенный комок нервов. Да и глаза мокрые, вот-вот разрыдается или забьется в истерике.

– Значит так, – говорю громко, поднимаясь из-за стола. – Я тебя отвезу.

Слава смотрит на меня испуганно. От ее взгляда и мне становится не по себе. Но, блядь, поздно. Уже предложил... Вот что на меня нашло? Ребенка жалко стало? Сам не понимаю.