Бес Славы

Глава 44

Стася

Ему досталось?

Это мне досталось. Счастье. Через боль, муки, страдания...

Осознаю, что все это нужно было, чтобы понять. Вот смотрю в глаза Матвея, которые так ненавидела, и понимаю, что все, что было с Митей, не любовь это. Наивная вера и надежда, может быть. А любовь у меня сейчас.

И если первый ребенок меня пугал, то тот, что сейчас, возможно, во мне, дарит мне другие ощущения. Я не испугалась, когда бабушка сообщила мне... ну, может, лишь на секунду, и то больше из-за того, как на это отреагирует Матвей. Он отреагировал правильно. Я хочу этого ребенка. Хочу растить его в любви. Его и Марту. Вместе с их отцом.

Мы с Матвеем возвращаемся в дом. Бабушка в этот момент разливает по кружкам чай. Подхожу, заглядывая в комнату – Марта лежит в своей кроватке. А потом сажусь за стол, Матвей садится рядом. Он немного растерян, странно видеть его таким. Зато настоящий, не притворяется.

– За Мартой приезжайте к осени, – говорит вдруг бабушка. – И вы больше привыкнете друг к другу, и девочка больше окрепнет.

Смотрю на Матвея и вижу, что он не против.

– Хорошо, – кивает он. – Но мы будем часто приезжать.

Тут не спорит бабушка:

– Конечно.

Мы начинаем пить вкусный травяной чай, рассказывая за столом новости: бабушка про деревню, я про детскую комнату, Матвей немного про свою работу и своего отца после вопроса бабушки. Нам комфортно вместе, я чувствую – бабушка и Матвей приятны друг другу.

Потом мы помогаем бабушке собрать небольшой урожай ягод. Марта в это время спит, а когда просыпается, Матвей берет ее на руки и не отпускает, пока мы не собираемся возвращаться в город. Они, отец и дочь, так трогательно смотрятся вместе. Так похожи друг на друга, такие славные у меня. Марта спокойна на его руках, цепляется ручками, улыбается. Я уверена – из Матвея получится замечательный отец.

Уезжаем ближе к вечеру. Причем, никто из нас этого особо не хочет. Но завтра у Матвея важные дела по работе.

– Хочу тебя попросить, – начинает Матвей, как только мы выезжаем из деревни.

– О чем?

– Я, конечно, доверяю твоей бабушке, но... давай я отвезу тебя завтра к врачу. Чтобы знать наверняка и проверить, все ли в порядке.

Его просьба не обижает, наоборот, он заботится обо мне, переживает.

– Хорошо, – киваю я.

Матвей улыбается и гладит меня по плечу.

Домой мы добираемся поздно, уставшие. Я принимаю душ и сворачиваюсь калачиком на кровати, уже сквозь наступающий сон слыша, как Матвей ложится рядом, и чувствуя, как он меня обнимает.

Разве можно быть настолько счастливой?

Утром Матвея я рядом не обнаруживаю и на секунду поддаюсь панике. Нет, так нельзя. Он может быть в душе, на кухне, уже ехать на работу… да где угодно! А я уже выдумываю невесть что. Поднимаюсь и выхожу из комнаты. Кухня пустая, гостиная тоже. И тут слышу голос в кабинете. Дверь слегка приоткрыта, но я все равно не могу разобрать слов.

Стучу. После небольшой паузы Матвей отвечает:

– Входи.

Ступаю на пушистый ковер в полутемное помещение и моргаю, чтобы быстрее привыкнуть к освещению.

Матвей сидит за столом, держа телефон возле уха и записывая что-то. Потом говорит в трубку:

– Спасибо, Елена Васильевна.

И кто такая Елена Васильевна? Неужели я теперь на каждое женское имя буду так реагировать? Ревностью.

– С кем разговаривал, – вместо пожелания доброго утра спрашиваю я.

– С врачом, – вскидывает брови Матвей, а через минуту начинает смеяться: – Я и не думал, что ты такая ревнивая! Может, мне всех женщин из компании уволить, чтобы ты себя не изводила?

Становится неловко. Хорошо, что в полумраке кабинета не видно, как я начинаю заливаться краской.

– Прекрати, – тихо отвечаю я. – У них есть дети, пожилые родители, они наверняка долго учились и работали, чтобы занять свои места…

– Слава, ты прелесть. Заботишься о людях, которых совсем не знаешь. И причем думаешь только хорошее. А в бизнесе как на войне иногда бывает, когда все средства хороши. И кто-то кого-то подставляет, и кто-то спит с начальством, стучит на коллег, только бы выбить место потеплее. Ну ладно, не об этом сейчас. В два часа поедешь к врачу, у меня в это время совещание, так что отвезти тебя не смогу. Водителя у нас никогда не было, так что и прислать за тобой некого. Но я обязательно займусь этим вопросом, чтобы ты могла беспрепятственно передвигаться по городу.

– Матвей, я и на автобусе могу.

– О, я тебя прошу, не начинай опять. Никаких автобусов. Сегодня возьмешь такси, а завтра начнем искать человека.

– Сегодня в двенадцать привезут оставшуюся мебель для детской.

– Здорово! – улыбается Матвей. – И комната уже будет готова. Сама справишься?

– Да-да, конечно.

Не хватало еще, чтобы из-за какой-то мебели он отменил совещание. Наверняка там будут обсуждать какие-то важные вопросы.

– Тогда я пойду в душ – и на работу, – произносит Матвей и идет к выходу. Проходя мимо, он резко ловит меня в свои объятия и целует.

Мы выходим из кабинета, Матвей направляется в душ, а я на кухню. Надо же завтрак приготовить. Я как раз успеваю пожарить омлет и заварить кофе, когда Матвей спускается на кухню.

После завтрака Матвей уезжает, оставив мне кредитную карту. А я бесцельно брожу по дому, вытирая невидимую пыль. Просто не знаю, чем себя занять до приезда грузчиков с мебелью. В кабинете беру первую попавшуюся книгу с полки и устраиваюсь с ней в гостиной. Чтение затягивает, время пролетает быстро – и вот уже звенит дверной звонок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Иду в прихожую, открываю дверь. На пороге стоит молодой человек, праздно здоровается, уточняет заказ, после чего в дом поочередно заносят коробки еще двое мужчин, оставляя их в холе. Я остаюсь в прихожей, наблюдая.

– Что здесь происходит? – вдруг слышу я. На крыльце появляется девушка. Как ее там... Марина! Надо же, а я даже не заметила, как она подошла. А сейчас стоит, стреляя глазками и выпячивая грудь, которая вот-вот и вывалится из глубокого декольте. Матвей назвал ее шлюхой. Наверное, не просто так... А что, если... Если у него что-то с ней было? Неужели такие ему нравятся? Я ведь не такая...

– Мебель привезли, – отвечаю я.

– Какую? – хмурится Марина. А я стою и хлопаю глазами, не зная, что делать. Выгнать ее? Матвей в прошлый раз так и сделал. А имею ли я на это право?

– Детскую, – отвечает один из грузчиков, проходя мимо.

– Детскую?! – удивляется девушка и смотрит на меня. А я в этот момент инстинктивно прикрываю рукой живот. Марина видит мой жест и хмурится еще больше.

– Ах, вот как, – фыркает она. – Шустрая ты, однако. Но знаешь ли, плохая примета. Заранее нельзя покупать.

– Простите?

– Не прощу, – усмехается она. – Матвей где?

– На работе, – отвечаю, пожимая плечами. Марина обводит взглядом помещение и, фыркнув еще раз, молча уходит.

Смотрю ей вслед и думаю: вот почему? Почему Матвея окружают такие неприятные люди? Он же хороший человек, но и такие портятся, общаясь с нехорошими. Как говорится, с кем поведешься.

Когда в дом заносят всю мебель, я закрываю дверь. Показываю грузчикам детскую комнату, в которую они переносят коробки, открывают их и приступают к сборке мебели. На все это примерно уходит час. Так что, проводив мужчин, я тут же начинаю собираться к врачу, вызвав заранее такси на определенное время.

Всю дорогу думаю о визите Марины. Зачем она пришла? К Матвею? Нет, вряд ли у них что-то было, если она жила с его отцом. Но я не знаю… Как у них все устроено в этом мире больших денег? Пока я только поняла, что все спят с кем попало.

– Девушка, мы приехали, – слышу голос водителя.

– Спасибо, – улыбаюсь и выхожу из машины.

Деньги за заказ, как объяснил Матвей, должны списаться с карточки. И прием уже оплачен по безналу. Что такое безнал – Матвей объяснил мне. Так бы сразу и сказал, что это расчет по карточке, вроде же не настолько я темная.

Клиника выглядит совсем не так, как наша районная. Здесь нет очередей, нет запаха хлорки, здесь все улыбаются. Подхожу к тому месту, которое вовсе не похоже на обычную регистратуру. За стойкой без стекла улыбается девушка и даже вежливо спрашивает:

– Здравствуйте, вам назначено?

– Да, к Елене Васильевне.

– Фамилия?

– Захарова.

Девушка что-то ищет в компьютере, а потом, что совсем удивительно, выходит из-за стойки.

– Идемте за мной.

Здесь даже провожают до кабинета врача?

В коридорах никого нет, так что девушка открывает дверь в кабинет и снова с улыбкой говорит:

– Проходите.

– Спасибо, – искренне отвечаю я и делаю шаг в кабинет.

Признаться, я сразу волновалась. Но, кто бы поверил, в кабинете гинеколога уютно. Да и сама Елена Васильевна оказывается милой дамой лет пятидесяти, так что зря я Матвея ревновала. Даже самой смешно становится сейчас.

После, казалось бы, стандартных вопросов о половой жизни, родах, абортах, последней менструации врач просит меня пройти на УЗИ. Все это до ужаса неловко, но я успокаиваю себя. Так делают все женщины. Так почему не я?

В меня проникает холодная скользкая штука. Я вздрагиваю поначалу, но привыкаю.

– Давай-ка кулачки под попу положи, – говорит Елена Васильевна.

У меня начинаю трястись ноги, но я выполняю. Может, что-то не так? Зачем это? Врач водит внутри меня этой палкой, по-другому не назвать, потом молча достает и говорит:

– Одевайся.

– Что-то не так? – осмеливаюсь я задать вопрос, уже подходя к столу Елены Васильевны.

Она поднимает на меня глаза, оторвавшись от записей, и говорит:

– Беременность. Судя по УЗИ, две недели и четыре дня, но на таком сроке могут скакать временные рамки. Это по развитию плода определяется. Сохранять будете?

Я не сразу понимаю ее вопрос. А потом прижимаю руки к животу и киваю. Врач дает мне несколько направлений на анализы и просит прийти через две недели.

Очереди в нужный мне кабинет тоже нет. Я сдаю кровь, даже не поморщившись, потому что внутри меня порхают пресловутые бабочки. Я счастлива, я рада… У нас с Матвеем будет ребенок. Почему-то я уверена, что это будет мальчик. Такой же красивый и высокий, как Матвей, только с серыми глазами, с моими.

Счастье есть. Теперь я в этом уверена.

Выхожу на улицу и улыбаюсь, щурясь на солнце. Достаю телефон и набираю номер Матвея. Ой, он же на совещании.

– Станислава, здравствуйте, – слышу почти над самым ухом и вздрагиваю.

Я узнаю этот голос, который как будто пропитан сахаром. Поворачиваюсь и отвечаю:

– Здравствуйте, Дамир.

Уйти. Нет, сбежать.

– Извините, – хочу я обойти мужчину, – мне пора.

– Не торопись, – он больно сжимает мою руку выше локтя. – Я подвезу.

Пытаюсь вырваться, но хватка сильная. Из черной машины, стоящей неподалеку, выходит мужчина в темных очках и открывает заднюю дверь.

– Отпустите, – жалобно прошу я.

– Конечно, – кивает Дамир, улыбаясь, но эта улыбка больше похожа на оскал. – Отпущу, как только мы с Матвеем договоримся. А пока придется тебе наслаждаться моим обществом.

Я не понимаю, что происходит. Это не со мной. Я как будто смотрю кино. Такого ведь не бывает в реальности… Где это видано, чтобы людей похищали средь бела дня?

– Пожалуйста, – снова прошу я, когда Дамир начинает тащить меня к машине.

Может, закричать? Да, пожалуй, стоит.

– Только пикни, – предупреждает мужчина, поняв мои намерения.

Его угроза не пустой звук. Я это понимаю интуитивно. Лучше молчать.