Бес Славы

Глава 41

Матвей

Я становлюсь фетишистом...

Сначала я неистово ловил запах волос Славы, сейчас же мне безумно хочется касаться ее живота. Руками, губами, да просто соприкасаться телам... Он плоский, упругий, настолько, что не верится, что в нем совсем недавно росла новая жизнь. Меня это возбуждает. Нормально ли это?

Слава постанывает, старательно двигается со мной в такт, и то, что между нами происходит, ей нравится. Девушка облизывает губы, одной рукой впивается в мое плечо, другой – сжимает покрывало. Иногда она опускает веки. А когда ее веки открыты, взгляд устремлен в мои глаза. Полный контакт.

Мне хочется сделать ей хорошо. Поэтому я подстраиваюсь под ее ощущения, ловя мельчайшие проявления удовольствия в ее лице, в движениях. Но чем больше я стараюсь, тем яснее понимаю – от этого я и сам быстро кончу. Замедляюсь, однако Слава хватает меня обеими руками за шею, прося тем самым не замедляться. Блядь! Она сейчас подарит мне оргазм, но лишая его себя.

Слава тянет меня к себе, к своим губам, которые тут же целуют, да еще так, что моя крыша напрочь срывается с чердака.

Успеваю покинуть ее тело, кончаю Славе на живот. Ее глаза удивленно смотрят то в мое лицо, то на жидкость на своем теле. А до меня, вот бля буду, как до жирафа, доходит, я вспоминаю, что вчера поступил иначе – не вышел вовремя... твою ж мать! Есть же презервативы, но почему я вновь с этой девушкой о них забыл?

Ложусь рядом со Славой на спину и тяжело дышу. Она аккуратно поднимается, явно чувствуя себя неловко полностью обнаженной. Какая она ещё маленькая. Нечего тут стесняться.

Слава скрывается за дверью, как я понимаю, ванной. В этой комнате я не ориентировался, до этого спать с домработницей мне не приходилось.

Я продолжаю лежать поверх покрывала и понимаю, что не хочу идти наверх. Здесь, с ней, уютно, спокойно.

– Матвей? – удивлённо произносит Слава, когда снова появляется в комнате.

– А что ты так смотришь, как будто меня здесь быть не должно? – открываю я один глаз. – Я как бы в своем доме.

– Да, но... – запинается она. – Я думала, что уже ушел к себе.

Хлопаю по кровати рядом с собой, Слава неуверенно присаживается, а я, приподнявшись на локте, начинаю накручивать на палец светлую прядь. Блядь, я снова ее хочу...

И Слава это замечает, одеться-то я не соизволил, смущённо отводит взгляд и краснеет. Это так прелестно, непривычно для меня. У той же Катрин или матушки от вида вставшего члена глазки бы загорелись в предвкушении.

– Слава, – говорю тихо, – поехали в ресторан. Жрать что-то охота.

Она подскакивает и начинает суетиться:

– Я сейчас что-нибудь приготовлю.

– Остановись, – усмехаюсь я и повторяю медленно: – Я тебя приглашаю в ресторан.

Слава закусывает губу, а на ее глаза наворачиваются слезы. Что опять?

Смотрю на нее вопросительно, и Слава наконец-то выпаливает на одном дыхании:

– Знаете, Матвей Георгиевич, боюсь, что у меня нет подходящей одежды для заведений, к которым вы привыкли.

Откидываюсь на подушку, мысленно стону и матерюсь. Я же обещал ей платье? Обещал. Значит, купим.

Резко поднимаюсь и, не желая слышать отказа, произношу нарочито приказным тоном:

– Собирайся, – и иду в то помещение, откуда недавно вышла Слава. Действительно ванная, значительно меньше, чем моя наверху, но вполне себе удобная. Принимаю быстрый душ, а покинув ванную, вижу Славу, надевающую в этот момент платье в мелкий цветочек. Мило, но реально не для ресторана.

При виде меня, даже обмотанного полотенцем, Слава в очередной раз смущается, отводит взгляд. Не, это, конечно, тоже очень мило, но надо ее от этого отучать. Подхожу к девушке, близко, снимаю с бедер полотенце и начинаю обтираться. Слава делает шаг от меня, но я ловлю ее за руку и притягиваю к себе. Полотенце бросаю на постель и этой рукой беру девушку за лицо, смотрю в серые глаза, наклоняюсь и целую в губы. Нежный ответ губами не заставляет себя ждать. Как бы невзначай провожу пойманной рукой Славы по своему животу, все ниже и ниже, женская кисть напрягается, но не вырывается, а мой член опять приподнимается. Но я останавливаю движение наших рук на лобке.

– Чувствуешь, как ты на меня действуешь? – остановив поцелуй, киваю я вниз. – И это нормально. Это естественно.

Она кивает. Я отпускаю девушку и начинаю одеваться.

Минут через пять мы покидаем дом. Садимся в машину, и я быстро, но без энтузиазма качу в центр. И вскоре уже паркуюсь у торгового центра – довольно известное и дорогое место, ресторан будет не хуже.

Веду Славу в фирменный магазин, расположенный на первом этаже, буквально у самого входа. Помнится, именно в нем любит шопиться матушка.

– Нам нужно самое красивое вечернее платье, – произношу я, когда к нам подходит консультант. Продавец кивает, осматривает Славу, а затем предлагает на выбор несколько нарядов.

– Померяй все, – обращаюсь я к Славе. И та покорно идет в примерочную.

Каждый последующий наряд сидит на Славе все лучше и лучше. Хочется сравнить скромную девушку из деревни с драгоценным камнем. Вот, например, бриллиант на вид простой, прозрачный камень, как стекляшка. Но один из самых дорогих, самых лучших. И ему нужно достойное обрамление. Слава преображается в этих платьях, даже спинку начинает держать прямо и гордо. Но при этом – ноль пафоса. При этом вся ее нежность и миловидность сохраняются.

В тот момент, когда Слава примеряет светлое платье, ловлю себя на мысли, будто бы у меня дежавю. Сижу, думаю, хмурюсь... и, твою мать, вспоминаю. Один из моих визитов в свадебный салон Катрин, когда там были две девушки, одна из которых в свадебном платье. Это была Слава? Или кто-то очень похожий?

Сейчас Слава опять переоделась, вижу, как светятся ее глаза даже в отражении зеркала. Она разглядывает себя с восхищением. Еще бы! Ей так идет этот зеленый оттенок наряда. Подхожу к ней, обнимаю сзади:

– Ты прекрасна.

Она улыбается в ответ и гладит мою руку у себя на плече.

– Берем все, – разворачиваясь к консультанту, произношу я. – А вот в этом зеленом платье мы бы хотели уйти. Есть у вас подходящие туфли?

Рядом с нами появляется еще одна продавщица. Она начинает искать туфли, а другая аккуратно срезает ценник с платья и несет его и другие наряды на кассу.

Выбрав туфли, Слава тоже остается в них, и мы покидаем магазин.

Насколько я помню, Марина ещё шаталась все время по каким-то салонам. Но Славе это не надо. Она и так выглядит шикарно без всяких накладных ресниц и прочей хрени, с помощью чего такие, как матушка, клеят богатых папиков.

Мы подъезжаем к ресторану, я уверенно выхожу из машины, обхожу ее и открываю пассажирскую дверь. Слава мнется, а потом говорит:

– Лучше бы я дома что-нибудь приготовила.

Она меня веселит, хотя подобное поведение могло бы и раздражать. Но я смеюсь, и она неуверенно вкладывает свою ладонь в мою. Как только Слава выходит из машины, я притягиваю ее к себе и целую. Слышу удивленный писк.

– Матвей, ты что? Здесь же люди, – тихо произносит Слава и оглядывается.

– И что?

– Это неприлично.

Ох, милая, ты ещё не знаешь, что такое неприлично. Но рассказывать я не буду.

Закрыв машину, подставляю девушке локоть, и мы идём к входу, где нас встречает метрдотель.

– Матвей Георгиевич, – расплывается мужчина в улыбке, – столик на двоих?

– Да, – киваю в ответ.

– Ваша спутница прелестна.

Обычный комплимент. Уверен, он говорит это всем. Но не привыкшая к подобному Слава снова заливается краской. Метрдотель передает нас в заботливые руки официанта, который сразу предлагает напитки. Я отказываюсь от алкоголя и прошу минеральную воду, Слава заказывает сок.

Я вожу взглядом по названиям в меню, пока не слышу:

– Матвей...

Поднимаю взгляд поверх папки и смотрю на растерянную Славу.

– Что случилось?

– Я не понимаю половину слов в меню. Что такое карпаччо или жюльен? А, вот еще, – указывает она на следующую страницу, хмурясь, – улитки в остром масле с кинзой и паприкой. Улитки? Серьёзно?

Я не могу сдержать улыбку:

– Я дома расскажу тебе обо всех этих блюдах, а пока просто скажи, что ты любишь. Я закажу. Мясо, рыба, птица?

– Выбирай сам, – вздыхает Слава. – Только что-нибудь не очень дорогое, а то цены здесь... На один обед можно жить месяц в деревне.

Вот тут я согласен. Только пора бы Славе привыкать, что она больше не в деревне. Делаю заказ и говорю:

– Надо съездить в деревню. Среди недели не получится, работы много, да и кое-какие вопросы не требуют отлагательств. А в выходные можно вырваться.

Слава смотрит на меня удивлённо, но молчит. Странно, я думал, что сразу спорить начнет. Наверное, пока просто слов не нашла. Поэтому я и продолжаю:

– Завтра попробую договориться с дизайнером, чтобы приехала и вы смогли начать делать детскую комнату. Но у нее, конечно, заказы на полгода вперёд расписаны...

Я все говорю и говорю, причем от всех этих планов чувствую себя счастливым, что ли. Наконец, нам приносят заказ. Я сразу же приступаю к стейку, а Слава пробует осетрину на углях.

– Вкусно, – говорит она довольно, а потом добавляет: – Но дорого.

– Можешь попробовать хоть каждое блюдо из меню.

– Матвей, ты транжира.

Я улыбаюсь. Такого мне ещё ни одна девушка не говорила. Обычно было только что-то вроде: "В этом кольце не пять карат, а три".

Вечер обещал с самого начала быть приятным. Таким он и был. Пока. Когда я прошу официанта принести десерт, вижу входящего в зал Дамира. Блядь!

Надежды на то, что он меня не заметит, не остаётся, когда мы встречаемся взглядами. И, конечно, Дамир не мог не подойти.

Я смотрю за его приближением к нашему столику, сцепив зубы. Просто приветствие – и до свидания.

– Добрый вечер, Матвей и его прекрасная спутница, – произносит Дамир, подавая мне руку.

Я пожимаю. А потом он тянет свою клешню к Славе, а когда она протягивает ладонь, ещё и целует. Слава бросает на меня короткий испуганный взгляд, но я киваю, выдавливая из себя подобие улыбки.

– Приятно познакомиться, меня зовут Дамир.

– Станислава...

– О, какое красивое имя.

Блядь, да вали ты уже отсюда!

– Дамир, вас, наверное, ждут, – произношу я.

– Извините, я на минутку, – поднимается Слава и идёт в сторону двери в конце зала с надписью "WC".

Мы провожаем ее взглядом, а потом из голоса Дамира пропадают слащавые нотки:

– Ну ты, Матвей, даёшь! Где ты откопал это чудо?

– Там уже нет, – усмехаюсь в ответ.

Держать себя в руках, держать...

– Слушай, может, сообщишь, когда она тебе надоест? Я пригрею девочку.

Сука!

Убью!

Но Дамиру ни в коем случае нельзя показывать, что это не просто очередная девка на неделю.