Без Чести (Третья жизнь Архимага)

Глава 22

Когда я и моя жена расходимся во мнениях,

мы обычно поступаем так, как хочет она.

Жена называет это компромиссом.

Марк Твен

Услышав кто именно виновен в смерти моего человека, я растерялся. Но сильно удивиться не успел, потому что Сильнов шагнул к Васильеву и ударил его кулаком в ухо.

— Имя говори, паскуда! — прорычал дядя Саша. Но пленник лишь расхохотался, каким-то совсем безумным, каркающим, смехом. Так и не дождавшись ответа, Сильнов повернулся ко мне и пояснил: — Это не Данислав Соболь, а Александр.

— Тот дурной племянник? — вспомнил я.

— Он самый. И именно он сговорился с Лоскутовым и Васильевым.

— Зачем ему это?

— Расскажешь? — снова повернулся к Васильеву Сильнов.

— Да пошёл ты! — пленник выплюнул ему под ноги кровавый сгусток.

— Тогда я сам. Дело в том, Маркус, что виноват в этом ты сам. Точнее — твои слова про княгиню. Вот младший Соболь и обиделся. И решил таким образом отомстить. А так как он в курсе многих дел своего дяди, то сразу же нашёл нужных людей. Но ты спутал ему все карты тем, что сдал Кусаинова княгине. Иначе в данный момент мы бы не Васильева допрашивали, а участвовали в родовой войне.

— Но он всё равно решил убить Бэй Линя? — удивился я.

— Уж сильно обидчивым оказался, тварь, — недовольно пробурчал Скворцов. — Ну и рассчитывает на защиту своего рода.

— А как он вообще смог справится с Богатырём? Он настолько силён?

— Родовое умение Соболей — Тень, — вздохнув, пояснил дядя Саша. — Пока Васильев отвлекал Бэй Линя, Александр Соболь просто появился у него за спиной и ударил артефактным клинком. Богатырь не ожидал удара в спину. Точнее — он в принципе не ожидал удара.

— Бред, — растерянно покачал я головой. — Бэй Линь разве не знал, что Васильев больше не возглавляет разведку рода? Как он ему доверился вообще?

После этих моих слов все присутствующие виновато отвели глаза.

— Не знал, — выдавил из себя Кустов. — Бэй Линь тогда опоздал. А мы все как-то забыли ему об этом сказать. Вот Васильев и воспользовался его незнанием.

— А тебе-то зачем это было нужно? — немного помолчав, подошёл я к пленнику и посмотрел ему в глаза. — Так сильно обиделся?

— Это ты возгордился, — зло прошипел в ответ Васильев. — Решил, что можешь играть судьбами людей по своему усмотрению. Вот и получай. И с Соболем ты всё равно ничего не сделаешь. Кишка тонка!

— Угу, — хмыкнул Сильнов. — А про пять тысяч золотом, что ты получил от младшего Соболя, предлагаешь забыть? Из-за денег всё, Маркус. Как и всегда.

— Из-за денег… — пробормотал я, разглядывая Васильева. — Стоило оно того?

— Да пошёл ты! — снова сплюнул он и попытался отвернуться. Но так как закреплён был крепко, то ничего не вышло.

— Меня больше интересует, где младший Соболь взял такие деньжищи? — задумчиво произнёс вредный дед Скворцов. — Пять тысяч этому вот, тысячу Лоскутову. Род Соболей, конечно, богат. Но не настолько, чтобы племянник главы мог раскидываться такими суммами.

— Хочешь сказать, что замешан кто-то ещё? — сразу же уловил я его мысль. — А эти все, вместе с Соболем, лишь тупые исполнители?

— Очень на то похоже.

— А предатель что говорит? — кивнул я на Васильева.

— Не знает он ничего про это, господин, — ответил мне мастер Шань. И, чуть замявшись, спросил: — Мы ведь этого так не оставим? Не простим смерть Бэй Линя, только из-за того, что убийца Соболь?

Сразу отвечать я не стал. Сначала поочерёдно посмотрел на своих детей боярских. Но они вместо ответа отводили глаза. Все прекрасно понимали, что конфликт с Соболями — это практически наверняка конфликт с княгиней. А наш род для такого противостояния слишком слаб. Но и оставить всё как есть нельзя. Если простить кому бы то ни было убийство своего человека, то род Северских просто перестанет существовать. Не сразу. Постепенно.

В любом случае решение принимать мне. И вся ответственность за него тоже ляжет именно на мои плечи.

— Вы ведь понимаете, что в этом случае не получится поступить так же, как с Лоскутовым? — спросил я, обращаясь сразу ко всем.

— Да уж не дураки, — проворчал Скворцов. — Но и ничего не делать нельзя.

— Мы ждём твоего приказа, господин, — поклонился мастер Шань.

От немедленного ответа меня спас Юшенг. Он, весь в мыле, что та лошадь, влетел к нам в сарай, нашёл меня глазами и произнёс:

— Господин! Я нашёл убийцу!

— Джиан его выследил?

— Да, — растерянно ответил Юшенг. Видимо, не ожидал, что я знаю про сына Бэй Линя.

— Мы уже и так выяснили, кто убийца, — я кивнул на пленника. — Теперь думаем, что делать.

— Нет, господин, — покачал головой Юшенг. — Я знаю, где он сейчас. В данный момент. И с ним всего пять воинов.

— Где? — тут же оживился дядя Саша.

— Трактир «Понедельник». Пьют и едят. И судя по тому, сколько всего они заказали, сидеть будут долго.

— Боярин? — каким-то слишком официальным тоном обратился ко мне Сильнов.

— Я вызову его на поединок, — решительно кивнул я. — Только в этом случае его воины должны быть живыми, чтобы послужить видоками.

— Скрутим. Это не проблема, — проворчал Скворцов. — Только тогда, придётся соблюдать все условия поединка. А Соболёнок обязательно затребует бой без ограничений.

— И тогда у тебя, Маркус, практически не будет шансов, — добавил Сильнов. — Сложно биться с тем, кто может внезапно возникнуть за твоей спиной и нанести удар. Соболей не зря все боятся.

— Бой без ограничений? — хмыкнул я. — Так будет даже лучше. Только сначала надо заехать домой. Воинов не распускали?

— Ждут в готовности, — ответил боярский сын Кустов.

— Маркус, ты меня не слышал? — вкрадчиво спросил дядя Саша. — У тебя нет шансов против Соболя. Про это знают все в княжестве. Даже я вряд ли выйду победителем из поединка с ним.

— Ты прямо каких-то монстров описываешь, — немного наигранно рассмеялся я. — Если Соболи настолько сильны, то почему до сих пор не захватили себе в личное пользование какое-нибудь княжество?

— Они не сильны, — вздохнул дядя Саша. — Они коварны. А их дар бесчестен.

— А что ты тогда предлагаешь делать? Есть какие-нибудь другие варианты?

— Его могу вызвать я, — подал голос Лао Хе. Богатырь был мрачен и зол. Видимо одно сожженная усадьба никак не повлияла на его настроение.

— Тогда он точно откажется.

— А почему ты думаешь, что он согласится на поединок с тобой, боярин? — неожиданно спросил Невзгодов, который так же предпочитал сегодня помалкивать.

— Кха-кха-кха, — неожиданно для всех, хрипло рассмеялся Васильев. — Уж с ним-то согласится. Соболь нашего приёмыша ненавидит всем сердцем. И если бы не прямой приказ Данислава, то давно бы сам бросил вызов.

— Вот только ты этого не увидишь, — парировал Сильнов. И обратился ко мне: — Что с ним делать будем, Марк?

— Тут решайте сами, — покачал я головой. — Всё же он был вашим соратником долгие годы. Но если бы решал я, то в расход!

— В расход! — тут же повторил Скворцов. — К Тёмным Богам такого соратника.

— В расход! — произнёс Кустов.

Остальные же просто кивнули. Даже дядя Саша. Хотя было видно, что этот кивок дался ему нелегко.

— Тогда заканчивайте тут и подъезжайте с воинами к моему дому, — приказал я. — Юшенг, поехали!

Трактир «Понедельник» располагался на широкой улице почти в центре города. До княжеского кремля было рукой подать. И это обстоятельство напрягало. Если наши разборки затянутся, то тут помимо старшего Соболя появится вся городская стража и личная гвардия княгини, что несёт службу в данный момент.

Поэтому первоначальный вариант — окружить трактир и дождаться Соболёнка с его людьми, сразу же был отвергнут. Точнее, улицу перед трактиром мои люди заблокировали. Даже к заднему входу послал десяток. Внутрь никого нового не пускали. Но вот как выманить Соболя из трактира никому в голову пока не приходило.

— Может его поджечь? — мрачно спросил Лао Хе.

— Тебе лишь бы жечь, — проворчал Скворцов. — Там же и невинные люди есть. Княгиня не простит.

— Она нам теперь вообще ничего не простит, — парировал Кустов. — Если, конечно, угробим её родича.

— Угробим, никуда он не денется, — кровожадно заявил Невзгодов.

— Что-то вы, старики, излишне развоевались, — недовольно хмыкнул Сильнов. — И забыли, что гробить его не вы будете, а наш боярин.

— Слушай, дядь Саш, — обратился я к нему, стараясь не упустить пришедшую в голову мысль, — а этот Соболёнок действительно вспыльчив?

— Не то слово. Его даже из гимназии исключили, несмотря на то, что княжий родич. Каждый день дрался. Нескольких пареньков вообще покалечил серьёзно. Один боярский род даже его убийство как-то затеял. Но не вышло ничего. Старший Соболь вовремя вмешался.

— Тогда пойду, выманю его на улицу, — вздохнул я. — Готовьтесь хватать его людей. И не забудьте — просто обезвреживать!

— Ты чего задумал, Маркус? — нахмурился дядя Саша.

— Увидишь, — отмахнулся я, и быстрым шагом направился ко входу в трактир.

Сильнов дёрнулся было за мной, но был перехвачен Юшенгом. Что было дальше, я не увидел, так как зашёл внутрь.

Трактир под названием «Понедельник» на деле оказался скорее рестораном. Дорого-богато начиналось ещё в вестибюле. И чем дальше я продвигался к обеденному залу, тем всё больше показной роскоши замечал.

В самом зале и вовсе было море хрусталя и тёмного дерева. Так же повсюду, где только можно, имелась позолота. А серебряные приборы на белоснежных скатертях завершали картину.

Стоило мне войти, как на встречу бросился управляющий трактиром. Возрастной дядька, одетый в дорогую форменную одежду, судя по бледному, обильно потеющему лицу, определённо знал, что в данный момент творилось на улице. Но обратился ко мне он предельно вежливо.

— Вы хотите отужинать, боярин?

— Не, я к друзьям, — хмыкнул я, указав рукой на компанию из шести человек, что расположились практически в самом центре большого зала. Весь их стол был заставлен едой и выпивкой. А во главе стола находилось, видимо, главное блюдо. Зажаренный целиком поросёнок с румяной корочкой, обложенный овощами.

— Они вас ждут?

— Уж не сомневайся!

Вальяжной походкой никуда не спешащего человека я дошёл до нужного стола и остановился. Управляющий, что начал потеть ещё сильнее, как привязанный проследовал за мной.

Но самое смешное, что люди, которые сейчас ели, пили и веселились, не обратили на нас никакого внимания. Похоже так на них подействовала форма моего сопровождающего. Ходит тут работник трактира и хрен с ним. Он всегда ходит.

Соболь младший сидел от меня на другом конце стола. В одной руке у него была жареная куриная нога, в другой большой хрустальный бокал с вином. Пьяным он не выглядел. А вот довольным жизнью — вполне. Но это мы сейчас поправим.

— Здарова, ушлёпки! — громко поздоровался я. И только сейчас меня заметили. Сидевшие за столом молодые люди, а старше двадцати тут явно никого не было, недоумённо посмотрели на меня и начали переглядываться. Но давать им время на то, чтобы что-то осмыслить, я не собирался. — Жрёте, смотрю? Вкусно, наверное? Но вот самой главной приправы у вас и нет. Но не расстраивайтесь! Я её с собой принёс!

Выждав короткую паузу и дождавшись, когда их взгляды стали заинтересованными, я смачно харкнул прямо на поросёнка. И тут же влепил мощнейший хук ближайшему ко мне парню. Удар вышел на славу и своей силой удивил даже меня. А не ожидавшего такой подставы человека просто выбило с его места и бросило на соседа. В итоге оба оказались на полу, а остальные их друзья, проследили за ними ничего не понимающими взглядами.

Дожидаться, что они будут делать дальше, я не стал. Резко развернулся, чуть не сбив при этом управляющего с ног, и быстрым шагом направился к выходу.

— Ждём, — коротко бросил я своим людям, выйдя на улицу.

Впрочем, ждать пришлось недолго. Буквально секунд через тридцать недовольная моей выходкой компашка стала выбегать на улицу. Где сразу же попадали в руки моих воинов. Их просто сбивали с ног и вязали. Быстро, ловко и профессионально. Было видно, что подобного опыта у моих воинов предостаточно.

Соболёнок выбежал пятым. Но его вязать никто не стал. Окружили, зажали со всех сторон щитами и дотолкали до центра импровизированной арены. А после резко отступили, оставив ничего не понимающего Александра Соболя стоять в гордом одиночестве в окружении нескольких десятков чужих бойцов.

Кстати, шестой их товарищ так и не выбежал. Должно быть, мой удар отправил его в нокаут.

— А где последний? — спросил стоявший за моей спиной Сильнов.

— Он не в состоянии, — коротко бросил я, не сводя взгляда с Соболя.

— Вот молодёжь пошла, — проворчал Скворцов. — Ни стыда, ни совести.

— Что тут происходит⁈ — озираясь по сторонам и всюду натыкаясь взглядом на угрюмых воинов, закричал Соблёнок. Даже вход в трактир уже перекрыли. Так что отступать ему было некуда.

Правда, испуганным он тоже не выглядел. Озадаченным — да. Но страха не было. Либо не осознавал, что влип. Либо, что более вероятно, чувствовал себя защищённым. Всё же родич княгини и племянник её самого доверенного человека.

— Вы хоть понимаете, что с вами будет⁈ — продолжал сотрясать он воздух. — Или вы не знаете, кто я такой⁈

— Знаем, знаем. Не ори, — шагнул я вперёд, так же оказавшись в кругу.

— Подожди, ты же Северский? — узнал он меня. Странно, что только сейчас. Я думал, что ещё в трактире опознает.

— Северский, — подтвердил я. — Боярин, человека которого ты убил прошлой ночью.

— Что ты несёшь, боярин? — презрительно скривился Соболёнок. — Зачем мне кого-то убивать?

— Мы допросили Васильева. Так что можешь не отпираться.

— Вот даже как, — хмыкнул он. — И что? Убьёте теперь меня? И как долго после этого просуществует твой род, Северский?

Самое поганое, что его слова были правдой. Даже если я сейчас убью его на поединке, то проблем будет выше крыши. Княгиня в любом случае выберет сторону родичей, а не новоиспечённого боярина.

— У тебя есть два варианта, Соболь, — проигнорировав его слова, произнёс я. — Ты можешь и дальше тут строить из себя небожителя и грозить нам страшными карами. Но тогда мы тебя просто прикончим. Так же, как ты убил моего Богатыря. И второй. Я бросаю тебе вызов на поединок, и ты его принимаешь.

— Поединок? — удивился он. А затем рассмеялся. — Ты же сам только что сказал, что я убил Богатыря. И теперь бросаешь мне вызов? Ты безумен, боярин?

— Так какой вариант выбираешь?

— Я выбираю поединок! — криво усмехнувшись, ответил Соболь. — Но так как вызов бросили именно мне, то и условия тоже мои.

— Это приемлемо, — кивнул я, внутренне ликуя. А вот стоявший рядом дядя Саша заскрипел зубами. То ли от злости, то ли от отчаяния. — И какие твои условия?

— Здесь и сейчас. Без ограничений! Можно всё!

— Принимается, — снова кивнул я, делая ещё пару шагов вперёд и махнув рукой в сторону его скрученных соратников. — Твои люди тому свидетели.

— Ты дурак, Северский! — рассмеялся мой противник. — Прежде чем кого-то вызывать, стоило сначала узнать, с кем связываешься.

С этими словами он потянул из ножен висевший на поясе меч. Кинжал, что располагался на ремне с другой стороны, трогать не стал. Видимо решил, что и так справится. Что вполне реально, учитывая его родовую способность.

Я же тянуться к своему оружию не стал. Опустил руку в карман и перевернул лежавшие там песочные часы, за которыми заехал домой, по пути сюда.

Те самые часы, которые устраивают шторм маны. И они сработали. Сила вокруг меня забурлила, делая невозможным её использование. И практически сразу я в этом убедился.

Соболёнок, сделав шаг вперёд, по направлению ко мне, замер и потемнел. Хотя, потемнел немного не то слово. Он словно выцвел. Исчезли все краски, как будто смотришь на негатив плёнки.

Но длилось это не долго. Пара секунд, и Соболь снова стал цветным. И очень-очень растерянным.

— Что происходит? — ни к кому не обращаясь, спросил он. Затем перевёл взгляд на меня и выкрикнул: — Что ты сделал, тварь⁈

Отвечать я не собирался. Вместо этого пошёл вперёд, так и не обнажив оружия. В данный момент оно мне не нужно. С четвёртым рангом и под «Ускорением», которое я наложил на себя заранее, вряд ли этот пацан сможет мне что-то противопоставить. Всё же он всего лишь Стихийник, лишившийся своего основного преимущества.

Меч, которым он довольно ловко попытался меня проткнуть, я пропустил рядом с собой и точным ударом в запястье выбил. А дальше началось избиение.

Первым делом я сломал ему правую руку. Затем несколькими лоу-киками отсушил бедро левой ноги. После такого, Соболь младший практически не мог сопротивляться. Ещё целую левую руку я попросту отбрасывал каждый раз, когда он пытался ей в меня вцепиться или ударить. Зато сам я, схватив его за воротник, стал методично разбивать ему лицо. Бил в четверть силы, чтобы не вырубить раньше времени. Но и этого хватало.

Через минуту уже вряд ли кто-либо смог бы его узнать. Вместо лица было сплошное кровавое месиво со свёрнутым на бок носом. Ещё секунд через тридцать я отпустил воротник и Соболёнок упал. Не делая попытки встать, он попытался отползти подальше.

— Прекратить! — раздался грозный выкрик откуда-то из-за оцепления. А в следующее мгновение едва заметная тень просочилась сквозь ряды моих воинов.

Не знаю, что планировал сделать Соболь старший, но попав в зону действия артефакта, его родовое умение отключилось и он вывалился из тени.

— Какого тёмного бога, Маркус⁈ — ничем не выказав своего удивления, заорал он. — Ты что творишь⁈

— Мне кажется, ты знаешь, боярин, — пожал я плечами. — Ведь ты узнал орудие убийства. Верно? А так же догадался, кто мог его использовать? И попытался свалить вину на неких абстрактных врагов рода Дёминых.

Я старался говорить спокойно. Но внутренне ликовал. Ведь если бы Соболь старший не появился, то мне пришлось бы убить его племянника. И к чему бы это привело — неизвестно. Скорее всего, к родовой войне, в которой нам не победить.

А так я с лёгкостью избил и унизил Соболёнка на глазах у всех. Показал, что на самом деле он слабак, недостойный называться бояричем. А то, что не убил… Ну вот, не успел. В итоге и волки сыты и овцы целы. Сомневаюсь, что среди моих людей есть полные неадекваты, готовые пожертвовать собственным родом ради мести.

Внезапно послышался топот множества ног. А спустя несколько десятков секунд с соседней улицы стали выбегать воины с гербами Соболей на одежде. Десятка три. В полной броне и при оружии. К тому же они, не добегая до нас, построились и двинулись дальше практически идеальной шеренгой.

— Строй! — тут же скомандовал Сильнов. И теперь уже мои воины зашевелились. Несколько мгновений, и на улице, друг напротив друга, стоят два готовых к бою боевых подразделения.

Лишь мои дети боярские остались за моей спиной, вне строя. Но и у них глаза горели решимостью.

— Оставить! — громко приказал Данислав Игоревич, подняв вверх руку. А когда строй его воинов прекратил продвижение, подошёл ко мне вплотную и тихо произнёс: — Судя по твоему спокойствию, Маркус, ты не собирался убивать Александра.

— Я надеялся, что ты появишься, боярин, — так же тихо, чтобы не слышали даже мои люди, ответил я. — Война родов не нужна ни тебе, ни мне. А твоего племянника я уже проучил. Заплатите виру семье убитого. Ну и отправишь его куда-нибудь подальше от княжества, чтобы не провоцировать моих людей.

— Я хотел сделать его своим наследником, — вздохнул Соболь. Но спорить не стал. Он, так же как и я, понимал, что это самый лучший выход из ситуации.

А я… Я просто устал от всего этого! До смерти надоели вечные разборки! В самом начале, когда только появился в этом мире, каждый второй только и делал, что рассказывал мне о чести. Создавалось впечатление, что князья да бояре самые добрые и справедливые в мире люди. На деле же, когда сам стал боярином, убедился, что всё это лишь красивые слова. А все эти князья и бояре живут без чести. Преследуют лишь свои интересы, и плевать хотели на всех остальных. И практически каждый день кто-то пытается навредить мне и моему роду.

— Как будем всё это заканчивать? — видя, что Соболь старший о чём-то задумался, спросил я.

— Сейчас Сабля с гвардией примчится и закончит, — пояснил Данислав. — Нам о твоём войске доложили ещё на подходе к этому трактиру.

— Не город, а большая деревня, — хмыкнул я.

— И не… — начал было говорить Соболь, но вдруг замолчал, расширившимися глазами глядя куда-то правее меня.

И лишь благодаря этому я смог чисто рефлекторно отшатнуться и пропустить кинжал, который шёл точно мне в горло, мимо. И дальше тоже действовал на рефлексах.

Взмах правой рукой, и ребро ладони бьёт в сгиб локтя, с внутренней стороны, атаковавшего меня человека. И толчок открытой левой ладонью в кулак сжимавший кинжал. И лишь только всё это проделав, я понял, что напал на меня Соболёнок, в груди которого теперь торчит его же собственный кинжал.

Он удивлённым взглядом посмотрел на меня, затем на своего дядю и медленно опустился на землю. Где и замер, глядя застывшим взглядом в ночное небо.

Несколько секунд мы молча смотрели на него. А затем Соболь атаковал.

Я даже не успел заметить, когда меч оказался у него в руках. Просто — раз, и его остриё уже несётся в направлении моей головы. Которую я успел чуть отклонить лишь чудом. И тут же обнажил своё оружие.

Несмотря на то, что Соболь старший тоже был Стихийником, работал мечом он на очень приличной скорости. И делал это виртуозно. Если бы не мой четвёртый ранг и наложенное «Ускорение», то я был бы убит ещё самой первой атакой. А так лишь за счёт скорости умудрялся парировать его удары.

Где-то рядом, фоном, прозвучала команда «К бою!». Но отвлекаться было некогда. Я раз за разом отбивал удары Соболя, прикидывая, как бы самому перейти в наступление. Но пока не находил вариантов.

Изменилось всё в один момент! В пространстве между нами внезапно оказалась конская туша. А затем ещё одна, и ещё, заставляя разойтись всё дальше. И лишь затем раздался чей-то громкий и властный выкрик:

— Именем княгини — остановитесь!

Шумно вздохнув, я сделал пару шагов назад и осмотрелся.

Конные воины с гербами князей Ульчинских были повсюду. И было их очень много — сотни полторы-две. Они окружили и моих людей, и людей Соболя. Но не атаковали, а лишь отгоняли их друг от друга.

— Какого демона⁈ — проревел Соболь, которого так же намертво заблокировали. — Не смейте мне мешать!

— Охолони, боярин! — ответил ему всё тот же властный голос. — Жди княгиню.

Но ждать долго не пришлось. Саблеслава появилась буквально через десять секунд. В удобном брючном костюме, со шпагой на поясе и верхом на коне, она смотрелась очень величественно. И, несмотря на недовольное выражение на лице, была как никогда красива.

Покрутила головой, рассматривая творившийся вокруг бардак, задержала взгляд на мёртвом Соболёнке, ещё сильнее нахмурилась и громко произнесла:

— Я не допущу бойни на моей земле! Воины, расходитесь по домам! Второго предупреждения не будет! Маркус, — её взгляд замер на мне. — Ты поедешь со мной. Дайте ему коня!

— Сабля! — раненым зверем взвыл Данислав.

— Боярин! — а это уже Сильнов. Он стоял метрах в пяти от меня, с обнажённым мечом в руках и активированной ледяной «Кольчугой». Ближе не приближался из-за действия моего артефакта.

— Хватит, дядя! Достаточно! На сегодня всё закончилось!

— Всё нормально, дядь Саш, — слабо улыбнулся я Сильнову и запрыгнул на коня, которого уступил мне один из воинов. Если Саблеслава хочет остановить побоище, то не буду ей препятствовать.

— Поехали, боярин Северский, — скривившись как от зубной боли, обратилась ко мне княгиня. — Нам есть о чём поговорить.

В сопровождении десятка воинов мы оставили трактир «Понедельник» позади и направились, если не ошибаюсь, к выезду из города. Почему не в кремль, я не задумывался. В голове было пусто до звона. Слишком уже насыщенным выдался сегодняшний день. Так он ещё и не закончился.

Ехали мы долго, около часа. И в абсолютной тишине. Саблеслава вырвалась чуть вперёд, всем своим видом показывая, как она зла. И лишь увидев перед собой высокую стену и ворота, она чуть придержала коня, а вперёд вырвался один из её гвардейцев. А я только сейчас понял, куда именно мы приехали. Воинская часть. Точнее — место расположения Ульчинского легиона.

Оказавшись за воротами, которые очень оперативно перед нами распахнули стражники, Сабля скосила на меня взгляд и скомандовала:

— Следуй за мной.

А спустя пару минут мы оказались перед небольшим, но добротным домиком, на крыльце которого уже ждал его хозяин — высокий и мощный пожилой воин, с властным взглядом.

— Здрава будь, Саблеслава Мечеславовна! — поприветствовал он княгиню. — Что привело тебя к нам в ночи?

— И тебе здравствовать, Игорь Ратиборович, — поздоровалась в ответ Сабля, спешившись. — А привели меня скудоумные бояре, которые умудряются создавать проблемы на ровном месте.

— Этот юноша, я так понимаю, один из них? — совсем недобрый взгляд воина упёрся в меня.

— Правильно понимаешь, темник, — хмыкнула Сабля. Но тут же построжела лицом. — Вели ко мне десяток гонцов прислать. И найди себе ночлег. Твой дом займём мы. Ах, да! Легион в полную боевую готовность! Никого не пускать кроме гонцов! Выполнять!

— Будет сделано! — вытянулся темник. Лицо его, правда, на мгновение приобрело недовольное выражение. И княгиня это тоже заметила.

— Не кривись, боярин! — улыбнулась она. — Хоть вспомнишь, как службу нести.

— У меня всегда всё в порядке, — развёл руками воин, больше не выказывая недовольства.

— Ой, всё! — отмахнулась от него Сабля и пошла в дом, на ходу бросив: — Маркус, не отставай!

Домик действительно был небольшой и состоял, по сути, из одной комнаты. Хоть и большой.

Из мебели тут была кровать, пара кресел и диванчик, письменный стол, шкаф с документами и огромный стол для совещаний. Чистенько, функционально, но никакого уюта.

Стоило нам войти внутрь, оставив охрану за дверьми, как Сабля растеряла всю свою величественность. Теперь передо мной стояла лишь уставшая девушка.

— И что мы… — начал я.

— Бац!

Удар в челюсть был настолько неожиданным, что я вообще никак не успел среагировать. Да к тому же ещё и сильным. Я аж на ногах не удержался, присев задницей на пол.

— Как же я на тебя зла, Маркус! — рассерженно зашипела Саблеслава, потирая свой кулачок. — Ты даже не представляешь! Одни проблемы от тебя! Только и слышу, что: Маркус, Маркус, Маркус! Словно больше вообще никого в нашем княжестве не существует! Один только Маркус!

— Неожиданно, — буркнул я, сидя на полу и потирая челюсть.

— Неожиданно — это то, что у тебя до сих пор голова на плечах. Знал бы ты, скольких бояр, хотевших эту самую голову срубить, я завернула за последнее время. Одни проблемы от тебя.

— Но и польза есть, — пожал я плечами. Затем подумал, поднялся с пола и пересел в одно из кресел. — Одного лишь Кусаинова возьми.

— Кусаинов! — снова злой кошкой зашипела княгиня. — Ещё одна проблема на мою голову. След от него и Каганова тянется ещё к пяти боярским родам. И потянется дальше, когда этих выпотрошат. Кстати, мы твой пароход нашли!

— Это здорово, — устало вздохнул я. — А зачем мы сейчас тут?

— Чтобы твои дурные боярские дети не взяли штурмом кремль. И чтобы дядя не ныл, умоляя отдать ему тебя. Он к этому придурку Александру относился как к сыну.

— Я смотрю, ты не очень любила братца? — хмыкнул я.

— Любила? — фыркнула Сабля. — Не дай тебе Светлые Боги таких родичей. И, скажу тебе по секрету, не убей его ты, то это сделала бы я. Не лично, конечно. Несчастный случай устроила. Этот гад очень любил власть. Просто наслаждался ею. И если бы он стал во главе рода Соболей после дяди Дани, то была бы беда. Но я тебе этого не говорила.

— И что ты теперь будешь делать?

— Пытаться спасти положение. Так что посиди молча и не мешай. Мне нужно поработать.

Она подошла к письменному столу, порылась в его ящиках и извлекла несколько листов бумаги и писчие принадлежности. А затем минут двадцать что-то писала, скрепляя листы собственной печатью.

Затем собрала все получившиеся свитки и передала кому-то за дверью.

— Теперь можно и отдохнуть, — закрыв дверь, зевнула она. Да так заразительно, что и я не удержался. — Ляжешь на диване. Отдохни. Завтра будет тяжёлый день.

Сказав это, она отошла к кровати и начала раздеваться.

Весь сон с меня тут же как ветром сдуло. А когда на ней остались лишь невесомые трусики, то я и сам не заметил, как оказался рядом.

Проснувшись утром, я поводил руками по кровати, и никого не обнаружив, открыл глаза. Сабли рядом не было.

Обнаружилась она за письменным столом. Уже одетая и свежая, словно и не было практически бессонной, страстной, ночи.

— Доброе утро! — потянувшись, поздоровался я.

— Не такое уж и доброе, — недовольно буркнула княгиня.

— Что случилось? — тут же напрягся я.

— Как я и думала, твои боярские дети собрали войско. И скоро оно прибудет под эти стены.

— Они что, совсем с ума сошли⁈

— Радоваться надо, — укоризненно посмотрела на Саблеслава. — Если люди готовы идти на смерть ради своего боярина, значит, он чего-то да стоит.

— Сабля, среди моих людей есть Богатырь! — воскликнул я, вскакивая с кровати и собирая свою одежду. — Мне надо срочно с ними поговорить.

— Позже поговоришь, — холодно отмахнулась она. Словно и не было прошедшей ночи. — А насчёт Богатыря не переживай. Я это знаю. Поэтому моих Богатырей тут два.

— Ты что, решила их всех перебить? — совсем растерялся я.

Ответить она не успела. В дверь раздался громкий, нетерпеливый стук и в комнату буквально вбежал темник легиона.

— Они тут, княгиня! — выпалил он.

— Ну тут, и что? — пожала плечами Сабля. — Мы же этого ждали.

— Там не только Северские.

— В смысле⁈

Темник глубоко вдохнул, затем выдохнул и заговорил уже спокойно.

— К легиону приближаются пять сотен воинов Северских. Тысяча Дёминых с обоими боярами в главе. А они, как ты знаешь, оба Богатыри. Так же сотня воинов боярина Корнева и шесть десятков индейцев во главе с Джоном Кискером. Кто он такой, объяснять, думаю, не надо.

— Тёмные Боги! — выругалась Саблеслава, оказавшись на ногах.

— Я смотрю, расклад слегка поменялся, — не удержался я от смешка. — Придётся всё же договариваться.

Ответить мне снова никто не успел. Дверь в комнату без стука распахнулась, и внутрь ввалился запыхавшийся воин с гербом Ульчинских на одежде.

— Княгиня, войско!

— Я уже знаю, — смерила его презрительным взглядом Саблеслава.

— Не то! — как сумасшедший, замотал головой воин. — Не Северские! В получасе хода два полных легиона под штандартами князей Балховских. Возникли словно из ниоткуда! Быстрым маршем движутся сюда. Построены для атаки!

Сабля поджала губы и побледнела. Затем бросил взгляд на темника и воина и приказала:

— Оставьте нас!

Дождавшись, когда оба подчиненных покинут помещение, посмотрела на меня.

— Маркус. Если ты сможешь направить своё войско против врагов княжества, то я заменю наказание на виру и временное изгнание.

— А какое наказание? — спросил я, растерявшись. Нет, я понимал, что как-то ответить за смерть Соболя младшего придётся. Но после её вчерашних слов думал, что это будет что-то несерьёзное. А тут оказывается, что вира и временное изгнание лучше того, что она для меня придумала.

— Это уже не важно, — покачала головой княгиня. А сейчас передо мной стояла именно княгиня. Слегка напуганная, но непреклонная.

— На виру я сразу не согласен! — решил не тянуть время я и начал торг. Раз она так, то и мне сам бог велел.

— Идёт! — легко согласилась Саблеслава. — Лишь изгнание. Пять лет не появляться в княжестве.

— Год! — парировал я. — А так же выдашь мне аттестат и дашь слово, что присмотришь за моими людьми.

— Слово дам. Аттестат тоже. И три года. Хоть отдохну от проблем.

— Полтора! И ни днём больше!

— Я согласна! — дольно улыбнулась Сабля и протянула ладошку для рукопожатия.